Библиографическое описание:

Нарзиева Г. А. Явление коннотации во фразеологизмах английского языка // Молодой ученый. — 2015. — №9. — С. 1385-1389.

В данной статье рассматривается компонент, который дополняет предметно-понятийное (или денотативное), а также грамматическое содержание языковой единицы и придает ей экспрессивную функцию на основе сведений, соотносимых с эмпирическим, культурно-историческим, мировоззренческим значением говорящих на данном языке, с эмоциональным или ценностным отношением говорящего к обозначаемому или со стилистическими регистрами, характеризующими условия речи, сферу языковой деятельности, социальные отношения участников речи и ее форму.

Ключевые слова: коннотация, фразеологическая единица (ФЕ), сигнификативный аспект, денотативный аспект, десигнат, эмоциональность, экспресивность, функционально-стилистический компонент, семантические признаки, лексико-семантический вариант, предметно-логическое значение, узуальный характер, окказиональный характер.

 

В современном Узбекистане происходят коренные изменения в обществе, в духовной сфере и активно формируются фундаментальные основы новой национальной идеи. Участие Узбекистана в интеграционных процессах мирового сообщество, продуктивное развитие внешних связей по различным направлениям международных отношений благотворно сказываются на системе науки и образования, обусловливающих совершенствование подготовки кадров в стране.

Национальная программа по подготовке кадров Республики Узбекистан ориентируется на достижение высокого уровня образования и воспитания народа, рост его интеллектуально-нравственного потенциала, общую гуманизацию всей системы народного образования, ее коренное обновление на основе новейших педагогических технологий, комплексное развитие науки во всех её направлениях. Перед страной стоит в культурно-социальной сфере такая воистину историческая цель, как «формирование духовно богатой и нравственно цельной, гармонично развитой личности, обладающей независимым мировоззрением и самостоятельным мышлением, опирающейся на бесценное наследие наших предков и общечеловеческие ценности» (И. А. Каримов, 2000, с. 332).В решении вышеотмеченных задач, стоящих перед современным узбекским обществом, большая роль отводится обучению иностранным языкам.

На разрешение их фундаментальных проблем и ориентируются в своих исследованиях, прежде всего лингвисты-типологи, германисты, романисты, историки языкознания, компаративисты, лингводидакты, социолингвисты, переводоведы.

Актуальность данной статьи определяется тем, что современная лингвистика (в том числе, романо-германское, общее, сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание) находится на переломном этапе, когда требуется более новый подход к самым различным «вечным» проблемам. Необходимость пересмотра «старых», казалось бы уже окончательно решённых проблем вполне закономерна, ибо прогресс любой науки заключается не столько в усовершенствовании используемых методов и приёмов интерпретации исходного исследования фактологического материала, сколько во всё более широком понимании подлинной сущности рассматриваемого объекта».

В связи с вышесказанным становится очевидным также следующее: поскольку ни одно лингвистическое исследование не может задействовать для эмпирической интерпретации, заложенной в работу, концепции абсолютно все языки мира, то прежде всего объектом исследования должен послужить отдельно взятый язык [например, английский язык].

В новейшей англистике постановка и изучение таких сложнейших вопросов, как синонимия, антонимия, антропонимия фразеологизмов связана с исследованием фразеологических единиц (ФЕ) во фразеологической системе. Разработку же проблем, связанных с номинативным аспектом ФЕ, семантическим тождеством и природой её переосмысления, представляют собой работы более широкого теоретического охвата, раскрывающие не только специфические особенности ФЕ, но и саму природу её семантики и коннотации.

В значении ФЕ имеются две стороны: план содержания (десигнат) и план выражения (материальная оболочка ФЕ).

План содержания составляют сигнификативный и денотативный аспекты. Сигнификативный аспект значения связан с объемом информации, выражаемой ФЕ в отношении обозначаемого ею элемента внеязыковой действительности.

Денотативный аспект связывается с предметной соотнесённостью с определённым лицом, предметом, действием, состоянием, ситуацией и т. д. Сигнификативный и денотативный аспекты значения ФЕ — самостоятельные составляющие семантики ФЕ, находящиеся в тесном диалектическом взаимодействии. Изучая особенности актуализации семантики ФЕ, данные аспекты можно рассматривать нерасчленённо, как денотативно-сигнификативный аспект значения ФЕ, поскольку развёртывание как сигнификативного, так и денотативного аспекта значения ФЕ в контексте в целом основывается на идентичных условиях и лексических средствах [151].

Денотативно-сигнификативный аспект значения ФЕ представляет собой основу фразеологической семантики, где взаимодействуют понятийная (логическая) и предметная сфера.

Предметная сфера может рассматриваться как определённая связь между значением ФЕ и обозначаемым ею предметом или явлением (денотатом). Логическая сфера значения ФЕ — это связь между значением ФЕ и сформированным ею понятием (сигнификатом).

Так, ФЕ «cross the Rubicon» («перейти Рубикон») имеет в качестве денотата — «решительный поступок, имеющий поворотное значение жизни». Контекстное использование данной ФЕ может выявить референт ФЕ, т. е. действие или конкретную ситуацию, при которой делается решительный шаг, принимается смысловое решение. Тоже можно сказать и об ФЕ «turn (give) the cold shoulder to smb»., «be in the seventh heaven», «be in one's bright colours» и др. Как видно, важной составляющей семантики ФЕ является коннотативный аспект значения.

Фразеологическая коннотация связывается с лингвистическим процессом отделения значения ФЕ от значения входящих в его состав слов. Коннотация ФЕ включает такие элементы, как оценку, эмоциональность, экспрессивность и функционально-стилистическую принадлежность. Например, «to quarrel with one's bread and butter» — «бросить занятие, дающее средства к существованию»; «take smb. for a ride» — «убить, прикончить, укокошить кого-либо»; "(not to) know smb. from Adam» — «не иметь ни малейшего представления о ком-либо»; «carry coal to New castle» -«заниматься бесполезным делом»; "(as) poor as a church mouse» — «беден, гол, как сокол»; «high and mighty» — «высокомерный, надменный, властный, заносчивый»; «beat the top of the tree» — «занимать видное общественное положение» и др. Приведём примеры с использованием двух последних ФЕ:

«It's like dealing with the devil», he said. «Why don't you speak? At first you were so high and mighty with me I hardly dared to creep about my own deck. Now I can't get a word from you»... (J.Conrad. «End of the Tether», ch.8).

"....I want to get on. I make no secret of that I am one of the sort that means to get on. These are the men to make use of, sir. You haven't arrived at the top of the tree, sir without finding that out -1 dare say».

She found it was not such a wonderful thing to be in the chorus... After a few days she had her first sight of those high and mighties — the leading ladies and gentlemen (Th. Dreiser, «Sister Carrie», ch. XXXVIII).

The girl sneered. «Oh, him! He was a-braggin. High and mighty» (J. Steinbeck «The Grapes of Wrath», ch. XX).

He ought to stop doing nothing and criticizing everybody. If he had some work, he wouldn't be so high and mighty (J. Lindsay, «Betrayed Spring», ch. II).

I'd be your patron Tom. I'd take you under my protection. Let me see the man who should give the cold shoulder to anybody I chose to protect and patronize

if I were at the top of the tree, Tom (Ch. Dickens, «Martin Chuzzlewit», ch. XII), (J. Conrad. «End of the Tether», ch. 9).

Под коннотацией ФЕ понимается сочетание эмоциональных, оценочных, экспрессивных и функционально-стилистических компонентов узуального и окказионального характера, присущих ФЕ как единицам языка. При этом отдельного рассмотрения требуют и другие аспекты значения ФЕ -образность и внутренняя форма, которые являются специфическими параметрами ФЕ, в меньшей степени характерными для лексем. Семантико-функциональное назначение образа заключается в передаче новой мысли, новой идеи наиболее экономным и одновременно наиболее выразительным способом [Н. М. Перельгут, 2002, с. 60].

Подобная семантико-функциональная заданность образа в большинстве случаев определяет его повышенную информативность, по сравнению с другими способами выражения мысли [66].

Под лингвистическим образом (следовательно, и под образностью ФЕ) понимается созданное средствами языка двуплановое изображение, основанное на выражении одного предмета через другой: «He's got a woman up there». «Whose leg do you think you're pulling?" (Ph. Hardy, Fair Dinkum p.48).

He could not realize how important every penny seemed to those who worked hard for their living. Men born with a silver spoon in the mouth were like that (K. S. Prichard, «Black Opal», p. 1–17).

Для появления образа, формируемого ФЕ, необходимы сравнения предметов или явлений, выражаемых единицами разных лексико-семантических разрядов, так как, например, если сравнить львицу со львом, образность сравнения исчезнет. Образность ФЕ в ряде случаев оказывается связанной с внутренней формой ФЕ, т. е. с тем комплексом ассоциаций, который лежит в основе значения данного оборота.

Семантические признаки и свойства ФЕ зачастую сигнализируют о связи между значением переменного словосочетания и значением образованной ими ФЕ. Такая связь может быть явной и скрытой (стёртой):...The Latter Day Saints were as busy as the bees whose hive they have chosen for their emblem in the fields; and in the streets rose the same hum of human industry (Conan Doyle. A Study in Scarlet, p.201).

Применительно к внутренней форме ФЕ следует отметить, что выделение данного аспекта значения осложняется, во-первых, раздельнооформленностью ФЕ и, во-вторых, переосмыслением компонентов, составляющих форму выражения ФЕ [Г. Г. Почепцов, 1971, с. 117].

Наиболее убедительным и отражающим сущность рассматриваемого вопроса является определение внутренней формы — как семантической мотивированности ФЕ [E.Bach, 1998, c. 100].

Таким образом, в структуре значения ФЕ выделяются денотативно-сигнификативный аспект, коннотация, образность и внутренняя форма. Известно, что любая языковая единица, в том числе и ФЕ, при её использовании в речи оказывается относительно однозначной — она обозначает какой-то предмет, действие, состояние, и т. д., сочетаясь с другими словами, отражает те или иные признаки и свойства данных предметов или действий. Другими словами, происходит снятие многозначности языковой единицы. И действительно, во фразеологической системе полисемия встречается реже, чем в лексической системе языка. Ср. Следующий пример: I have established a right of way through the centre of old Middleton's park, slap across it, sir, within a hundred yards of his own front door. We'll teach these magnates that they cannot ride roughshod over the sights of the customers... (Conan Doyle. The Hound of the Baskervilles, ch. 11). Здесь соотнесение ФЕ «ride roughshod over smth». с лексемой «magnates» не раскрывает в полной мере его значения, несмотря на насыщенный в информативном плане фразовый контекст. Для этого требуется информация из более широкого контекста. Как видно, однозначность использования ФЕ в контексте является недостаточной для её полной актуализации. Поэтому актуализация связана в основном с теми параметрами, которые позволяют реализовать ФЕ [Т. Т. Инфантова, 2008, с. 78].

Лексическое значение каждого отдельного лексико-семантического варианта слова представляет сложное единство. Состав его компонентов удобно рассматривать с помощью изложенного выше принципа деления речевой информации на информацию, составляющую предмет сообщения, но не связанную с условиями и участниками коммуникации. Тогда первой части информации соответствует денотативное значение слова, называющее понятие. Через понятие, которое, как известно из теории отражения, отражает действительность, денотативное значение соотносится с внеязыковой действительностью. Второй части сообщения, связанной с условиями и участниками общения, соответствует коннотация, куда входят эмоциональный, оценочный, экспрессивный и стилистические компоненты значения. Первая часть является обязательной, вторая — коннотация-факультативной. Все четыре компонента коннотации могут выступать вместе или в разных комбинациях или вообще отсутствовать.

Предметно-логическая часть лексического значения оказывается, в свою очередь, сложной, отражая сложность выраженного в слове понятия. Так, в основном значении слова woman мы различаем, по крайней мере, три компонента: человеческое существо, лицо женского пола, взрослое. Поскольку компонентный анализ имеет немалое значение для прикладной лингвистики, им много занимаются, и на эту тему существует довольно большая литература [К. А. Качалова, 1964; В. Д. Каушанская, 1959; И. К. Иртеньева, 1969].

Коннотация лексико-семантического варианта и его предметно-логическое значение связаны между собой, но характер этой связи у разных компонентов коннотации различен. Ниже специфика этой связи прослеживается в процессе рассмотрения каждого из компонентов в отдельном [А. М. Пешковский, 1956, с. 448–449].

Эмоциональный компонент значения может быть узуальным или окказиональным. Слово или его вариант обладает эмоциональным компонентом значения, если выражает какую-нибудь эмоцию или чувство.

Эмоцией называется относительно кратковременное переживание: радость, огорчение, удовольствие, тревога, гнев, удивление, а чувством — более устойчивое отношение: любовь, ненависть, уважение и т. п. Эмоциональный компонент возникает не базе предметно-логического, но, раз возникнув, характеризуется тенденцией вытеснять предметно-логическое значение или значительно его модифицировать. Между мёдом и домашней птицей уткой довольно мало общего, однако в переносном смысле эти ласкательные слова honey и duck являются близкими синонимами.

Коннотация (ср. — лат. connonto, от connote — имею дополнительное значение) — эмоциональная, оценочная или стилистическая окраска языковой единицы узуального (закрепленного в системе языка) или окказионального характера.

В узком смысле это компонент значения, смысла языковой единицы выступающей во вторичном для нее функции наименования, который дополняет при употреблении в речи ее объективное значение ассоциативно-образным представлением об обозначаемой реалии на основе осознания внутренней формы наименования, т. е. признаков, соотносимых с буквальным смыслом тропа или фигуры речи, мотивировавших переосмысление данного выражения [Т. Б. Крючкова, 2004, с. 136].

Субъективная речевая природа коннотации противопоставлена объективному содержанию языковых единиц, ориентированному на когнитивную (познавательную, гносеологическую) функцию языка.

Субъективность коннотации проявляется в возможности противопоставлений интерпретации реалии, названной одним и тем же словом. Коннотация связана со всеми эмотивно-прагматическими аспектами текста, создающими его экспрессивную окраску.

Все языковые сущности, содержащие коннотацию — своего рода прагматические «полуфабрикатные», которые при реализации в высказывании придают ему субъективную модель. Коннотация способна также выполнять текстообразующую функцию путем оживления образа (внутренние формы) и использования его как средства поверхностно -синтаксического согласования элементов текста или путем обыгрывания стилистического регистра.

В структуре коннотации ассоциативно-образный фиксации и стилистической маркированности, связывая денотативное и коннотативное содержание языковой единицы. Последнее придает «суммарную» экспрессивную окраску всему выражению, в котором может доминировать: образное или звукосимволическое представление, оценочная квалификация -эмоциональная, качественная, количественная; какой-либо из стилистических регистров.

Узуальная коннотация оформлена суффиксами субъективной оценки, осознаваемой внутренней формой, звукоподражаниями, аллитерацией, экспрессивно окрашенными словами и фразеологизмами. Однако для коннотации характерна не локализованность, различность по всему тексту, создающая эффект подтекста. Коннотация — языковая универсалия, формы проявления которой зависят от специфики значимых единиц того или иного языка и от правил их комбинаторики и организации текста.

Существуют многочисленные определения коннотации как на основе семантических свойств («созначение», «добавочное значение» и т. д.), так и с учетом системных свойств языкового выражения, проявляющихся в синонимии, антонимии, в принадлежности к определенном формам существования языка (литературной, диалектной и т. п.), или с учетом звуковой оболочки выражения [Т. А. Расторгуева, 1989, с. 240].

Коннотативно-экспрессивные свойства стилистически сниженных ФЕ.

Итак, чтобы раскрыть природу коннотативно-экспрессивного качества языковой единицы как прагматического элемента необходимо учитывать модальные (оценочные) оттенки, которые является эмоционально-экспрессивным компонентом значения ФЕ или любой другой языковой единицы- поэтому целесообразно вкратце остановиться на модальности и ее разновидностях. В традиционном понимании, отраженном в «Словаре лингвистических терминов» О. С. Ахмановой (1969) как «отношения говорящего к содержанию высказывания и отношения содержания к действительности», модальность -широкое, нерасчлененное понятие. Это приводит к фактическому отождествлению двух различных по существу категорий: «собственно» модальности, обозначающей характер отношения высказывания к реальности (реальность) ирреальность, возможность (невозможность) и категории субъективной оценки в ее двух разновидностях [а) интеллектуально-логической-экспрессивно-нейтральной и экспрессивной- и б)эмоциональной], которая выражает отношение говорящего к высказыванию в целом или к тем или иным его элементам к действительности.

 

Литература:

 

1.         Каримов И. А. Наша высшая цель — независимость и процветание родины, свобода и благополучие народа // Собр. Соч. — Т.8. — Ташкент: «Узбекистон». — 2000. — С. 322–340.

2.         Перельгут Н. М. К проблеме становления нормы английского языка //Иностранные языки в школе. — М., 2002. — № 3. — С. 61–66.

3.         Почепцов Г. Г. Конструктивный анализ структуры предложения. -Киев: «Вища школа», 1971. — 191с.

4.         Bach E. Nouns and noun phrases // Universals in linguistic theory. — New York: Holt, Rinehartand Winston, 1998. — P. 24–109. \

5.         Инфантова Т. Т. Современные тенденции реализация текстовых категорий цельности, связности и расчленённости // Филологические науки. -М., 2008. — № 6. -С. 74–78.

6.         Качалова К. А. Грамматика английского языка. М.: Внешторг издательство, 1964. — 504 с.

7.         Каушанская В. Д., Ковнер Р. Л. и др. Грамматика современного английского языка. — Л.: Учпедгиз, 1959. — 317 с.

8.         Иртеньева И. К. Теоретическая грамматика английского языка. — М: Высшая школа, 1969. — 144 с.

9.         Пешковский A. M. Русский синтаксис в научном освещении. -7-е изд. — М.: Учпедгиз, 1956. — 512 с.

10.     КрючковаТ. Б. The handbook of language variation and change //Вопросы языкознания. — M., 2004. — № 5. — С. 133–138.

11.     Расторгуева Т. А. Очерки по истории грамматики английского языка. — М.: Высшая школа, 1989. — 348 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle