Библиографическое описание:

Краснокутский А. В. Государственно-властный тренд и государственно-созидающее идеологическое взаимодействие XVII — первой половины XIX вв. (опыт социально-философского анализа) // Молодой ученый. — 2014. — №20. — С. 752-754.

Знакомясь с мысленными теоретическими наработками, освещающими общественно-политическую специфику далёкого прошлого, анализируя и непредвзято оценивая их, несложно заметить, что между государственно-властным развитием, которое происходило во времена Древнего мира, Средневековья и Возрождения, и государственно-созидающим идеологическим, существующим в то же время, как и между окружающей государственно-властной действительностью и, соответственно, духовным измерением теоретически обоснованного практического сознания субъектов государственного строительства указанной исторической эпохи, есть много общего, смежного — и об этом уже подчёркивалось в наших предыдущих публикациях [2; 3], — того, что корреспондируется, гармонично соотносится в общих чертах одно с другим. И это совсем не случайно, ведь и государственная власть как целостное синтетическое олицетворение множества реальных государственно-властных отношений, и идеология государственного строительства как суммарное образование имеющегося спектра государственно-созидающих идеологических социально-духовных отношений имеют от природы своеобразный причинный характер, в основе которого заложена причинная связь между субъектом государственной власти и её объектом (если речь идёт о государственно-властных отношениях), а также между политической формой общественного сознания и правосознанием (в случае государственно-созидающих идеологических отношений).

Так, конкретно-определённый формат государственно-созидающего идеологического взаимодействия, который воспроизводился в обозначенную эпоху, вместе с соответствующим течением, движением идеологии государственного строительства тех времён, которое осуществлялось путём одностороннего действия политического сознания на правосознание и ассиметричного обратного влияния правового сознания на политическое, соответствовал в целом наиболее общей тенденции развития государственно-властных отношений той поры: активизации легитимных односторонних действий субъекта государственной власти на её объект и нелегитимного обратного действия этого объекта на соответствующий властный субъект, которое проходило в стихийной форме [4, с. 143]. Причём вполне очевидно, что одностороннее действие субъекта на объект в государственно-властном развитии корреспондируется в целом с односторонним воздействием политического сознания на правосознание в государственно-созидающем идеологическом течении, движении, а характер обратного действия объекта государственной власти на её субъект — с характером обратного влияния правового сознания на политическое.

В связи с этим представляется вполне уместным уделить внимание в ходе нашего социально-философского анализа освещению специфики развития государственной власти, государственно-властной реальности поры Нового времени. Думается, что этот шаг поможет выяснить, наглядно представить и имеющиеся форматные линии государственно-созидающего идеологического взаимодействия, а вместе с тем развитие идеологии государственного строительства, начиная с XVII в. и включая начало, первую половину XIX в.

Напомним, что становление новой эпохи в развитии человечества, которой суждено было объединить в своих пределах сначала период Нового времени, а затем и Новейшего, отмечено, как известно, острыми противоречиями между общественными и индивидуально-групповыми интересами, ярко выраженным проявлением негативного социального начала властного феномена в жизнедеятельности передовых западноевропейских стран [4, с. 143–144]. Такое положение дел обусловливалось прежде всего распадом в странах Западной Европы феодальной формации, на смену которой с соответствующим уровнем развития производительных сил и производственных отношений с неизбежностью приходила капиталистическая формация. Формирование основ новых капиталистических отношений в том или ином государстве Западной Европы требовало нормативного, законодательного закрепления основополагающих прав, свобод человека, гражданина и, конечно же, демократических гарантий их обеспечения, а также развития и усовершенствования социально-экономических, политических, правовых институтов. На фоне этого особенно активно проявляла себя обратная связь между объектом и субъектом власти в государстве, детерминируя высокую меру интенсивности обратного действия объекта на субъект государственно-властных отношений, которое протекало в стихийной, произвольной, нелегитимной форме. Интенсивное нелегитимное обратное воздействие объекта государственной власти на её субъект в передовых странах периода Нового времени закономерно приводило к возникновению целого ряда буржуазных революций, среди которых уместно назвать Английскую революцию XVII в., Великую французскую революцию XVIII в., Американскую революцию, которая проходила практически одновременно с великими революционными событиями на старом континенте, во Франции, лишь на несколько лет опередив их. Названные революции в период Нового времени основали процесс легитимации обратного воздействия объекта государственной власти на её субъект, то есть общественно-политического признания, нормативного, законодательного закрепления права объекта государственно-властного отношения оказывать обратное действие, влиять на субъект этого отношения путём регламентированных демократических процедур, в частности, выборов. Данное право предусматривалось, прежде всего, в новых конституционных законодательных актах соответствующих буржуазных государств [1; 5], твёрдая государственно-властная поступь которых чётко фиксируется в указанное время.

С наступлением первых буржуазных революций были заложены основы представительному, республиканскому правлению, которое по мере своего развития обеспечивало участие широких слоёв населения в государственно-политической жизнедеятельности и делало возможным формирование и эволюционное продвижение республиканской государственности. В ведущих государствах человек и гражданин получил невиданные раньше в истории человечества политические права и гражданские свободы, что способствовало более полной реализации политического, правового (а вместе с тем и экономического) потенциала общества, а значит, обеспечивало стабильное развитие и усовершенствование политико-правовых и социально-экономичных институтов. В таких условиях процесс легитимации обратного воздействия объекта государственной власти на её субъект в период Нового времени протекал постепенно, зачастую завися от изменения политической формы правления (монархии или республики) в той или иной стране. Так, в указанный исторический период у целого ряда государственных образований (к примеру, во французском государстве) государственно-властные отношения развивались, с одной стороны, при монархической форме правления, путём активизации легитимных односторонних действий субъекта государственной власти на её объект и нелегитимного обратного воздействия соответствующего властного объекта на его субъект, осуществляемого стихийно, а с другой стороны, при республиканской форме, путём активизации легитимных односторонних действий субъекта власти в государстве на её объект и, соответственно, легитимного обратного воздействия объекта на субъект государственно-властного взаимодействия. Заметим, что развитию процесса легитимации обратного действия объекта на субъект государственной власти в то время способствовала активная деятельность широких слоёв населения в том или ином регионе мира, которая была направлена на борьбу за утверждение своих политических, социально-экономических прав и свобод, одновременно выступая неотъемлемой составной частью процесса буржуазного государственного строительства, активно набирающего обороты, особенно на рассвете XIX в. Яркие тому примеры — это и освободительная война в Латинской Америке, которая привела, как известно, к образованию ряда независимых государств в названной части мира западного полушария Земли, и лионские восстания рабочих во Франции, и восстания силезских ткачей в Германии, и знаменитое чартистское движение — чартизм в Англии, и наконец, наверное, самое главное — это буржуазно-демократические революции в Европе.

В целом же в период Нового времени развитие государственно-властного феномена, соответствующих владычествующих отношений происходило в соответствии с таким трендом, наиболее общей тенденцией: с одной стороны, активизация легитимных односторонних действий субъекта государственной власти на её объект как проявление односторонней связи между субъектом и объектом государственно-властного отношения, а с другой, — легитимация обратного воздействия объекта на субъект этой власти как проявление обратной связи между сторонами данного отношения. Отсюда следует, что в рассматриваемый период развитие государственно-властных отношений обусловливалось существующей объективно взаимосвязью между властным субъектом, имманентно присутствующим в государственной организации, и его объектом. И эта взаимосвязь с надлежащей необходимостью детерминировала общее движение, протекание, развитие данных отношений в обозначенное время путём активизации легитимных односторонних действий субъекта государственной власти на её объект и, соответственно, легитимации обратного воздействия такого объекта на его субъект.

Принимая во внимание то, что, во-первых, между государственно-властным развитием далекой древности, средних веков и государственно-созидающим идеологическим течением, поступательным движением тех времён была зафиксирована определенная общность (как, кстати, и вокруг государственно-властной действительности и идеологии государственного строительства той поры), во-вторых, одностороннее действие субъекта на объект в государственно-властном развитии корреспондируется в общей сложности с односторонним действием политического сознания на правосознание в государственно-созидающем идеологическом течении, движении, а характер обратного воздействия соответствующего властного объекта на его субъект — с характером обратного влияния правосознания на политическое сознание, и, наконец, в-третьих, практика обратного нелегитимного воздействия объекта на субъект государственной власти, которая осуществлялась в стихийной форме и имела место в государственно-властном развитии, соответствовала в общих чертах асимметричному обратному влиянию правового сознания на политическое в пределах государственно-созидающего идеологического взаимодействия, социально-духовного течения, которое нас интересует (как пример — Древний Восток) [3, с. 92], с одной стороны, а с другой, практика легитимных обратных действий объекта государственной власти на её субъект как составляющая государственно-властного взаимодействия соотносилась в целом с симметричным обратным влиянием правосознания на политическое сознание, которое выступало неотъемлемым фрагментом государственно-созидающего идеологического течения, продвижения (Классическая Греция, Римская республика) [2, с. 96], вполне правомерным будет резюмирующий концепт-тезис о том, что вышеназванному тренду развития государственно-властных отношений в период действия Нового времени отвечали две форматные линии обновлённого, в определённой степени более совершенного, чем прежде, государственно-созидающего идеологического взаимодействия, посредствам которого формировался конкретно-исторический (буржуазный) тип идеологии государственного строительства, происходил процесс её становления и развития: первая из них — это, безусловно, одностороннее действие политического сознания на правовое сознание, вторая же — это наращивание и утверждение симметричного обратного влияния правосознания на политическое сознание. Тут кристаллизируется дальнейший ракурс социально-философского поиска в данном направлении — осмысление буржуазной государственно-созидающей идеологической матрицы, которое бы концептуально развивало и подкрепляло упомянутый концепт-тезис.

 

Литература:

 

1.        Еллинек Г. Конституции, их изменения и преобразования / Г. Еллинек. — СПб.: Право, 1907. — 93 с.

2.        Краснокутський О. В. Особливість прояву взаємозв'язку політичної та правової свідомості в античну добу / О. В. Краснокутський // Схід: аналітично-інформаційний журнал. — 2014. — № 3 (129). — С. 91–98.

3.        Краснокутський О. В. Особливість прояву взаємозв'язку політичної та правової свідомості — розвитку ідеології державотворення за часів Стародавнього Сходу / О. В. Краснокутський // Антропологічні виміри філософських досліджень: зб. наук. праць. — 2014. — Вип. 5. — С. 84–94.

4.        Краснокутський О. В. Особливості розвитку державної влади на різних етапах історії: авторитарна та демократична моделі державного управління / О. В. Краснокутський // Культурологічний вісник: науково-теоретичний щорічник Ниж-ньої Наддніпрянщини. — 2008. — Вип. 21. — С. 139–145.

5.        Лафитский В. И. Основы конституционного строя США / В. И. Лафитский. — М.: Норма, 1998. — 272 с.

 

Основные термины: государственной власти, объекта государственной власти, обратного воздействия, обратного воздействия объекта, субъекта государственной власти, односторонних действий субъекта, легитимных односторонних действий, действий субъекта государственной, обратного действия объекта, государственного строительства, легитимации обратного воздействия, активизации легитимных односторонних, обратного влияния, государственно-созидающего идеологического взаимодействия, субъект государственной власти, государственно-властных отношений, обратного влияния правового, объект и нелегитимного обратного, политического сознания, обратного воздействия соответствующего

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle