Библиографическое описание:

Петросян М. М. Тихий бунт в рассказе Альбера Камю «Неверная жена» // Молодой ученый. — 2014. — №17. — С. 615-617.

Рассказ «Неверная жена» написан в 1957 году, за три года до гибели писателя. В центре этого произведения находится любимая экзистенциалистами тема свободы, которая в данном случае приобретает новое истолкование.

Главная героиня Жанин и её муж Марсель состоят в браке уже двадцать лет. Большинство людей сочли бы их вполне благополучной и счастливой парой. Жанин предана своему мужу, ей нравится чувствовать себя нужной кому-либо. Марсель же — ответственный семьянин и умелый торговец.

Однако за внешне благопристойным фасадом их жизни скрываются одиночество и неудовлетворённость. Жанин вышла замуж, потому что ей нравилось быть любимой и она боялась встретить старость в одиночестве. Но семейная жизнь не принесла ей счастья. Годы Жанин проходили уныло и однообразно — в «сумраке наполовину закрытых ставен». «Лето, пляжи, прогулки, даже небо — всё было далеко» [3; 10]. Единственной страстью её мужа оказались деньги. Отсутствие ребёнка у супругов весьма символично — моральное бесплодие их брака прибрело материальное воплощение.

Чувства тоски и страха преследовали Жанин с самой ранней юности. Двадцать пять лет назад она с тоской и страхом думала о том, что ей, возможно, придётся встретить свою старость в одиночестве. Но эти чувства никуда не делись даже после того, как Жанин вышла замуж: «Она ждала, сама толком не зная чего. Она чувствовала лишь своё одиночество и пронизывающий холод, и необычную тяжесть на сердце» [3; 13]. Ощущение острого, невыносимого холода будет мучить Жанин на протяжении всего рассказа, хотя она и её муж находились в пустыне. «Комната была совсем ледяная» [3; 19]. «Было холодно» [3; 7]. «Она стояла, опустив руки, грузная, чуть сутулая, и не замечала, как холод постепенно поднимается к её тяжёлым ногам» [3; 13]. Отсутствие тепла, которое чувствует Жанин, — это ощущение духовное, психологическое, а вовсе не физическое. Душевной теплоты и взаимопонимания никогда не было в её отношениях с мужем, хотя сама героиня пытается убедить себя в обратном. Таким образом, чувства Жанин оказываются более правдивыми и более честными, чем её разум. Столь свойственная многим людям попытка рациональным путём решить свои проблемы (в данном случае — выйти замуж, чтобы избавиться от тоски и страха одиночества) оказывается неудачной. Следование традиционным схемам социального поведения приводит героиню к моральному опустошению. Её попытки разумно вести себя в неразумном мире уже абсурдны, по мнению Камю.

Согласно Камю, несогласие между человеком и жизнью, которая его окружает, как раз и создаёт чувство абсурда [2; 10]. Но рано или поздно, посреди рутины привычного существования, может возникнуть вопрос «зачем?», и человек начинает испытывать усталость, которая пробуждает его сознание и заставляет искать выход из создавшейся ситуации [2; 15]. Именно чувство усталости преследует Жанин, она ощущает себя слишком тяжёлой и грузной, ей неуютно даже в собственном теле.

Однако чувства помогают героине достичь духовного прозрения. Подтолкнул её к этому величественный вид бескрайней пустыни: «…она не могла отвести глаз от горизонта. Ей внезапно почудилось, будто далеко-далеко на юге, в том самом месте, где небо и земля, смыкаясь, образуют чёткую чистую линию, её что-то ждёт; что-то, чего ей всегда не хватало, хоть она и не подозревала об этом до нынешнего дня» [3; 18]. Именно чувства позволили героине осознать противоречивость своего бытия и то, что она испытывает потребность в чём-то очень важном, чего не имела раньше. «Абсурд связан с ностальгией, тоской по потерянному раю. Без нее нет и абсурда»,- отмечал Камю [Цит. по.: 4; 15] Пустыня с её свободными и бездомными кочевниками — это то царство, что было завещано ей, Жанин. Это её потерянный рай. Тяжесть условности и скуки, столько лет давившая на Жанин, наконец-то начала ослабевать.

Подобная оппозиция между разумом и чувствами в рассказе Камю неудивительна. Как и все философы-экзистенциалисты, французский писатель считал, что фундаментальные истины о самом себе и окружающем мире человек может постичь не путём научных исследований и философских рассуждений, а с помощью чувства, способного высветить существование личности [4; 13]. Для Камю мир неразумен, так как стоит вне границ человеческой реальности и совершенно отличается от нашего рассудка и желаний; соответственно получить от мира ответы о смысле нашего бытия при помощи разума невозможно [4; 14].

Поэтому познать свою жизнь по-настоящему Жанин помогают именно чувства, а не разум. Она осознала, что перебороть страх смерти при помощи Марселя ей не удастся. За внешне благополучным фасадом их брака на самом деле никогда не было ни любви, ни счастья. Но навалившаяся на Жанин невыразимая тоска пробудила в ней желание свободы, свободы любой ценой. Подчинившись зову своего сердца, который она буквально услышала в те мгновенья, героиня ночью выбежала на улицу. Там Жанин пережила подлинное духовное слияние окружающим её миром. Она кружилась вместе с хороводом звёзд и раскрывалась навстречу ночи. «Она дышала, она забыла о холоде, о бремени бытия, о своём безумном и застойном существовании, о томительном ужасе жизни и смерти <…> Казалось, она обрела свои корни, и новые соки вливались в её тело…» [3; 23].

Именно желание обрести свободу толкнуло героиню на духовный бунт — бунт против удушающего рационализма человеческих устоев, обезличивающей обыденности и собственных страхов. Бунтующий человек, по мнению Альбера Камю,- это человек, который говорит «нет» [1; 127]. Однако, как утверждает Камю, это «нет» провозглашает существование некой границы. Осознание этой границы помогает бунтарю понять, где начинается посягательство на его свободу и начать выступать против этого. Таким образом, желание бунтовать проистекает из сопротивления любому вмешательству, которое рассматривается как нечто недопустимое, и из уверенности бунтаря в том, что он делает это по своей собственной воле. Бунт невозможен без осознания собственной правоты. Устанавливая для себя границы, бунтарь тем самым утверждает в себе нечто ценное и важное, что стоит защищать [1; 127].

Жанин говорит «нет» своему прежнему существованию, наполненному страхом и иллюзиями. Страдание открывает ей путь к свободе. Дав волю своей природной стихии, она погружается в тайны бытия, сливается с природой и возвращается к источнику жизни. Это внерациональный, духовный бунт.

Почему же в таком случае рассказ называется «Неверная жена»? Ведь речь в данном произведении идёт вовсе не о физической измене мужу. Но дело в том, что Жанин действительно «изменила» своему мужу, их привычному, но бессмысленному существованию. Она бросила вызов общественному рационализму, который не исцелял человеческие страхи, а лишь загонял их в глубины подсознания. Жанин взбунтовалась против своих фобий и предрассудков, желая наконец обрести свободу. С точки зрения общества, поведение героини — это действительно измена. Измена привычным нормам и устоям. Жанин познала любовь и счастье не в объятиях своего мужа, а пребывая наедине с природой. Она отвергла привычный мир строгих законов и правил, утверждая тем самым своё духовное начало, которое нужно было защитить. Но сделать это Жанин могла, лишь обретя свободу — свободу чувствовать и любить.

Но бунт героини — это «тихий» бунт. Она не стремится разрушать старую жизнь и причинять кому-либо боль. После своего духовного прозрения она возвращается домой, к мужу. Камю считал, что абсолютное неприятие всего сущего в результате бунта — это своеобразное убийство [1; 196]. Мятеж против зла — это прежде всего требование единства [1; 196]. Таким образом, бунт для Камю — это не разрушение, а, напротив, защита своего морального достоинства, своего духовного содержания. Это восстановление целостности бытия.

Но желание Жанин вырваться из духовного тупика никогда бы не стало бунтом, если бы она пошла по пути, который в самом начале намечался автором (конечно, из желания устроить читателю своего рода «испытание»), то есть если бы она и в самом деле изменила мужу. Французский солдат, похожий на шакала, мог бы составить ей пару по адюльтеру. Но в основе бунта должно лежать стремление к свободе, а не просто тоска или отчаяние. Камю весьма своеобразно ставит свою героиню перед выбором, и она предпочтёт путь самопознания, а не саморазрушения.

Но само по себе пробуждение сознания ещё не означает конца сложного процесса духовного прозрения. Камю утверждал, что это пробуждение может восторжествовать, а может закончиться возвращением к бессознательности. Итогом первого будут либо суицид, либо вновь обретённое равновесие [2; 15]. Именно поэтому моральное пробуждение Жанин нельзя считать завершённым. Она находится в самом начале пути. Духовная драма Жанин в том, что после всего пережитого она вынуждена вернуться к своей жизни, которая ничуть не изменилась. Само это существование мало совместимо с её новым моральным состоянием. Показательно, что в конце героиня рыдает навзрыд и ничего не рассказывает мужу о том, что с ней произошло. Видимо, это отражает понимание Жанин того, что её новое самоощущение и мировосприятие не будут поняты её мужем. Примечательно, что свет, зажжённый Марселем, ударил её, как пощёчина.

Таким образом, пробуждение сознания героини привело к тому, что её проснувшееся природное начало оказалось в состоянии острого духовного кризиса в отношениях с окружающим миром. Бунт Жанин грозит стать вечным, поистине экзистенциальным, а потому неразрешимым благополучно.

Но сам этот бунт не был тотальным отрицанием и проявлением тяги к разрушению. Это был протест против лицемерия и несвободы, окружавших Жанин. Героиня Камю стремилась прежде всего избавиться от социальных условностей, действовать согласно своей природе и познать духовные границы собственного бытия.

Литература:

1.         Камю А. Бунтующий человек //Камю А. Бунтующий человек. Философия. Политика. Искусство. — М., 1990. — С. 119–356.

2.         Камю А. Миф о Сизифе // Камю А. Сочинения. В 5 т. Т.2.- Харьков: Фолио, 1997.- 527с.- С. 5–112.

3.         Камю А. Неверная жена // Камю А. Сочинения. В 5 т. Т.4.- Харьков: Фолио, 1998.- 620 с.- С. 7–25.

4.         Руткевич А. М. Философия А. Камю //Камю А. Бунтующий человек. Философия. Политика. Искусство. — М., 1990. — С. 5–22.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle