Библиографическое описание:

Киселева Е. Е. Репродуктивное здоровье как объект социологического анализа // Молодой ученый. — 2015. — №13. — С. 728-732.

В статье рассматриваются основные теоретические подходы к изучению репродуктивного здоровья в социальных науках.

Ключевые слова:репродуктивное здоровье, социология здоровья, социология медицины

The article examines the main theoretical approaches to reproductive health in social sciences.

Key words: reproductive health, sociology of medicine, sociology of health and illness.

 

Понятие «репродуктивное здоровье» все чаще привлекает внимание исследователей различных научных областей: медицины, социологии, демографии, психологии и др. Особый интерес для данной работы представляет рассмотрение данного понятия в рамках социологического подхода, поэтому имеет смысл определить, в рамках какой социологической дисциплины происходит изучение репродуктивного здоровья.

В современной социологической литературе есть несколько понятий, связанных с изучением здоровья, болезней, здравоохранения, медицины: «социология медицины», «социология здоровья», «медицинская социология», «социология в медицине». Имеющиеся определения этих понятий нередко размыты и не всегда отражают сущностные характеристики изучаемого феномена [1, с. 51].

Категория «здоровье» в истории гуманитарных наук рассматривается в индивидуальном и общественном понимании. В настоящее время известно множество различных определений термина здоровья, но большинство этих определений касаются индивидуального здоровья. Исчерпывающих определений в науке не наработано. Более того, последние формулировки ВОЗ расширяют проблемные поля, в частности, указанием на важность составляющих здоровья (социальных и духовных).

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) определяет здоровье как «состояние полного физического, духовного и социального благополучия, а не только отсутствие болезней и физических дефектов». Следует заметить, что понятие «здоровье» является несколько условным и объективно устанавливается по совокупности антропометрических, клинических, физиологических и биохимических показателей, определяемых с учетом полового и возрастного факторов, а также климатических и географических условий [2, с. 115].

Важной составляющей понятия «здоровье» является репродуктивное здоровье. Под репродуктивным здоровьем, в соответствии с рекомендациями Программы действий Международной конференции по вопросам народонаселения и развития (Каир, 1994), также подразумевается состояние полного физического и социального благополучия, а не только отсутствие заболеваний репродуктивной системы, нарушения ее функций и/или процессов в ней.

Таким образом, репродуктивное здоровье означает возможность удовлетворенной и безопасной сексуальной жизни, способность к воспроизведению (рождению детей) и возможность решать, когда и как часто это делать. Это предусматривает право мужчин и женщин на информацию и доступ к безопасным, эффективным, доступным по цене и приемлемым методам планирования семьи и/или к иным, избранным ими методам регулирования рождаемости, которые не противоречат закону. Это означает также и право доступа к соответствующим услугам в области здравоохранения, позволяющим женщине безопасно перенести беременность и роды, и обеспечивающим наилучшую возможность родить здорового ребенка.

Понятие «репродуктивное здоровье» включает в себя и «сексуальное здоровье» — состояние, позволяющее человеку в полной мере испытывать половое влечение и реализовывать его, получая при этом удовлетворение [3, с. 51].

В современной гуманитарной науке можно выделить несколько основных направлений, в рамках которых принято рассматривать феномен здоровья, в том числе и репродуктивного.

Нормоцентрический подход характерен для медицинского дискурса, в котором здоровье рассматривается как совокупность среднестатистических норм восприятия, мышления, эмоционального реагирования и поведения в сочетании с определенными нормальными показателями соматического состояния здоровья [4, с. 1]. При этом рассматривается некий оптимальный уровень функционирования какого-то среднего организма и психики, и отклонение от нормы рассматривается как развитие болезни.

Другой подход, который получил название «патоцентрический», рассматривает здоровье как в общем, так и конкретно репродуктивное, как «нулевую степень болезни». Здоровье в данном случае представляет некую абстракцию, подразумевающую некую умеренную выраженность патологических черт личности.

Здоровье в рамках феноменологического и экзистенциального подоходов рассматривается как специфический способ индивидуального бытия в мире, несводимого к каким-либо схемам и объяснительным моделям. При этом проблемы здоровья, болезни так же представляют собой фундаментальные аспекты или их вариации уникального, индивидуального способа бытия, которые включаются в субъективную картину мира и изучаются в ее контексте.

Стоит отметить также акмеологическую и аксиологическую интерпретацию репродуктивного здоровья. В первом случае, здоровье является основным условием актуализации возможностей человеческой природы, а во втором выступает как универсальная ценность, которая соотносится с основными ценностными ориентациями личности. При этом преобладание тех или иных ценностей, их переоценка и кризис рассматриваются как факторы, влияющие на репродуктивное здоровье и определяющие его.

Для становления социологии здоровья большое значение имели взгляды М. Вебера, заложившего основы для изучения образа жизни, понимаемое им как поведение в жизни и жизненные шансы. Первое понятие характеризует выбор индивидом способа поведения, второе — означает индивидуальную вероятность реализовать свои интересы, потребности, которые обусловлены принадлежностью к тому или иному классу. М. Вебер понимал образ жизни как связь между шансами и индивидуальными выборами. Под жизненными шансами понимается принадлежность к социальной группе, возраст, пол, национальность и т. п. Применительно к репродуктивному здоровью выбор включает в себя принятие решения о курении, употреблении алкоголя, использовании контрацептивов, выборе партнера и т. д.

Поведение, таким образом, как результат выборов и шансов может иметь как положительные, так и отрицательные последствия для репродуктивного здоровья. Данный подход позволяет типологизировать поведение в сфере здоровья по воздействию на его состояние на позитивное и негативное.

Однако все-таки более актуальными являются такие теоретические подходы, как функционализм и символический интеракционизм, которые во многом придали форму социологии здоровья и болезни.

Данной областью научного знания объединены множество тем, например: концепция роли больного Т. Парсонса (1951), концепция стигматизации (Гоффман, 1961), рассмотрение профессиональных особенностей здравоохранения (Фрейдсон, 1970), социальных установок к вопросам смерти (П. Хендел, В Мерфи, 1965, Глассер и Стросс, 1965, 1968), душевных заболеваний (Гофман, 1961, Шефф, 1966), медицинского образования и социализации (Мертон, 1957, Беккер, 1961), медицины как института социального контроля (Д. Такетт, 1973).

Т. Парсонс в своей теории особое внимание уделял отношениям врача и пациента. Эти отношения в его понимании представляют собой социальную систему, микромодель самого института здравоохранения, цель которого — поддержание и сохранение здоровья как общественной ценности. Здоровье при этом необходимое условие существование социума, так как сама болезнь опасна своим влиянием на социальное равновесие.

Проблемы здоровья и болезни связаны в его концепции с сохранением способностей членов общества выполнять свои социальные роли. Болезнь в таком контексте можно рассматривать как один из способов уклонения от выполнения социальных обязанностей. Для того, чтобы справится с болезнью, необходим институт здравоохранения, который включает в себя постоянное воспроизведение «роли врача» и «роли больного» [5, с. 25].

Сама «роль больного» рассматривается социологом как возможность освобождения от ответственности и выполнения своих социальных ролей, так как человек в таком состоянии нуждается в уходе. С другой стороны, эта роль может стать привлекательной для индивида. Т.Парсонс пишет, что привилегии и выгоды могут стать объектами «вторичной выгоды», которые положительно мотивируют пациента, обычно подсознательно, на получение или сохранение роли больного [6, с. 17].

«Роль врача» является одной из профессиональных ролей. «Быть врачом» — значит обладать высоким уровнем профессиональных знаний, компетентностью и ориентироваться на интересы общества.

При этом врач выступает агентом социального контроля. Т.Парсонс отмечает, что поведение врача должно базироваться на этике и альтруизме, при этом его труд должен хорошо оплачиваться, чтобы избежать использования своей роли в личных интересах. Кроме того, врач не должен оценивать поведение больного с позиции личной системы ценностей.

Что касается рассмотрения «роли больного», то Т. Парсонс выделяет 4 аспекта системы ожиданий относительно неё:

-                   освобождение от ответственности, связанной' с исполнением других ролей.

-                   признание того, что необходимым является получение помощи;

-                   обязательство иметь желание избавиться от болезни;

-                   обязательство обратиться к помощи специалиста и выполнять предписания врача [7, с. 76].

Можно сказать, что нахождение в «роли больного» влечет за собой появление соответствующих ей обязанностей и прав. Так социальное окружение признает пациента больным, а это уже обуславливает его право на помощь и заботу. Однако при этом у пациента должно сохраняться желание избавиться от болезни, иными словами он принимает обязательство обращения к специалистам за помощью.

Таким образом, Т. Парсонс рассматривает здравоохранение как механизм, который поддерживает равновесие в обществе, а болезнь — как форму девиантного поведения.

Данный подход легко применяется и к рассмотрению конкретно репродуктивного здоровья, тем более что обычно к этому виду здоровья требуется более деликатный подход. В данном случае роль врача, его манера общения и подход к пациенту особенно важны, так как если он не вызывает доверия, то само лечение и поддержание здорового состояния у индивида может быть осложнено и иметь нежелательные последствия, как например, появление страха перед врачами данного направления.

Еще одной из концепций, заслуживающих внимания, является теория Р.Мертона, в рамках которой он рассматривает «отклоняющееся поведение». По Мертону, в ряду элементов системы целей и интересов, задаваемых, данной культурой, важную роль исполняют общественные институты, определяющие и контролирующие общепринятые способы достижения этих целей [8, с. 873].

Согласно концепции аномии Р. Мертона, девиантное поведение может быть охарактеризовано как симптом рассогласованности между избираемыми субъектами средствами реализации целей и общественно организованными способами их достижения. Мертон выделял две мыслимых разновидности несогласованности между элементами социокультурной структуры:

а)       ситуация, когда выбор альтернативных способов достижения целей ничем не ограничивается, разрешены любые средства и способы достижения этих целей;

б)       ситуация, когда деятельность по достижению целей становится самоцелью. В этом случае первоначальные цели забыты и ритуалистическая приверженность к институционально предписанному поведению принимает характер подлинной одержимости [9, с. 76]. Причиной девиаций является разрыв между целями общества и социально-одобряемыми способами осуществления этих целей. Мертон выделил 5 способов «аномического приспособления»:

-        конформизм — принятие целей сообщества и законных средств их достижения;

-        нововведение — принятие ценностей, но непринятие законных путей их достижения;

-        ритуализм — отрицание ценностей, но внешнее соблюдение норм общества (внешний конформизм);

-        ретритизм — отвержение культурных целей и средств;

-        мятеж — неприятие и замена ценностей и законных средств их достижения; возникает, когда существующая система является препятствием на пути достижения целей, признанных законными.

Хотя Р. Мертон применяет данную теорию к экономической сфере деятельности, она вполне может быть перенесена на изучение феномена здоровья, в том числе и репродуктивного.

В рамках такого подхода направленный на сохранение здоровья, будет соответствовать такому способу аномического приспособления, как «конформизм»: при имеющейся ценности здоровья, цели его сохранения индивид выбирает те способы заботы о нем и те профилактические меры, которые являются общепринятыми в данном обществе [10, с. 32].

Еще одним подходом, заслуживающим внимания, является символический интеракционизм. Большое значение для социологического осмысления здоровья имеет теория И. Гоффмана [11, с. 424].

Концепция стигматизации акцентирует свое внимание на существовании ярлыка «больной», когда изменяется самовосприятие индивида и восприятие его со стороны окружающих. И. Гоффман выделял 3 принципиально различных типа стигм [12, с. 305].

1)                 «телесные уродства»;

2)                 «индивидуальные недостатки характера, воспринимаемые как слабость воли». К таким недостаткам Гоффман причисляет спутанность сознания, судимость, наркоманию, гомосексуализм, потерю работы, попытки самоубийства и даже радикальную политическую позицию. Применительно к российской действительности можно было бы включить в эту группу стигм также алкоголизм и отсутствие постоянного места жительства;

3)                 «филогенетическая стигма расы и религии, передаваемая от одного поколения другому» и клеймящая всех членов семьи.

Огромный вклад в социологическое осмысление здоровья внесли сторонники социально-конструктивистского направления, которые доказывают, что болезнь, тело и природа являются социально конструируемыми понятиями.

В 70–80-е годы XX в. появилась еще одна теория, заслуживающая внимания в рамках данной работы. Герменевтическая концепция рассматривает здоровье и болезнь как текст. Проявление хорошего самочувствия или симптомы заболевания в рамках такого подхода не только указывают на состояние здоровья индивида, но и на установленные коммуникации с микро- и макросоциальной средой. Образы здоровья, болезни и образ медицины отличаются в смысловых пространствах разных социальных групп, определяя разнообразие культурологического «медицинского фольклора».

Рассмотрев основные теоретические направления изучения здоровья можно сделать вывод о том, что произошло смещение акцентов от анализа роли больного и врача, значения и влияния медицины на здоровье к рассмотрению роли здорового индивида, его тела и факторов, способствующих формированию поведения в сфере здоровья. Данные теории легко применимы и к изучению конкретно репродуктивного здоровья, а значит, имеют крайне высокое значение при изучении данного феномена.

Изучение репродуктивного здоровья является актуальным вопросом для современной действительности. Однако его полноценное понимание и осмысление как социального феномена невозможно без учета рассмотренных социологических теорий. Понимание здоровья с точки зрения нормоцентристского подхода, патоцентрического подхода, функционализма, символического интеракционизма, постмодернистсткой теории и других концепций является неотъемлемой теоретической базой для анализа репродуктивного здоровья.

 

Литература:

 

1.                  Дмитриева Е. В. От социологии медицины к социологии здоровья // Социс -2003 — № 11- С.51.

2.                  Гареева И. А. Роль социальных детерминант в общественном здоровье // Власть и управление на Востоке России. — 2009. — № 2.- С. 115.

3.                  Репродуктивное и сексуальное здоровье. — [Электронный ресурс]- URL: http://health.iatp.by/ — свободный — Заглавие с экрана. — Яз.рус.

4.                  Верминенко Ю. В. Социологическая интерпретация здоровья // Социальные проблемы. — 2008. — № 1. — [Электронный ресурс] — Режим доступа: http://socprob.ru/2008/sotsiologicheskaya-interpretatsiya-zdorovya.html — свободный — Заглавие с экрана.-Яз.рус. [1] Верминенко Ю. В. Социологическая интерпретация здоровья // Социальные проблемы. — 2008. — № 1.- С. 25.

5.                  Ковалева А. А. Социологический анализ здоровья молодежи: дис...канд. социол. наук -Санкт-Петербург, 2010. — С.23

6.                  Parsons, Т. Action Theory and the human condition: [Essays] / T. Parsons. — New York: Free Press; London: Collier Macmillan, cop. 1978. — pp. 17–34.

7.                  Parsons, Т. Action Theory and the human condition: [Essays]. — New York: Free Press; London: Collier Macmillan, cop. 1978. — P.76.

8.                  Мертон Р. К. Социальная теория и социальная структура /пер. с англ. Е. Н. Егоровой и др. — М.:ACT: Хранитель, 2006. — С. 873.

9.                  Мертон Р. Социальная структура и аномия // Социология преступности (Современные буржуазные теории)/Пер. с фр. Е. А. Самарской. Редактор перевода М. Н. Грецкий — Москва: Прогресс, 1966. — С.76

10.              Гоффман И. Порядок взаимодействия. Теоретическая социология: Антология: В 2 ч. / Пер. с англ., фр., нем., Сост. и общ. ред. С. П. Баньковской. — М.: Книжный дом «Университет»,2002. — Ч. 2.—С. 424.

11.              Goffman Е. Stigma: Notes on the management of spoiled identity — Eaglewood Cliffs, Prentice Hall,cop.,1963. — Р. 147.

12.              Киселева, Е.Е., Кузьмина М. А. Социальное значение санаторно-курортного лечения в охране репродуктивного здоровья современной женщины / Е. Е. Киселева, Кузьмина М. А. // Молодой ученый. — Изд-во. Чита, 2014. — № 8. — С. 721–722.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle