Библиографическое описание:

Поздеева Г. П. Функционально-семантическое микрополе собирательности и его способы выражения на материале диалектов селькупского языка // Молодой ученый. — 2015. — №11. — С. 1661-1663.

Данное исследование категории собирательности в диалектах селькупского языка основывается на функционально-семантическом (полевом) подходе. В структуре микрополя выделяют ядро и периферию и описываются разноуровневые средства выражения данной категории (морфологические, словообразовательные, лексические).

Ключевые слова:функционально-семантическое микрополе собирательности, ядро, периферия, диалекты селькупского языка.

 

Категория собирательности является языковой универсалией как формой выражения количественности. Она характеризует множество как целостность, совмещая в себе при этом черты единичных и множественных понятий. Для понимания данной категории наиболее целесообразным является функционально-семантический (полевой) подход, позволяющий наиболее полно исследовать ее внутреннее строение и функционирование. На материале диалектов селькупского языка категория собирательности на принципе функционально-семантического поля не рассматривалась.

Собирательность (вещественных, абстрактных существительных) была рассмотрена Н. П. Максимовой при изучении морфологических признаков единичности, двойственности и множественности в южных селькупских диалектах [3] и Е. А. Хелимским, который выделил особое категориальное значения числа — собирательную форму в северном тазовском диалекте [2, с. 169].

Структура микрополя состоит из ядерной и периферийной зон. Состав ядерной зоны ФСП собирательности формируют лексемы, характеризующиеся максимальной концентрацией признаков собирательности, поскольку они являются неисчисляемыми существительными, имеют морфемные показатели собирательности, а также способны выявлять единство или множественность в рамках совокупности [1, с. 27; 8, с.80, 91].

Ядро функционально-семантического микрополя собирательности в селькупском языке включает несколько лексических групп, которые представлены неисчисляемыми существительными, оформленными морфологическими показателями, а также группы лексем со значением неразделительной собирательности. Данные лексемы употребляются только в форме единственного числа и не сочетаются с количественными числительными (являются неисчиляемыми):

1)                 Существительные, обозначающие названия лиц и живых существ сочетаются с составным показателем -Lmy. Эти сочетания имеют собирательное значение: qumyLmy ‘люд, толпа людей’, 1jaLmy ‘ребята, детвора’, s6ryLmy ‘зверье’. Значение нерасчленимой собирательности имеют и неодушевленные существительные с этим показателем: pфLmy ‘деревья, группа деревьев, лес, дрова, древесина’, mлtyLmy ‘чумы, группа чумов, стойбище’, p7Lmy ‘камни, группа камней, каменистое место’ (таз.) и т. д. [2, с. 170].

В нарымском диалекте южных селькупов (обских чумылькупов) собирательные существительные с данным аффиксом также употреблялись в речи: n7jmdaLmy ‘нечто сладкое, сладости’, s6ryLmy ‘зверье’, madyLmy ‘стойбище’ (об. Ч)[1].

2)                 Следующая группа лексем, входящая в ядерную зону ФСП собирательности — это небольшая группа существительных, обозначающих растительность. Характерным признаком данной группы для южных диалектов являются аффиксы ‐sa‡, -Aa‡, -Xa‡: муrrозан ‘черемушник’ (кет.) [5, c. 132], шуyгозак — ‘ракитник’ (об. Ш) [5, c. 300], тpтpшак — ‘кедрач’, rвенажак ‘березняк’ (вас.) [5, c. 80]. В тазовском диалекте суффиксам ‐sa‡/-Aa‡/-Xa‡ соответствуют суффиксы, выделенные в результате морфемного анализа, но не участвующие в настоявшее время в процессах образования новых слов (единичные или редкие): -nyqчny ‘березовый лес’ (где, qa ‘береза’), -sy qчAy ‘густой березняк’ [2, с. 334–335].

3)                 Ядерную зону ФСП собирательности также составлюят вещественные и абстрактные существительные. Существительные вещественного значения в селькупском языке употребляются преимущественно в форме единственного числа. По сути дела они нейтральны по отношению к категории числа, поскольку обозначают вещества или материалы, которые сами по себе не расчленяются на отдельные единицы, поддающиеся счету: вещественно-собирательные существительные: s2r2 ‘снег’, 7t ‘вода, сок’ [2, c. 130], tы ‘береста’, cu ‘глина, земля’ (таз.) [2, c.130], арма ‘овес, просо’ (об. Ч) [5, c. 61]; rав ‘чешуя, кора, скорлупа’ (кет, вас) [5, c. 39]; weVi ‘мясо’ [8, с. 296], Aчq, Aчk2 ‘соль’ [8, с. 217], kцz2, kйz2 ‘железо’ [8, с. 91] и др. Абстрактные существительные, обозначающие предметно мыслимые качества, состояния, действия типа: or ‘сила’, teni ‘ум’, il2psa ‘жизнь’ (таз.) [3, c. 96] также часто нейтральны по отношению к счету.

Околоядерную зону микрополя собирательности формируют существительные с показателем единичности -laka. В ряде случаев этот показатель придает существительным значение совокупности однородных элементов, составляющих единое целое: t§mylaka ‘челюсть’, nкkyrlaka ‘книга, тетрадь’ (таз.) [2, c. 338], muqqyllaka ‘связка, вязанка’ (таз.) [2, c.337]; rэнелака ‘березняк’ (ел) [5, c. 108]; кумылака ‘народ’ (тур.) [5, c. 53].

Периферийный слой состоит из лексем, называющих совокупности, лексемы, носители смысла собирательности, как правило, это глаголы, образованные от собирательных существительных, допускающие формы обоих чисел, а также глаголы, образованные путем прибавления суффиксов к основе существительных:

1)                 Глаголы (со значением «производить заготовки чего-либо, собирать воедино что-либо»), образованные прибавлением суффиксов –Nyr или ‒A к основе существительного: saltyNyrqo ‘заготовлять пни’ (salty ‘пень’) (таз.) и tыtyAqo ‘собирать бересту’ (tы ‘береста’) (таз.) [2, c. 345] kptäšqo ‘собирать черную смородину’, turajiךqo~ turaniךqo ‘собирать красную смородину’; tökašqo ‘охотиться на гусей’, kurpaškašqo ‘охотиться на куропаток’, aqsi×liךqo ‘собирать грибы’; loqašqo сео ‘охотиться на лис’; topirišqo ои ‘собирать ягоды’ [6].

2)                 Лексемы, носители смысла собирательности: глаголы со значением собирательности: sлryqo ‘связать, привязать’, taqqylqo ‘собрать’, jap(~ lap) tatti×qo‘сойтись, собраться вместе’; tыttyqo ‘нанизать’ (таз.) [2. c. 340] rвадэдигу — ‘набрать’ (об.С) [5, c. 78] вадpгу, ватpгу ‘собрать, набрать’ (об.Ч, вас., тым.) [5, c. 22] lakašiqoобразовать единое целое, скучиться; скомкаться’; lakaŋqoсложить в кучу, cкомкать’; ke×ci×qoсцепить, соединить, взять на буксир, сложить в стопку’; ke×calqoнарастить, дополнить, удлинить (путем присоединения дололнительных частей)’; cаpsiqo ‘насадить на рожень для жарки, изжарить на рожне’; cаpsipil qeli ‘жареная (изжаренная на рожне) рыба (‘чопса’); εti×ŋqoразбить стойбище, поставить чумы’ (тур.); εti×ŋpi×qoстоять стойбищем (тур.); pärqi×lti×qoнабить (напр., подушку пухом)’; kecilimpiqo ‘двигаться вереницей’ (таз). [6].

3)                 Наречия со значением расположения в пространстве расположенных совокупностей предметов: kкъcлltyk ‘цепью, в ряд’, tontaltyk ‘в затылок, шеренгой’, nyntyk ‘вплотную, рядом’, ukkyrNнnty ‘вместе, кучно’ (ukkyrmyqyn, ukkyrmynty), kкъcлltyk ‘цепью, в ряд, вереницей’, tontaltyk ‘в затылок, шеренгой’, qыtaltyk ‘подряд’, p7ryk ‘кольцом’ (таз.) [2, c. 282].

4)                 Существительныес суффиксом места действия -mo, который образует существительные от глагольных основ на -r: minyrqo ‘промышлять’ minyrmo ‘охотничьи угодья’; amyrqo ‘кушать’ amyrmo ‘водопой, место, где питаются звери’; takyrmo ‘место для собраний’ atyrmo ‘место для рыбной ловли, атарма’ (таз.) [2, с. 339].

5)                 Сушествительные, называющие парные предметы: top2 ‘нога, ноги’, uT2 ‘рука руки’, toLVi ‘лыжа, лыжи’, saji ‘глаз, глаза’ (таз.) [2, с. 98; 4].

В результате анализа текстовых и словарных источников, основанного на функционально-семантическом (полевом) подходе, можно заключить, что категория собирательности в диалектах селькупского языка представлена разноуровневыми средствами (морфологическими, словообразовательными, лексическими).

Список сокращений:

ФСПС — функционально-семантическое поле собирательности

вас. — васюганский диалект

кет. — кетский диалект

нар. — нарымский диалект

об. С — обские говоры Сюсюкум

об. Ч — обские говоры Чумылькуп

об. Ш — обские говоры Шешкуп

таз. — тазовский диалект

тур. — туруханский диалект

 

Литература:

 

1.  Акуленко В. В. О выражении количества в семантике языка //Категория количества в современных европейских языках. Киев, 1990. с 7–40.

2.  Кузнецова А. И. Очерки по селькупскому языку. Тазовский диалект А. А. Кузнецова, Е. А. Хелимский, Е. В. Грушкина. — М.: МГУ, 1980. — Т. 1. — 408 с.

3.  Максимова Н. П. Категория числа в селькупском языке // Языки народов Севера Сибири. — Новосибирск, 1986. — С. 93–101.

4.  Поздеева Г. П. Конструкции «существительное, обозначающее парные предметы + глагол» в диалектах селькупского языка. // Филологические науки. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013, № 12 (30). С. 161–165.

5.  Селькупско-русский диалектный словарь / отв. ред.: В. В. Быконя, Н. Г. Кузнецова, Н. П. Максимова. — Томск: Изд-во Том. гос. пед. ун-та, 2005. — 348 с.

6.  Северноселькупский словарь [Электронный ресурс] / сост. е. А. Хелимский. — Электрон. дан. — [Б. м., б. г.]. — URL: http://helimski.com/Taz_Selkup_Dictionary (дата обращения: 23.01.2012).

7.             Степанова А. В. Функционально-семантическое поле количественности в разноструктурных языках (на материале английского, русского и чувашского языков): Дис… канд. филол. наук. Чебоксары, 2007. — 198 с.

8.             Erdelyi I. Selkupisches Worteverzeichnis. Tas-Dialekt, Budapest, 1969, -326s.



[1] Лингвистическая экспедиция автора в с. Парабель Парабельского района Томской области (июнь 2011г.). Языковой материал  записан у  Коробейникой Ирины Анатольевны.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle