Библиографическое описание:

Бородулькина Е. С. Членовредительство осужденного как основание для отказа в освобождении от наказания по заболеванию // Молодой ученый. — 2014. — №17. — С. 373-376.

Введение. В Республике Беларусь нередки случаи, когда осужденные, находясь в учреждениях уголовно-исполнительной системы (далее — УИС), умышленно причиняют вред своему здоровью. Это может быть «членовредительство», умышленная «аггравация» заболеваний (усиление болезненных симптомов), намеренное самозаражение.

Исследователи называют множество причин, способствующих подобному несуицидальному аутодеструктивному поведению [1, с. 17] осужденных: желание избежать выполнения режимных требований, трудовых обязанностей, наложения дисциплинарного взыскания; стремление подпасть под режим медицинского обслуживания для получения льгот, дополнительных прав; «смены обстановки», обеспечения доступа к болеутоляющим, иным лекарственным средствам; решения личных вопросов, связанных с необходимостью встречи с другими осужденными [2, с. 40], демонстрация «протеста» либо досрочное освобождение от отбывания наказания по состоянию здоровья [3, с. 156].

В рамках данного исследования предлагаем рассмотреть ситуации, когда в результате самоповреждения осужденный приобретает заболевания, которые могут служить основанием для его освобождения по основаниям, предусмотренным ст. 92 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее — УК). В частности, рассмотрим вопрос о том, целесообразно ли выяснять и впоследствии учитывать в суде, каким образом было приобретено заболевание; должен ли доказанный акт самоповреждения являться безусловным основанием для отказа в освобождении по заболеванию.

Основная часть. Немаловажным для целей настоящего исследования представляется уяснение содержания терминов «членовредительство», «самоповреждение», что позволит обеспечить адекватное отражение терминологии о причинении осужденным вреда своему здоровью в законодательстве.

Довольно часто членовредительство отождествляют с самоповреждением, и в этом случае и под тем, и под другим термином подразумеваются преднамеренные действия лиц по нанесению себе различных видов увечий [4, с. 67]. В соответствии с положениями Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем — 10 пересмотра (МКБ–10), самоповреждение и членовредительство используются также в качестве синонимов [5]. В тоже время, аргументированной представляется точка зрения о том, что «самоповреждение» — это причинение повреждения (не членам человека, а областям тела и органам) самому себе и никем иным, что отличает самоповреждение от членовредительства [6].

Однако на наш взгляд, обоснованным является использование более широкой формулировки — «умышленное причинение вреда своему здоровью», которая будет включать в себя различные виды повреждений. Например, помимо членовредительства, самоповреждения, под эту формулировку можно подвести упомянутое выше «самозаражение».

Заметим, что редко при самоповреждении заболевание сразу приобретает ту тяжелую форму, которая дает возможность освободить лицо от наказания. Для данного случая в тексте Международной статистической классификации есть упоминание о «последствиях умышленного самоповреждения, развившиеся через год и более после произошедшего события» [5]. При обозначенной нами приемлемой формулировке, можно учитывать «последствия умышленного причинения вреда своему здоровью, развившиеся после произошедшего события».

Не смотря на то, что в Правилах внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Постановлением Министерства внутренних дел Республики Беларусь от 20 октября 2000 г. № 174, содержится запрет за занятие членовредительством осужденными (пп. 58. 22), в части решения вопроса об освобождении от наказания белорусский законодатель не придает юридического значения причинам возникновения заболевания у лиц, отбывающих наказание. Ни в УК Республики Беларусь, ни в Инструкции о порядке медицинского освидетельствования осужденных и установлении перечня заболеваний, препятствующих дальнейшему отбыванию наказания, утвержденной Постановлением Министерства внутренних дел Республики Беларусь и Министерства здравоохранения Республики Беларусь от 16 февраля 2011 г. № 54/15 (далее — Перечень), не указана необходимость учета умышленного причинения вреда своему здоровью лицом, отбывающим наказание.

Иной подход демонстрирует законодательство Российской Федерации (далее — РФ). Не смотря на то, что согласно ст. 81 УК РФ возможность освобождения от наказания в случае тяжелого непсихического заболевания не связана с иными критериями, помимо медицинского (самого заболевании), в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 № 8 «О судебной практике условно–досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания» прописано, что «если болезнь осужденного наступила в результате его умышленных действий (например, членовредительства) с целью последующего освобождения, он не подлежит освобождению от отбывания наказания по основаниям, предусмотренным ст. 81 УК РФ».

Анализируя данный пункт, следует обратить внимание на то, что осужденному должно быть отказано в освобождении в обязательном порядке лишь в том случае, если лицо преследовало цель досрочного освобождения, в то время как если осужденный преследовал иную цель, то фактически он может быть освобожден. На наш взгляд, подобная формулировка может вызвать на практике затруднения, поскольку однозначно установить цель членовредительства будет трудноосуществимо, и в случае малейшей ошибки вынесение об отказе в освобождении будет жестоким и несправедливым по отношению к тяжело больному осужденному.

На еще один существенный недостаток нормы справедливо указывает А. П. Скиба. Из содержания п. 24 указанного выше Постановленияследует, что если осужденный из–за членовредительства, совершенного с целью последующего освобождения, перестал осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими, то он все равно должен быть освобожден от наказания по болезни вне зависимости от того, что послужило причиной его психического расстройства. В этом случае Постановление Пленума Верховного Суда РФ противоречит не только положениям закона, но и не логично, так как оказание исправительного воздействия на подобное лицо бессмысленно [3, с. 234–235].

Согласимся с мнением ученого и отметим, что если все же в законодательстве содержится запрет на освобождение больных лиц, в случае, если заболевание наступило в результате членовредительства, то должна быть оговорка в отношении тех, кого данное ограничение не касается, а именно тех, кто приобрел психическое расстройство, которое дает возможность освободить от наказания заболевшее лицо.

Не смотря на указанные недостатки законодательного регулирования данной проблемы, большинство российских ученых сходятся во мнении, что в случае причинения серьезного вреда своему здоровью осужденным следует отказывать в освобождении от отбывания наказания, так как поощрение подобных действий (в виде освобождения таких осужденных) может служить стимулом к их распространению [7, с. 139; 8, с. 46; 9, с. 40].

С одной стороны, действительно, можно поддержать точку зрения о том, что наличие подобной нормы может являться существенным сдерживающим фактором при совершении осужденным подобных действий, с другой стороны — стоит проанализировать, так ли велико количество заболеваний, которые можно получить в результате членовредительства.

Анализируя конкретные заболевания из Перечня, при наличии которых суд может принять решение об освобождении лица, можно предположить, что, например, туберкулез может быть заболеванием, полученным в результате самозаражения. Иногда осужденные действительно предпринимают успешные попытки приобретения подобных заболеваний [10, с. 21].

Для адекватной оценки возможного широкого распространения самоповреждений среди осужденных, считаем необходимым привести результаты исследования О. А. Алфимовой. Согласно выводам, сделанным ученой, каких–либо тяжелых соматических болезней, предусмотренных в российском Перечне заболеваний, в результате причинения осужденными вреда своему здоровью, выявлено не было. В результате самоповреждения осужденными чаще всего причинялись повреждения в виде резаных, колотых и колото–резаных ран с различной локализацией (чаще всего в области предплечий, шеи, брюшной полости, грудной клетки, бедер) [11, с. 165]. К подобному выводу о формах членовредительства приходят белорусские ученые В. Б. Шабанов и М. Ю. Кашинский. Было выявлено, что в Республике Беларусь спектр проявлений самоповреждений (членовредительства) в местах лишения свободы достаточно широк, однако преобладают наиболее «зрелищные» способы самоповреждений, обычно не требующие оказания специализированной медицинской помощи: нанесение поверхностных колото–резаных ран, ожоги I, II степени, вбивание в тело острых предметов и переломы конечностей, а также демонстративные попытки суицида [1, с. 19].

Более того, не смотря на то, что норма о запрете в освобождении лиц, прибегших к членовредительству, действует на территории РФ, А. П. Скиба отмечает, что в ходе исследования при изучении судебных материалов, не было зафиксировано случаев, когда осужденному отказывали в освобождении по болезни в связи с членовредительством [3, с. 235].

Эти данные касаются Российской Федерации, где освобождаемых в сотни раз больше, нежели в Беларуси. Составить какое-то представление о том, существует ли такая проблема у нас, крайне сложно. Данные о членовредительстве не содержатся в судебных материалах о решении вопроса об освобождении.

Приведенные факты свидетельствуют о том, что на вопросы причинения осужденным серьезного вреда своему здоровью суд «закрывать глаза» не должен, в то же время необходимо избежать жестокого подхода, нашедшего отражение в законодательстве Российской Федерации. Полагаем, необходимым балансом может быть законодательная формулировка, при которой членовредительство будет учитываться наряду с иными критериями при решении вопроса об освобождении, однако не будет являться безусловным запретом для освобождения.

Можно было бы предположить, что поскольку членовредительство является асоциальной формой поведения осужденного, то данный вопрос должен найти отражение при анализе поведения осужденного. Однако поскольку исследование поведения включает ряд иных характеристик, то высока вероятность того, что вопрос о намеренном нанесении вреда осужденным своему здоровью может выйти за рамки его исследования (как это происходит и сейчас). В этом случае считаем важным выделить его в качестве отдельного самостоятельного критерия, обязательного для учета при вынесении судебного решения.

Заключение. Подводя итог сказанному, и отвечая на поставленный в начале статьи вопрос о том, обоснованно ли внедрение практики выяснения и принятия во внимание судом при решении вопроса об освобождении от наказания природы возникновения тяжелого заболевания, заключим, что учет умышленного причинения осужденным вреда своему здоровью целесообразен. Однако таковой учет необходим не как основание для безусловного отказа в освобождении, как это закреплено, например, в УК Российской Федерации, а как один из критериев, наряду с иными медицинскими и уголовно–исполнительными критериями: тяжестью совершенного преступления, личностью осужденного, характером заболевания, отбытым сроком, поведением осужденного. Совершенный акт членовредительства свидетельствует о ненадлежащем отношении осужденного к своему здоровью, однако не все причины его совершения могут прямо указывать на степень исправительного воздействия или же общественную опасность осужденного. Это может быть протест, неудачный акт суицида, а также вред здоровью мог быть нанесен бессознательно в результате депрессии или же нарушения психики. Соответственно, мотивы такого поведения также могут быть весьма разнообразными, уклонение от обязанностей, психологическая защита, подражание и прочие, что подлежит обязательной оценке судом при реализации положений ст. 92 УК.

Таким образом, полагаем необходимым дополнить ч. 2 ст. 92 УК Республики Беларусь положением о том, что при освобождении от наказания по заболеванию учитывается, в том числе, умышленное причинение вреда осужденным своему здоровью либо последствия, развившиеся после произошедшего события. Отдельны аспекты нанесения вреда осужденным своему здоровью, которые следует учитывать при выяснении вопроса о совершенном осужденном членовредительстве, могут быть отражены в проекте Постановления Пленума Верховного суда Республики Беларусь «О практике освобождения от наказания в случае тяжелого заболевания». К таковым вопросам могут относиться: наличие на момент совершения членовредительства психических заболеваний, выяснение цели и мотивов причинения вреда здоровью и отношение осужденного к совершенному акту самоповреждения, а также то, единственный ли это был случай нанесения вреда данным осужденным или же это происходило неоднократно.

Предложенный вариант законодательного регулирования позволит исключить сложившийся формальный подход к рассмотрению дел об освобождении от наказания тяжело больных лиц, не позволит служить фактором, стимулирующим распространение явления членовредительства среди осужденных, а также в целом сможет повысить эффективность применения нормы об освобождении от наказания в случае иного тяжелого заболевания.

Литература:

1.                  Шабанов, В. Б. Организационно–правовые проблемы противодействия суицидальным и несуицидальным аутодеструктивным проявлениям осужденных в местах лишения свободы / В. Б. Шабанов, М. Ю. Кашинский // Вестник Воронежского института МВД России. — 2012. — № 3. — С. 17–24.

2.                  Фильченко, А. П. Отношение осужденного к своему здоровью как критерий исправления: за или против? / А. П. Фильченко // Адвокат. — 2013. — № 9. — С. 39–43.

3.                  Скиба А. П. Исполнение уголовных наказаний в отношении больных осужденных: теоретико–прикладное исследование: дис... докт. юрид. наук 12.00.08. / А. П. Скиба. — Рязань, 2013. — 459 с.

4.                  Губенкова, Е. В. Юридико–психологические аспекты аутоагрессивного поведения осужденных в исправительных учреждениях России / Е. В. Губенкова // Вестник Астраханского государственного технического университета. –.2011. — № 1. — С. 64–69.

5.                  Международная классификация болезней 10–го пересмотра (МКБ–10) [Электронный ресурс]. — 2014. — Режим доступа: http://mkb–10.com/. — Дата доступа: 22.09.2014.

6.                  Членовредительство / Судебно-медицинская экспертиза состояния здоровья [Электронный ресурс]. — 2014. — Режим доступа: http://sudebnaja.ru/sudebno–mediczinskaya–ekspertiza–sostoyaniya–zdorovya/349–chlenovreditelstvo.html. — Дата доступа: 22.09.2014.

7.                  Ткачевский, Ю. М. Освобождение от отбывания наказания / Ю. М. Ткачевский. — М.: Юрид. лит., 1970. — 240 с.

8.                  Кириллова, И. А. Освобождение от отбывания наказания по болезни / И. А. Кириллова // Проблемы совершенствования законодательства, регулирующего исполнение наказания: сборник научных трудов. — М.: ВНИИ МВД СССР. — 1981. — № 58. — С.45–58.

9.                  Ералин, А. Н. Вопросы совершенствования законодательства об освобождении от отбывания наказания по болезни / А. Н. Ералин // Проблемы уголовной ответственности и исполнения наказания: сборник научных трудов адъюнктов и соискателей. — М: ВНИИ МВД СССР, 1982. — С.37–44.

10.              Кононец, А. С. Актуальные вопросы пенитенциарного здравоохранения / под ред. А. С. Кононец, А. В. Бобрик. — М.: Акварель, 2011. — 120 с.

11.              Алфимова, О. А. Освобождение от наказания в связи с болезнью: уголовно-правовой и уголовно-исполнительный аспекты: дис.... канд. юрид. наук: 12.00.08. /О. А. Алфимова. — Красноярск, 2006. — 215 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle