Библиографическое описание:

Ганах Л. Г. Функциональные параметры антропонимов в английском политическом дискурсе // Молодой ученый. — 2015. — №7. — С. 932-934.

Рассматривается функциональный аспект имен собственных на базе публичных речей английского политического дискурса. Выявляются параметры функционирования антропонимов в данной области, указывается степень доминирования той или иной их функции, а также выстраивается иерархия данных параметров.

Ключевые слова: антропонимы, функции, политический дискурс, речь, прагматическая задача.

 

This article analyzes functioning of personal names in the English political discourse in the genre of political speech. Functions of anthroponyms of the presented field are determined; the prevalence of the functions is considered; the hierarchy of these functions is proposed.

Key words: anthroponym, functions, political discourse, public speech, pragmatics.

 

На современном этапе одним из наиболее актуальных направлений исследований в области ономастики является изучение функционального аспекта имен собственных, в том числе антропонимов. Кроме того в настоящее время в лингвистической науке проблема дискурса, в частности политического, представляет также особый интерес. В связи этим рассмотрение в рамках данной статьи функционирования антропонимов на основе текстов политического дискурса является весьма актуальным.

Прежде всего, следует отметить, что политический дискурс представляет собой публичный дискурс, основанный на политической картине мира адресантов и адресатов и направленный на ее формирование, поддержание или изменение. [1] В связи с этим можно предположить, что данный тип дискурса обладает определенными специфическими особенностями, которые продиктованы функциями данного лингвистического явления. Функции политического дискурса, как и других типов дискурса, аналогичны функциям языка в целом, поэтому вслед за Романом Осиповичем Якобсоном принято выделять шесть функций языка: эмотивная (экспрессивная), конативная (апеллятивная), коммуникативная (референтная, денотативная), поэтическая, фатическая и метаязыковая. [2, стр. 46] Кроме перечисленных политический дискурс обладает рядом специфических функций, которые служат для более успешного выполнения прагматического задания текста. К числу таких функций можно отнести информационную, инструментальную (обеспечение средств и путей подачи информации), функцию нормирования (распределение статусных отношений в обществе), функцию легитимации и прогноза (поддержание статусных отношений в обществе), а также функцию убеждения и политической пропаганды. [3]

Таким образом, данные функции политического дискурса могут легко найти отражение во всех его составляющих, например, в лексике. В то же время можно сделать вывод о том, что антропонимы, составляя определенный пласт лексики политического дискурса, также, помимо очевидных функций, выполняют функции, характерные для данного типа дискурса в целом. Кроме того, следует уточнить, что в связи с вышеупомянутыми особенностями политического дискурса значимость функций антропонимов данного типа дискурса будет отличаться от языковой ценности функций такого вида имен собственных в рамках других разновидностей дискурса.

Итак, исходя из всего вышесказанного, можно выделить две группы функций антропонимов: облигаторные (общие для антропонимов всех типов дискурсов) и дополнительные (характерные для данного конкретного дискурса). [4] Среди облигаторных функций антропонимов можно выделить номинативную, идентификационную и дифференцирующую. Все эти функции связаны с фактической информацией текста, т. е. носят содержательный характер. Например, To my campaign manager David Plouffe, my chief strategist David Axelrod, and the best campaign team ever assembled in the history of politics — you made this happen, and I am forever grateful for what you’ve sacrificed to get it done. (Barack Obama, Election Night Victory Speech, Grant Park, Illinois, November 4, 2008) В данном отрывке оба антропонима David Plouffe и David Axelrod выполняют функции донесения фактической информации, т. е. конкретное указание на людей, работа которых помогла добиться желаемого. Еще одним примером подобного употребления антропонимов может служить следующая выдержка из той же речи новоизбранного президента Барака Обамы: I would not be standing here tonight without the unyielding support of my best friend for the last sixteen years, the rock of our family and the love of my life, our nation’s next First Lady, Michelle Obama. Sasha and Malia, I love you both so much, and you have earned the new puppy that’s coming with us to the White House. В данном примере использованы имена членов семьи Барака Обамы — его жены и дочерей, что также относится к фактической информации. Тем не менее, следует также отметить, что помимо чисто номинативной функции, использованные антропонимы выполняют одновременно и другую, крайне важную именно для политического дискурса функцию «сближения с народом», т. е. называя по имени конкретных людей, вероятно малоизвестных широкой публике, оратор проявляет свою близость к народу, показывает, что он очень похож на них самих, тем самым сокращая дистанцию между собой и аудиторией, характерную для политических выступлений. Вместе с тем данная функция может выражаться не только в употреблении антропонима в конкретном речевом акте, но и в общепринятом назывании индивида. Так, например, некоторые политики использует сокращенные формы своих имен, что помогает создать более фамильярный образ. Ярким представителем использования такого приема является британский политический деятель, известный всем как Tony Blair. Действительно, имя Tony воспринимается менее формально и более открыто, чем Anthony Blair. Таким образом, можно сделать вывод о том, что облигаторные функции антропонимов в политическом дискурсе часто могут быть сопряжены с так называемой прагматической функцией (т. к. одной из основных целей политического дискурса является воздействие на аудиторию), которая представляет собой одну из дополнительных функций антропонимов в рамках политического дискурса.

Кроме прагматической среди дополнительных функций антропонимов ученые, занимающиеся лингвистикой и стилистикой, в частности в рамках ономастики, выделяют также такие функции, как аллюзийная (намеки посредством антропонимов на те или иные реалии или литературные факты) [4], номинативно-адресная (имя собственное привязано к отдельному индивиду, чаще всего известному аудитории) [5] и оценочно-экспрессивная.

Что касается аллюзийной функции, следует сказать, что антропонимы в качестве аллюзии встречаются в английском политическом дискурсе довольно часто в роли дополнительного средства выразительности для придания речи большей эмоциональности и экспрессивности. Например, “But you know, when it comes to public spending you can't just wave a magic wand to conjure up the money — not even with help from Harry Potter” (речь Гордона Брауна в 2008 году в Манчестере). В данном случае выдуманный персонаж Harry Potter являет собой волшебника, который взмахом волшебной палочки решает почти все проблемы, прикладывая минимум усилий. В данном случае можно отметить, что использование такой аллюзии (сравнение с выдуманным, сказочным персонажем) свидетельствует о неком недовольстве или даже призрении оратора к описываемому.

Примером менее явной аллюзии, выраженной антропонимом, может служить отрывок из речи Эда Милибэнда в Ливерпуле в 2011 году. “I knew when I said what I did that I was breaking rule number one of British politics. DontmesswithRupertMurdoch.” Руперт Мердок (Rupert Murdoch) владеет большинством СМИ Великобритании, и считается олицетворением английской прессы. Таким образом, используя в данном высказывании антропоним в качестве аллюзии, можно отметить намек оратора на предвзятость прессы.

Говоря о номинативно-адресной функции антропонимов в английском политическом дискурсе, следует подчеркнуть, что данная функция характерна также для передачи фактической информации, однако в отличие от чисто облигаторных, эта функция носит более эмоциональный характер. В случае, когда антропоним выполняет номинативно-адресную функцию в тексте, можно выявить некоторые имплицитные взаимоотношения между оратором и носителями фактических антропонимов. В данном случае также важную роль играет полная и сокращенная формы имен собственных. Таким образом, когда оратор использует полное имя индивида, чаще всего речь идет о его оппоненте или малознакомом человеке. В случае же, когда использована сокращенная форма имени, что само по себе привносит более фамильярный характер, то скорее всего, можно сделать вывод, что выступающий хорошо знаком с тем, о ком он говорит.

Учитывая все вышесказанное, можно заметить, что и аллюзийная и номинативно-адресная функции антропонимов в политическом дискурсе носят эмоциональный характер. Таким образом, еще одна функция, выделенная как дополнительная — оценочно-экспрессивная — по своему выражению как бы растворяется в предыдущих двух, в то же время приводя их к общему знаменателю. Основным результатом оценочно-экспрессивной функции антропонимов является выражение отношения оратора к тому, о ком ведется речь. Для этого часто используются такие слова, как littleдля выражения трогательных чувств (mylittleIvan[погибший от эпилепсии сын Дэвида Кэмерона]) или so для выражения некоего пренебрежения (HewassoBoristhatnight [Boris Johnson]).

Таким образом, подводя итог всему вышесказанному, можно сделать вывод о том, что антропонимы в рамках английского политического дискурса обладают не только общими для всех имен собственных функциями, но и рядом специфических особенностей, которые служат для успешной реализации прагматических задач текстов данного типа дискурса. Кроме того, следует отметить, что на основе значимости данной конкретной функции в процессе достижения прагматической цели можно выстроить некую иерархию функциональных параметров антропонимов в политическом дискурсе. Так, доминирующей функцией из всех названных является номинативная, которая тесно связана с фактической или информативной. Обе эти функции объединены общей дополнительной так называемой прагматической функцией, которая также преобладает в политическом дискурсе. Далее следуют аллюзийная и номинативно-адресная функции антропонимов, которые объединены тем, что несут дополнительную эмоциональную нагрузку и оценку оратора, тем самым выполняя также оценочно-экспрессивную функцию. Тем не менее, несмотря на то, что данные функции рассматриваются более или менее отдельно друг от друга, все они направлены на выполнение одной общей (как для дискурса в целом, так и для антропонимов в нем в частности) задачи: воздействие на аудиторию.

Литература:

 

1.           Павлова Е. К. Политический дискурс в глобальном коммуникативном пространстве (на материале английских и русских текстов) / Павлова Е. К. [Электронный ресурс; 14.05.13] — Режим доступа: http://www.dissers.ru/avtoreferati-dissertatsii-filologiya/a166.php.

2.           Шейгал Е. И. Семиотика политического дискурса: диссертация на соискание ученой степени доктора филологических наук / Шейгал Е. И. — Волгоград, 2000. — 433 с.

3.           Материалы II Международной научной конференции «Межкультурная коммуникация в современном обществе» (Язык. Культура. Общество. Выпуск 3. 2011 г.). — Саранск, 26.09.-31.10.2011 г. [Электронный ресурс; 07.11.14] — Режим доступа: http://yazik.info/2011–06.php.

4.           Яковенко Н. С. К вопросу о функциональной нагрузке антропонимов в романах В. В. Набокова «Истинная жизнь Себастьяна Найта» и «Лолита» [Электронный ресурс; 08.11.14] — Режим доступа: http://cyberleninka.ru/article/n/k-voprosu-o-funktsionalnoy-nagruzke-antroponimov-v-romanah-v-v-nabokova-istinnaya-zhizn-sevastyana-nayta-i-lolita.

5.           Смольников С. Н. Антропонимы в детской дразнилке [Электронный ресурс; 07.11.14] — Режим доступа: http://www.booksite.ru/fulltext/suda/kov/9_07.htm.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle