Библиографическое описание:

Вервекина Е. А. Миграция русских в СУАР (КНР): исторические аспекты и современное состояние // Молодой ученый. — 2014. — №20. — С. 513-515.

В данной статье рассматривается история миграции русских в Синьцзян, её основные этапы. Также уделяется внимание современному положению русских в СУАР, их численность и некоторые особенности развития. Даётся краткая характеристика региона, его черты и национальный состав на современном этапе.

 

Одной из первостепенных задач сегодня китайское правительство считает китаизацию регионов, в которых ханьцы не являются преобладающим населением. В Синьцзяне ханьцы значительно уступают другим национальностям, их доля составляет 8 млн. чел., или 39,6 % от общей численности населения [1, с.206]. Пусть и весьма малочисленно, но русские тоже представлены в этой пестрой национальной картине СУАР, их доля составляет 0,05 населения региона.

СУАР — крупнейшая административная единица КНР. Район расположен на северо-западе страны и более известен в истории под названием Восточный Туркестан. Она занимает площадь 1,3 млн кв. км, что составляет почти шестую часть всей территории КНР, и граничит с семью странами — РФ, Афганистаном, Казахстаном, Киргизией, Монголией, Пакистаном и Таджикистаном [2, с.94].

Этническая структура Синьцзяна складывалась на протяжении веков. На его территории уже с V века нашей эры преобладали тюрки. В настоящее время национальный состав населения, проживающего в этом регионе, представляют помимо ханьцев, уйгуры, казахи, киргизы, татары, узбеки, таджики, монголы, сибо, маньчжуры, солоны, дунгане, русские. Согласно официальным данным, в Синьцзяне сегодня проживают 47 национальностей, общая численность населения — 16 млн. 892 тыс. чел. Некитайские народности составляют 62 % [3, с.126].

Для руководства Китая миграционные вопросы представляются достаточно сложными. Уйгурские эмигранты уверены, что в КНР сознательно проводится политика, направленная на увеличение количества ханьцев в СУАР. Если в 1941 году уйгуры составляли 80 % населения Синьцзяна, а ханьцы — 5 %, то в 1990 году на долю первых приходилось 47 %, на долю вторых — 38 %1 [4, с. 65].

Помимо народов, перечисленных выше, определенную роль в жизни Синьцзяна играет русская диаспора, которая занимает свое положение в этом регионе и имеет свою историю и перспективы. Миграция русских в Синьцзян происходила по объективным причинам, на фоне важных исторических событий.

Русские начали переселяться в Китай в период династии Юань (1271–1368). Тогда русские уже проживали в столице государства — Таду (ныне Пекин). В книге по истории династии Юань об этом есть две записи. Тем не менее, эти русские, переселившиеся в Китай, ассимилировались в составе многонациональной Монголии [5, с. 71].

До и после лет Шуньчжи в династии Цин (1638–1661) небольшое число российских дипломатов и миссионеров хотя и проживали в пределах Китая, но не образовали национальную колонию, признанную маньчжурским правительством и широкими народными массами.

Первые документальные известия о русских в Синьцзяне относятся к 1850 г.: томские купцы сообщали о китайских христианах в Кульдже, которые утверждали, что они являются потомками русских казаков, плененных в 1685 г. Во второй половине XIX в. в Синьцзяне появились русские консульства, торговые представительства. В 1877 г. открылась первая русская каменная церковь в Кульдже. К концу XIX в. русская колония в СУАР насчитывала около 2000 человек. Основными центрами расселения русских были Кульджа, Чугучак, Суйдун и Урумчи [6, с.197].

Русские СУАР — потомки нескольких волн русской эмиграции. Первая волна переселенцев (в основном военных) прибыла в СУАР в 1871 году, когда верхнее течение Или вошло в состав Российской империи вместе с главной крепостью — городом Кульджа, населённом в большей степени уйгурами. Десять лет прямой русской власти создали некую платформу для переселения сюда в будущем нескольких групп русских эмигрантов. В 1879 году, однако, весь Илийский край по Ливадийскому договору был передан Китаю, после чего многие илийские кочевые казахи, оседлые уйгуры (около 45 тыс. чел) и дунгане (около 4,6 тыс.) переселились в русские владения (нынешний юго-восточный Казахстан и северная Киргизия), уйдя вслед за русскими войсками.

Вторая, более многочисленная волна миграции русских поселенцев была в 1917–1922 гг. и состояла из противников советской власти и их семей на территории Средней Азии. В 1917 г. в России вспыхнула Октябрьская революция, и в Китай хлынула волна массовой русской эмиграции не только в города на северо-востоке Китая и в Синьцзян, но и в другие провинции Китая. Немало жителей Алтая оказалось в годы гражданской войны и коллективизации в провинции Синьцзян Китая. Данные о численности русских эмигрантов, оказавшихся в ту пору в Китае, противоречивы. По различным сведениям, там тогда их находилось от 100 до 500 тысяч. В Синьцзяне их было от 25 до 50 тысяч. Сюда отступили довольно крупные белогвардейские, преимущественно казачьи, подразделения, которые в период Гражданской войны сражались на территории Южного Урала, Семиречья, Западной Сибири, в том числе и Алтая. Прежде всего, это — Оренбургская армия атамана Дутова, Семиреченская армия атамана Анненкова, корпус генерала Бакича, воевавшие на территории Алтая повстанческие отряды Кайгородова, Шишкина, Карманова и другие, более мелкие воинские формирования [7]. Большинство русских эмигрантов жили крайне бедно, некоторые женщины выходили замуж за китайцев, и в результате этих браков рождались метисы китайцев и русских «второй волны». После Октябрьской революции некоторые из русских предыдущих волн эмиграции, проживавших в Синьцзяне, также начали вступать в браки с китайцами.

В эти годы старообрядческие общины обосновались в Синьцзяне, где поселились те, кто бежал из России через Алтайские горы. Здесь старообрядцы обосновались, главным образом, неподалеку от городов Кульджа и Урумчи, где нашли плодородные земли. Их жизнь не отличалась от жизни соотечественников в Маньчжурии. [8].

Третья волна миграции была в 1930–1940 гг. В тридцатых годах огромное количество крестьян, в том числе семиреченские казаки, а также большое количество гражданских лиц оказалось в Синьцзяне (как и в Харбине); к концу тридцатых в регионе находилось свыше 50 000 русских эмигрантов.

Белая эмиграция активизировалась в конце 1920-х — начале 1930-х годов, что связано как с проведением насильственной коллективизации в СССР, так и ростом напряжения в самом Синьцзяне, где мусульмане добивались отделения от Китая и создания самостоятельного государства. В провинции произошли крупные выступления. В апреле 1931 года в подавлении восстания в Хамийском уезде впервые приняли участие бывшие белогвардейцы. Эти части, одновременно отличавшиеся высокой боеспособностью и склонностью к грабежам, были единственной серьезной опорой правительства Синьцзяна в борьбе с мусульманскими повстанцами.

Положение русских в СУАР заметно ухудшилось после ссоры Мао Цзэдуна с советским руководством и обострения отношений между СССР и КНР, особенно в период «культурной революции». Русские школы были закрыты, православные церкви подверглись уничтожению, а те, кто были рождены в смешанных браках, отправлены в трудовые лагеря. Семьям, состоявшим только из русских, позволили эмигрировать, чем большинство и воспользовалось. Только после смерти Мао Цзэдуна русские Синьцзяна успешно интегрировались в китайское общество: они открывали русские пекарни, магазины музыкальных инструментов, мастерские по мелкому ремонту.

Сейчас русских в СУАР осталось мало, их численность — 8700 человек.. Наиболее многочисленная русская община, насчитывающая несколько сот человек, живет в Инине. Город имеет даже небольшой русский квартал: несколько семей живут за массивным забором православного кладбища.

Русские в Китае имеют 200-летнюю историю, и все они являются выходцами из России и Советского Союза. Понятие «русские» появилось в качестве обозначения одного из национальных меньшинств Китая в 1953 г., и распространялось только на Синьцзян, в других провинциях Китая такого понятия не было.

Таким образом, можно отметить, что миграция русских в Синьцзян имеет обширную, древнюю историю. Поскольку русские переселялись в разные точки планеты, а иногда миграция становилось единственным выходом в условиях тяжелых исторических событий, Синьцзян не мог остаться незамеченным для русских переселенцев.

Современное положение русских в Синьцзяне характеризуется тем, что их численность крайне мала, перспективы для её увеличения не предвидится. Этому есть ряд причин, в числе которых, например, отсутствие среды для развития национальных культуры и языка. Например, что касается высшего образования, то оно во всех вузах страны осуществляется с определенного времени только на китайском языке [9, с.141]. Тем не менее, улучшению положения русских в Синьцзяне может способствовать развитие сотрудничества СУАР с регионами России. Например, уже функционирует соглашение с Алтайским краем о торгово-экономическом, научно-техническом и культурном сотрудничестве, которое было подписано 25 февраля 1999 года между Администрацией Алтайского края Российской Федерации и Народным Правительством СУАР КНР [10]. Для Алтайского края сотрудничество с СУАР — большой шаг на пути реализации своего международного потенциала.

Между регионами на регулярной основе осуществляется обмен делегациями разного уровня. Алтайские предприниматели ежегодно, начиная с 1998 года, принимают участие в Урумчийской ярмарке.

Русские в СУАР, как устойчиво сложившаяся часть его населения, будут проживать в этом регионе в дальнейшем, а при благоприятных условиях, например при развитии сотрудничества с российскими регионами, возможно, их положение улучшится, а численность увеличится.

 

Литература:

 

1.      Анисимова, И.В., Бармин, В.А., Лысенко, Ю.А., Старцев, А. В. История Синьцзяна: учебное пособие/ И. В. Анисимова, В. А. Бармин, Ю. А. Лысенко, А. В. Старцев. Барнаул: 2012.

2.      Желобцов Ф. Ф. События в Синьцзяне — угроза международной безопасности в Центральной Азии // Вестник Якутского государственного университета им. М. К. Аммосова. 2010. Том 7. № 2. с. 94 -99.

3.      Афанасьева Е. А. Современный Синьцзян. Томск. 2007.

4.      Миллуорд Д.Современный Синьцзян в исторической перспективе // Вестник Евразии. 2001. № 4. с. 63 -82.

5.      Мэн Го. Миграция населения из России в Китай: исторический опыт натурализации и сохранения самобытности (конец XVII — XX веков) // Вестник «Зарубежная история», 2012, № 2. с. 71 -77.

6.      Попов А. В. Русская диаспора в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая // Национальные диаспоры в России и за рубежом в XIX-XX вв. 2001.

7.      Комиссарова Е. Русские эмигранты в Синьцзяне // Алтайские новости. URL http://www.ap.altairegion.ru/274–05/3.html

8.      Хисамутдинов А. А. Старообрядцы: из России в Америку через Китай // Проект cемейские — староверы Забайкалья. URL http://www.semeyskie.ru/history_america.html

9.      Клиновский В. А. Языковая политика КНР в Синьцзяне и ее роль в китайско-уйгурском конфликте // Вестник Томского государственного университета. 2012. № 2 (18).

10.  Информация о сотрудничестве Алтайского края и КНР // Официальный сайт управления Алтайского края по обеспечению международных и межрегиональных связей. URL http://ved22.ru/cooperation/dalnoezarubej/China.php

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle