Библиографическое описание:

Яркина М. А. Мировоззренческий путь универсальных символов // Молодой ученый. — 2014. — №13. — С. 341-344.

Статья является частью диссертационного исследования трансформации и инверсии символа в культурно-историческом контексте. Автор статьи обращается к истокам возникновения символа как феномена человеческого сознания и пытается воспроизвести его трансформацию сквозь исторически-сформированные парадигмы мировоззрений. Целью является изучение символа в религиозном, мифологическом и философском сознании с точки зрения его социально-исторического происхождения и его общекультурного значения.

Ключевые слова: символ, знак, мировоззрение, идея, миф, религия, философия.

Article is a part of the dissertation research on the topic of transformation and inversion of the character in the cultural and historical context. The author of the article referring to the sources of origin of symbol as the phenomenon of human consciousness and tries to reproduce they transformation through the historically-formed paradigms of world views. The goal is to study character in the religious, mythology and philosophic consciousness in terms of its socio-historical origin and cultural values.

Keywords: Symbol, sign, world view, idea, myth, religion, philosophy.

Проблема символа принадлежит одновременно к кругу философских, культурологических, лингвистических, религиозных, искусствоведческих, а также ненаучных сфер интересов человека. Встречаясь на изломе абсолютно различных научных дисциплин, символ выявляет трансцендентную природу, подтверждая свое культурообразующее значение. Существует мнение, что именно способность создавать символы и лежит в основе формирования осмысления человека как особого рода сущего. Изначально возникая в глубинах сознания в виде идей, стойких ассоциаций, запретов, религиозных воззрений или художественных образов, символ транслируется человеком в материальную плоскость, где, обретая свое визуальное подобие, становится ощутимым выразителем сознания и идей человечества.

На мой взгляд, наиболее удачной является классификация символов по Эриху Фромму, который разделил символы в зависимости от степени и глубины их символического значения на три группы: конвенциональные, случайные и универсальные. Именно последняя группа символов, предполагающая наличие внутренней связи между символом и тем, что он представляет, интересует меня в моем исследовании.

Универсальный символ как феномен человеческого сознания находится на перекрестке трех исторически сформированных типов мировоззрения: мифологического, религиозного и философского. Как известно, символы зарождались первоначально именно в лоне мифологического мировоззрения, когда уровень знаний и представлений человека о бытии еще стоял на начальной ступени развития. Миф — это первая форма познания мира. Мифология как образное мышление наиболее ярко демонстрирует связь человека с эмоциональным познанием и переживанием действительности. Именно поэтому в символах древности содержится ценное знание о человеке и его природе. Синкретичность мифа с его попыткой объяснить загадки окружающего мира, его художественность, способность все оживлять и одухотворять дала толчок к возникновению первичных языческих символов. Само зарождение символа уже свидетельствовало о формировании определенных сфер знаний нуждающихся в сохранении и передачи не только другим социальным группам, но и новым поколениям. Для этой роли весьма подходил символ.

Миф как мировоззрение является продуктом субъективной реальности, но такой, которая воспринимается как настоящая. Именно в этот период ощущается небывалая общность между символом и знаком, только в данный промежуток времени эти понятия стоят как никогда близко друг к другу. И знак и символ в период своего становления выполняют одинаковую функцию — они являются проявлением некоего тайного, прикровенного знания, которое доступно лишь узкому кругу посвященных.

Уместно вспомнить знаменитый труд К. Г. Юнга " Душа и миф ", где автор утверждает, что миф это в первую очередь психическое явление «выражающее глубинную суть души» [1.С]. Древний человек переносил свои душевные переживания на процессы внешнего мира. Именно эти архетипы проявили себя в виде символов. Например крест по Юнгу воплощает в себя идею устроения. Он является древним символом строя и порядка. Крест как наиболее древний из универсальных символов упоминается в трудах многих известных исследователей. Так например Рене Генон эзотерик-традиционалист в своей книге «Символы священной науки» называет крест одним из наиболее древних символов человечества наравне с кругом, точкой и линией. Крест — пересечение двух начал, центр всего, абсолютный баланс сил и то, что можно назвать «просветлением» [2.С].

Павел Флоренский замечательный русский философ и священнослужитель определяющий символ как «органически живое единство изображающего и изображаемого» [3, с176–187.] видел в символе ту грань, где встречается то, что можно уразуметь и то, что нельзя. Павел Флоренский так же выделяет символ креста между иными основными символами мироздания. Объясняя трансцендентность и универсальность (божественность) этого символа существованием некоей пракультуры.

Рождаясь в лоне мифологии символ подобный кресту обречен на бессмертие прежде всего благодаря своей универсальности и простоте объединенной с глубоким и насыщенным смыслом. Все то, что древний человек познавал и выражал по средствам мифа, концентрировалось в символах, насыщая их своей энергией. Таким образом древние символы представляются нам в образе застывшей энергетической волны направленной в русло тонких душевных переживаний, верований и представлений (возможно именно поэтому универсальный символ обладает таким колоссальным суггестивно-эмоциональным эффектом, позволяющим воздействовать на подсознание зрителя даже помимо его воли). Мифологическое воззрение сменилось религиозным, однако их тесная связь так и не прервалась. Образное мышление рождающее мировосприятие, миропереживание стало проводником к религиозности. А религия пронизывая в себе все остальные виды мировоззрений отразила в себе большой жизненный опыт человечества, систему эмоционально-образных представлений и переживаний, ценностей и норм, моральных идеалов. Религия культивировала такие высокие гуманистические нормы как вера, надежда, любовь, добро, терпимость, сострадание, милосердие, чувство долга и справедливости, а все это в свою очередь получило яркое выражение в символах. Необходимо отметить, что символы религиозные — это чаще всего трансформированные символы языческой эпохи. Что подтверждается в исследованиях Юрия Лотмана, который отмечает, что универсальный символ пронзает исторические пласты по вертикали, нанизывая на себя все новые и новые значения, ценности и идеи, соединяя таким образом различные эпохи и не давая им распасться на изолированные хронологические пласты [4].

Поскольку именно через символы в материальном мире человеку приоткрывается мир «иной», то символические видение есть свойство человека, который предназначен к бытию в этих двух мирах — материальном и духовном. Дуалистической является сама природа символа6 материальная (визуальная) сторона символа есть знак видимый и воспринимаемый человеком посредству органов чувств и идеальная — бесконечный простор для интерпретаций идей, чувств, эмоций, ценностей. переживаний, знаний и т. д. На изломе эпох, когда мифологическое мировоззрение вытеснялось религиозным, символы адаптировались под изменчивые пути истории. Поскольку Божественное в той или иной степени открывалось людям всех дорелигиозных культур, то неудивительно что религия (главным образом христианство) использовало некоторые из языческих образов уходящих своими корнями в глубины человеческого сознания, где даже у самых пламенных атеистов дремлет жажда богопознания (тяга к трансцендентному). При этом церковь по-своему трансформировала символы постепенно «очищая» от языческого наследия. Прекрасно об этом пишет Ю. Ю. Воробъевский: «До христианской культуры древние культы несли в себе ту малую часть истины, которую мог вместить в себя ветхий человек» [5, с 378.]. Стало быть язычество уже имело основной фундамент для принятия монотеизма и эволюция символов это отразила в полной мере. Поэтому нет причин говорить о «краже» христианством символов язычества. Таким образом наслаивая новые значения, универсальные символы трансформировались в ногу с меняющейся мировоззренческой картиной истории. Уже сформированные и устоявшиеся «вечные» ценности обрели новую жизнь в новом историческом ареале. Подобный путь трансформации прошли многие символы, которые в первые века христианства служили прикровенными условными обозначениями для тайных собраний верующих во время гонений Римской империей. Например такие прикровенные символы как рыба, свастика, «пастырь добрый», феникс, ягненок и другие прошли свой путь из древности и существовали до тех пор, пока пято-шестым вселенским собором небыли отменены из-за возможности использовать уже прямые изображения вместо тайных. До нашего времени эти символы сохранились в христианских церквях лишь как воспоминание и носят уже чисто декоративный характер. Универсальные же символы подобные кресту обрели в религии «второе дыхание» Простое пересечение двух линий в сознании верующего человека наполняется абсолютно особым ноэматическим смыслом. На кресте принял мученическую смерть Иисус Христос, искупив тем самым грехи всего человечества. Образ креста вызывает в памяти земную жизнь и подвиг Богочеловека и в первую очередь принесенную им искупительную жертву. «Христос Спаситель за всех грешников принял позорнейшие страдания и смерть. На Кресте была принесена жертва умилостивления» (Рим. 3, 25). Приняв на себя грехи всего мира Христос принялмученическую смерть, чтобы каждый верующий не погиб, но имел жизнь вечную. Именно тогда человек (как творение Бога) вновь обрел утраченное после первородного греха единение со своим Творцом.

Нужно отметить, что символ креста языческого периода и периода христианского в основе своей носил довольно схожее значение — а именно образ единения двух миров — мира дольнего и мира горнего. Горизонтальная планка означает земное, материальное бытие, вертикальная же перекладина символизирует мир трансцендентный (горний) мир духовный, их взаимное пресечение знаменует собой их единение. Христос своей жертвой устранил дилему и отстраненность между этими двумя мирами. Практически так же трактует этот символ эзотерик Рене Генон, который отмечает, что крест, который всегда был священным символом в язычестве и нес значение символа божества, огня и мог изгонять злых духов, в христианстве обретает значение символа тотального всеединства всего сущего. Крест символ мировой гармонии нарушенной грехопадением Прародителей Адама и Евы. [6. С.]

Таким образом символ креста стал объединительным «мостом» между миром языческим и миром христианским. В истории культуры он стал соединением «верха» и «низа», мира «тленного» и мира «вечного». Снова возвращаясь к трудам Павла Флоренского нужно отметить, что он усматривал в символе креста явление космо-человеческое. У человека как у творения конечного — писал философ — есть представление про нечто «целое», в которое он включен и это является средством связи его индивидуального и психического механизма с сознанием вообще. А поскольку символ — это выражение космического характера сознания, то есть предметная форма креста. а есть понятие символа креста, которое и является связью между миром тленным и вечным, нижним и верхним, тем и иным. Прикосновение «видимого» и «Божественного», «чувственного» и «умопостигаемого» является функцией креста как символа [7, с 125.].

Мировоззренческий путь универсального символа на этом не завершен. Мифологическое и религиозное мировоззрение тесно связанно с философским. Философское мировоззрение в данном случае по сути объединяет два предыдущих сосредотачиваясь на онтологическом, гносеологическом и аксеологическом аспекте символики. Останавливаясь на онтологическом, можно отметить что эта сфера прежде всего связана как с духовной, так и с материальной реальностью, а значит с визуальной стороной символа, где он прежде всего функционирует как знак и с невидимой стороной, где символ выступает как носитель духовности. Визуальный символ (тело) и его духовная сторона (предикат) в некоторых случаях могут деконсолидироваться под гнетом непонимания обывателя. Отчуждая знаковую сторону от нематериальной (по сути символической), реципиент рискует разорвать тонкие духовные нити связующие символ с идеей, лежащей в основе его формирования и по сути существовавшей у истоков самого его возникновения. В случае реализации полного отрыва символа от своего духовного наследия, он получает крайнюю степень своей трансформации — а именно редукцию. Утратив предикат трансцендентности символ деградирует в знак лишенный духовно-ценностного смысла и потерявший связь со своим символическим прошлым. Редуцировавшие символы функционирующее в виртуальной реальности как знаки призванные упростить все возрастающие потребности современного человека в ускорении процесса поиска, нахождения и использования информации, деградируют превращаясь в беспрерывный информационный поток. Разрыв между самими понятиями «символ» и «знак» достигает максимального своего уровня в современных социальных сетях и мас-медиа, так как символами начинают называться простые знаки, помогающие легче ориентироваться в бесконечном виртуальном пространстве.

Вспоминая мысли древних философов, которые еще со времен Аристотеля разделяли человека на тело и душу, можно провести параллель человек — символ и сделать вывод, что деградировавший символ утративший свое духовное насыщение становится подобен телу без души. Знак, который единственной своей функцией имеет информативность, ясность и простоту донесения до зрителя своего смысла. Так, например, за дорожными знаками не скрывается потаенный смысл, за ними стоит лишь перечень правил, требований (установок) или запретов известных и понятных каждому водителю, подобный знак не может считаться символом априори. Символ же с самого своего возникновения призванный скрывать свой смысл, открывает перед человеком бесконечный простор для полета мысли, неограниченных интерпретаций и смыслов. Так за христианским крестом стоят не только идея искупления, он открывает сложнейшее философско-религиозное учение; мораль и энергия, скрытая в нем, — бесценны.

Гносеологический аспект в изучении символики дает интересные примеры трактовок и понимания главных проблем жизни и роли духовности в его усовершенствовании. Аксиология символа прежде всего ведет речь о концентрации в универсальном символе знаний, переживаний ценностей как общечеловеческих так и узконациональных. По Ю. Лотману именно ценностный характер значения символов и отличает его от всех других видов знаков или эмблем, от художественных или иконических знаков, от аллегорических знаковых структур и др. Так как все эти знаки функционируя в своем прямом назначении, несут информацию сугубо понятийного, смыслового, но не ценностного характера. В том же случае когда они используются для выражения ценности, они и получают свое символическое значение [8, с 191–199.].

Когда заканчивалась языческая эпоха и христианство начало занимать господствующие позиции, универсальные символы взяли на себя в некотором роде функцию объединения двух мировоззренческих парадигм сформированных за это время. Так, на мой взгляд, славяно-языческая культура имела великолепный фундамент вмещая в себя уже сформированные и устоявшиеся моральные ценности и нормы, которые и стали благодатной почвой для принятия новой монотеистической религии. Христианство используя языческие символы создало свой особый жизненный принцип, свое неповторимое мировоззрение в противовес античному, но этот решительный разрыв, грань, которая разделяла эти две эпохи еще долго сглаживался использованием общих символов — символов, которые были понятны как язычникам так и христианам. Некоторые же древние символы, существовавшие еще до изменения культурного пласта и по сути независимо от него точно так же попадая в память новой культуры из глубин прошлого ожили в ней уже в новом значении; трансформировавшись они получили новую «жизнь» не утратив или же частично утратив свои прежние значения, наслоив новые мировоззренческие элементы стали «мостом» на изломе исторических эпох. Практически все универсальные символы прошли этот путь от мифа сквозь религию и обретя свою полноту в философии.

Литература:

1.                  Юнг, К. Г. Душа и миф: шесть архетипов / К. Г. Юнг; пер с англ. К.: Государственная библиотека Украины для юношества, 1996. — 384 с.

2.                  Рене Генон. Символы священной науки. Simboles de la sciens sacrée/ Рене Генон; (пер. с фр. Н. Тирос). — М.: Беловодье, 2004. — 480с.

3.                  Флоренский П. А. Собр. соч.: в 4 т. Т. 1. М., 1994. С

4.                  Лотман Ю. М. Символ в системе культуры // Труды по знаковым системам. Вып.XXI.– Тарту, 1987.

5.                  Воробъевский Ю. Шаг змеи изд. Пресском, Яуза 2005р. — 704с.

6.                  Рене Генон Символизм креста «Lt symbolisme de la croix» 1931.

7.                  Флоренский П.А У водоразделов мысли // Сочинения. Т.2. М., 1990.

8.                  Лотман Ю. М. Избранные статьи в трех томах.- Т.I Статьи по семиотике и топологии культуры — Таллин, “Александра”, 1992.-

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle