Автор: Осокина Мария Олеговна

Рубрика: 4. История отдельных процессов, сторон и явлений человеческой деятельности

Опубликовано в

II международная научная конференция «История и археология» (Пермь, май 2014)

Дата публикации: 22.04.2014

Библиографическое описание:

Осокина М. О. Деятельность астраханской милиции по охране общественного порядка в годы индустриализации и коллективизации [Текст] // История и археология: материалы II Междунар. науч. конф. (г. Пермь, май 2014 г.). — Пермь: Меркурий, 2014. — С. 68-70.

На рубеже 20х-30-х годов в Астраханском крае, как и по всей стране, развернулась сплошная коллективизация. Этот процесс сопровождался коренной ломкой традиционного сельского уклада, что вело к росту преступных элементов, становившихся резервом преступности. Кроме того, сопротивление крестьян коллективизации приобретало и крайние формы- убийства партийных и советских работников, поджоги амбаров с зерном, кража и убийство общественного скота, уничтожение орудий лова рыболовных судов. Противодействие колхозному строю приводило к кровавым трагедиям, подобным Началовской. Вечером 22 февраля 1930 года началовские зажиточные крестьяне, оборвав телефонные провода, окружили здание сельсовета, где заседали колхозные активисты. Секретарь партячейки Андронов, представитель Наримановского Райкома партии Рыбкин и участковый инспектор милиции Давлатов пытались успокоить толпу, предлагая разойтись. В ответ из толпы полетели камни, а затем к крыльцу был брошен труп председателя местного товарищества Фёдора Кривых. Активность противников колхозного строя росла, подогреваемая самогоном. Раздались выстрелы. Закрывшись в здании, активисты несколько часов выдерживали осаду. При попытке выбраться из дома и сообщить о бунте в район погибли Фрол Фаломеев и Михаил Рыбкин. Сломав телефонный столб, бунтовщики пробили дверь сельского совета и разрушили часть стены. Участковый инспектор С. А. Давлатов несколько раз предупреждал, что будет стрелять и, когда в пролом полезли бандиты, открыл огонь, но силы были неравны. Началась зверская расправа над активистами.

На подавление мятежа из города был спешно направлен конный взвод милиции, а из села Мошаик- отряд активистов из 12 человек. В ходе Началовского восстания погибли Иван Сафатов, Анастасия и Сергей Аверьяновы. Остальные 8 активистов были спасены. Избитый до полусмерти участковый инспектор Семён Аветович Давлатов 10 дней находился между жизнью и смертью, а после выздоровления врачи отправили его на пенсию по инвалидности. Однако уже через 4 года мужественный милиционер был снова в строю. В дальнейшем он работал оперативным уполномоченным БХСС, следователем. Примерная работа Давлатова была отмечена в 1945 году медалями «За боевые заслуги» и «За победу над Германией». [5]

Серьёзное сопротивление политике сплошной коллективизации ожидалось в зажиточных рыбацких сёлах Икрянинского района: Рынок, Вышка, Рыжково. В феврале 1930 года в распоряжение начальника райотдела ОГПУ Макарова был отправлен И. А. Чубо. С помощью оперуполномоченного Икрянинского райадмотделения В. А. Шашакина удалось раскрыть в селе Рынок контрреволюционную группу из 11 человек, которую передали суду Особой тройки. В результате оперативных действий милиции удалось избежать случаев подобных Началовскому.

Новый поворот получила борьба с проституцией. С введением на рубеже 1932–1933 гг. паспортов ситуация изменилась и в рядах проституток. Проститутки стали пополняться представительницами рабочего класса. В 1934 г., по данным Ленинградского городского отдела социального обеспечения, они составляли более 60 % всех продажных женщин в городе. Это полностью опровергает утвердившийся в советской исторической литературе тезис о том, что число проституток в эпоху социализма множилось лишь за счет деклассированных слоев: дочерей бывшей буржуазии и дворянства. Аналогичные сведения за 1936 г. вообще свидетельствуют о резкой «пролетаризации» средней проститутки. Кроме того, как правило, молодые работницы имели вполне определенную специальность. Резко выросло в среде торгующих собой женщин и число семейных, особенно разведенных, а также коренных горожанок.

Но год великого перелома стал зловещим рубежом не только для народного хозяйства. Тяжелым катком прошелся он и по росткам советского милосердия. Филантропию было решено идеологизировать. Летом 1929 г. после принятия постановления ВЦИК и СНК РСФСР «О мерах по борьбе с проституцией» началось насильственное уничтожение института продажной любви. Жесткому преследованию подверглись и мужчины — потребители проституции.

Однако опыт советской истории достаточно ярко показал, что нетерпимость при отсутствии законов, охраняющих права любой личности, даже склонной к асоциальному поведению, гораздо более опасна для морального здоровья общества, нежели терпимость, имеющая юридические основания. [4]

Развал в ходе коллективизации традиционной деревни, массовые высылки вновь раскулаченных увеличили число беспризорных. Только в феврале 1931 года в Астрахани за сутки задержано 102 беспризорника от 11 до 20 лет.

В результате непродуманных действий в кратчайшие сроки в стране вновь обострилось продовольственное положение. Резко возросло число преступлений, связанных с хищениями продуктов питания, кражей и забоем скота, спекуляцией. Значительный размах приобрели кражи хлебопродуктов. С конца 1931 года и в январе 1932 года в милицию стали поступать сведения о хищениях хлеба и неправильной выдаче хлебопродуктов на ранее похищенные талоны. Краденный хлеб продавался на базарах по спекулятивным ценам. Удалось арестовать 25 воров и спекулянтов. В марте 1932 года за аналогичные преступления был задержан 21 человек. [2] С целью борьбы с хищениями хлеба на мельницах, хлебозаводах, в пекарнях на этих предприятиях организовывались ячейки Осодмила.

Традиционными для Астраханского края видами преступлений являлись браконьерство и хищение рыбной продукции. По поводу скупки рыбы было заведено 7 дел, по которым проходило 12 человек. Попутно решалась задача ликвидации частника в рыбном промысле. Это называлось нажимом на зажиточных ловцов, сопротивляющихся выполнению твёрдых заданий по вылову рыбы.

14 января 1932 года в милицию поступило заявление о систематическом хищении красной рыбы и паюсной икры на Астраханском Краснорыбном комбинате [2]. При обыске на квартире у помощника солильщика Сивцова было обнаружено 18 кг красной рыбы и икра. Весной того же года работники милиции задержали 3-х человек, промышлявших кражей рыбы из прорезей, у которых обнаружили 1 153 кг рыбы. Массовые хищения и спекуляция рыбой происходили в Камызякском районе, что вело к срыву планов по вылову рыбы и поставки рыбопродуктов. Для борьбы с этим злом в Камызякский район на должность начальника райотдела милиции был направлен И. А. Чубо. В селе Тишково была раскрыта группа браконьеров и спекулянтов в числе 18 человек. Их действия были расценены как экономическая контрреволюция и все виновные предстали перед судом Особой тройки. Немало проблем доставляли «гастролёры». В ночь с 10 на 11 марта 1932 года в квартиру гражданина Кожевникова в рыбном городке вошли 3 человека, представившиеся работниками милиции. Угрожая револьверами, они загнали семью Кожевникова и их квартиранта Куприянова в угол комнаты и вскрыли сундук. Они похитили одежду, продуктовую карточку и деньги. Налетчикам удалось скрыться. 25 марта около железнодорожных путей был обнаружен труп одного из налетчиков, принадлежавший Ножкину. Выяснилось, что это известный бандит, который вместе со своими подельниками Череменцевым и Золотовым был приговорён в 1929 году к расстрелу, заменённому 10 годами заключения. Однако преступники сумели бежать. Позднее выяснилось, что Ножкин был убит главарём банды Череменцевым. Преступникам долгое время удавалось уходить от милиции благодаря сведениям, предоставляемым милиционером-оборотнем Толстовым [3].

Случались и рецидивы в духе первых лет после окончания Гражданской войны. 4 апреля 1932 года из состава отдельного дивизиона ведомственной милиции города Астрахани дезертировали 2 бойца- Жидовкин и Шешалавин, скрывшиеся с ранее уволенным со службы милиционером Секачёвым. 5 апреля днём между селом Старая Кучергановка и молочной фермой Наримановского района проезжали колхозник с женой. На них вышли двое неизвестных, вооруженных винтовочными обрезами, и потребовали молока и денег. Денег у проезжих не оказалось, тогда преступники забрали всё, что у них было, и скрылись в степи. Несмотря на угрозы, колхозник сообщил о нападении. Председатель сельсовета собрал 6 колхозников и попытался задержать грабителей, но грабители открыли огонь, отряду пришлось отступить. Вернувшись в село, председатель сельского Совета собрал еще несколько колхозников, вооруженных охотничьими ружьями, и вернулся к месту пребывания бандитов. Колхозники открыли шквальный огонь, под давлением которого грабители сдались. Это оказались Жидовин и Секачев. [1]

1930-е годы в истории нашей Родины ознаменовались не только крупными победами в деле развития экономики, но и политическими процессами, ознаменовавшими становление тоталитарного общества. Однако борьба с контрреволюцией, впрямую затрагивавшая и милиционеров, не исчерпывалась поиском бабушек, распространявших нелепые революционные послания. В фондах информационного центра УВД Астраханской области содержится поистине страшный документ. В 1932 г. Милиционер В. М. Гаврилов, член ВКП(б) в частной беседе опрометчиво высказался следующим образом: «Я сегодня до 6 часов утра был на операции ГПУ, производил обыски у граждан, искали золото. Ходил в три адреса. По ул. Туйбахтина дом № 4 к старухе лет 85, у ней из вещей одно барахло. Мне было приказано арестовать ее, но я не решился, так как она по дороге могла рассыпаться. По ул. Советской делал обыск у члена ВКП(б), красного партизана, занимающего должность комполка, жена его тоже член ВКП(б). При обыске ничего не нашли, но их арестовали и посадили. Делал обыск по ул. Гнедича у рабочего-кровельщика, а кого нужно-то- не нашли, но начальник Хворов сказал: «Все равно, делайте здесь». Мне очень не нравится эта работа, не могу равнодушно смотреть на такие безобразия». [3]

Бурные 30-е годы характеризовались усилением ответственности как за контрреволюционные, так и за общеуголовные преступления. Сталинский тезис об усилении классовой борьбы в процессе построения социализма вынуждал искать след классовых врагов в любом антиобщественном деянии.

Литература:

1.      Воронцов С. А. Правоохранительные органы и спецслужбы РФ. Ростов –на- Дону,1999.

2.      Государственный архив Астраханской области (ГААО) Ф.435.Д.60.О.1.;Ф.435.Д.60.О.2

3.      Казаков П. В., Казакова Е. В., Лебедев С. В. На страже правопорядка и законности. Научно-популярное издание. Астрахань.2002.

4.      Левина Н. Б. Повседневность 1920–1930гг.: Борьба с пережитками прошлого. Советское общество: возникновение, развитие, исторический финал.1997.

5.      Максимов Е. А. За высотою-высота. М.,1973.

Основные термины (генерируются автоматически): астраханской милиции, инспектор милиции Давлатов, Деятельность астраханской милиции, начальника райотдела милиции, конный взвод милиции, красной рыбы, оперативных действий милиции, вылову рыбы, деятельности астраханской милиции, дивизиона ведомственной милиции, работники милиции, сопротивление крестьян коллективизации, Особой тройки, работниками милиции, политике сплошной коллективизации, кг красной рыбы, красной рыбы и паюсной, в ходе коллективизации традиционной, вылову рыбы и поставки, поводу скупки рыбы.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle