Библиографическое описание:

Брызгалова А. А., Ныркова М. А., Кудрина А. А. История изначалия Оранского мужского монастыря // Молодой ученый. — 2015. — №14. — С. 392-395.

Одним из значимых центров православия в Нижегородском крае является Оранский монастырь, знаменитый обладанием уникальной святыни — Владимирской Оранской икону Божией Матери, а также тем, что именно в нём находились в 1940-х годах итальянские военнопленные офицеры и солдаты [6, С. 413–414]. Важно отметить, что православные монастыри сыграли огромную роль в культурной, политической и хозяйственной жизни России. Но главная их цель была — распространение православия, воспитание и укрепление в вере русского народа [13], послужившие в конечно итоге утверждению отечественных консервативных ценностей [12, С. 53]. В Нижегородском крае монастыри кроме всего прочего ещё и обращали в православие мордву, чувашей, марийцев, заботились об усвоении православных ценностей местным населением. Возникший на южных границах Нижегородского края, на землях, заселённых мордвой, Оранский монастырь, нёс православное учение мордовскому и русскому населению, укрепляя его в вере и способствуя единению вокруг центральной российской власти.

Об изначальной истории Оранского монастыря достаточно много написано в различных письменных источниках, начиная со старинной рукописи под названием «Повесть о создании монастыря близ Оранского поля на Славенской горе», составленной безвестным монахом в 1662 году. В 1851 году в Москве была издана книга иеромонаха, профессора Макария (Миролюбова) — «Описание Оранской Богородицкой пустыни», а в 1871 году книга иеромонаха Гавриила — «Описание Оранского Богородицкого первоклассного монастыря».

Место, на котором был основана пустынь, впоследствии ставшая первоклассным монастырем, до его устройства называлась «Славенова гора» и была окружена с восточной стороны непроходимым лесом. После того как был расчищен лес и распахана земля место это стали называть Оран-поле (от старославянского слова «орати» — пахать) или Оранки, а пустынь соответственно стала называться Оранской.

Помимо непроходимого леса это место было окружено обитавшей там мордвою, которые устраивали свои мольбища и приносили жертвы свои языческим богам [8, С. 8–9]. Оранский Богородицкий монастырь был основан в 1634 году нижегородским вотчинником, дворянином Петром Андреевичем Глятковым (по другим источникам Глядковым), впоследствии схимонахом этой обители Павлом. Прослужив на военной службе и получив чин военного головы, затем вышел в отставку и поселился в своей вотчине в селе Бочеево (бывшего Горбатовского уезда, ныне Богородского района Нижегородской области).

Будучи глубоко религиозным человеком, он полностью удалился от мира и занимался хозяйством и воспитанием своих трех сыновей. Он особенно почитал Владимирскую икону Божией Матери, находившуюся в Успенском Московском соборе. По преданию, его вера ещё более укрепилась, когда он, тяжело заболев в 1629 году, на себе испытал ее благодатное действие. И тогда П. А. Глядков через протоиерея Успенского собора Кондратия заказал живописцу Григорию Черному точный список со знаменитой московской чудотворной иконы «Богоматери Владимирской». С той поры чудотворная икона «Богоматери Владимирской Оранской» является главной святыней монастыря.

Интересно мнение по поводу избрания в главные святыни именно этой иконы историка и краеведа С. О. Шмидта, который в своей работе пишет: «Выбор Глятковым и его покровителями для копирования именно иконы Владимирской божией матери отражал не столько эстетико-религиозные вкусы заказчика, сколько определенное политическое мировоззрение. Икона эта рассматривалась, в то время как палладиум Российского «самодержавства», как символ защиты православных от иноверцев» [14, С. 240]. И это вполне вероятный факт, так как русская власть в своей деятельности опиралась на монастыри, которые ей неукоснительно служили.

За благословением на строительство здесь храма, в честь Владимирской Божией Матери П. А. Глядков отправился вновь в Москву, получив там архипастырское благословение от патриарха Иоасафа на это богоугодное дело.

По получении желаемой грамоты и возвращении на нижегородскую землю, первым делом Петр Андреевич, взял мраморный крест, который многие годы бережно хранился в роду Глядковых, и установил его на указанной во сне «Славеновой горе», обозначив тем самым место для строительства храма.

Первый деревянный храм был построен в течение двух-трех месяцев и освящен 21 сентября (по ст. стилю) 1635 года (4 октября по новому стилю) в день памяти Апостола Кондрата. Сюда же, в новую церковь была принесена чудотворная икона. Вокруг храма было построено несколько деревянных келий, в которых по сообщениям древних актов устроились на жительство восемь боголюбивых старцев во главе с иеромонахом Феодоритом, который отправлял в храме перед образом Владимирской Божией Матери Божественную службу. Сам же основатель нового монастыря — Петр Глядков оставался жить у себя в имении, но по-прежнему всячески способствовал устройству Оранской пустыни.

Согласно источникам, с этого времени от чудотворной иконы «Богоматери Владимирской» стали изливаться многочисленные чудеса, привлекавшие в обитель множество верующих для поклонения и возношения перед ней своих молитв.

Однако, проживающая в окрестностях будущего монастыря языческая мордва, которая занималась здесь бортничеством, в деяниях П. А. Глядкова усмотрела притеснение их прав на эти угодья, и пожелала разрушить православный храм. Им даже была написана челобитную царю Михаилу Федоровичу, содержавшая обвинения в адрес П.А Глядкова в насильственном захвате их земель. Челобитная попала в руки И. Грамотина. Думный дьяк, подкупленный мордвой, принял участие в деле и переменил некоторые слова в их челобитной: выскоблил слова «Петр Глядков поставил церковь», приписав на этом месте, что Петр Глядков насильством поставил свой двор и землю мордовскую вспахал [1, С. 17].

Для монастыря всё вполне могло закончиться трагически, если бы не расследование, предпринятое нижегородским воеводой Василием Петровичем Шереметьевым. Когда дело было расследовано, то оказалось, что никакого поместья у П. А. Глядкова нет, а живут в небольшой обители несколько монахов, к тому же она выстроена им не самовольно, а с благословения и при содействии Святейшего Патриарха Иоасафа. После этого царь написал указ, который подтверждал право на владение землей.

По дарственной грамоте Михаила Федоровича к новой обители, кроме той земли, какая занята была монастырскими строениями, приписана была и окрестная земля, вместе с находящимися в ней лесом и сенными покосами, пространством в квадратную версту. Но в добавление к этому, документом этим разрешалось монахам свободно въезжать в мордовские угодья для рубки леса и других хозяйственных нужд, что служило причиной разного рода раздоров. Царским указом запрещалось так же чинить какое-либо притеснение новостроящейся обители. Впоследствии в 1665 году право на пожалованные царем земли было подтверждено грамотой от государя Алексея Михайловича.

По мнению советского историка С. О. Шмидта «события эти — характерный эпизод широкой наступательной политики царских колонизаторов, официальным лозунгом которой было крещение иноверных. Особенно значительную роль в этом играла воинствующая православная церковь» [14, С. 241].

Но необходимо заметить, что согласно описанию иеромонаха Гавриила, что если одна часть мордвы вынуждена была отказаться от вражды против обители, то это не значило, что вся мордва примирилась с новым порядком вещей. Не прошло и двух месяцев, как некоторая ее часть продолжала чинить препятствия монахам, нападая на обитель и ее жителей, во время рубки леса, сбора грибов, ягод. В «Повести об основании Оранского монастыря», мордва, нападавшая на монастырь, называется «чадью неразумной», причем «неразумность» их явно следует из язычества [14, С. 300].

Неоднократно новой обители пришлось претерпеть разорение и пожары. Ряд случаев нападения мордовских крестьян на Оранский монастырь, зафиксирован в монастырской летописи, но «всякий раз силы небесные не оставляли земную обитель без защиты» [5, С. 4].

Петр Глядков тем временем, живя в миру, проводил строгую подвижническую жизнь. По мнению религиозного писателя конца XIX-нач. XX веков А. К. Воскресенского, приехавшего в обитель с целью изучения архивов и летописей для написания своей рукописи о монастыре и его подвижниках, П. Глядков «не будучи ещё монахом, был выше многих монахов» [4]. А в 1642 году П. А. Глядков отписал монастырю большую часть своего имения с сорока дворами крепостных. Эти крестьяне постепенно основали две деревни в двух верстах от монастыря, и земельные владения его еще более расширились.

В деле основания монастыря большую помощь Петру Глядкову оказали его родственники и сподвижники. В 1665 году его сыновья, Иван и Алексей, по примеру родителя «дали монастырю вкладную грамоту на принадлежавших им крестьян с. Бочеева». Третий сын, Михаил, отписал монастырю свои земли в Пензенском уезде. Близкие родственники основателя присоединили к монастырской собственности часть своей собственности («половину двора с огородом и садом») в Нижнем Новгороде, на Никольской улице [10, С. 8].

Устроив и обеспечив обитель всем необходимым, П. А. Глядков решил переселиться сюда же на жительство, приняв постриг с именем Павел, а также вступив в фактическое управление обителью. Правда Богослужения, как утверждает иеромонах Макарий, совершались не им, а другими иноками. В 1665 году П. А. Глядков принял образ великой схимы с оставлением прежнего иноческого имени. 1665 год, «богатый дарами для обители», стал последним в жизни ее основателя. Он был убит грабителями, ворвавшимися в монастырь, приняв мученическую смерть.

В это время начиналось, как отмечает иеромонах Гавриил, новое переселение монастырских крестьян ближе к стенам обители и новое наступление на мордовские земли. Это вызвало в свою очередь новый подъем недовольства окрестной мордвы. Возмущенные насилием монастырских властей жители ворвались ночью на территорию монастыря. П. А. Глядков (ему по преданию было 80 лет) пытался проникнуть на колокольню, чтобы созвать колоколом живших в двух верстах монастырских крепостных, но его стащили вниз и разбили голову, волоча по ступеням лестницы. В монастырском синодике рода Глядковых о нем написано: «убиенный схимонах Павел» [3, С. 23]. Место его погребения неизвестно.

После смерти П. А. Глядкова, чтобы предотвратить новые нападения, монастырские крепостные были переселены непосредственно к самим стенам монастыря. Так было основано мирское поселение крестьян, которое в ряде документов было названо как деревня Поляна, а в дальнейшем стало именоваться, как и монастырь — Оранки [10. С. 6].

По одним источникам на место Глядкова заступил иеромонах Феодорит, еще прежде управлявший обителью. Но, иеромонах Макарий в своем описании писал следующее: «неизвестно тот ли это Феодорит, который был первым священнослужителем церкви или другой» [8, С. 86].

Таким образом, история возникновения и становления Оранского мужского монастыря в XVI веке подтверждает ряд важных тезисов. Во-первых, находит своё подтверждение тезис, согласно которому процесс христианизации в истории мордовского народа был сложным, длительным и противоречивым (например, отмечалось, что сложности с обращением мордвы в православие имелись даже в начале XVIII века [9, С. 42]). Обращение в христианство было одной из важных мер политики царского самодержавия, предпринятой для укрепления власти среди народов Поволжья, ее идеологического обоснования [2, С. 68].

Во-вторых, оплотами миссионерской деятельности в Среднем Поволжье становились их «опорные пункты» — монастыри. Они пользовались льготами со стороны правительства в своей деятельности [7, С. 18].

В-третьих, принятие православия угро-финнами в течение XIV–XVIII вв. являлось духовным признанием вхождения народов в состав Российского государства на основе подданничества [11, С. 33].

 

Литература:

 

1.         Варенцова Л. Ю. Политический деятель России конца XVI — первой половины XVII в. И. Т. Грамотин // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. 2010. № 3. С. 12–18.

2.         Вдовин Е. А. Христианизация как предпосылка возникновения народного православия мордвы // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2008. № 86. С. 67–71.

3.         Гавриил, иеромонах Описание Оранского Богородицкого первоклассного монастыря. С приложением сказания о чудесах. Н. Новгород: Типография П. А. Косарева, 1871. 195 с.

4.         Государственной учреждение Центральный архив Нижегородской области. Ф. 588. Оп. 586. Д. 417. А. К. Воскресенский. «Приснопамятные иноки — подвижники Оранского монастыря», 1918 г. Рукопись.

5.         Дегтева О. В. Оранский Богородицкий мужской монастырь // Нижегородская старина. 2006. Вып. 11. С. 1–9.

6.         Добротвор М. Н., Афанасов Д. А. Cудьба итальянцев под Сталинградом // Актуальные проблемы социальной коммуникации материалы второй Международной научно-практической конференции. Нижний Новгород, 2011. С. 412–415.

7.         Левин В. Ф. Насильственная христианизация народов Поволжья в XVI-XVII вв.: направления, формы и методы // Современные гуманитарные исследования. 2011. № 1. С. 15–18.

8.         Макарий, иеромонах Описание Оранской Богородицкой пустыни. М.: Типография В. Готье, 1851. 108 с.

9.         Мокшина Е. Н. Миссионерско-просветительская деятельность Русской православной церкви как один из важнейших факторов адаптации мордовского народа в составе российского государства // Гуманитарий: актуальные проблемы науки и образования. 2010. № 4. С. 42–54.

10.     Пчелин Н. А. «Являющий вечность собой…»: Оранский Богородицкий монастырь на изломе эпох. Н. Новгород: [б. и], 2001. 82 с.: ил.

11.     Семёнов Ю. В. Некоторые итоги христианизации восточно-финских народов к середине XIX века // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена. 2009. № 96. С. 31–38.

12.     Фоменков А. А., Чадаева С. В. Особенности современной консервативной российской идеологии // Вестник НГТУ им. Р. Е. Алексеева. Серия: Управление в социальных системах. Коммуникативные технологии. 2013. № 4. С. 53–57.

13.     Чадаева С. В. Православный монастырь в социальном и историческом контексте духовной культуры России. Дис. … канд. ф. наук: 24.00.01. Н. Новгород, 2003. 200 с.

14.              Шмидт С. О. К истории монастырской колонизации XVII в. [«Повесть об основании Оранского монастыря»] // Вопросы истории религии и атеизма. Вып. XII. 1964. С. 237–316.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle