Библиографическое описание:

Ощепкова А. А. Пейзажная поэзия Н. Е. Ряшенцевой // Молодой ученый. — 2014. — №16. — С. 178-179.

В статье выявлены особенности художественной индивидуальности тюменской поэтессы Н. Е. Ряшенцевой на основе характеристики пейзажей в рамках эстетической классификации М. Н. Эпштейна и определены функции, которые выполняет пейзаж в поэзии художницы.

Ключевые слова:пейзаж, типология, эстетическая классификация, идеальный пейзаж, бурный пейзаж, унылый пейзаж, поэзия.

Пейзаж в русской литературе является одним из самых значительных средств для создания художественного мира произведения, важнейшим компонентом хронотопа. Чаще всего под пейзажем авторы литературоведческих исследований понимают некий рисунок, картину, изображающую природу, а также описание природы в художественном произведении [3]. Любая пейзажная зарисовка является значимой в контексте художественного произведения, выполняя определенную функцию. Таких функций три: обозначение места и времени действия, пейзаж как форма психологизма и как форма «присутствия автора» [4].В русской литературе почти нет произведений, в которых отсутствовал бы пейзаж [1]. Не являются исключением и художественные труды тюменской поэтессы Н. Е. Ряшенцевой. Её творческий потенциал распространился и на сферу лирики (сборник «Я родом из старой деревни»), и на прозу (немногочисленные публикации в периодических изданиях). Целью исследования явилось выявление особенностей художественной индивидуальности Н. Е. Ряшенцевой на основе характеристики пейзажей в рамках эстетической классификации М. Н. Эпштейна. Данная классификация, рассматриваемая в книге «Природа, мир, тайник вселенной…», представляет собой попытку систематизировать пейзажные образы русской поэзии на основе следующих элементов: визуального окружения, звукового фона, особого времени суток или времени года, запаха. Согласно данной классификации М. Н. Эпштейн выделяет три типа пейзажей: идеальный, бурный, унылый. Для идеального пейзажа характерно: приятное визуальное окружение (вечный источник; прохладный ручеек, утоляющий жажду; цветы, широким ковром застилающие землю; деревья дающие тень; птицы, поющие на ветвях и т. д.), использование уменьшительно-ласкательных суффиксов, привлечение умиротворяющего звукового фона, актуализация особого времени суток (солнечного утра или дня) или особого времени года (весны или лета), наличие приятного запаха. В бурном пейзаже река, облака, деревья — всё рвётся за свой предел, одержимо буйной, разрушительной силой. Для данного типа пейзажа характерно: особое звуковое сопровождение (шум, рёв, грохот, свист, вой), использование особого времени суток (ночи) для создания образа, волнующее чувства и разум визуальное окружение (волны, ревущие пучины, дремучий лес, груды скал), а так же ощущение шаткости мироздания. Последний, унылый тип пейзажа отличается темными сумеречными тонами, мрачностью, использованием особого часа дня (вечера, ночи) или особого времени года (осени, зимы), обветшавшим визуальным окружением, однообразием, завывающим ветром, грязью, холодом и сыростью.

Исследовав стихотворения Н. Е. Ряшенцевой из сборника «Я родом из старой деревни» [2]в аспекте эстетической классификации, мы установили, что пейзаж встречается в 39 текстах из 91, причем в 26 из них пейзаж носит черты эстетических разновидностей пейзажей.

Образ идеального пейзажа мы обнаружили в 10 стихотворениях: «На столе лежит альбом…», «Я спешу на свидание с юностью…», «Я вернусь к вам…», «В стекло стучится шмель…», «Пришла весна, пришёл апрель…», «Как тянет в лес…», «Под солнышком майским…», «Совсем немного…», «Вечереет, и солнца луч…».

В стихотворении «Пришла весна, пришёл апрель…», посвященном теме прихода весны, создается образ идеального по типу пейзажа: каждая строчка буквально дышит жизнью и энергией, всё, что не было замечено раньше, зимой, вдруг стало прекрасным и удивительным. Читатель наслаждается весенней прохладой, умиротворяющим звуком капели, шумом ручьев, особой атмосферой начала нового цикла, оживлением природы. В первых пяти из восьми строк стихотворения на каждую строку приходится новый образ и его раскрытие, что придает стихотворению особую динамику, что собственно отвечает идее пробуждения всего вокруг, фигурирующей в данном стихотворении. Более того, на принадлежность характеризуемого пейзажа именно к идеальному типу указывает восторженное восприятие прихода весны, умильность и романтизация данного времени года как источника всеобъемлющей красоты и пробуждения.

Образ бурного пейзажа мы обнаружили только в 1 стихотворении: «Над пучиною безбрежной…». В нем мы можем заметить одержимость всех описываемых элементов буйной, разрушительной силой; своеобразный звуковой фон с преобладанием шума, рева, грохота, свиста, грома, воя; акцентирование внимания на дрожи мироздания, шаткости, крушении всех опор. Все эти элементы пейзажного образа указывают на то, что перед нами именно бурный по типу пейзаж. В стихотворении создаются фантастические образы моря и ангела. Ангел смерти предстает перед читателем как нечто сверхъестественное, таинственное, темное. Этот образ, созданный поэтессой, тесно связан с мировой культурой, в которой этот ангел, традиционно, представляется посланником Бога, забирающим жизнь у человека, обреченного на смерть. Образ моря же раскрывается автором как противоборствующая смерти сила. Подчеркивают это эпитеты «пучина безбрежная», «грозное море», указывая на гигантскую мощь стихии воды. При этом силы ангела и моря равны, силы «добра» и зла остаются в вечном сопротивлении, что, в принципе, и составляет гармонию нашего мира. Создавая образ морской стихии, поэтесса активно использует пейзаж. Как мы уже определили по типу он бурный. Это становится очевидно при анализе введенных в стихотворение эпитетов и олицетворений с участием глаголов, придающих особую динамику. Приведем примеры: «безбрежная пучина», «грозное море», «яростная надежда», «дикий рев». Следует отметить, что три из них относятся к эмоциональным эпитетам, что подразумевает выражение чувств, вызванных происходящим. Очевидно, что поэтессу неподдельно волнует это вечное противоборство. Включение олицетворений «И шумело море, злилось, / И об остры камни билось», «Море грозное грохочет. / За волною бьет волна, / Достает до туч она» и др. подчеркивает то, что море — это не просто часть Мирового океана, обособленная сушей, а живое существо, которое, как и человек, может злиться, вступать в борьбу с чем бы то ни было. Если же говорить о противоборстве как основе бурного пейзажа, то особое внимание, на наш взгляд, стоит уделить антитезам, использованным в поэтическом тексте. Так антитеза «И волна неслася ввысь, / А затем обратно вниз» строится на основе образа волны. Волна, в нашем представлении, — это что-то вечное, непрерывное, мечущееся. Вниз — вверх — в природе, от добра к злу — в контексте стихотворения. Бурный пейзаж здесь выполняет функцию сюжетной мотивировки [4].

Тип унылого пейзажа мы обнаружили в 15 стихотворениях: «Средь долины, средь широкой…», «За окном дышит вечер усталостью…», «Я открою окно, а там нет никого…», «Я родом из старой деревни…», «Вот и лето прошло…», «Заметили, что дни короче стали…», «Ночь темна, сияют звезды…», «Уж осень…», «Какая на дворе погода…», «Горят огни…», «Всё говорит о том, что осень на пороге…», «За окном бродит вечер усталый…», «С утра лил дождь…», «Уже ноябрь, и холода…».

В стихотворении «Я открою окно, а там нет никого…» поэтесса раскрывает образ одинокой девушки. Ей грустно, она подавлена, её ничего не радует, но она все же способна наслаждаться красотой — красотой природы. Лирическая героиня словно отрывается в мыслях от земли, от мирских проблем, от людей, об этом говорит особое построение текста. Условно его можно разделить на две части: вид из окна и мысли лирической героини (11 строк) и возвращение в мир реальности (последняя строка). В первой части стихотворения создается унылый тип пейзажа, характерными приметами которого являются темные сумеречные тона и тишина — «Там одна тишина и темно», чувство печали, поэтизация особого часа дня — ночи. Именно ночью лирическая героиня созерцает звезды и луну, являющих последний свет надежды. Но и он ускользает, так как небесные светила скрываются за тучами. В свою очередь сверкание вдали рождает у героини вопрос — «Не гроза ли гремит?».., но она настолько устала и отчаялась, что её не пугает даже это стихийное проявление в природе. Унылый пейзаж выполняет функцию психологизма [4], раскрывая внутреннее состояние лирической героини и ее характера.

Таким образом, анализ трех стихотворений, репрезентирующих разные типы пейзажа, показал, что обращение поэтессы к ним в определенных контекстах неслучайно. Идеальный пейзаж помогает понять тему произведения, извлечь его идею, погрузиться в художественный мир, полный динамики и ярких красок. Бурный пейзаж отлично выполняет функцию сюжетной мотивировки, а унылый — позволяет более глубоко проникнуть в состояние лирической героини, пережить что-то вместе с ней и прийти к некому катарсису.

Литература:

1.                  Вьюшкова, И.Г., Понятая, М. А. Онейропоэтика пейзажной поэзии Я. П. Полонского [Текст] / И. Г. Вьюшкова, М. А. Понятая // Филологические науки в России и за рубежом: материалы международной заочной научной конференции (г. Санкт-Петербург, февраль 2012 г.) / Под общ. ред. Г. Д. Ахметовой. — СПб.: Реноме, 2012. — С. 12–15.

2.                  Ряшенцева, Н. Е. Я родом из старой деревни… [Текст] / Н. Е. Ряшенцева. — Тюмень, 2005, — 64 с.

3.                  Хализев, В. Е. Теория литературы: Учебник [Текст] / В. Е. Хализев. — М.: Высш. шк. 2007. — 405 с.

4.                  Эпштейн, М. Н. «Природа, мир, тайник вселенной…» [Текст]: Система пейзажных образов в русской поэзии / М. Н. Эпштейн — М.: Высшая школа, 1990.-303 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle