Библиографическое описание:

Цыпкин В. В. Человек и природа в русских сказках // Молодой ученый. — 2015. — №3. — С. 925-928.

История фольклора неразрывна с историей народа. Устное поэтическое творчество содержит в себе отражение разных элементов народной жизни. Именно поэтому фольклор остается и в наши дни яркой характеристикой культурно-исторической среды, ее духовного облика и бытового уклада. Жанры устного фольклора разнообразны: пословицы и поговорки, сказания и легенды, былины, мифы, сказки, байки и побасенки, тосты, частушки и анекдоты и пр. Каждый из них по-разному отражают вызвавшую их к жизни эпоху.

Сказка — многогранное явление. Поэтому возможны разнообразные подходы к изучению народной сказки. Она немыслима вне контекста истории народов мира, этнографии, истории религии, истории форм мышления и поэтических форм, языкознания, исторической поэтики. Изучая текст сказки, нужно исследовать его отношение к реальности, историческое происхождение. Фантастика сказок имела реальное основание, и её конкретные формы складывались в тесной связи с жизнью.

Продолжавший многие традиции мифологической школы, В. Я. Пропп продемонстрировал значение русских сказок как социально-исторического и культурно-исторического источника. Исследователь рассматривает возможные варианты происхождения сюжетов волшебных сказок, примеры культуры разных народов и ее изменение во времени (4, с.7).

В создании фольклорных сюжетов, как правило, принимали участие широкие народные массы, в первую очередь, крестьянство, и это наложило отпечаток на форму и содержание сказок, где наряду с вечными философскими категориями добра и зла, богатства и бедности и т. д., довольно ярко и не всегда однозначно выражено отношение крестьян к барину. Сказка — абстрагированная форма местного предания, представленная в более сжатой и кристаллизованной форме. Изначальной формой фольклорных сказок являются местные предания, парапсихологические истории и рассказы о чудесах, которые возникают в виде обычных галлюцинаций вследствие вторжения архетипических содержаний из коллективного бессознательного.

При всем многообразии региональных и локальных форм фольклору присущи общие черты: анонимность, коллективность творчества, традиционность, тесная связь с трудовой деятельностью, бытом, передача произведений из поколения в поколение в устной традиции.

В русской фольклорной прозе есть два многожанровых вида: проза сказочная и не сказочная. Отличает их то, что они выполняют разные функции: сказочная проза — функцию эстетическую и не сказочная проза — информативную. «Сказки, в свою очередь, обычно делят на три основные группы — сказки о животных, волшебные и бытовые. Их объединяет один признак: речь идет о выдуманном и невозможном» [1, с. 92–93]. Рассматриваемая социальная связка «барин-крестьянин» отражена, в основном, в бытовых сказках; в них воспроизводятся картины обычной жизни — без фантазии, характерной для волшебных сказок, и без комического фрагмента, свойственного сказкам о животных.

Основная составляющая сюжета данных сказок представляет собой житейские познания, опыт, остроту ума и его гибкость. И здесь традиционно торжествует «низкий» герой: девушка-крестьянка или сообразительный мужик оказываются мудрее барина. Можно сказать, что в таких сказках воплотилась наивная мечта народа о «справедливом» перераспределении богатств и сословных привилегий по уму и личным достоинствам.

В своем сборнике русских народных сказок Ю. М. Соколов собрал более 60 произведений сказочной прозы. Можно отметить сравнительно небольшое количество записанных сказок о русском помещике. Например, о попе и мужике их значительно больше. Соколов, несмотря на идеологическую специфику времени написания предисловия к указанному сборнику (1931 г.), в целом справедливо отмечал: «…нужно заметить и по поводу сказок о барах, что мы располагаем материалом, значительно меньшим, чем это было в свое время в реальной действительности. Причин этому несколько. Одна из них, думается, главная — классовый состав собирателей сказок в ту эпоху, когда сатирические сказки о барах должны были быть особенно актуальны, т. е. в первой половине и в середине ХIХ в. Собиратель, дворянин-помещик, как бы либерален он ни был, естественно, не мог сам с нарочитым интересом относиться к собиранию мужицких сказок о барах-помещиках, а с другой стороны, и крестьянин-сказочник не имел, надо полагать, также большого желания рассказывать собирателю-помещику сказки с подчеркнутой классовой противодворянской тенденцией» [2, с. 8].

В крестьянском сознании любой дворянин из города ассоциировался с человеком «голубой крови», находящимся во власти или близко стоящим к ней. Реальной критики или сарказма в адрес помещиков в большей части случаев нельзя было услышать. Отсюда, вероятнее всего, определенное число сказок о барине и помещичьей власти не дошли до нас в записи.

Из 60 рассматриваемых произведений сказочного цикла о барине, по классификации Ю. М. Соколова, 8 (13,3 %) — о барской жестокости, 11 (18,3 %) — о помещичьей жадности, 12 (20 %) — о барской спеси, 3 (5 %) посвящены барскому безделью и 23 (48,4 %) — барской глупости [2, с. 12].

Крестьянские смекалка и хитрость, восхваляемые в сказках, не всегда являлись оружием против барской жадности. Нередко крестьянская житейская хитрость была направлена на неприкрытое объегоривание помещика с целью получения определенных благ. В этом случае в ход зачастую шла откровенная ложь. Два противоположных мира в русской деревне продолжали сосуществовать рядом друг с другом, не понимая и не принимая ценности другой стороны.

Первым, самым действенным из обстоятельств является, конечно, крепостная зависимость, тяготевшая, в продолжении многих веков, на русском народе, проникая во все проявления и отправления его жизни, и еще далеко не вполне у нас отмененная. Владение одних людей другими было злом не частным, касавшимся одного или двух состояний и только в известных каких либо отношениях портившим их нравственность. Нет, это было злом, искажавшим нравственность всех состоянии. При существовании в обществе лжи, допускавшей принадлежность одного лица другому, узаконившей право последнего распоряжаться судьбою первого и его семейства и безнаказанно наносить им всякие обиды; …и при господстве произвола над законом, — могла ли в чем-либо быть правда?» [3, с. 340].

Помещики видели в крепостных исключительно физическую силу, необходимую для выполнения определенного круга обязанностей. Поэтому крестьяне не воспринимали сиюминутное проявление барской милости как что-то постоянное и имеющее реальное нравственное начало. Следовательно, существовала разница между помещиком и крестьянином в понимании добра и зла. Сословно-корпоративные ценности, чувство сословной принадлежности не могли исчезнуть у поместных дворян в одночасье.

Важность рассмотрения природно-географических факторов, отраженных в сказке, заключается в том, что они могут оказывать немалое влияние на сознание и мировоззрение народа. Человечество живет в постоянном общении с природой.

Природа занимала большое место в жизни древних людей, в отличие от современников. По мнению историка Г. Вернадского, «все цивилизации являются в некоторой степени результатом географических факторов. Но история не дает более наглядного примера влияния географии на культуру, чем историческое развитие русского народа».

В России параллельно существуют разные географические зоны, начиная от арктической тундры на крайнем Севере до полупустыни на юге. Эти природные условия определяли вид хозяйства и общий образ жизни народа.

Какова же роль природы в русской народной сказке? В какой форме отражается русская природа в сказке? Значительное место в русской сказке занимает изображение леса. Для русского человека представление о лесе носило символический смысл, связанный как с враждебностью природы, так и с родным домом. Лес фигурирует в русских народных сказках, сказаниях и былинах. Он постоянно присутствует в жизни русских сказочных героев, выступая в разных функциях: то в качестве мерила их силы, то в качестве сопереживающего героя.

Он удовлетворяет повседневные нужды сказочных обитателей дает им дрова, грибы, ягоды и возможность охотиться на разных зверей: «Жил старик со старухою; пошел в лес дрова рубить». «Где мы хлеба возьмем?» — «Найдем» — побежал Ваня в лес, наломал дубовнику, на полтора целковых продал — «Вот и хлеб, сестричка!». Лес присутствует в сказках независимо от региональных различий. Это обстоятельство, возможно, обусловлено тем, что большая часть территории России занимает лесная или лесостепная зона.

Иначе изображается в сказках море. В силу удаленности России от морского побережья на реальную жизнь большинства населения русских земель море не оказывало заметного влияния. Однако «синее море» сказочным обитателям не чуждо. Географическая отдаленность придает сказочному морю более воображаемый характер. «Вот в самую полночь поднялась погода, всколыхалось море, и выходит из морской глубины чудная кобылица, подбежала к первому стогу и принялась пожирать сено». Море может возникнуть волшебным способом как защита от преследователя. Однако и в таком богатстве вымысла все-таки существует связь с реальной жизнью, что представляет собой одну из особенностей волшебной сказки: «Вот Иван-царевич ездил за охотой каждый день в чистое поле, в широко раздолье, по край синя моря; он ловил гусей, лебедей и серых утиц. И попала ему в ловушку лебедка».

Подводя итог, следует отметить, что фольклор, в частности сказки, являются ценным источником. Основная часть народных сказок четко отражает существование в русской деревне двух социопсихологических миров — помещика и крестьянина. При этом крестьянин видит в помещике исключительно эксплуататора, бездельника. В отдельных сказках отчетливо просматривается социальное расслоение общества. Все это дает возможность более детально исследовать природу крестьянских представлений о помещике. Издавна сказки были близки и понятны простому народу. Фантастика переплеталась в них с реальностью. Живя в нужде, люди мечтали о коврах-самолетах, о дворцах, о скатерти-самобранке. И всегда в русских сказках торжествовала справедливость, а добро побеждало зло. Не случайно А. С. Пушкин писал: «Что за прелесть эти сказки! Каждая есть поэма!». Сказки являются историческими источниками, указывающими на определенные общественные отношения или исторические события.

Таким образом, мы видим, что народное устное творчество, зародившись ещё в глубокой древности, долгое время, до появления письменности, было единственной «неписанной историей» народа, художественно отразившей важнейшие этапы его жизни. Фольклор на протяжении многих веков служил народу и как «учебник жизни», передающий из поколения в поколение его мудрость, житейскую философию, этику, и как средство воспитания характера, лучших человеческих качеств: патриотизма, мужества, смелости, стойкости, честности, доброты. «Фольклор — это подлинная энциклопедия поэтических знаний народа, дающая полное представление об идейно-эстетических богатствах его творчества. Поэтому народные произведения являются ценнейшим материалом для изучения народного мировоззрения многих веков и его исторической эволюции» (3, с.22).

 

Литература:

 

1.            Костюхин Е. А. Лекции по русскому фольклору. — М., 2004.

2.            Русская сатирическая сказка в записях середины XIX — начала XX века /сост.Молдавский. — М. — Л., 1955.

3.            Тарасов Б. Ю. Россия крепостная. Серия: тайны Российской империи. — М., 2011.

4.            Пропп В. Я. Русские сказки. М.., 2000. С.7

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle