Библиографическое описание:

Митяева А. П. Ассоциативный эксперимент как способ конструирования концепта «бизнес» // Молодой ученый. — 2015. — №11. — С. 1651-1653.

На рубеже XX и XXI веков термин концепт устойчиво закрепился в активном лингвистическом тезаурусе. Но до сих пор не сформулировано однозначное определение данного термина. Концепты — это абстрактные единицы, отражающие приобретенные знания, опыт, результаты всей деятельности человека и обобщающие сведения об окружающем мире в виде определенных единиц.

Ю. С. Степанов определяет концепт как «сгусток культуры в сознании человека; то, в виде чего культура входит в ментальный мир человека. И, с другой стороны, концепт — это то, посредством чего человек — рядовой, обычный человек, не «творец культурных ценностей» — сам входит в культуру, а в некоторых случаях и влияет на нее» [1. С. 43].

Когнитивисты по-разному конструируют концепты, но все сходятся во мнении, что концепт являет собой неоднородное, многослойное образование. Анализируя, сравнивая и соединяя разные концепты в процессе своей мыслительной деятельности, человек формирует новые концепты, составляющие в совокупности языковую картину мира. По мнению В. А. Масловой, структура концепта «включает помимо понятийной основы социо-психо-культурную часть, которая не столько мыслится носителем языка, сколько переживается им; она включает ассоциации, эмоции, оценки, национальные образы и коннотации, присущие данной культуре» [2. С. 36].

Общепризнанным является то, что анализ результатов когнитивной деятельности происходит через изучение отдельного концепта или концептуальной области. В ряду методов реконструкции языкового сознания особое место отведено ассоциативному эксперименту как средству, позволяющему максимально приблизиться к мыслительным стереотипам различных представителей исследуемого языка.

Ассоциативный эксперимент — это метод, направленный на обнаружение ассоциаций, языковых клише, сложившихся в сознании испытуемого в процессе его жизнедеятельности. Ассоциативный эксперимент помогает определить содержание концепта в когнитивном сознании носителя языка, распределить образующие концепт признаки и выстроить ассоциативный слой концепта. Следовательно, данный прием является эффективным способом приближения к языковому сознанию индивида. Ядро языкового сознания составляют наиболее частотные ассоциации, имеющие наибольшее число когнитивных связей.

По мнению исследователя Н. В. Уфимцевой «ассоциативный эксперимент является ценным и при понимании индивидуальных особенностей различных культур, поскольку с помощью данного исследовательского приема можно судить об особенностях функционирования языкового сознания человека. Ассоциативный метод можно рассматривать также как специфичный для данной культуры и языка «ассоциативный профиль» образов сознания, интегрирующий в себе умственные и чувственные знания, которыми обладает конкретный этнос» [3. С. 67].

Л. Е. Бессонова полагает, что «построение новой ассоциативной парадигмы концептуальной теории позволяет получить информацию о способах концептуализации языка и мира человека, о содержании и структуре концептов как комплексных мыслительных единиц, выявить не только концептуально значимые когнитивные признаки, но и образные, ценностные составляющие концептов» [4. С. 148].

Существует несколько разновидностей ассоциативного эксперимента, которые используются для анализа содержательной стороны концепта и выделения образующих его когнитивных признаков. Свободный ассоциативный эксперимент — это быстрая, моментальная реакция на слово-стимул. Направленный ассоциативный эксперимент отличается тем, что испытуемый в ответ на слова-стимулы отвечает не любым пришедшим в голову словом, а так, как этого требует инструкция экспериментатора. Например, слово-реакция должна быть определенной частью речи, или являться синонимом / антонимом слова-стимула. В цепном ассоциативном эксперименте испытуемым предлагается выдать неограниченное количество реакций, но за ограниченный промежуток времени. Таким образом, во всех разновидностях ассоциативного эксперимента, кроме свободного, для анализа привлекаются ассоциации, следующие за первой.

Данный метод помогает получить разнообразный языковой материал, являющийся необходимым для построения ассоциативного слоя концепта. Ассоциативные поля различны у представителей молодого и старшего поколений; отличаются у мужчин и женщин; разнятся у представителей разных профессий и т. д. Поэтому набор ассоциаций у каждого человека свой. Полученные реакции в своей совокупности дают возможность составить подробное представление о том, что лежит в сознании каждого испытуемого за каждым из концептов культуры.

С целью исследования смыслового наполнения концепта бизнес, вербализованного в современной речевой практике двух возрастных групп, нами был проведен цепной ассоциативный эксперимент. В нем приняли участие 50 студентов и 50 сотрудников Томского политехнического университета. В процессе эксперимента использовался прием письменного опроса на русском языке. Информантам был предъявлен опросный лист, в котором предлагалось записать 10–15 ассоциаций на слово-стимул. В результате эксперимента было получено 896 реакций на слово-стимул бизнес.

На этапе трактовки и статистической обработки ассоциативных реакций были установлены признаки ассоциативного поля концепта бизнес, что позволило предпринять попытку его конструирования. Также был подсчитан процент позитивных и негативных реакций на слово-стимул в опросных листах юного и старшего поколения.

Для языкового сознания юного поколения XXI века (первая возрастная группа) понятие бизнес вызывает, прежде всего, следующие ассоциативные реакции: деньги, как всеобщая форма стоимости всех товаров (32 реакции); работа, как трудовая деятельность (25 реакций); автомобиль/ машина/ иномарка, как непременный атрибут бизнесмена (20 реакций); свое дело (16 реакций); конкуренция и деловые связи (14 реакций); карьера (12 реакций); офис (11 реакций).

Кроме этого, в половине (50 %) студенческих опросных листов встречаются негативные реакции на слово бизнес. У четырнадцати студентов из пятидесяти возникла ассоциация коррупция, у семи — взятки, у шести — рэкет, у пяти — преступность. Средняя доля отрицательных реакций в этой возрастной группе по сравнению с положительными невелика и составляет 7,4 %.

Отсюда следует, что большая часть опрошенных студентов относится к понятию бизнес положительно, как к непременной составляющей современной жизни, способной помочь получить работу, сделать карьеру, организовать свое дело, заработать деньги и осуществить все, что нужно для получения признания и успешности. Но наряду с положительными, в половине опросных листов еще встречаются отрицательные ассоциации на интересующую нас лексему.

Для языкового сознания старшего поколения понятие бизнес связано со следующими ассоциативными реакциями: деньги (25 реакций); доходы (15 реакций); налоги (13 реакций); предпринимательство/предприимчивость (10 реакций); кредиты (9 реакций).

В 75 % опросных листов сотрудников ТПУ старше 35 лет наряду с устоявшимися на сегодняшний день нейтральными реакциями, присутствуют негативные ассоциации на слово-стимул бизнес. Для старшего поколения, чье языковое сознание формировалось на стыке двух эпох — советской и новой России — слово бизнес зачастуюассоциируется с риском (15 реакций), проблемами (13 реакций), криминалом, преступностью (8 реакций), обманом (7 реакции), долгами (6 реакции), банкротством (5 реакции). Встречаются в опросных листах и такие единичные ассоциации, как нечистоплотность, стяжательство, интриги, мошенничество, угнетение, классовость, откат, крыша, алкоголизм. Возможно, эти реакции — ответ на проблемы в ведении бизнеса на современном этапе. Средняя доля отрицательных реакций во второй возрастной группе несколько выше, чем в первой, и составляет 14,1 %.

Следовательно, в сознании людей старшего поколения, не имеющего отношения к занятию бизнесом, наряду с нейтральными и положительными ассоциациями на слово-стимул бизнес, еще присутствуют ассоциации резко отрицательные, сохранившиеся с советского прошлого и с периода становления новой России, когда способы ведение бизнеса еще не были цивилизованными. Возможно также, что в подобных реакциях нашли отражения сегодняшние экономические проблемы. Примечателен тот факт, что ядро ассоциативного слоя концепта бизнес сознании информантов разных возрастных групп во многом совпадает. Для носителей русского языка обеих групп в ядро входят лексемы деньги, доходы, работа, свое дело, карьера, налоги. Выявленные же отрицательные реакции по причине их небольшой средней доли отходят на периферию номинативного поля изучаемого концепта, и их вербализация различна в первой и второй возрастных группах (1 группа: коррупция, взятки, рэкет, преступность; 2 группа: проблемы, криминал, обман, долги, риск). В том, что ассоциаты с отрицательной коннотацией в группах опрошенных разнятся, отражены возрастные особенности старшего поколения. Взрослые люди с большей осторожностью и серьезностью относятся к понятию бизнес (проблемы, обман, долги, стресс, дефолт, инфаркт, кошмар и т. п.), тогда как молодежь во многом руководствуется, на наш взгляд, примерами из прессы, кино- и телефильмов (коррупция, рэкет, преступность, бандиты, крыша).

Таким образом, на современном этапе развития языка нейтральные и положительные реакции, полученные в результате ассоциативного эксперимента на слово-стимул бизнес, являются многочисленными и устойчивыми ассоциациями и составляют инвариантную часть ассоциативного слоя исследуемого концепта. Отрицательные реакции представлены в меньшем процентном соотношении, чем положительные, и входят в вариативную часть концепта бизнес. Большая часть полученных в ходе эксперимента ассоциаций вербализована речевыми штампами, клише, языковыми стереотипами настоящего времени, а также иностранными словами, заимствованными в постперестроечное время. Исследователь О. Г. Щитова обозначила подобные слова как ксенолексемы. «Под иноязычными новациями, или новейшей ксенолексикой, мы понимаем слова иноязычного происхождения, проникшие в русский язык начиная с конца 80-х гг. XX в. по настоящее время» [5. С. 27]. Что касается содержания данного понятия, то туда «входят слова иноязычного происхождения, находящиеся как на самых ранних, так и на поздних этапах ассимиляции в языке-реципиенте (принимающем языке): иноязычные вкрапления, иностранные слова (варваризмы), экзотизмы, заимствованные слова» [6. С. 279].

Таким образом, совокупность полученных реакций помогает составить представление о том, какие смыслы лежат за исследуемым концептом для современных носителей культуры. Ассоциативное поле полученных в ходе эксперимента реакций является богатым по содержанию, разнообразным по семантике и грамматическим признакам (слова, словосочетания, устойчивые выражения). Реакции-слова в ответах информантов преобладают над реакциями-словосочетаниями и реакциями — устойчивыми выражениями. Наиболее распространённым видом реакций (775 реакции — 86,5 %) является имя существительное. Менее частотными являются прилагательные (79 реакций — 8,9 %) и несогласованные определения (28 реакций — 3,2 %). Меньше всего испытуемые отвечали с использованием устойчивых выражений (8 реакций — 0,9 %) и глаголов (4 реакции — 0,5 %).

Проведенный анализ позволяет заключить, что ассоциативное поле концепта бизнес в сознании представителей современной культуры является неоднородным и обладает набором отличительных признаков. В нем присутствуют и позитивные и негативные реакции, но в целом ассоциативный слой исследуемого концепта окрашен положительно.

 

Литература:

 

1.         Степанов Ю. С. Константы: Словарь русской культуры. — М.: Академический проект, 2001–590 с.

2.         Маслова В. А. Когнитивная лингвистика. — М.: Тетра Системс, 2004. — 256 с.

3.         Уфимцева Н. В. Русские: опыт еще одного самопознания // Этнокультурная специфика языкового сознания. Сборник статей. — М., 1996. — С.139–162.

4.         Бессонова Л. Е., Зелинская А. Ю. Структурно-семантическое содержание ассоциативного поля концепта образование (из опыта проведения экспериментальных методик) // Учёные записки ТНУ, Т. 17 (56). — 1: Филологические науки. — Симферополь, 2004. — С. 142–150.

5.         Щитова О. Г. Лексикографические источники изучения функциональной эквивалентности иноязычных новаций в русском языке начала XXI в. // Вестник Томского государственного университета. — 2012. — № 355. — С. 27–30 [Электронный ресурс]. URL: http://sun.tsu.ru/mminfo/000063105/355/image/355–027.pdf (дата обращения: 12.03.2015).

6.         Щитова О. Г. Новейшая ксенолексика в русской речи XXI века: к определению объема понятия // Вестник науки Сибири. Серия 9. Филология. Педагогика. — Томск: Изд-во Том. политех. ун-та, 2012. — № 1(2). — С. 278–286 [Электронный ресурс]. URL: http://sjs.tpu.ru/journal/article/view/237/234 (дата обращения 26.04.2015).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle