Библиографическое описание:

Сидоренко Н. А. Роль миграции населения в социально-демографическом развитии Крыма второй половины ХХ века // Молодой ученый. — 2014. — №14. — С. 229-233.

Статья посвящена одной из малоизученных проблем новейшей истории Крыма — социально-демографическим аспектам миграционного движения. Массовые организованные миграции 40–70-х гг. ХХ века оказали решающее воздействие на формирование демографического потенциала области, рост численности населения и его половозрастную структуру, способствуя формированию как позитивных, так и негативных тенденций в социально-демографическом развитии полуострова.

Ключевые слова: миграции, демографический потенциал, половозрастная структура, рождаемость.

Article is devoted to one of the little-known problems of modern history of the Crimea — the socio-demographic aspects of migration movements. Mass migration which was organized in 40–70-ies. Twentieth century had a decisive influence on the formation of the demographic potential of the region, population growth and the age and gender structure, promoting the formation of both positive and negative trends in the socio-demographic development of the peninsula.

Keywords: migration, demographic potential, age and sex structure, fertility.

Миграции населения являлись важнейшей компонентой новейшей истории Крыма, оказавшей воздействие пролонгированного характера на экономические, этносоциальные и демографические процессы в регионе. Особую интенсивность и массовость миграционное движение приобрело во второй половине ХХ века, когда в результате военных потерь и депортации пяти автохтонных этносов, произошла колоссальная убыль населения полуострова. Результатом массовых переселений этого периода стало формирование демографического потенциала области, его базовых количественных и качественных показателей.

Несмотря на то, что позитивное влияние массовых миграций населения для демографического развития полуострова, становилось объектом изучения отечественных ученых [2, 3, 12, 13, 14, 15], комплексных исторических исследований, посвященных изучению социально-демографической ситуации в Крыму в контексте миграционных процессов второй половины ХХ века, практически нет. Между тем научная актуальность такого исследования не подлежит сомнению, т. к. многие проблемы современной демографической ситуации в регионе, во многом, детерминированы событиями 50–60-летней давности. Учитывая вышесказанное, автор данной статьи ставит перед собой цель проанализировать основные демографические тенденции, а так же динамику социально-демографических изменений состава населения Крыма во второй половине ХХ века.

В течение XX века Крым вместе со всей страной пережил три периода катастрофического снижения рождаемости при одновременно высокой смертности населения. Наиболее значительный урон численности населения полуострова нанесли гражданская война, Первая мировая и Великая отечественные войны, голод 20-х годов, а так же депортация автохтонных этносов. Так если в предвоенный период, в Крыму проживало 1 127 тыс. человек, то к сентябрю 1945 года всего 589 тыс. [1,с.184]. Столь значительное сокращение населения инициировало широкомасштабные перемещения населения из РСФСР, БССР и УССР в сельскую местность полуострова. В результате к 1959 году общая численность населения полуострова составляла 1 201 чел., причем сельское население области выросло до 426 тыс. чел. [10, с. 3].

Важнейшее влияние массовые миграции населения оказали на количественные показатели демографического потенциала, в первую очередь, на абсолютную численность населения. Данные таблицы № 1 убедительно свидетельствуют, о том, что абсолютная численность населения области, в изучаемый период, постоянно росла.

Таблица 1

Годы

1951

1959

1970

1979

1989

Количество жителей

862,8

1201,5

1,813

2,182

2430,5

Не менее значительное воздействие миграционное движение оказало на качественные показатели: демографический состав и демографическую (половозрастную) структуру. Отметим, что распределение населения по полу является важной характеристикой демографической ситуации в целом и оказывает прямое воздействие на такие социодемографические процессы, как брачность и рождаемость.

Не смотря на то, что советские переселенческие структуры старались перемещать в Крым семейные пары, изучение половозрастной структуры послевоенных миграционных потоков, показало, что 51 % от всего объема переселенцев, составляли женщины, не имеющие детей, принадлежащие к фертильным группам [4, л.133]. Учитывая огромные потери мужского населения в годы ВОВ, это явление вполне объяснимо. Согласно переписи населения 1959 года, в Крыму (без Севастополя) проживало 529 134 тыс. мужчин (44,4 %) и 672 383 тыс. женщин (55,6 %).

Превышение количества женщин более чем на 3 % уже свидетельствует о существенных диспропорциях половозрастной структуры. В Крыму наблюдалось превышение количества женщин более чем на 11 %, что указывало на крайне неблагоприятный демографический режим. Отметим, что столь существенные диспропорции были характерны для всей страны. К концу 40-х гг. ХХ века количественное превосходство женщин в СССР достигало 12,8 %, а в УССР 11,2 %. В последующие годы, количество мужчин на полуострове росло, составив в 1970 году 45,9 %, а к 1979 году — 46,2 % в структуре населения. Однако дисбаланс между женской и мужской группами населения региона продолжал оставаться значительным и в последующие годы.

Особенностью миграций 40–50-х гг. являлись массовость, хаотичность и бессистемность. Не смотря на то, что местные крымские власти пытали упорядочить прием и размещение переселенцев, обеспечив их самым необходимым, однако в первые послевоенные годы сделать это было чрезвычайно трудно. Мигрантов нередко поселяли в холодные, неотапливаемые помещения, широко практиковали подселения — совместное проживание нескольких семей. Все перечисленное не способствовало приживаемости мигрантов и росту рождаемости. Так, в 1950 году, число родившихся по отношению к 1949 году снизилось на 6,6 %. В то же время количество абортов в городской местности возросло с 5 672 в 1949 году до 9 729 в 1950 году [4, л.7]. Обращает на себя внимание и тот факт, что самыми распространенными болезнями переселенцев являлись туберкулез (87,3 %), рак, а также венерические заболевания [4, л.7].

При изучении причин деформации половозрастной структуры крымского населения не менее важным, на наш взгляд, представляется изучение причин высоких темпов смертности среди мужчин-мигрантов. В 60–70 годы основной причиной смертности среди мужчин области являлись заболевания органов дыхания, вызванные высокой запыленностью. В 80-е годы на показатели смертности стали оказывать заметное влияние сердечно-сосудистые заболевания и злокачественные новообразования. Частыми были случаи смертей от травм, несчастных случаев на производстве, в быту. Одновременно с перечисленными нами факторами, большое влияние на рост показателей смертности, оказало пьянство и алкоголизм, которые приобрели угрожающий характер, особенно в сельской местности области. Как отмечают специалисты, еще одной причиной может стать резкое изменение динамического стереотипа и необходимости приспособления к новым природным условиям [12, с.78].

В то же время, сокращение мужской группы населения области происходило и в результате социально-экономических причин. В частности, в силу отсутствия в курортных городах достаточного количества рабочих мест для мужчин, имел место постоянный их отток за пределы области.

Однако, не смотря на существенные диспропорции половозрастной структуры, демографическая ситуация в Крыму, в рамках всего изучаемого периода, оставалась благоприятной. Переселение молодых супружеских пар репродуктивного возраста способствовало росту когорты детей в возрасте от 0–14 лет, которая составляла 26,5 % в общей массе наличного населения области. В то же время, показатель демографического старения населения, под которым понимается рост относительного количества людей пожилого возраста в общей численности населения, составлял на полуострове 5,3 % [11].

Согласно шкале Э. Россета, которая используется при оценке процесса демографического старения, к 1959 году в Крыму демографическая обстановка классифицировалась как «первое преддверие старости» и являлась вполне благоприятной. Об этом свидетельствуют и параметры половозрастной пирамиды населения Крыма 1959 года, которые позволяют отнести ее к прогрессивному типу. Графическое изображение такой пирамиды напоминает треугольник, широкое основание которого составляют возрастные группы 0 до 9 лет (Рис.1) [17].

Рис. 1. Половозрастная пирамида населения 1959 года.

Рис. 2. Половозрастная пирамида населения 1979 года.

В конце 70-х годов позитивные тенденции в демографической структуре населения Крыма продолжали сохраняться (Рис.2).Учитывая тот факт, что 55,4 % всех мигрантов составляли люди в возрасте 20–40 лет, в Крыму четко обозначилась тенденция роста населения наиболее активного репродуктивного возраста. Так, если в 1959 году насчитывалось 126,9 тыс. чел. в возрасте 30–34 лет, то к 1970–189,4 тыс. чел. [9,с.143].Следствием сложившейся благоприятной демографической ситуации явился рост брачности, которая пережила в своей динамике два пика, составив в 1960 г. и 1970 г. «рекордные» 12 % [13, с.43]. Параллельно с брачностью росли показатели рождаемости, составившие к концу изучаемого нами периода 15–16 % [3, с.300].

Отметим, что показатели рождаемости отличались в территориальном аспекте. Из данных таблицы 1 следует, что рождаемость в сельской местности региона превышала рождаемость в городах [10,с.13]

Таблица 1

Рождаемость в городской и сельской местностях Крыма

Годы

Количество родившихся на 1 000 человек

Всего

В городской местности

В сельской местности

1950

23,0

22,8

28,9

1960

20,2

17,4

25,4

1965

16,3

13,9

20,7

1968

15,9

14,3

18,7

1969

15,8

14,8

17,7

1970

16,0

14,9

18,0

Можно выявить несколько причин данной ситуации. Во-первых, в 70-е годы ХХ века произошел переход к так называемому «европейскому» типу воспроизводства, характерными чертами которого являлись регулирование семьи и низкая рождаемость. Все более распространенной становится нуклеаризация семей, т. е. отделение молодых супругов от родителей, стремление жить отдельно. Состав такой семьи был 2–3 человека. Во-вторых, осуществляемая в 50–60-е годы переориентация на серийное жилищное строительство предусматривала постройку малометражных — одно-, двух-, трехкомнатных квартир, рассчитанных на проживание небольших одно-, двупоколенных семей. Таким образом, городские семьи в своем генеративном поведении вынуждены были ориентироваться на размеры жилья.

Учитывая темпы миграции, «жилищный вопрос» в крымских городах стоял необычайно остро. На заседании Симферопольского горисполкома (1962 г.) отмечалось: «Ввиду механического прироста населения в города области имеются дополнительные трудности по обеспечению трудящихся работой и жильем. При санитарной норме в 13,65 кв. м. на человека в жилых дома и 4,5 кв. м. в общежитиях, горисполкомы разрешали прописку на 4–6 кв. м, что является недопустимым» [5, л.162].

В то же время изменение стереотипа генеративного поведения населения Крыма происходило не столь явно как других регионах СССР. Поэтому даже в критические, в демографическом плане 70-е годы, средний размер городской семьи Крыма составлял 3,1 чел., а сельской — 3,4 чел. [6, л.4]. На показатели детности в сельской местности оказывали влияние более благоприятные жилищные условия, т. к. массовые миграции в сельскую местность сопровождались массированным жилищным строительством.

Кроме того, установки генеративного поведения сельских этногрупп, в частности украинцев, сохраняли традиционную направленность на многодетность. Так средний размер сельской украинской семьи в составлял 3,6 чел., русских — 3,5 чел., белорусов — 3,6 чел. [5, л. 18]. В 70-е годы, когда средний показатель естественного прироста населения по области составлял 16,0 %, наиболее высокий уровень естественного прироста демонстрировали районы, в которых украинцы составляли более 50 % населения. Так, в Джанкойском районе данный показатель составлял 20,7 %, Красноперекопском — 21,7 %, Первомайском — 22,8 %, Раздольненском — 22,7 %. Областной показатель естественного прироста населения составлял 16,0 % [15,с.316]. Соответственно в этих же районах наблюдался весьма значительный удельный возрастной группы от 0 до 5 лет (до 10 %) и от 5 до 14 (до 16 %) [8, с. 46].

Однако, не смотря на довольно высокие демографические показатели, главным источником демографического благополучия Крыма являлся механический прирост, основной составляющей которого являлись организованные массовые миграции населения. Так в 1977–1978 гг. он составлял 22 тыс. чел. в год, в 1979 г. — 11 тыс. чел., а в 1980–1981 гг. — 6,6–5,8 тыс. чел. [7,с.37].

По мере сокращения объемов миграций, все более отчетливо стали проступать негативные черты демографической обстановки: деформированность половозрастной структуры, сокращение рождаемости, рост разводов, увеличение численности пожилого контингента, особенно женщин, проживающих в сельской местности. Именно эти факторы, усугубленные системным социально-экономическим кризисом, и станут ведущими в социодемографических процессах 80–90-х гг., детерминируя формирование неблагоприятной демографической ситуации в последующие годы.

Литература:

1.         Акулов М. Р. Восстановительные работы в Крыму в 1944–1945 года / М. Р. Акулов // Отечественная история. 1993. № 3. С.182–189

2.         Воронко О. Г. Особливості етнодемографічних процесів у Криму в другій половині ХХ ст. //Культура народов Причерноморья. 2011. № 198. С. 28–32.

3.         Галух Г. А. Пространственно-временные аспекты демографической ситуации в Крыму / Г. А. Галух, Сахнова Н. С. // Ученые записки Таврического национального университета имени В. И. Вернадского. Серия: География. 2004. Т.17(56), №.4. С.299–306.

4.         ГАРК. Р.Ф. 3348. Оп.7. Д.19. Л. 132–133, Л. 37

5.         ГАРК. Р.Ф.3287. Оп.2. Д.24. Л. 18. Л.162

6.         ГАРК. Р.Ф. 3348. Оп. 7. Д. 15. Л. 4

7.         Крым. Экономика / под ред. И. Т. Твердохлебова. Симферополь: Таврия, 1993. — 50 с.

8.         Крим в етнополітичному вимири / за ред. М. Панчука. — К.: Світогляд, 2005. — 300 с.

9.         Население Крымской области по результатам Всесоюзной переписи населения 1979 г.: Симферополь: Статуправление, 1980, 167 с.

10.     Народное хозяйство Крымской области. Статистический сборник. — Симферополь: Таврия, 1977. 143 с.

11.     Подсчитано автором по Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. Украинская ССР / Отв. за выпуск К. А. Орехов. — М.: Госстатиздат, 1963. — С. 36–38.

12.     Стешенко В. С. Демографическое развитие Украинской ССР. 1970–1979 // В. С. Стешенко. — К.: Наукова думка, 1987. 254 с.

13.     Страчкова Н. В. Проблема демографического развития рекреационных районов Крыма / Н. В. Страчкова // Культура народов Причерноморья. 2004. № 55,Т.3. С.42–46.

14.     Суботіна І. В. Динаміка чисельності населення Криму в 1959–2001 рр. (за матеріалами загальних переписів населення) / І. В. Суботіна // Культура народов Причерноморья. 2011, № 198. С.57– 60.

15.     Суботіна І. В. Соціально-демографічні процеси в Україні у другій пол. ХХ — на поч. ХХ1 ст. (за даними загальних переписів населення 1959–2001 рр.): дис. канд.. істор. наук: 07.00.01 / І. В. Суботіна. — Чернігів: 2008. — 368 с.

16.     Сергійчук В. С. Формування й сучасний стан українського етносу Криму / В. С. Сергійчук // Етнонаціональні процеси в Україні: історія та сучасність. — К.: Головна спец. ред. літературного мовлення нац. меншин України, 2001. Розд.3. С.310–318.

17.     Cоставлено автором по: Итоги Всесоюзной переписи населения 1959 года. Украинская ССР / Отв. за выпуск К. А. Орехов. — М.: Госстатиздат, 1963. С.33–35.

18.     Составлено автором по: Население Крымской области по результатам Всесоюзной переписи населения 1979 г. / — Симферополь: Статуправление, 1980. С. 40–42.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle