Библиографическое описание:

Жукова А. А. Соблюдение прав человека в Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации // Молодой ученый. — 2014. — №21. — С. 822-831.

Соблюдению прав человека и гражданина в современном обществе уделяется большое внимание. На пути гуманизации уголовного законодательства и на пути совершенствования условий отбывания наказаний в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации совершенствуется институт соблюдения прав человека.

Правовое положение лиц, отбывающих наказание, в самом общем виде можно определить как основанное на правовом статусе граждан Российской Федерации положение осужденного во время отбывания им уголовного наказания.

Осужденные к любой мере уголовно-правового характера, в том числе связанной с их изоляцией от общества, остаются гражданами своего государства, и на них распространяются общегражданские права и обязанности, установленные Конституцией Российской Федерации, с определенными ограничениями. «Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом» (ч.2 ст. 10 УИК РФ). Кроме того, осужденные наделяются и специфическими правами и обязанностями, свойственными назначенной им мере уголовно-правового характера.

Правоограничения, применяемые к осужденным к лишению свободы, шире: по утверждению Ф. Р. Сундурова: «сама изоляция ведет к ограничению: свободы передвижения, выбора места жительства, выбора характера, рода занятий и места работы, в праве свободно определять свой образ жизни, помещению осужденного в среду преступников; существенному ограничению общения осужденного с людьми, находящимися на свободе» [22, с. 24].

Право осужденного на жизнь. Этим правом наделены все граждане, в том числе и лица, приговоренные к лишению свободы. Уголовно-исполнительный кодекс РФ провозглашает право осужденных на личную безопасность. В соответствии с положениями ч.2 ст. 13 УИК РФ при возникновении угрозы личной безопасности осужденный имеет право обратиться с заявлением к любому должностному лицу исправительного учреждения с просьбой об обеспечении его личной безопасности, а соответствующее должностное лицо обязано незамедлительно принять меры по обеспечению личной безопасности обратившегося к нему лица. Осужденные, независимо от их согласия, не могут быть подвергнуты медицинским и иным опытам, которые ставят под угрозу их жизнь и здоровье (ч. 3 ст. 12 УИК РФ).

Достоинство личности осужденного также охраняется государством без каких-либо ограничений, «ничто не может быть основанием для его умаления» (ч. 1 ст. 21 Конституции РФ).

Охране чести и достоинства осужденных служат также положения ч. 3–5 ст. 24 УИК РФ о том, что в случаях посещения учреждений, исполняющих наказания, по специальному разрешению администрации этих учреждений и органов либо вышестоящих органов представителями средств массовой информации и иными лицами кино-, фото-, видеосъемка осужденных, их интервьюирование могут осуществляться только с их письменного согласия.

Осужденным гарантируется свобода совести и свобода вероисповедания. В настоящее время осужденных, содержащиеся в местах лишения свободы, в полной мере осуществляют свое право на свободу совести, право свободно выбирать, иметь и распространять религиозные убеждения и действовать в соответствии с ними. УИК РФ регламентирует осуществление осужденными права на свободу совести и свободу вероисповедания. В нем содержится только одно прямое ограничение этого права: при его осуществлении не должны нарушаться правила внутреннего распорядка исправительного учреждения, а также ущемляться права других лиц (ч. 2 ст. 14 УИК РФ).

Примеров соблюдения данного права огромное множество, так например 25 марта 2011 года в колонии особого режима № 29 города Кемерово прошел обряд освещения нового помещения церкви в честь святого Великомученика и целителя Пантелеймона. Был проведен молебен, по окончании которого церковь окропили святой водой. Церковную утварь сделали сами осужденные. Они провели ремонт, изготовили резной иконостас, написали иконы. Священник отец Михаил Чичик выразил надежду, что осужденным, которые придут в новую церковь, вера поможет обрести истинный путь в жизни [24, с. 4].

Во многих исправительных учреждениях Российской Федерации строятся храмы. В уголовно-исполнительной системе соблюдаются права не только христиан, но и мусульман. Состоятся встречи представителей Духовного управления мусульман Кемеровской области с осужденными, приверженцами мусульманского вероисповедания, приуроченные к священным праздникам для всех мусульман. Встречи проходят в дружественной обстановке. Осужденные задают интересующие их вопросы, в том числе по порядку проведения молитвы, соблюдению мусульманских традиций [25, с. 6].

Свобода передвижения. Осужденные к лишению свободы прямо ограничены в праве на свободу передвижения. Так, осужденные к лишению свободы обязаны весь срок наказания находиться в исправительном учреждении. Им запрещено нарушать линию охраны объектов исправительных учреждений. Побег из мест лишения свободы является преступлением.

В период отбывания наказания в зависимости от поведения осужденных степень их изоляции может изменяться как в сторону смягчения, вплоть до условно-досрочного освобождения, так и в сторону ужесточения, вплоть до перевода в исправительное учреждение с более строгим режимом содержания.

Свобода мысли, слова, получения информации. Осужденные могут свободно высказывать свои мысли, суждения и убеждения по любым вопросам, как в устной, так и в письменной форме. Помимо ограничений свободы мысли и слова, установленные в ст. 29 Конституции РФ для всех граждан (о недопустимости пропаганды или агитации, возбуждающей расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, запрета пропаганды социального, национального, религиозного или языкового превосходства), все выступления осужденных, заседания советов коллектива исправительного учреждения проводятся под контролем соответствующих органов, публикации осужденных подвергаются цензуре.

Право на участие в управлении делами государства. Осужденные к лишению свободы ограничены в правах на участие в управлении делами государства. Осужденные, содержащиеся в местах лишения свободы, не могут избирать и быть избранными в органы государственной власти и органы местного самоуправления, они не имеют доступа к государственной службе; не имеют права участвовать в отправлении правосудия (ч. 3–5 ст. 32 Конституции РФ).

Каждый осужденный обязан трудиться. Это выражается в праве требовать предоставления работы, что в современных условиях не всегда осуществляется. Администрация обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест (ст. 103 УИК РФ). Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Осужденные мужчины старше 60 лет, женщины старше 50 лет, инвалиды I и II групп привлекаются к труду по их желанию.

В соответствии со ст. 98 УИК РФ обязательному государственному страхованию подлежат осужденные, привлеченные к труду в местах лишения свободы.

Некоторые осужденные, ссылаясь на Конституцию РФ (ст. 37 провозглашает, что труд свободен), международно0правовые акты, полагают, что установленная ст. 103 УИК РФ обязанность осужденного трудиться является неправомерной, поскольку указанными актами принудительный труд запрещен.

Следует отметить, что ст. 103 УИК РФ в полной мере соответствует международно-правовым актам. В Минимальных стандартных правилах обращения с заключенными в п. 71 установлено, что «все заключенные обязаны трудиться в соответствии с их физическими и психическими способностями» [4, с. 50]. Также Международный пакт «О гражданских политических правах» не рассматривает обязательный труд осужденных как вид принудительного труда [1, 25].

В условиях изоляции от общества особое внимание уделяется охране материнства и детства. В исправительных учреждениях беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до трех лет, создаются условия, обеспечивающие их нормальное проживание и развитие, организуются дома ребенка.

Осужденным беременным женщинам создаются улучшенные бытовые условия и устанавливаются повышенные нормы питания. Они обеспечиваются пособиями по беременности и родам. На период освобождения от работы осужденным беременным женщинам и кормящим матерям питание предоставляется бесплатно.

В соответствии с уголовно-исполнительным законодательством женщины, имеющие детей до трех лет, вправе выбирать: помещать их в дома ребенка при исправительном учреждении или передать родственникам либо по решению органов опеки и попечительства — иным лицам. По достижении ребенком, находящимся в доме ребенка исправительного учреждения, трехлетнего возраста в случаях, когда его матери осталось отбывать наказание сроком не более одного года, администрация может оставить ребенка в доме ребенка до дня окончания срока отбывания наказания матерью. Осужденным женщинам, чьи дети находятся в домах ребенка при исправительном учреждении, разрешено общаться с ними в свободное от работы время без ограничений. Им может быть разрешено совместное проживание со своими детьми.

В соответствии со ст. 79 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными в местах лишения свободы «особое внимание следует уделять поддержанию и укреплению связей между заключенными и его семьей, которые служат интересам обеих сторон».

Сохранение семейных отношений для осужденного является важным стимулирующим фактором стремления к исправлению. Многие осужденные стараются сохранить брачные отношения или заключить брак в период пребывания в исправительном учреждении. Свидания осужденных с супругами способны разнообразить их жизнь, придать ей смысл. И наоборот, распад семьи может привести к озлобленности.

Примером соблюдения прав человека можно назвать свидания осужденных с родственниками. Длительные и краткосрочные свидания играют большую роль в перевоспитании оступившихся, помогая им не потерять связь с родными и обществом в целом.

Как сказал начальник Управления безопасности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Кемеровской области (далее — ГУФСИН России по Кемеровской области): «Для сотрудников отдела воспитательной работы комнаты свиданий являются одним из объектов для проведения воспитательных мероприятий и воздействия на осужденных. В непринужденных условиях начальник отряда может почерпнуть много информации от родственников, с помощью которой и должна строиться воспитательная работа с осужденными. Плюс к этому, начальник отряда может дать полную информацию родственникам о поведении осужденного в отряде, о его отношении к труду, о том, с кем из осужденных поддерживает приятельские отношения. Это все делается с расчетом на то, что родственники положительно влияют на осужденного» [23, с. 7].

Стоит сказать, что на деле это так и происходит. Как поделилась мама одного из осужденного ИУ-43: «В дни свидания мы не только общаемся, рассказываем друг другу новости. Сын обещает мне, что с его стороны не будет никаких нарушений режима. И мои слова никогда не проходят мимо него. Я постоянно настраиваю своего сына положительно, убеждаю его, что жизнь в неволе — это ненормально. Мы все должны жить на свободе, в ладу с законом» [23, с. 7].

Брачно-семейные отношения. Право осужденных на вступление в брак, создание семьи — является ни чем иным как неотъемлемым правом любого гражданина, даже если он осужден к лишению свободы за совершение уголовного преступления.

То, что в день бракосочетания не звучит марш Мендельсона, не делает атмосферу праздника, торжественности события. Нередко невесты приезжают в свадебных платьях, с букетами, прическами, и самое главное их сияющие глаза говорят о том, что данное событие является для них долгожданным и радостным.

Своих невест женихи находят по переписке либо женятся на тех, с кем встречались еще на свободе. Одной из причин, из-за которой женщины вступают в брак с осужденными, является разница в правах гражданской и официальной жены. Первая имеет право только на краткосрочные свидания, а вторая — на длительное, до трех суток [24, с. 5].

Для кого-то свадьба в колонии кажется чем-то абсурдным и глупым, а для осужденного — это подспорье, помогающее дожидаться конца срока.

Право осужденных на пенсионное обеспечение в старости, при инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, осуществляется на общих основаниях. Выплата пенсий осуществляется органами социальной защиты населения по месту нахождения исправительного учреждения путем перевода на лицевой счет осужденного.

Право осужденных на жилище, имевшееся у него до исполнения наказания, сохраняется за ним на общих основаниях, распространяются на него и обязанности по содержанию жилого помещения.

В исправительных учреждениях для осужденных устанавливаются нормы жилой площади из расчета на одного осужденного. Так, согласно ч. 1, 2 ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров, в тюрьмах — двух с половиной квадратных метров, в колониях для отбывания наказания осужденных женщин — трех квадратных метров, в воспитательных колониях — трех с половиной квадратных метров, в лечебных исправительных учреждениях — трех квадратных метров, в лечебно-профилактических учреждениях уголовно-исполнительной системы — пяти квадратных метров. Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены.

Охрана здоровья осужденных. УИК РФ закрепляет право осужденных на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических и стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения. Обязанность охраны здоровья осужденных, отбывающих наказания в местах лишения свободы, возлагается на администрацию этого учреждения или органа уголовно-исполнительной системы ФСИН России. Кроме того, в каждом исправительном учреждении имеется медицинская часть со стационарном и специализированными кабинетами оказания лечебно-профилактической помощи осужденным. В случае необходимости больных осужденных направляют на лечение в специализированные больницы.

Право на образование. Заботиться о повышении образовательного уровня каждого человека — одна из основных задач государства. Так, согласно ст. 43 Конституции РФ каждый гражданин «имеет право на образование». Осужденные не являются исключением. В местах лишения свободы постоянно совершенствуются формы и методы их обучения. Основное общее образование обязательно, в том числе и для осужденных к лишению свободы, не достигших возраста 30 лет (ст. 112 УИК РФ).

Осужденные не могут в полной мере реализовать право на получение высшего образования (в очной форме), поскольку вследствие вынесенного приговора они обязаны постоянно находиться на территории исправительного учреждения и физически не в состоянии ежедневно присутствовать на занятиях и выполнять другие обязанности студентов. При этом возможности получить высшее образование, обучаясь заочно или дистанционным методом, осужденные не лишены.

Свобода творчества. Поддержание творческой инициативы осужденных призвано содействовать организации их досуга. Им гарантируется свобода литературного, художественного, научного, технического и других видов творчества. В условиях изоляции от общества они могут в свободное время заниматься разрешенной творческой деятельностью.

Таким образом, в настоящее время на законодательном уровне созданы основы правового положения статуса личности осужденных, соответствующие международным стандартам. Осужденные, несмотря на совершенные им преступления, находятся под правовой и социальной защитой государства. Кроме того, Российская Федерация берет на себя обязанность уважать и охранять права, свободы и законные интересы осужденных наравне с другими гражданами и лицами, находящихся под юрисдикцией государства [17].

В то же время в научной литературе, а также при применении отдельных институтов уголовного и уголовно-исполнительного законодательства не всегда правильно трактуются права осужденных. Происходит это чаще всего вследствие того, что они воспринимаются более широко, чем это прописано в законе.

Так, например, достаточно часто помилование, условно-досрочное освобождение и отбывание наказания по месту жительства понимается как право осужденного, но, ни в Конституции РФ, ни в других законах оно не закреплено.

В соответствии с ч. 3 ст. 50 Конституции РФ осужденные имеют право не на помилование, а просить о помиловании. Решение вопроса о применении помилования, согласно ст. 89 Конституции РФ, находится в исключительной компетенции Президента России. Это означает, что какое бы решение он не принял, конституционное право осужденного просить о помиловании не может быть нарушено.

Возникает другая ситуация, когда администрация исправительного учреждения по каким-либо причинам (умышленно или неумышленно) не направляет в соответствующие инстанции ходатайство осужденного о помиловании и другие необходимые для рассмотрения этого вопроса документы. В данном случае налицо нарушение конституционного права осужденного просить о помиловании, в связи с чем он может обжаловать такие действия в установленном порядке.

Аналогичным образом вопрос об условно-досрочном освобождении находится в исключительной компетенции суда (ст. 79 УК РФ), который при наличии указанных в законе оснований может принять решение о досрочном освобождении осужденного. Однако суд может и отказать в удовлетворении этого ходатайства (даже в случае выполнения осужденным всех формальных условий: отбытия определенной части срока наказания, наличия положительной характеристики и др.), если придет к выводу о том, что по различным основаниям осужденный нуждается в дальнейшем отбывании наказания.

Претензии осужденных о том, что администрация исправительного учреждения не направляет в суд представление о его условно-досрочном освобождении, в любом случае неправомерны, поскольку суд рассматривает этот вопрос по ходатайству осужденного [27, с. 156]. Никакого представления от администрации исправительного учреждения закон не требует. Он возложил на администрацию лишь обязанность направить ходатайство осужденного в суд. В случае если администрация исправительного учреждения в установленный законом срок не направит это ходатайство в суд, то налицо нарушение не права на условно-досрочное освобождение, а установленного законом порядка подачи ходатайства.

К нарушениям требований закона относится и составление администрацией исправительного учреждения характеристики на осужденного, ходатайствующего об условно-досрочном освобождении, не соответствующей его действительному поведению.

Очень часто к правам осужденного относят право отбывать наказание по месту жительства. В этом случае следует отметить, что ст. 73 УИК РФ установила не право осужденных отбывать наказание по месту жительства или осуждения, а порядок их направления в исправительное учреждение. Направление осужденных в исправительные учреждения, удаленные от места их жительства, помимо смены привычного климата, обстановки существенного затрудняет возможность свиданий с родственниками, адвокатами и др. Однако это не противоречит требованиям уголовно-исполнительного законодательства при соблюдении определенных условий.

Так ч. 2 ст. 73 УИК РФ предписывает направлять осужденного в исправительное учреждение соответствующего вида в пределах региона его проживания. Если размещение в данном исправительном учреждении невозможно (например, вследствие его переполнения), то осужденный направляется в тот субъект Российской Федерации, где необходимые возможности имеются.

Предусмотренный российским законодательством порядок направления осужденных для отбывания наказания не противоречит и международно-правовым актам, регламентирующим их правовое положение.

В рассмотренных, а также некоторых других случаях речь идет не о правах, а о так называемых законных интересах осужденных. Закон (ст. 10 УИК РФ) прямо указывает, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных.

В отличие от прав и свобод, которые прямо называются в Конституции РФ, законодательных и иных нормативных правовых актах, понятие и перечень законных интересов они не содержат. Отнесение того или иного института к понятию «законный интерес» возможно только на основе анализа его содержания и разграничения с институтом прав гражданина. В законодательстве законные интересы закрепляются, как правило, в виде формулировок «может», «может быть» и др.

В отличие от прав, принадлежащих осужденным по рождению или в силу закона, и соблюдение которых является прямой обязанностью государства, должностных лиц и граждан, законный интерес — это желание (стремление) осужденного воспользоваться важными, значимыми для него благами. Например, освободиться условно-досрочно или по помилованию, отбывать наказание по месту жительства, проживать в период отбывания наказания за пределами исправительного учреждения и др. Это благо должно быть обязательно зафиксировано в законе. Если такой интерес не закреплен в законе, то он не может рассматриваться как законный. При этом необходимо иметь в виду, что государство или должностное лицо не обязаны удовлетворять законный интерес в любых случаях. Так, для получения права выезда за пределы исправительного учреждения осужденный должен иметь положительную характеристику, отбыть определенную часть срока наказания и др. Однако даже при соблюдении осужденным всех формальных, установленных законом условий, администрация исправительного учреждения или суд вправе не предоставлять осужденному желаемое им благо, и это не может расцениваться как нарушение закона. В этом заключается принципиальная разница между правом осужденного, которое всегда должно быть реализовано безусловно, и его законным интересам, реализация которого не обязательна даже при соблюдении определенных законом условий.

Помимо перечисленных, к законным интересам относятся: изменение вида исправительного учреждения (ст. 78 УИК РФ), замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания, перевод осужденных в более льготные условия содержания (ст. 87 УИК РФ), предоставление осужденным права передвижения без конвоя или сопровождения (ст. 96 УИК РФ), меры поощрения и некоторые другие.

Иногда под ограничением права осужденного ошибочно понимают невозможность реализации данного права в настоящий момент. Например, больным, отбывающим наказание в лечебных исправительных учреждениях, по медицинским показаниям не всегда может быть предоставлено свидание. Однако в связи с тем, что это право осужденный может реализовать позднее, когда состояние его здоровья это позволит, как такового ограничения или лишения его права на свидание в данном случае нет.

Помимо общих (конституционных) прав, у осужденных имеются и специальные права, присущие только им и вытекающие из уголовно-исполнительного законодательства. Это права на психологическую помощь, вежливое обращение со стороны персонала исправительного учреждения, свидания, прогулки (ст. 12, 89, 93 УИК РФ) и др.

За последнее время Верховный Суд Российской Федерации рассмотрел несколько десятков жалоб осужденных, их представителей и адвокатов, касающихся норм, содержащихся в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений (далее — Правила) [13, с. 10]. В большинстве из них речь шла о нарушении прав осужденных самим фактом регламентирования ведомственным нормативным актом прав осужденных и ограничения этих прав.

Правила занимают особое место в регулировании уголовно-правовых отношений. Это предопределяется тем, что законом (ст. 82 УИК РФ) им делегировано установление в исправительных учреждениях норм поведения как осужденных, так и персонала уголовно-исполнительной системы. В этой связи, а также с учетом содержательной стороны наказания в виде лишения свободы, запреты, установленные Правилами, на употребление алкоголя, иметь при себе оружие, паспорт, деньги, ценные вещи, игральные карты и др. не могут рассматриваться как ограничения прав осужденных, установленных не федеральным законом, а приказом Минюста России. Данную позицию подтвердил и Конституционный Суд Российской Федерации [28, с. 288].

В течение многих лет велась дискуссия по поводу приведения российского пенитенциарного законодательства в соответствие с международными нормами и правилами обращения с заключенными. С принятием УИК РФ этот вопрос возникает все реже, в основном в связи с тем, что названный кодекс был признан соответствующим международным стандартам.

В то же время целесообразно отметить, что анализ и сопоставление российского законодательства и международно-правовых норм обращения с осужденными (заключенными) показывает, что наше законодательство по своему содержанию в части правовой регламентации вопросов материально-бытового обеспечения, предоставления свиданий, права на переписку, вежливого обращения со стороны персонала исправительного учреждения, направления осужденными предложений, заявлений, ходатайств, жалоб, прогулок, прослушивания радиопередач, приобретения и хранения литературы, а также применения мер принуждения только на основании закона, свободы совести и вероисповедания в полной мере соответствует международным стандартам.

Некоторые права (на охрану здоровья, на телефонные переговоры, на получение посылок, передач, бандеролей) гарантированы российским законодательством даже в большем объеме, чем рекомендовано международно-правовыми актами.

В части, касающейся обеспечения питанием и применения мер воздействия к нарушителям режима содержания, российской законодательство даже более гуманно, поскольку не предусматривает такого дисциплинарного наказания, как сокращение питания осужденных и применение «смирительной рубашки».

В то же время известно, что в местах лишения свободы нередко нарушаются те или иные права осужденных. Причины этих нарушений чаще всего связаны не с отсутствием соответствующих норм в законодательстве, регламентирующих права осужденных, а с неисполнением должным образом или прямыми нарушениями законов со стороны представителей администрации исправительных учреждений.

С другой стороны, осужденные не всегда адекватно оценивают действия представителей администрации. В одних случаях при явном нарушении их прав осужденные никаким образом на это не реагируют, а в других случаях принимают за нарушения то, что на самом деле таковым не является. Например, Верховный Суд Российской Федерации рассматривал жалобу осужденного, заявившего об унижении его человеческого достоинства, выразившегося в том, что в соответствии с Правилами он обязан носить нагрудный знак [29]. Другой осужденный в жалобе в Верховный Суд Российской Федерации расценил как унижение и оскорбление достоинства предусмотренную Правилами обязанность следить за наличием прикроватной таблички, содержащей данные о фамилии, имени, отчестве, годе рождения, статьи УК РФ, начале и окончании срока отбывания наказания [29]. На этих основаниях они просили отменить указанные нормы Правил. Рассмотрев эти жалобы, суд не нашел нарушений прав осужденных, а также какого-либо унижения их человеческого достоинства в оспариваемых нормах Правил. Решение мотивировано тем, что ношение нагрудного знака, где значатся фамилия, имя и отчество осужденного, полученные им при рождении, а также наличие прикроватной таблички, содержащей аналогичные данные, не являющиеся охраняемой законном тайной, не могут рассматриваться как унижение человеческого достоинства. На этом основании осужденным в удовлетворении обеих жалоб судом было отказано.

В ч.3 ст. 3 УИК РФ закреплена норма, согласно которой уголовно-исполнительное законодательство России и практика его применения основываются на строгом соблюдении гарантий защиты от пыток, насилия и другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения с осужденными. Под умалением достоинства личности человека и гражданина в российской законодательстве понимается такое действие, поведение кого-либо, которое в оскорбительной форме представляет человека менее значимым или в искаженном виде, причиняя ему таким образом нравственные страдания [16, с. 105]. Схожей по смыслу и содержанию категорией является понятие «обращение или наказание, унижающее человеческое достоинство». Конституционный Суд Российской Федерации также высказал свою позицию по данному вопросу. В частности, суд указал, что достоинство — это неотъемлемое свойство человека как высшей ценности, составляющее основу признания и уважения всех его прав и свобод и принадлежащее ему независимо от того, как он сам и окружающие воспринимают и оценивают его личность [26, с. 205].

В ст. 1 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания пытка определена как любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное [3, с. 5].

С 1998 года последней инстанцией по защите прав и свобод человека и гражданина стал Европейский Суд по правам человека. Это связано с тем, что Россия ратифицировала Конвенцию о защите прав человека и основных свобод в Федеральном законе от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней».

С вступлением Российской Федерации в Совет Европы и ратификацией Российской Федерацией Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод прецедентная практика Европейского Суда по правам человека стала важным фактором для российской правовой системы.

Главное отличие Конвенции от иных международных договоров в области защиты прав человек — существование реально действующего механизма защиты декларируемых прав — Европейского Суда по правам человека, рассматривающего индивидуальные жалобы на нарушения конвенции.

Статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод установлено, что ЕСПЧ может принимать жалобы от любого физического лица, любой неправительственной организации или любой группы частных лиц, которые утверждают, что явились жертвами нарушения их прав, признанных этой Конвенцией. При этом Российская Федерация обязуется никоим образом не препятствовать эффективному осуществлению этого права.

Необходимо соблюдение ряда условий для того, чтобы жалоба, поданная в Европейский Суд, была приемлемой:

-          гражданин (группа граждан, организация) должен быть признан пострадавшим от нарушения его прав, а не потенциальной жертвой;

-          жалобы не могут быть принесены в отношении нарушения прав, закрепленных в протоколах, но не ратифицированных государством, либо ратифицированных с оговоркой;

-          нарушение прав должно иметь место после ратификаций государством — ответчиком Конвенции;

-          нарушение прав должно произойти в пределах территориальной юрисдикции государства — ответчика;

-          жалоба подается только после использования всех эффективных средств защиты права на национальном уровне;

-          жалоба должна быть подана в течение шести месяцев после принятия окончательного решения на национальном уровне [2].

В качестве определяющего условия принятия жалобы к рассмотрению Конвенция и Протокол № 11 формулируют требование об исчерпании всех внутренних правовых средств защиты (ст. 35 Конвенции). К ним не относятся несудебные процедуры и подача прошений о помиловании или амнистии, обращения к Президенту, Государственной Думе, Правительству, Уполномоченному по правам человека. Только после обращения в высшую судебную инстанцию, в компетенции которой находится принятие решения по данному конкретному делу, возможно обращение в Европейский Суд.

В целях обеспечения эффективной защиты интересов Российской Федерации при рассмотрении дел в Европейском Суде по правам человека Указом Президента России от 29.03.1998 № 310 «Об Уполномоченном РФ при Европейском Суде по правам человека — заместителе министра юстиции РФ» была учреждена должность Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

Основными функциями Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека являются:

-          защита интересов России при рассмотрении в Европейском Суде по правам человека дел, возбужденных против Российской Федерации;

-          изучение правовых последствий решений Европейского Суда по правам для России и подготовка с учетом прецедентного права Совета Европы рекомендаций по совершенствованию законодательства России и правоприменительной практики;

-          обеспечение взаимодействия федеральных органов государственной власти, органов исполнительной власти субъектов России и органов местного самоуправления при исполнении решений Комитета министров Совета Европы и Суда в связи с исками о нарушении Российской Федерацией своих обязательств по Конвенции о защите прав человека и основных свобод, включая восстановление нарушенного права и выплату истцам денежной компенсации [14, с. 15].

Статья 46 Конституции РФ, гарантирует право каждого гражданина Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Крайне важным условием приемлемости жалобы, является то, что она должна касаться только действий или решений органов государственной власти и их должностных лиц. Предметом жалобы могут быть только те события, за которые несет ответственность публичная власть.

Актуальность данной Концепции для российской уголовно-исполнительной системы обусловлено тем, что вступление России в Совет Европы произошло в период социального кризиса, вызванного распадом СССР и переходом к рыночной модели экономики.

В этих условиях решения ЕСПЧ наряду с уже существующими государственными инструментами контроля за соблюдением прав человека (ведомственным контролем, общественным контролем, контролем со стороны Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, структур по правам человека в субъектах Российской Федерации, прокурорского надзора) становятся существенным фактором воздействия на УИС в целях укрепления гарантий прав подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, а также осужденных, имплементации в деятельность УИС европейских норм, регламентирующих порядок содержания под стражей и отбывания наказаний.

Ежеквартально из каждого региона России в ЕСПЧ направляются по 5–10 обращений подозреваемых, обвиняемых и осужденных по поводу условий содержания в местах лишения свободы.

При этом администрация следственных изоляторов и исправительных учреждений не ограничивает возможность обжалования решений органов России в международных правозащитных организациях. Справочные материалы, необходимые для направления жалобы в ЕСПЧ, включая почтовые реквизиты Суда, официальный формуляр жалобы и пояснительную записку, выдаются заявителю помощником начальника территориального органа ФСИН России по соблюдению прав человека в УИС на приеме по личным вопросам.

По запросам Уполномоченного Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека ФСИН России организует проведение служебных расследований по делам Европейского Суда по правам человека, возбужденным против России в связи с жалобами подозреваемых, обвиняемых и осужденных к лишению свободы.

По итогам расследований принимаются меры к устранению допущенных нарушений прав человека в учреждениях УИС и готовятся предложения в меморандумы России по каждой такой жалобе, которые Уполномоченный РФ при Европейском Суде по правам человека представляет в ЕСПЧ для защиты интересов России.

Как правило, набор претензий к уголовно-исполнительной системе кроме основной жалобы состоит из перечисления наиболее часто встречающихся нарушений в деятельности учреждений и органов УИС, и информации о случаях воспрепятствования администрацией учреждения УИС переписки заявителя с Европейским Судом по правам человека.

Основанием для сбора накопительного материала, подтверждающих обеспечение прав и законных интересов подозреваемого, обвиняемого или осужденного, является факт отправки им письма в Европейский Суд по правам человека в запечатанном конверте.

Для эффективности механизма подачи индивидуальной жалобы в ЕСПЧ по ст. 34 Конвенции чрезвычайно важно, чтобы потенциальные заявители могла обращаться в Европейский суд без какого-либо давления. Согласно прецедентной практике ЕСПЧ, под давлением понимается не только прямое применение силы или запугивание заявителей или их законных представителей, но также любые косвенные действия или контакты, направленные на то, чтобы помешать искать средство правовой защиты в Конвенции.

Согласно п. 2 ст. 91 УИК РФ переписка осужденного с судами, прокуратурой, вышестоящим органом УИС, а также с Уполномоченным по правам человека в России, Европейским Судом по правам человека цензуре не подвергается.

Для реализации конституционных прав граждан на обращения с просьбами о защите своих прав и свобод во всех учреждениях области изготовлены и размещены перечни почтовых адресов и контактных телефонов органов государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в РФ. В комнатах свиданий, приема посылок и передач следственных изоляторов дополнительно размещены «Памятки родственникам подозреваемых, обвиняемых и осужденных». Для предоставления осужденным больших возможностей для ознакомления с порядком подачи ходатайства о помиловании и их рассмотрении, на территории жилой зоны, в комнатах воспитательной работы и других местах общего пользования оборудованы стенды и юридические уголки.

Представители групп по соблюдению прав человека в учреждениях области в рамках правовой подготовки проводят занятия с осужденными по практики обращения в ЕСПЧ. При каждом выезде в учреждения помощник начальника ГУФСИН по соблюдению прав человека в УИС опрашивает осужденных относительно их желания обратиться в ЕСПЧ и предоставляет необходимые документы.

Одним из основных направлений развития уголовно-исполнительной системы РФ является: привлечение общественности к оказанию социальной помощи осужденным и воспитательной работе с ними, совершенствование сотрудничества с институтами гражданского общества. Создание условий для осуществления общественного контроля за деятельностью уголовно-исполнительной системы.

В рамках совершенствования сотрудничества с институтами гражданского общества и осуществления контроля за деятельностью уголовно-исполнительной системы предполагается: обеспечение прозрачности в деятельности уголовно-исполнительной системы на основе широкого привлечения институтов гражданского общества к процессу исполнения уголовных наказаний, осуществления общественного контроля за деятельностью уголовно-исполнительной системы с участием Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации и уполномоченных по правам человека в субъектах Российской Федерации, Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка и уполномоченных по правам ребенка в субъектах Российской Федерации, сотрудничества с неправительственными организациями, со средствами массовой информации, изучения общественного мнения о работе учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, а также разъяснение имеющих публичное значение аспектов уголовно-исполнительной политики, прав и обязанностей осужденных, их родственников и близких, публичная реакция на получившее общественный резонанс и жалобы в адрес учреждений уголовно-исполнительной системы [15, с. 515].

Пенитенциарное ведомство, являясь одним из органов исполнительной власти, не может быть свободным от контроля со стороны общества. Ведь оно призвано защищать не свои собственные, а общественные интересы. Тем более в таком непростом и тонком деле, как исполнение уголовных наказаний, связанных с ограничением прав и свобод человека. Долгое время уголовно-исполнительная система оставалась закрытой для СИМ и правозащитных организаций структурой. В последние годы, на фоне развития демократических процессов в нашей стране, взаимодействие УИС и представителей общественности становится все более конструктивным и носит партнерский характер [21, с. 26].

В заключении хотелось бы отметить, что на законодательном уровне разработаны и приняты в Российской Федерации основы правового статуса личности осужденного, которые соответствуют международным стандартам. Осужденные, отбывающие наказание в местах лишения свободы за совершенные ими преступления, находятся под правовой и социальной защитой государства.

Соблюдению прав и свобод человека и гражданина в местах лишения свободы Российской Федерации уделяется большое внимание, ни одна проблема, возникшая у осужденного во время отбывания им уголовного наказания в местах лишения свободы, не остается без внимания.

За последние годы теоретические разработки, освещенность среди практиков и научных деятелей стало все больше разрабатываться и доводиться до граждан, осужденных. В средствах массовой информации периодически демонстрируется, как в уголовно-исполнительной системе России соблюдаются права и свободы осужденных, как институты гражданского общества взаимодействуют с уголовно-исполнительной системой, об их взаимных мероприятиях, проводимых для оказания помощи осужденным, как в местах лишения свободы, так и при освобождении.

С развитием гражданского общества и открытостью деятельности уголовно-исполнительной системы Российской Федерации отмечается положительные результаты в области соблюдения прав и основных свобод осужденных, находящихся в местах лишения свободы.

 

Литература:

 

1.         Международный пакт о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 19.12.1966 г.) // Международные акты о правах человека. Сборник документов. — М.: Норма — Инфра, — 1998. — С.123.

2.         Конвенция о защите прав человека и основных свобод (Заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изм. от 13.05.2004) (вместе с «Протоколом [N 1]" (Подписан в г. Париже 20.03.1952), «Протоколом N 4 об обеспечении некоторых прав и свобод помимо тех, которые уже включены в Конвенцию и первый Протокол к ней» (Подписан в г. Страсбурге 16.09.1963), «Протоколом N 7" (Подписан в г. Страсбурге 22.11.1984))ЭПС Консультант плюс

3.         Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Нью-Йорк, 10.12.1984 г.) // Международная защита прав и свобод человека. Сборник документов. — М.: Изд-во Юрид.лит., — С.125

4.         Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (приняты на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 30 августа 1955 г., одобрены Экономическим и Социальным Советом на 994-ом пленарном заседании 31 июля 1957 г.)// Международные акты о правах человека. Сборник документов. — М.: Норма — Инфра, — 1998. — С.123.

5.         Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993) (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках в Конституцию РФ от 05.02.2014 № 2-ФКЗ)//ЭПС Консультант плюс

6.         Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации (принят 18.12.1996) (в ред. от 05.05.2014) // ЭПС Консультант плюс

7.         Уголовный кодекс Российской Федерации (принят 24.05.1996) (в ред. от 05.05.2014 № 130-ФЗ) // ЭПС Консультант плюс

8.         Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (принят 22.11.2001) (в ред. от 05.05.2014 № 91-ФЗ) // ЭПС Консультант плюс

9.         Федеральный конституционный закон Российской Федерации от 26.02.1998 № 1-ФКЗ (ред. от 28.12.2010 № 8-ФКЗ) «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» // ЭПС Консультант плюс

10.     Федеральный закон Российской Федерации от 30.03.1998 № 54-ФЗ «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней»//Собрание законодательства РФ от 6.04.1998г. № 14,ст.1514

11.     Закон Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473–1 (ред. от 02.04.2014 № 58-ФЗ) «Об учреждениях и органах исполняющих наказание в виде лишения свободы» // ЭПС Консультант плюс

12.     Указ президента «Об Уполномоченном РФ при Европейском Суде по правам человека — заместителе министра юстиции РФ» от 29.03.1998 г. N 310 (с изм. от 06.07.2010 № 836) // «Российская газета» от 12.11.2010

13.     Приказ Министерства юстиции Российской Федерации от 03.11.2005 № 205 (ред. от 12.02.2009, с изм. от 15.04.2009) «Об утверждении Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений» // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. — № 47. — 2005. — С. 25.

14.     Положение к Указу президента «Об Уполномоченном РФ при Европейском Суде по правам человека — заместителе министра юстиции РФ» от 29 марта 1998 г. N 310 // «Российская газета» от 12.11.2010

15.     Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года (с изм. от 31.05.2012 № 874-р) // Собрание законодательства от 25.10.2010 № 43, ст. 5544

16.     Научно-практический комментарий к Конституции Российской Федерации / Под ред. В. В. Лазарева. — М., 2001. — С. 117.

17.     Добрынина М. Л. «Государственно-правовой статус осужденных к лишению свободы» // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление.- 2006. — № 5.// ЭПС Консультант плюс

18.     Жукова А. А. «Заключение брака в местах лишения свободы» // «Региональные проблемы перехода к инновационной экономике» (Материалы ХХ Международной научно-практической конференции аспирантов и студентов). Часть 3. Кемерово. 2013 г. — С. 68.

19.     Жукова А. А. «Соблюдение прав человека в уголовно-исполнительной системе» // «Региональные проблемы перехода к инновационной экономике» (Материалы ХХ Международной научно-практической конференции аспирантов и студентов). Часть 3. Кемерово. 2013г. — С. 68.

20.     Жукова А. А. «Соблюдение прав человека в уголовно-исполнительной системе: обращения в Европейский Суд по правам человека, как механизм отражения социальной ситуации в уголовно-исполнительной системе» // Научно-практические конференции ученых и студентов с дистанционным участием.// Официальной опубликование на сайте: http://sibac.info/index.php/2009–07–01–10–21–16/4144–2012–10–13–07–06–43.

21.     Колесник Н. «Взаимодействие с институтами гражданского общества» // Пенитенциарный журнал «Преступление и наказание» № 3. 2014 г. — С. 72.

22.     Сундуров Ф. Р. Лишение свободы и социально-психологические предпосылки его эффективности. Из-во Казанского университета. Казань. — 1980. — С. 24–24.

23.     Царук Т. «Комнатам свидания и ожидания — особое внимание!» // Журнал «Вестник УИС Кузбасса» № 3, март, 2006. — С.46.

24.     Областная пенитенциарная газета Кузбасса «Надежда» № 7–8. 21.04.2011. — С. 8.

25.     Областная пенитенциарная газета Кузбасса «Надежда» № 15–16. 22.08.2011. — С. 8.

26.     Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 27.07.2000 № 11-П / Решения Конституционного Суда Российской Федерации по делам о проверке конституционности уголовного и уголовно-процессуального законодательства России. 1995–2001. — М., 2002. — С. 245.

27.     Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 26.11.2002 № 16-П «По делу о проверке конституционности положений статей 77.1, 77.2, частей первой и десятой статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 363 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина А. А. Кизимова / Собрание законодательства Российской Федерации. — № 49. — 2002. Ст. 4922.

28.     Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 378-О «По жалобе гражданина Владимирцева Александра Ивановича на нарушение его конституционных прав частями шестой и восьмой статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации / Решения Конституционного Суда Российской Федерации по делам о проверке конституционности уголовного и уголовно-процессуального законодательства России. 1995–2001. — М., 2002. — С. 388.

29.     Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.09.2009 № КАС09–394 «Об оставлении без изменения решения Верховного Суда Российской Федерации от 25.06.2009 № ГКПИ09–671, которым отказано в удовлетворении заявления о признании частично действующими абзаца одиннадцатого пункта 14 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 03.11.2005 № 205, и пункта 22 Приложения № 1 к данным Правилам / ЭПС Консультант Плюс.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle