Библиографическое описание:

Зверев П. Г. Разоружение, демобилизация и реинтеграция как направление современного миростроительства // Молодой ученый. — 2014. — №13. — С. 182-184.

Постконфликтная демобилизация обычно определяется как процесс, с помощью которого вооруженные силы (правительственные и/или оппозиционные, фракционные) либо сокращаются в численности, либо полностью распускаются в рамках более широкого перехода от состояния войны к миру. Демобилизация предполагает сбор бывших комбатантов, их разоружение, размещение в специальных местах, административные процедуры, предварительную и основную работу по их переориентации, выплату некоторых форм компенсации и/или реализацию программ помощи. Параллельно с процессом демобилизации или вслед за ним зачастую происходит создание единых национальных сил обороны, формируемых в согласованной пропорции из бывших членов правительства и сил оппозиции. Являясь отдельным аспектом демобилизации, разоружение включает в себя сбор, контроль и утилизацию — желательно путем уничтожения — легкого стрелкового оружия, тяжелых вооружений и соответствующих материальных средств бывших комбатантов, а во многих случаях также и всего населения — в рамках программ управления развитием ответственного обращения с оружием. Программы реинтеграции являются неотъемлемым элементом усилий по успешной демобилизации и находят выражение в процедурах денежной или натуральной компенсации, обучении и подготовке кадров, нацеленных на повышение потенциала экономической и социальной реинтеграции экс-комбатантов и членов их семей. (Опыт международного миротворчества показывает, что программы денежной компенсации, как правило, признаются гораздо менее эффективными, нежели, например, такая модель, как «обмен оружия на развитие», которая применялась в Албании и Мали). В целом, реинтеграция включает в себя усилия по содействию индивидуальному и общественному примирению и демократизации.

Вслед за окончанием военных действий и заключением мирного соглашения между сторонами, внимание первоначально будет сосредоточено на реализации мер по укреплению мира на этой ранней хрупкой и неустойчивой стадии. Несвоевременное разоружение и демобилизация могут повлечь за собой возврат к военным действиям или обращение к военной силе стороной, проигравшей в избирательной кампании. Зачастую разоружение затрудняется ввиду задержки в оказании материально-технической помощи. Примером служит Операция ООН в Сомали II (UNOSOM II, 1993–1995), во время которой бюрократические проволочки в ООН привели к трагической гибели десятков миротворцев.

Неполноценная реинтеграция создает краткосрочные и долгосрочные проблемы безопасности. Большое количество нетрудоустроенных бывших комбатантов является постоянной угрозой для процесса миростроительства, а в долгосрочной перспективе может способствовать неприемлемому уровню вооруженной преступности и распространению оружия и формированию нестабильности в соседних странах. Как минимум, общество может снизить потери производственных ресурсов в лице значительной части своих граждан и тем самым предотвратить возможность развития будущих социальных волнений. В то же время, при должном планировании, финансировании и правильной реализации с использованием комплексного подхода, разоружение, демобилизации и реинтеграция (РДиР / DD&R) могут стать важным инструментом в общей перестройке постконфликтного социума.

Первая фаза процесса РДиР включает в себя сбор демобилизуемых экс-комбатантов и их разоружение. Это, в свою очередь, требует определения того, какие именно силы и в каком количестве должны быть демобилизованы. Есть ли необходимость в интеграции определенного процента бывших фракционных сил в единые национальные силы обороны и если да — как и когда это может произойти? Кроме тех, кто подвержен формальному процессу демобилизации, кто еще будет разоружен, где и как это случится? Кто будет контролировать, осуществлять и проверять процесс разоружения? Какой будет утилизация оружия и кто обеспечит безопасность разоруженных экс-комбатантов во время их размещения в лагере после разоружения? Кто обеспечит их пищей, жильем, медикаментами и всем необходимым во время их размещения в лагере? Какова будет судьба семей членов оппозиционных сил, которые делили с ними тяготы военного времени? Как будут обеспечены особые потребности уязвимых групп, в частности детей- и женщин-комбатантов, раненых и инвалидов? Программы реинтеграции нацелены на подготовку экс-комбатантов к продуктивной гражданской жизни. Каким образом оценить их потенциал, принимая в расчет также желания и потребности? Где и кем будут осуществляться программы переподготовки? Распространятся ли они только на бывших комбатантов или же вовлекут более широкие слои общества? Выйдет ли реинтеграция за рамки экономики, будет ли она носить социальный, политический, психологический характер? Учитывая степень миротворческого урегулирования, требуемую для экс-комбатантов и гражданского населения, в которое они стремятся влиться, что именно должно быть сделано для снижения местной оппозиции и установления сотрудничества и поддержки?

Постконфликтное РДиР являет собой политически, организационно, технически и логистически сложный и деликатный процесс, требующий значительных людских и финансовых ресурсов для планирования, реализации и наблюдения за различными его элементами. Учитывая многообразие вовлеченных в разные стадии этого процесса акторов, взаимосвязь и взаимозависимость самих этих стадий, их влияние на широкий план мирного урегулирования, особенно остро стоит вопрос об интегрированном планировании и эффективной координации. РДиР должно быть спроектировано, спланировано и реализовано как часть общенациональной стратегии послевоенного восстановления. Для успешного постконфликтного миростроительства требуется такое осуществление мирного процесса, которое было названо Генеральным секретарем ООН «всеобъемлющим миростроительством» (“comprehensivepeace-building). Речь идет о широкой схеме постконфликтного восстановления и реформирования политических, социальных и экономических институтов и процессов. С этой точки зрения разоружение, демобилизация и создание профессиональных единых представительных национальных сил обороны являются важными компонентами реформы аппарата государственной безопасности (военной, полицейской и судебной/исправительной системы) во имя широкого процесса демократизации. Аналогичным образом должно планироваться и осуществляться — в рамках общей стратегии по реконструкции, переселению и реабилитации — возвращение к мирной жизни экс-комбатантов. Все это входит в первый этап плана национального постконфликтного развития. Здесь уместно прокомментировать кажущееся многообразие терминов, которые используются для описания функции реинтеграции.

Выступавший на семинаре в Карлайле (США) на тему РДиР доктор Мендельсон-Форман использовал термин «примирение» (reconciliation). В свою очередь, Генеральный секретарь ООН в докладе Совету Безопасности в октябре 2001 г. по поводу Миссии ООН в Демократической Республике Конго (МООНДРК) сообщил о «разоружении, демобилизации, репатриации, переселении и реинтеграции» (disarmament, demobilization, repatriation, resettlementandreintegration) экс-комбатантов [1]. Все эти задачи были отражены как в обсуждаемой концепции РДиР, так и в Руководящих принципах ООН, датированных декабрем 1999 г. Стремление включать в РДиР все больше и больше субкомпонентов, особенно тех, которые касаются процесса реинтеграции, отражает выросшее знание о них и растущее понимание важности каждого.

Разоружение и демобилизация экс-комбатантов должны происходить на самых ранних этапах мирного процесса, поэтому программы реинтеграции следует готовить, когда разоруженные бывшие комбатанты прибывают к местам предполагаемого заселения. Поэтому все усилия должны быть направлены на развитие всестороннего плана РДиР во время мирных переговоров с целью включения его в мирное соглашение. Основные компоненты плана должны быть, по меньшей мере, согласованы наряду с соответствующими механизмами для его окончательной доработки после подписания мирного соглашения в целях его реализации, координации и мониторинга, а также, при необходимости, для внесения корректив в ранее согласованные элементы. С этой целью и, особенно в свете мониторинга и верификации требований разоружения и демобилизации, важно как можно более раннее вовлечение в переговорный процесс переговорщиков ООН при поддержке технических специалистов, имеющих навыки формирования всеобъемлющего плана РДиР.

Адекватное планирование РДиР имеет своей целью разработку всеобъемлющего плана, основанного на всей необходимой информации, полученной от всех соответствующих субъектов в процессе мирных переговоров, а затем нашедшей полное отражение в мирном соглашении, мандате и бюджете исполнительного органа.

Такого рода процесс требует:

1)                 своевременного признания всеми субъектами необходимости всестороннего и комплексного плана РДиР;

2)                 разработки и внедрения необходимых ресурсов — человеческих, материальных и финансовых;

3)                 необходимых информационных ресурсов для развития, оценки, корректировки и реализации плана;

4)                 координационных механизмов для обеспечения внутренней согласованности компонентов плана, равно как и его согласованности со всей стратегией постконфликтного восстановления, от которой зависит конечный успех.

Перечисленные задачи служат цели успешного решения эффективного разоружения, демобилизации и реинтеграции как важного направления современной миростроительной деятельности ООН.

Литература:

1.                  Ninth Report of the Secretary-General, S/2001/970, Section VIII, subtitle and para.59.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle