Библиографическое описание:

Веселова Л. А., Романов В. Д., Фоменков А. А. Французские правые: от пужадизма к «евротриумфу» 1984 года // Молодой ученый. — 2015. — №5. — С. 377-379.

Статья посвящена проблеме деятельности политических партий во Франции в 1950-е — начале 1980-х годов. Обозначены причины трансформации правого фланга французской политики в указанный период. Выявлены причины падения и взлёта популярности французских правых.

Ключевые слова:Франция, политические партии, Виши, де Голль, Ле Пен.

 

Исследуя деятельность и электоральные результаты европейских праворадикальных партий в 1950-е–1970-е годы, многие авторы отмечали, что все они имели в целом близкие программные установки. Вместе с тем их антикоммунистические, а зачастую и даже откровенно расистские лозунги были малопривлекательны для широкого круга избирателей [1, c. 1339]. Не являлась исключением и Франция. В послевоенной Франции, где были сильны антифашистские настроения, а движение Сопротивления в период Второй мировой войны считалось одним из самых мощных в Европе, мелкие правые и ультраправые группировки не имели сколь-либо существенного влияния.

Впрочем, после алжирского кризиса 1954–1962 годов, глубоко потрясшего основы французского социума, стали приобретать влияние мелкобуржуазные группировки консервативно-охранительного толка. Основанный в 1953 году «Союз защиты коммерсантов и ремесленников» первоначально возник как объединение протеста против высоких налогов. Его члены — пужадисты — назвавшиеся так по имени основателя Союза Пьера Пужада (его часто характеризовали как «усреднённый буржуа» [2, с. 215]), происходили из среды мелкой буржуазии Юга Франции и отстаивали, прежде всего, отраслевые коммерческие интересы. Таким образом, изначально движение обладало скорее территориальной идентичностью [3, с. 132]. Однако вскоре движение разрослось и выдвинуло националистические, антисемитские и антимарксистские лозунги. В 1956 году в Национальном собрании уже насчитывалось 52 представителя пужадистов [7, с. 38–39].

Судя по всему, успехи сторонников П. Пужада объяснялись не только защитой интересов бизнеса (в первую очередь малого), но также и вольным или же невольным апеллированием к вишистскому наследию. Не случайно, что электоральная база пужадистов проживала именно на территории, которая в 1940–1944 гг. контролировалась вишистским правительством. Впрочем, нельзя не признать, что «монополии» на вишистское наследие у «Союза защиты коммерсантов и ремесленников» не имелось — причина тому заключалась хотя бы уже в том, что вишистскому правительству служили многие оппоненты пужадистов, включая будущего президента-социалиста Ф. Миттерана.

Неоднозначность политики Ш. де Голля по отношению к алжирской проблеме привела к тому, что правые, с одной стороны, получили преимущество (по сути, именно они до конца отстаивали идею «французского Алжира»), но, с другой стороны, «в правящих кругах Пятой республики имела хождение идея некой «полуторапартийной» системы — монополизации власти на протяжении длительного исторического периода одной партией (естественно, голлистской) или коалицией с её лидерством при сохранении расколотой и поэтому бессильной, декоративной оппозиции» [5, с. 313–314] (то есть, по сути, первоначально все антиголлистские силы были обречены в условиях Пятой республики на прозябание). Нельзя не отметить, что к моменту проведения референдума по решению алжирской проблемы (8 апреля 1962 г.) именно жители южных районов Франции находились под сильным влиянием пропаганды сторонников сохранения Алжира французским, в частности пужадистов. В самом Париже и в прилегающих к нему районах решительными противниками предоставления независимости этой арабской стране были мелкие и средние буржуа, а также крупные землевладельцы, традиционно принадлежащие к националистическим кругам Франции. Таким образом, во время референдума больше всего голосов против Эвианских соглашений было подано именно в южно-французских департаментах и Парижском округе [6, с. 17–18].

В целом же в 1958–1981 гг. власть монополизировали голлисты, выступавшие под разными вывесками и полностью отвечавшие тогда критериям массовой партии, в союзе с либерально-центристскими группировками, которые сохраняли характер кадровых [5, с. 335]. Как следствие, во многом электоральная база пужадистов и их сторонников была сужена, что и привело к их краху.

Новой вехой в истории французских правых стало создание в 1972 году Национального Фронта за Французское Единство (FNUF — Front national pour l’unité française). Эта партия возникла из разрозненных праворадикальных группировок — осколков Организации Секретной Армии (ОАС), ратовавшей за сохранение французского Алжира, а после предоставления ему независимости потерявшей свое влияние; фашистски ориентированного объединения «Новый порядок» и некоторых других [7, с. 114]. Её лидер — Жан-Мари Ле Пен — в молодости был пужадистом [7, с. 39].

Нельзя не отметить, что первоначально Французский национальный фронт не представлял собой серьёзной политической силы. На президентских выборах 1974 г. лидер партии Ж.-М. Ле Пен набрал только 0,7 % голосов. Такие результаты были обусловлены, прежде всего, негативным имиджем партии. В рядах партии на тот момент состояли ультраправые — бывшие пужадисты, активисты организации «Клуб «Орлож»» (Club de l`Horloge) и участники группировки «За французский Алжир». В исполнительном комитете партии наряду с активистами «Нового порядка» (Франсуа Брине, Алэном Робэром и Франсуа Дюпра) заседали Роже Олэндр, участник группировки «Секретная армейская организации» OAS и Пьер Буске, активно сотрудничавший в прошлом с вишистским правительством. Такие факты негативно настраивали избирателей и отрицательно влияли на репутацию партии.

Следует также отметить, что в 1970-е годы Национальный Фронт находился в поиске «повестки дня». В самом деле, в политической жизни страны начало активно участвовать новое поколение французов, которые не застали вишистскую Францию и которых мало интересовала проблема «французского Алжира». Представители малого бизнеса во многом ориентировались на правящую партию «Союза демократов в поддержку республики» (Union des démocrates pour la République, UDR). Большая часть сторонников «французского Алжира», по сути, успела смириться с потерей этой территории. Не случайно, что в 1970-е годы члены Национального Фронта стали использовать в своих партийных документах эклектику — так, антииммигрантскаие призывы сочеталось с марксистским лозунгом о непримиримой борьбе с крупным капиталом, «угнетателем и эксплуататором французского народа», а также с защитой мелкой торговли и мелких собственников) [4, с. 129].

Нельзя обойти вниманием и имевший место в 1973 году внутрипартийный раскол и отсоединение одного из лидеров Национального фронта Алена Робера, который вышел из партии и создал свою собственную организацию — «Партию Новых Сил» (Parti des Forces Nouvelles), которая становится на какое-то время основным конкурентом НФ на политической площадке 1970-х гг. Таким образом, Национальный фронт остался без «милитаризованной» группы, к тому же 1/3 управленцев и почти половина кадровых сотрудников покинули партию. Как следствие, не случайно, что период между 1974 и 1982 годами для партии часто называют «переходом через пустыню» в области приспешников и электората.

В 1978 году был убит один из основателей Национального фронта, радикальный националист Франсуа Дюпра. С его смертью партия стала занимать более умеренные политические и социально-экономические позиции. Впрочем, результаты на выборах были по-прежнему низкими — меньше 1 % [7, с. 115].

Начало 1980-х годов стало временем усиления позиций французских правых. В 1984 году они получили на выборах в Европарламент 10 мандатов из общего числа 81, закреплённых за Францией, что многими (причём, не только сторонниками партии, но также и её противниками) было расценено как триумф. Вероятнее всего, успеху способствовала антииммигранская риторика партии, поскольку в начале 1980-х годов во Франции многие стали воспринимать наличие большого числа мигрантов (часто совершенно не желающих принять французский образ жизни) как проблему для государства и общества.

Изменение имиджа организации на более респектабельный также во многом объяснял этот успех. В самом деле, если до 1980-х гг. в Европе понятие «правый радикал» было тождественно «неофашизму», а праворадикальные партии стремились позиционировать себя как носители соответствующей идеологии, то, начиная с 1980-х гг., едва ли не все ультраправые партии, добившиеся сколько-нибудь заметных электоральных успехов (в первую очередь именно «Национальный Фронт»!), даже несмотря на отдельные провокационные заявления своих лидеров, лозунги, рекламные ролики и плакаты, стремятся категорически избегать каких бы то ни было сравнений с ультраправыми прошлых десятилетий [1, c. 1343]. Кроме того, следует упомянуть о том, что электорат Ж.-М. Ле Пена существенно помолодел. Молодой возраст избирателей лепеновского движения объяснялся общей тенденцией в современной французской политике, согласно которой, начиная с конца 1970-х годов самое активное участие в политике стали принимать люди, родившиеся в 1940-е — 1950-е годы, т. е. после II мировой войны, для которых эпоха Сопротивления, время «славных битв Франции», является всего лишь частью истории, а политический класс, сформировавшийся в стране после завершения войны, уже давно дискредитировал себя, оказавшись неспособным действовать в современной политической ситуации [6, c. 18–19].

 

Литература:

 

1.         Деркач М. А. Электоральные результаты европейских праворадикальных партий во второй половине XX — начале XXI вв. // Право и политика. 2014. № 9. С. 1338–1350.

2.         Злотникова Т. С. Имперское бессознательное — контекст творческого самосознания личности // Ярославский педагогический вестник. 2014. Т. 1. № 2. С. 213–217.

3.         Рухтин А. А. Гражданская идентичность и политическая культура: возможности социальной интеграции // Молодой ученый. 2010. № 12–1. С. 131–138.

4.         Старков О. А. Политическая практика Французского национального фронта как фактор роста влияния ультраправых партий Западной Европы // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. 2012. № № 3 (42). С. 128–132.

5.         Франция. В поисках новых путей / [Ю. И. Рубинский и др.]; под ред. Ю. И. Рубинского. М.: Весь мир, 2007. 621 с.

6.         Французский национальный фронт в зеркале французской историографии. 1997–1998 гг. // Социальные и гуманитарные науки. Отечественная и зарубежная литература. Серия 5: История. Реферативный журнал. 1999. № 3. С. 16–29.

7.         Шубина М. В. Современные праворадикальные националистические партии в Западной Европе. Дис.... канд. полит. наук: 23.00.02. М., 2006. 191 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle