Библиографическое описание:

Асташов Д. Ю. Роль природно-ландшафтной ситуации в возникновении и развитии города Борисоглебска // Молодой ученый. — 2015. — №9. — С. 1311-1314.

Есть такой городок на слияньи двух рек,

В честь святых нареченный Бориса и Глеба.

Лебедев В. А.

Природная среда является неотъемлемой частью существования социума. Пользуясь ее ресурсами, человек неразрывно связан с ней. Осознание человеком собственного бытия породило потребительское отношение к природе, которое в свою очередь привело его к зависимости от ее потенциала. И эта зависимость образует «поле» отношений и взаимодействия. Человек использует материальные ресурсы природы для поддержания своего существования. Кроме того, созерцая красоту живописных мест, в душе человека возникают созидательные импульсы, приводящие к внутреннему удовлетворению. Все это свидетельствует о том, что взаимопроникновение и взаимообусловленность первозданных начал природного и антропогенного формируют наиболее гуманную среду обитания. М. Ю. Лермонтов в своем стихотворении «Когда волнуется желтеющая нива», описывая окружающий его ландшафт со «свежим лесом», «ветерком», «ландышем серебристым», завершает свое стихотворение такими словами:

«Тогда смиряется души моей тревога,

Тогда расходятся морщины на челе, -

И счастье я могу постигнуть на земле,

И в небесах я вижу Бога…».

Очевидно, что созерцая трансцендентную сущность природной среды, автор выше написанных строк обретает умиротворение, спокойствие и даже способен «постигнуть счастье на земле». Такой положительный результат в душе человека при взаимодействии с природой это следствие рефлексии или все-таки природа обладает некими «таинственными силами», влияющими на человека? Эта тема дискуссионна. С нашей точки зрения, в большей степени это результат рефлексии, осмысления человеком окружающей его действительности. Но, с другой стороны, нельзя отрицать тот факт, что наблюдая как за явлениями природы (восход, закат, дождь, листопад и т. п.), так и за объектами природы (небо, солнце, камень, дерево и др.), человек из состояния умозрительного восприятия окружающей его действительности переходит в состояние созерцания. А. Г. Раппопорт в своих рассуждениях на тему «Системный кризис в архитектуре» описывая процесс созерцания, говорит, что «…в состоянии созерцания ум умолкает, наступает тишина». Таким образом, человек соматически, телесно начинает ощущать воздействие таинственных сил природы, чувствуя гармонию с природой. Из этого можно сделать вывод, что рефлексия является переходным этапом человека из состояния умозрительного восприятия на уровень созерцания.

Делая акцент на эмоционально-чувственную составляющую природной среды как необходимость бытия человека Дж. Саймондс писал: «… человек рожден с любовью к чистому воздуху, наполняющему его легкие, к сухой тропинке, расстилающейся под его ногами, и к всепроникающему теплу солнца, ласкающего кожу. Он рожден с любовью к ощущению и запаху богатой теплой земли, ко вкусу и блеску чистой воды, к освежающей прохладе листвы над головой и к просторному голубому куполу неба» [11; с. 10]. На взаимосвязь человека с природой, которая происходит на генетическом уровне, указывает нам библейское сказание: «… насадил Господь Бог рай в Едеме на востоке, и поместил там человека, которого создал» [4]. Таким образом, очевидно, что наиболее гуманной и благоприятной средой для обитания человека является живописная природная среда, со всеми ее материальными и эмоционально-эстетическими качествами.

Русская земля богата красивыми и живописными местами. В таком месте, по приказу Петра I, на границе Русского государства, в 1698 году, возникла небольшая крепость, названная Павловской [2, 3, 7]. Она располагалась на слиянии рек Вороны и Хопра в низменных местах, на Окско-Донской равнине имеющей небольшой уклон к югу.

Загоровский Владимир Павлович в своем труде «Историческая топонимика Воронежского края» выделял 4 этапа в истории колонизации Воронежского региона [7]. К первому этапу исследователь относит период с середины XVI века по 1585 г., когда происходит активная экспансия Русского государства на восток и юго-восток. В результате военных походов границы страны расширились, захватив Астрахань и Казань. В это время незаселённый Воронежский край окружается русскими городами с запада, севера и востока. Однако, с Крымским ханством продолжались напряженные отношения. Крымские татары периодически совершали опустошительные набеги, в результате чего появляется необходимость в возведении системы лесных засек под Тулой и Рязанью. В число городов-крепостей, находящихся впереди Засечной черты, входили Орел, Шацк, Епифрань, Данков, Ряжск. Таким образом, «за пределами крайних городов организуется регулярная сторожевая служба, которая захватывает и территорию Воронежского края» [7; с. 32]. Кроме того, возмущенные против крепостного права крестьяне, убегая в южные степи, за пределы границ государства и образуя обособленные группы вольных казаков, заселяли территории Воронежской земли. Освоение диких мест Воронежского края происходило, так же, и в результате хозяйственной деятельности рязанских крестьян (бортников и рыболовов). Первый этап колонизации Воронежского края, согласно исследованиям Загоровского, заканчивается возведением в 1585 году города Воронежа.

Второй этап охватывает период времени с 1585–1635 годы — с возникновения Воронежа и до строительства Белгородской черты. Под защитой Воронежской крепости начинают формироваться поселения с контингентом преимущественно из служилых людей. Расширяя южные пределы страны, Русское государство продолжало терпеть вред от разбоя и набегов крымских татар, что, в итоге, спровоцировало возведение, так называемой, Белгородской черты, строительство которой обусловило начало третьего этапа [7].

С 1635 по 1695 год начинается третий этап освоения Воронежского края. В это время, как выше отмечалось, строится Белгородская черта в целях защиты государственных границ, в которую входило семь городов Воронежской области: Воронеж, Острогожск, Коротояк, Урыв, Костенск, Орлов. Границы Белгородской черты оставляли за пределами большую часть Воронежского края, в результате чего край слабо заселялся, а попытки к образованию поселений трагически оборачивались для населения из-за продолжающихся набегов крымских татар.

И, наконец, четвертый этап (1696–70-е годы XVIII века) непосредственно связан с военно-стратегической политикой Петра I. Азовские походы завершились взятием крепости, что обусловило расширение границ в сторону Азовского моря, охватывая территории придонских степей. В начале XVIII века Белгородская черта теряет свое военно-оборонительное значение, так как набеги крымских татар в связи с взятием Азова утихают. Города-крепости постепенно эволюционируют в торговые города или села [7].

Исходя из вышесказанного, очевидно, что зарождение города Борисоглебска (1698 год) приходится на период четвертого этапа и напрямую связано с политикой Петра I. Со взятием Азова возникла необходимость для возведения военно-оборонительной крепости. Место, для возведения сторожевого города выбрано было не случайно, так как для строительства флота — детища Петра Алексеевича, необходим был строительный материал. Кроме того, на слиянии Дона и Хопра, в конце XVII начале XVIII строиться Хоперская верфь, где производятся крупные суда. Здесь, в частности, сошли со стапелей три военных корабля: «Благое начало», «Безбоязнь» и тридцатипушечный корабль «Уния» [2]. В этой связи у Борисоглебска (на то время еще Павловска) появляется пристань для постройки подсобного флота (струги и будуары), а так же для доставки строительного материала на Хоперскую верфь. Так называемая Теллермановская роща (название имеет тюркское происхождение и «…буквально обозначает «бесконечный лес» [10, с. 30]), расположенная с западной стороны реки Вороны, на которой была основана крепость, вполне отвечала запросам строителей. Вековой дуб, наполнявший рощу, высоко ценился как строителями, так и самим императором. Об этом свидетельствуют указы, изданные Петром I в 1715, 1718, 1719 годах [2]. Содержанием приказов вначале ограничивалось потребление дуба, а потом и запрещалась всякое использование природного достояния. Разрешено было использовать только деревья, не толще пяди. Запрещалось и весьма строго наказывалось нарушение данных указов. Лесные массивы ограничивали крепость не только с западной стороны, но и с южной и северной, а на восток простиралась степь. Таким образом, крепость была как бы в изоляции от вражеского воздействия и продолжала развиваться, подпитываясь энергетикой лесного окружения.

Кроме того, еще одним фактором, обусловившим выбор места для основания крепости были реки, как коммуникационные артерии. Доставка строительного материала для азовского флота осуществлялась по судоходной реке Вороне, которая смешиваясь с водами Хопра и вливаясь в Дон, впадает в Азовское море. Город находится на слиянии двух рек, которое является узловым пунктом коммуникации. Факт слияния приобрел, отчасти, сакральный характер в сознании горожан и воспет в стихах жителей:

«Хопра иль Вороны

Задумчивый всплеск,

Слышу родимое –

Борисоглебск» [8, с. 42].

Эпиграфом статьи выбрана часть стихотворения Валерия Александровича Лебедева, (бывшего мэра города, почетного гражданина Борисоглебска), где слияние двух рек является ярким аспектом идентичности природной среды, в которой расположен город Борисоглебск. «Будет очень удобно и красиво, если удастся построиться на берегу реки, ибо во всякое время можно будет за дешевую цену отвозить урожай… к тому же река будет обслуживать дом и скотину, не говоря о том, что летом она дарует прохладу и прекраснейший вид…», — так писал Андреа Палладио, подчеркивая как транспортно-бытовую, так и эстетическую сторону водного ресурса [9, с. 47].

Ворона — спокойная, тихая река, плавно изгибаясь по равнине, омывает западную часть города. Родники Керенско-Чембарской возвышенности, расположенные севернее с. Веденякино Пензенской области, являются ее истоками. Ее воды лениво текут на юг России. Протяженность реки составляет 454 км [6]. Берега рек, Вороны и Хопра, славятся богатой растительностью. Здесь сконцентрированы наиболее живописные места.

Река Хопер ограничивает город с южной стороны. Неясно происхождение названия реки Хопер. «По мнению одних исследователей, — от иран. ху — хороший и перена — полный. Это отвечает действительности. На фоне малых степных рек Хопер представляется хорошей многоводной рекой. По мнению других, — от словахопити — хватать, влечь, тащить, что так же отвечает особенностям Хопра, с его неустойчивым руслом и водоворотами» [10, с. 146]. Воды Хопра славятся своей чистотой по всей Европе. Западная и юго-западная окраины города являются поймами рек.

Реки — как серебряные нити прорезают ландшафт местности и, плавно изгибаясь, несут свои воды в далекое азовское море. Они издавна славились обилием рыбы и щедро делились своим достоянием с русским человеком. Густые леса, богатые пушным зверем и привлекавшие внимание охотников, тянулись плотными массивами, обогащая колорит и эмоциональную содержательность местности. Здесь были и бортные угодья. Места эти были как плодородны, так и небезопасны. Татары или русский разбойный люд вносили негатив и придавали живописной природе зловещий оттенок.

Почва состоит из прекрасного чернозема с песчаной подпочвою. Тучные земли города весьма плодородны и создают благоприятные условия для земледелия. Климатические условия имеют умеренно-континентальный характер — типичное для него жаркое сухое лето и умеренно холодная зима [6]. Такие природные условия создают благоприятную обстановку для деятельности населения и развития города. О высокой урожайности и плодородности почвы свидетельствует герб города Борисоглебска, утвержденный в 1781 году (рис. 1). На изображении герба видно, что нижней части находятся «… пять мешков, положенных один на другой, в голубом поле, в знак изобилия пшеницею» [5, с. 17].

Рис. 1. Герб города Борисоглебска, утвержденный в 1781 году

 

Павловская крепость, основанная на возвышенном месте левого берега реки Вороны и окруженная с запада и юга реками и лесами, имела территориальный потенциал развития в восточном направлении, так как на восток и северо-восток от города простирались степи.

Все эти факторы явились основополагающими в возникновении и развитии города Борисоглебска. Военно-стратегическая политика государства вызвала необходимость в создании населенного пункта, богатство природных ресурсов, живописный ландшафт и территориальный потенциал местности обусловили выбор места.

В настоящее время город, расположенный на стыке Тамбовской и Саратовской областей активно взаимодействует с центральным и южным регионами страны. Выгодное географическое положение дает возможность формировать продуктивные отношения и развиваться в экономическом плане, так как является торговой артерией. «Местоположение города Борисоглебска на пересечении крупных сухопутных и железнодорожных транспортных артерий обуславливает особую значимость города для прилегающих территорий не только Воронежской, но и Тамбовской, Саратовской и Волгоградской областей. Все это создает позитивные предпосылки для устойчивого развития округа и определяет перспективу формирования его как центра развития северо-востока Воронежской области» — так прокомментировал специфику географического положения города на межрегиональной конференции Е. И. Пастушков, бывший глава администрации Борисоглебского округа.

 

Литература:

 

1.      Аббасов А. М. Воронеж исторический. — Воронеж Центр.-Чернозем. кн. изд-во, 2003. — 352 с.

2.      Апальков Ю. А., Голованов В. М. Крепость на Хопре. — Борисоглебск 1997. — 50 с.

3.      Борисоглебский край. Историко-краеведческий сборник. Сост. В. В. Самошкин. Вып. 1. Борисоглебск, 1998. — 127 с.

4.      Бытие. 2, 8.

5.      Городские поселения в Российской империи. Т. 5, ч. 1. — С.-Петербург, в типографии К. Вульфа. — 1865.

6.      Завидовская, Т. С. Флора города Борисоглебска. — Борисоглебск, 2009.

7.      — 150 с.

8.      Загоровский В. П. Историческая топонимика Воронежского края. — Воронеж, 1973.

9.      Милая малая родина: Воронежский край в поэтической строке. Сост. е. Г. Новичихин, В. В. Будаков — Воронеж: Центр духовного возрождения Черноземного края, 2009. — 416 с.

10.  Палладио Андреа. Четыре книги об архитектуре / Пер. с итал. И. В. Жолтовского; Под ред. А. Г. Габричевского. — Факс. изд. — М.: ООО Издательство «Архитектура-С», 2007. — 352 с.: ил.

11.  Прихоперье. Под ред. заслуженного деятеля науки РСФСР проф. Ф. Н. Милюкова. Воронеж: изд-во ВГУ, 1979. — 164 с.

12.  Саймондс Дж. О. Ландшафт и архитектура. — М.: Стройиздат, 1987. — 191 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle