Библиографическое описание:

Будаева С. В., Черкасова Н. В. Региональные конфликты КНР и возможные негативные последствия для национальной безопасности Российской Федерации // Молодой ученый. — 2015. — №10. — С. 998-1002.

В статье рассматриваются ряд погранично-территориальных споров КНР с соседними государствами: в частности с Индией, Японией и Вьетнамом вопрос о разграничении остаётся актуальным.

Данные материалы показали, что вероятные локально-региональные конфликты в КНР могут спровоцировать дезинтеграцию современной китайской модели государства, что в свою очередь приведёт к возникновению ряда серьёзных политических, экономических, демографических, социальных и иных угроз пограничной безопасности Российской Федерации.

Глобальные и региональные угрозы оказывают воздействие на пограничную безопасность. Российские власти вырабатывают новые формы защиты рубежей и совершенствуют приграничное сотрудничество.

Ключевые слова: Китай, Россия, КНДР, Япония, Индия, пограничный спор, ракетно-ядерные испытания, кризис отношений, вооруженный конфликт, внешняя политика, национальная безопасность, Совет Безопасности ООН, Пекин, сосед, претензии.

 

В настоящее время доминирующей тенденцией развития в мире и Азиатско-Тихоокеанском регионе являются взаимосвязанные процессы глобализации и регионализации, которые оказывают влияние на страны региона, в том числе и на КНР. Эти процессы характеризуются политической, экономической, культурной и религиозной интеграцией и унификацией. Казалось бы, всё это способствует гармонизации международных отношений и укреплению межгосударственных связей, а опасность крупномасштабного глобального конфликта осталась в прошлом, вместе с «холодной войной». Однако события начали развиваться в другом направлении, количество локальных и региональных конфликтов резко увеличилось, они ужесточились и усложнились. Современные локально-региональные конфликты стали одним из ведущих факторов нестабильности на земном шаре. Будучи плохо управляемыми, они имеют тенденцию к разрастанию, подключению все большего числа участников, что создает серьезную угрозу не только тем, кто непосредственно оказался вовлеченным в конфликт, но и всем государствам региона.

Китай является одним из крупнейших государств в мире и граничит с 14-ю странами. Во второй половине XX в. КНР имела территориальные претензии ко всем своим соседям. Руководство КНР исходило из древней геополитической концепции, согласно которой, все территории, когда-либо входившие в китайское государство, принадлежат Китаю. На сегодняшний день ряд погранично-территориальных споров КНР с соседними государствами в целом урегулирован. Однако с некоторыми странами, в частности с Индией, Японией и Вьетнамом вопрос о разграничении остаётся актуальным.

В 1961 г. Китай и Северная Корея подписали Договор о сотрудничестве и дружбе, согласно которому страны обязались оказать военную и иную помощь в случае нападения на одну из сторон. Этот договор дважды продлевался в 1981 и 2001 гг. со сроком действия до 2021 г. [8].

Стоит отметить, что после Корейской войны, КНДР умело использовала противоречия, возникшие в советско-китайских отношениях, и получала уступки и привилегии от обеих сторон. В конце 1980-х гг. Пхеньян стал проявлять всё больше самостоятельности в наращивании своего военного потенциала, в том числе создании ракетно-ядерного оружия.

В 1991 г. распался Советский Союз, и КНР осталась единственным серьёзным союзником Северной Кореи. Попытки Пхеньяна улучшить отношения со странами Запада не имели успеха, так как в 1993 г. он отказался предоставить доступ международным инспекторам на свои ядерные объекты, а затем в 1994 г. вышел из МАГАТЭ. С этого момента возник так называемый Северокорейский ядерный кризис, который и на современном этапе представляет угрозу безопасности и стабильности не только Азии, но и всему миру. Переговоры по решению данной проблемы ведутся с 2003 г. В них принимают участие шесть государств: Китай, Россия, США, Южная Корея, Япония и Северная Корея. Каких-либо ощутимых результатов Шестисторонние переговоры пока не принесли.

Ракетно-ядерная программа КНДР с самого начала вызывала недовольство у руководства Китая. КНР, как и все официально признанные ядерные державы, крайне негативно относится к попыткам распространения атомного оружия, к тому же КНДР сначала подписала Договор о нераспространении, а затем, получив доступ к нужным технологиям, вышла из него. Стоит отметить, что проводимые КНДР ракетно-ядерные испытания приводят к наращиванию военного присутствия США в регионе, повышают интенсивность и масштабность американо-южнокорейских учений, в итоге всё это создаёт напряжённость у границ КНР.

В 2012 г. с приходом нового высшего руководства в КНР и КНДР, в китайско-северокорейских отношениях наметился кризис. С тех пор ситуация постоянно ухудшается. Это кажется странным, так как внешняя торговля КНДР практически полностью контролируется Китаем, главным инвестором и поставщиком гуманитарной помощи в Северную Корею также является Пекин.

Демонстративное проведение очередного этапа ядерных испытаний в феврале 2013 года, несмотря на возражения КНР, не способствовало улучшению межгосударственных отношений. После череды экономических и политических конфликтов руководство КНР приняло решение о прекращении государственного финансирования инфраструктурных проектов в КНДР. Кризис сказался и на дипломатических отношениях двух стран. Снизился уровень, и сократилось количество официальных визитов. Примечателен тот факт, что Си Цзиньпин стал первым руководителем КНР, который вопреки устоявшейся традиции, первым делом посетил Сеул, а не Пхеньян. Визит в столицу Северной Кореи пока так и не состоялся.

Новое поколение китайских руководителей не разделяет выбранную КНДР архаичную и иррациональную модель государственного устройства. В Пекине понимают, что административно-командная экономика Северной Кореи крайне неэффективна, а проявления национализма и культ личности вызывают неприятие у китайского народа. Пхеньян, в свою очередь, обеспокоен практически полной экономической зависимостью от КНР и укреплением связей между Китаем и Южной Кореей. Следует отметить, что предыдущий серьёзный кризис в китайско-северокорейских отношениях 1992 г., возник из-за установления дипломатических отношений между КНР и Республикой Кореей.

Несмотря на ухудшение отношений между КНР и КНДР, вероятность возникновения китайско-северокорейского вооружённого конфликта крайне мала. Китай как никто другой понимает, что заставило Северную Корею начать разработку ракетно-ядерного оружия. Во-первых, США все послевоенные годы угрожали КНДР применением ядерного оружия [1]. Во-вторых, потенциальные противники Северной Кореи в регионе, Южная Корея и Япония, находятся под «ядерным зонтиком» США.

Поддержав санкции против Пхеньяна в Совете Безопасности ООН, Пекин не вводит экономическую блокаду против своего северо-восточного соседа, прекрасно понимая, что в случае коллапса правительства КНДР последствия будут непредсказуемы.

Китай находится в весьма неудобной позиции. Ни Северная Корея, ни Южная Корея с США не хотят прислушиваться к мнению КНР. При этом с обеих сторон к Пекину предъявляются претензии. КНДР хочет, чтобы Китай гарантировал ей безопасность. Это возможно только в случае восстановления китайско-северокорейского военного альянса, что в свою очередь может привести к реанимации «холодной войны» на Корейском полуострове. Южная Корея и США, ожидают от Китая более решительных действий в санкционной политике против КНДР, что чревато гуманитарной катастрофой, а в случае падения северокорейского режима, ещё и образованием объединённой проамериканской Кореи.

Таким образом, на современном этапе Китай безусловно заинтересован в решении северокорейской ядерной проблемы и нормализации обстановки на Корейском полуострове. При этом он понимает, что усиление давления стран Запада на КНДР, как и военное вмешательство США не приведёт к желаемому результату. Только путём диалога и взаимных уступок можно добиться разрядки напряжённости на Корейском полуострове, что соответствует стратегическим интересам КНР.

Другим немаловажным объектом внешней политики КНР является Индия. Китайская и индийская цивилизации относятся к числу древнейших в мире, на протяжении тысячелетий они сосуществовали рядом, поддерживая культурные и экономические взаимосвязи между собой. Основная торговля между Китаем и Индией шла по Великому шёлковому пути, который также служил главным направлением распространения буддизма из Индии в Восточную Азию. Во времена опиумных войн Великобритании и Франции против Цинской империи в XIX в. Индия, являющаяся на тот момент частью Британской империи, поддерживала британцев. Во Второй мировой войне, Китай и Индия входили в антигитлеровскую коалицию и внесли свою лепту в разгром Японской империи.

В 1947 г. Индия, в результате многолетней борьбы, обретает независимость от Британской империи. В 1949 г. образовывается КНР. Дипломатические отношения между КНР и Индией были установлены в 1950 г., развивались они крайне конфликтно: войны 1962 и 1987 гг., пограничные столкновения в 1965 и 1967 гг. и ряд пограничных инцидентов, последний из которых произошёл в 2013 г. Всё это свидетельствует о постоянной напряжённости в пограничном пространстве Китая и Индии. Несмотря на то, что сегодня экономические и стратегические связи Индии и Китая успешно развиваются, для установления более благоприятных отношений существует ряд барьеров. Одним из них является замороженный пограничный конфликт, который способен спровоцировать открытое вооружённое столкновение. Однако следует отметить, что на сегодняшний день национальные интересы Пекина и Дели на международной арене совпадают, поэтому не стоит преувеличивать степень военного противостояния Китая и Индии.

Вернёмся к замороженному пограничному конфликту, причиной спора между Китаем и Индией являются две территории: Аксай Чин и Аруначал Прадеш. Аксай Чин находится на западе китайско-индийской границы, площадь спорного района составляет 38 тысяч кв. км, территория которого фактически непригодна для жизни, находится высоко в горах (4–7 тыс. метров над уровнем моря). Аруначал Прадеш — это территория на северо-востоке Индии имеющая статус штата, площадь которой достигает 84 тыс. кв. км., население около 1,5 млн. человек. Аксай Чин управляется КНР, но на него претендует Индия, заявляя, что эта территория является частью штата Джамму и Кашмир. В свою очередь, Аруначал Прадеш находится под управлением Индии, однако Китай оспаривает это.

Начало пограничному спору было положено ещё в 1914 г., когда ослабленный Китай был вынужден принять навязанную Британской империей Симлскую конвенцию, которая утвердила новую границу между Тибетом и Британской Индией по линии Мак-Магона. В результате Индии отошли тибетские территории в восточной части границы, включая Аксай Чин и территории будущего индийского штата Аруначал Прадеш. В 1949 году части НОАК вошли в Тибет и вскоре установили над ним полный контроль. Стоит отметить, что китайское руководство никогда не признавало границу, установленную между Индией и Тибетом по линии Мак-Магона, но в связи с теплыми китайско-индийскими отношениями пограничный вопрос не поднимался. В 1954 г. индийское руководство признало Тибет, частью Китая, считая, что КНР согласился с разграничением по Симлской конвенции. Неурегулированный пограничный вопрос, после ряда провокаций с обеих сторон, вылился в локальную китайско-индийскую войну 1962 г., в которой Индии потерпела сокрушительное поражение. По итогам войны части НОАК заняли Аксай Чин, Индия сохранила за собой Аруначал Прадеш. После китайско-индийской войны 1962 г. отношения между двумя странами оставались напряжёнными. Постоянные стычки на границе привели к китайско-индийским пограничным конфликтам 1965 и 1967 гг., которые завершились тактической победой Индии.

Напряжение в отношениях между Китаем и Индией сохранялось до середины 70-х годов, между странами были фактически прерваны экономические, культурные и дипломатические связи. Только в 1976 г. Пекин и Дели договорились о восстановлении дипломатических отношений и возобновили торговое и культурное сотрудничество.

Следующее ухудшение отношений между Китаем и Индией произошло в середине 80-х гг. Нарушив условия перемирия 1962 г., Индия в 1984 г. ввела войска в демилитаризованную зону. В ответ на это КНР также ввёл армию в демилитаризованную зону. Индийские и китайские войска вновь встретились на линии Мак-Магона. Ещё большее осложнение ситуации вызвало провозглашение Индией нового штата Аруначал Прадеш на оспариваемой КНР территории. Была велика вероятность начала открытых военных действий. Напряжённая обстановка на границе сохранялась вплоть до 1988 г. и только после встречи лидеров государств был начат процесс мирного урегулирования пограничного вопроса.

Примечательна реакция Индии на события, произошедшие в июне 1989 г. на площади Тяньаньмэнь. В отличие от ряда западных государств во главе с США, которые ввели санкции против КНР, Индия заявила, что «события 4 июня» являются внутренним делом Китая [2]. Такая позиция индийского руководства укрепила китайско-индийские отношения и способствовала поиску мирного решения пограничного вопроса.

Последний заметный инцидент произошёл на китайско-индийской границе 15 апреля 2013 г. Подразделения армии КНР вошли на индийскую территорию в кашмирском регионе Ладах в Гималаях и разбили военный лагерь, напротив которого индийские военные разместили свои войска. Лишь 5 мая стороны отвели свои войска на линии фактического контроля. Во избежание подобных инцидентов Китай и Индия в октябре 2013 г. подписали Соглашение о военном сотрудничестве на границе. В комплекс мер вошли договоренности не стрелять и не преследовать подразделения другой стороны, пересекшие «линию фактического контроля». Были активизированы контакты между военным командованием на различных уровнях, регулярно проводятся совместные маневры.

Как мы уже говорили, территория Аксай Чина непригодна для ведения хозяйственной деятельности, но в военно-стратегическом отношении это очень важный регион для КНР. Так как дорога, идущая через Аксай Чин, связывает Тибетский и Синьцзян-Уйгурский автономные районы.

Особая опасность перерастания приграничного конфликта между Пекином и Нью-Дели в войну, заключается в том, что оба государства обладают ядерным оружием. Также и КНР, и Индия стремятся к получению всех компонентов «ядерной триады»: стратегическая авиация, межконтинентальные баллистические ракеты и атомные подводные ракетоносцы. На данный момент полноценной «ядерной триадой» обладают только Россия и США. Китай и Индия уже имеют межконтинентальные баллистические ракеты, радиус действия которых позволяет нанести удар по любой точке на территории друг друга. Заметно увеличивается потенциал военно-морских сил двух государств. Пекин стремится к реализации своей военно-морской доктрины «Нить жемчуга», которая включает размещение баз ВМФ вдоль важнейших морских путей, по которым в КНР транспортируются энергоресурсы из стран Персидского залива. Китай уже построил свои базы в Пакистане, Мьянме и Шри-Ланке, и это вызывает обоснованное беспокойство Индии, которая, в свою очередь, развивает авианесущий флот. Соперничество между Китаем и Индией идёт и в сфере обычных вооружений, постоянно увеличиваются военные бюджеты, модернизируются и переоснащаются национальные вооружённые силы. Пекин и Нью-Дели борются за экономическое и военное превосходство в регионе, стремятся к контролю над Индийским океаном, ресурсами и рынками Африки, плацдармами в Азии. Но, несмотря на это, говорить, что китайско-индийское противостояние аналогично холодной войне между СССР и США было бы неверно. Соседние государства, тем более имеющие территориальные споры, вынуждены учитывать военный потенциал и экономические возможности друг друга. Помимо этого и Китай, и Индия понимают, что вооружённые силы играют важную роль в отстаивании национальных интересов на международной арене. При этом следует отметить, что Китай и Индия не участвуют в военных блоках.

Сегодня взгляды Пекина и Нью-Дели на решение многих мировых проблем полностью совпадают. Оба государства выступают за многополярную систему международных отношений, уже предпринимают конкретные шаги для изменения мировой финансовой системы, например создание 24 октября 2014 г. по инициативе Китая и при активном участии Индии Азиатского банка инфраструктурных инвестиций. Также страны имеют общую позицию по методам обеспечения мировой энергетической безопасности, по проблемам экологии, выступают за главенствующую роль международного права.

Несмотря на неразрешённый пограничный спор вероятность полномасштабной войны между Китаем и Индией крайне мала. И Пекин, и Нью-Дели понимают, что любые крупные боевые действия нанесут серьёзный урон экономическому развитию государств, а о планах на политическое лидерство в регионе можно будет просто забыть.

Помимо территориального спора, в китайско-индийских отношениях имеется ещё ряд нерешённых проблем. Мы знаем, что в 1959 г. Индия предоставила убежище бежавшему из Тибета Далай-ламе XIV и его сторонникам. Данное событие на многие годы ухудшило отношения между КНР и Индийской республикой. На современном этапе этот вопрос стоит не так остро, так как Индия не позволяет Далай-ламе вести антикитайскую политическую деятельность на своей территории. Также проблемным моментом китайско-индийских двусторонних отношений является тесное сотрудничество КНР и Пакистана, с которым у Индии очень сложные отношения из-за ряда политических и исторических вопросов. Индия и Пакистан пережили три крупные войны, одну необъявленную войну и принимали участие в многочисленных вооруженных стычках и противостояниях. Конфликт до сих пор не улажен.

Китай и Пакистан имеют дружественные и близкие отношения, экономические связи между государствами растут и развиваются. Пакистан признаёт Тибет, Синьцзян и Тайвань в качестве неотъемлемых частей Китая, в свою очередь Китай поддерживает Пакистан по вопросу принадлежности Кашмира. Однако наибольшее беспокойство Индии вызывает военное сотрудничество Пекина и Исламабада. Начиная с 1962 г., КНР осуществляет поставки вооружения и военной техники для пакистанской армии, оказывает помощь в модернизации и переоснащении ВПК Пакистана. Помимо этого по заявлениям индийских и американских СМИ Пекин предоставил Исламабаду ракетные технологии, благодаря чему Пакистан получил ядерное оружие [7], [8]. Помимо развития пакистано-китайского военного сотрудничества Китай рассматривает Пакистан как стратегического партнера в диалоге с набирающим силу исламским миром. Стабильность в Пакистане и дружеские отношения с этой страной очень важны для Китая, так как от этого напрямую зависит спокойствие в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Из этого следует, что китайско-пакистанские отношения нельзя рассматривать, как исключительно анти-индийские.

Несмотря на ряд противоречий в китайско-индийских отношениях, экономические связи государств укрепляются. Либерализация экономики способствовала увеличению товарооборота между странами, который в 2014 г. составил 65,9 млрд. долл. США [7]. На современном этапе Китай является крупнейшим торговым партнёром Индии, а Индия главный торговый партнёр Китая в Южной Азии. В текущем году страны планируют довести товарооборот до 100 млрд. долл. Китай и Индия считают, что государства с развивающейся экономикой должны занять достойное место на мировой арене. Наряду с экономической сферой Пекин и Нью-Дели активно развивают и политическое сотрудничество. Обе страны являются членами БРИКС, в состав, которого также входят Бразилия, Россия и ЮАР. БРИКС — это группа государств, которые характеризуются как наиболее быстро развивающиеся крупные страны. Помимо этого, КНР и Индийская республика принимают участие в работе Шанхайской организации сотрудничества, в трехсторонних российско-индийско-китайских переговорах. Проводя консультации и переговоры в рамках различных международных структур, Китай и Индия стараются выработать общий подход к решению региональных и глобальных проблем. Обе страны обеспокоены возможной активизацией радикального ислама в Афганистане, после вывода американского воинского контингента. Основными приоритетами Китая и Индии являются повышение безопасности и экономическое развитие Азии, а также рост уровня жизни населения обеих стран. Становится понятно, что интересы Пекина и Нью-Дели совпадают не только на международной арене, но и во внутренней политике.

По нашему мнению, возможность серьёзного вооружённого конфликта между Китаем и Индией в ближайшее десятилетие крайне мала. Наиболее вероятным вариантом развития двусторонних отношений представляется сохранение существующего положения дел, а именно укрепление торгово-экономических и политических связей.

Вероятные локально-региональные конфликты в КНР могут спровоцировать дезинтеграцию современной китайской модели государства, что в свою очередь приведёт к возникновению ряда серьёзных политических, экономических, демографических, социальных и иных угроз пограничной безопасности России.

Политические угрозы национальной безопасности России в её пограничном пространстве, связаны с тем, что Китай, являясь одним из крупнейших государств, обладая самой большой армией в мире и огромным ядерным потенциалом, в случае серьёзной внутригосударственной дестабилизации рискует стать для России непредсказуемым и опасным соседом.

Экономические угрозы объясняются тем, что КНР является одним из основных торговых партнёров России, соответственно любой серьёзный кризис в Китае скажется как на экономике России в целом, так и на экономическом развитии её пограничного пространства. Дестабилизация в КНР приведёт к регрессу в двусторонних торгово-экономических связях, сокращению товарооборота и инвестиционного сотрудничества, а также ослабит межрегиональные и приграничные связи России и Китая.

Демографические и социальные угрозы национальной безопасности России в её пограничном пространстве, связаны в первую очередь с тем, что Дальний Восток и Восточная Сибирь, регионы, напрямую граничащие с Китаем, являются слабозаселёнными территориями России. Если в 1990 г. численность населения в Дальневосточном регионе составляла более 8 млн. человек, то по данным на 1 января 2014 г. снизилась до 6 226 640 человек [5]. Такие демографические потери главным образом связаны с миграцией населения. В тоже время в пограничных с Россией провинциях Хейлунцзян и Цзилинь по данным на 2010 г. проживает 38 и 27 млн. чел. соответственно [6]. Поэтому ухудшение общеэкономической и политической ситуации в КНР и начавшаяся в связи с этим миграция китайского населения на российский Дальний Восток и в Восточную Сибирь, могут поставить российские приграничные регионы на грань гуманитарной катастрофы.

Помимо негативных последствий для безопасности пограничного пространства России, любой региональный конфликт с участием КНР может повлиять на межгосударственные дипломатические и политические отношения России и КНР, которые, в данный момент, как заявил Президент России Владимир Путин вышли на «беспрецедентно высокий уровень» [4]. Заслуживает внимания тот факт, что руководство КНР отвергло идею политической и экономической изоляции России в связи с событиями на Украине.

Глобальные и региональные угрозы оказывают воздействие на пограничную безопасность. Российские власти вырабатывают новые формы защиты рубежей и совершенствуют приграничное сотрудничество.

 

Литература:

 

1.         США неоднократно рассматривали возможность ядерного удара по КНДР / Сеульский вестник. — 07.08.2011 г.

2.         Цзин Хуй «Чжун Инь дундуань бьеньцзечжэньсян». Правда о восточном участке китайско-индийской границы / Чжунговайцзяо, 1988. — № 1, — С. 19–26.

3.         Договор о дружбе сотрудничестве и взаимной помощи между Китайской Народной Республикой и Корейской Народно-Демократической Республикой (Treatyof Friendship, Co-operationand Mutual Assistance Betweenthe People's Republicof Chinaand the Democratic People's Republicof Korea.): [Электронный ресурс]. URL: https://www.marxists.org/subject/china/documents (Дата обращения: 21.03.2015).

4.         Поздравление Председателю КНР Си Цзиньпину по случаю 65-й годовщины образования Китайской Народной Республики: [Электронный ресурс] // Кремлин.ру («Kremlin.ru»). URL: http://www. kremlin.ru/ events/ president/ news/ 46705 (Дата обращения: 24.03.2015).

5.         Федеральная служба государственной статистики: [Электронный ресурс]. URL: http://www.gks.ru (Дата обращения: 23.03.2015).

6.         CityPopulation: [Электронный ресурс]. URL: http://www.citypopulation.de (Дата обращения: 23.03.2015).

7.         TheTimesofIndia: [Электронный ресурс]. URL: http://timesofindia.indiatimes.com (Дата обращения: 22.03.2015).

8.         The Washington Post: [Электронный ресурс]. URL: http://www.washington post.com/article/2011/01/30/AR2682.html (Дата обращения: 22.03.2015).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle