Библиографическое описание:

Счастливая Д. Н. Аполлон: амбивалентность культа и образа // Молодой ученый. — 2014. — №12. — С. 233-236.

В данной статье мы хотели бы показать, что Аполлон являлся не только богом света и красоты, не только покровительствовал искусствам и был «водителем» муз, также Аполлон имел и обратную сторону натуры — грозную, и в полной мере кровожадную. Эти его ипостаси уходили своими корнями глубоко в период архаики.

Ключевые слова: Древняя Греция, Аполлон, культ, Дельфийский оракул, Дидимский оракул, музы.

Рождение. Бог света, златокудрый Аполлон — Ἀπόλλων — родился семимесячным, на острове Астерия, вместе со своей сестрой-близнецом Артемидой. Позже этот остров был назван Делосом (от греч. «являю»). Будучи сыном Зевса и титаниды Лето (Латоны), Аполлон появился на свет на седьмой день месяца [2, 771], сразу же проявил себя как очень могущественное божество. Уже после рождения он смог попросить у матери не молока, а нектара и амброзии. Его кормилицей стала Фемида, богиня судьбы и справедливости. Как только Аполлон сделал первый шаг, все залилось светом солнца и все вокруг наполнилось жизнью.

Зарождение Дельфийского оракула.Как только Аполлон немного возмужал, то отправился в Темпейскую долину, где, как говорили слухи, злодействовал змей Пифон или Дельфиний. Легко с ним расправившись, и освободив Дельфы, Аполлон сказал жителям, чтобы те построили храм, где людям будут предсказывать будущее. Обрадовавшись, что им будет покровительствовать столь лучезарный и могущественный бог, они тут же начали строительство. Странен тот факт, что и раньше там был оракул Геи и Фемиды. Но, видимо, Аполлон, обещавший им яркие и светлые празднества, настолько прельстил жителей, что те с радостью согласились на все условия. К тому же и себе во славу и в удовольствие людям он учредил в честь себя Пифийские игры, названные так по имени убитого змея. А также, соблюдая все правила, Аполлон очистился от убийства Пифона в той же Темпейской долине. Так зародился Дельфийский оракул.

Что он из себя представлял? Начнем с того, что именно Дельфийский оракул являлся самым почитаемым из всех прорицалищ в древней Греции и не только. Мало того, что за советом к Пифии съезжались со всей Балканской Греции, к ней обращались также жители Малой Азии и островной Греции, к примеру, жители Сиракуз. Этот торговый центр издревле считался самым большим, успешным и влиятельным в античном мире.

Но вернемся к описанию самого оракула. Пифия — это девушка или женщина, что восседала на треножнике над расщелиной, откуда исходили пары, которые и позволяли прорицательнице делать не очень разборчивые, но точные предсказания. Много лет ученые пытались разгадать загадку Дельфийского оракула. Согласно традиции, в расщелине был саркофаг Пифона. Как он мог источать галлюциногенные пары не совсем понятно. Однако в XX веке, когда уровень техники позволил людям прорубать глубокие ходы под землю, выяснилось, что под развалинами храма в Дельфах действительно находится расщелина, по которой протекает нефтяной поток. Его ядовитые пары вполне могли давать галлюциногенные видения, которые и были теми самыми предсказаниями. Хоть сейчас этот поток и достаточно глубоко, но никто не гарантирует, что примерно 2,5 тыс. лет назад он не мог находиться гораздо выше.

Аполлон не просто так стал олицетворять собой видение будущего. Он сам был прорицателем. Его храмы, кроме Греции, распространились также в Малой Азии и в Италии — в Кларосе, Колофине, Кумах. Не менее значим и храм в Дидимах. В этой ипостаси Аполлона называют даже «водителем мойр» или Мойрагетом.

То, что Аполлон мог видеть будущее, еще не говорит о том, что он мог ведать судьбой. В защиту противоположной версии можно привести данные, найденные нами у Павсания, который сообщает, что в Дельфах находится храм, в котором стоят три статуи. Изначально они олицетворяли двух Мойр, но по какой-то причине вместо одной из них стоят статуи Аполлона и Зевса Мойрагетов [6, X, 24, 4].

Хотя и в этом сообщении мы можем найти нестыковки — согласно традиционному мифу никто не мог повелевать Мойрами, даже Зевс — Громовержец и владыка Олимпа боялся их и не мог пойти против их воли. Здесь же мы видим абсолютно противоположную ситуацию. Аполлон и Зевс Мойрагеты предстают перед нами теми, кто мог управлять и повелевать судьбой [8, с. 267]. Эти аргументы можно привести в защиту предположения о статусе Аполлона, как самого приближенного бога к Зевсу и сильнейшего из «радовых» олимпийцев.

Амбивалентность культа. Кроме того, Аполлон всегда считался самым греческим богом из всех олимпийцев, хотя совмещал в себе различные начала: в его культе прослеживаются критские, малоазийские и даже дорические корни [10, с. 541]. С одной стороны, совершенно типичный образ исконно греческого божества, с другой сущность с абсолютно антогоничным началом. Логично, что гармоничное божество должно быть пропорционально в своих ипостасях. Однако у каждой монеты есть иная сторона. Аполлон — не исключение, он, скорее, лучший пример подобного дуализма. Олицетворяя собой свет, он соединял в себе также архаизм и классицизм, всецело претендуя на место даже в чем-то хтонического божества.

О существовании любого бога в первую очередь говорят упоминания о нем в источниках. Для изучения античного мира самыми древними источниками являются надписи на эпиграфических табличках и различных предметах утвари, которые применялись в первую очередь жрецами. Культ же состоит именно из упоминаний о божестве, из праздников в честь данного бога и многих других аспектов. В том, что культ Аполлона существовал, никто не сомневается, однако очень много споров о времени происхождения этого культа.

Одним из наиболее ярких примеров для рассмотрения возможного возраста культа является Ольвия — греческая колония, основанная, как считалось, в VI в. до н. э., а по последним данным археологических раскопок, в середине VII в. до н. э. Развалины Ольвии считаются кладезем находок и информации, к тому же там были найдены посвятительные надписи на мраморных табличках и более 50 граффити на киликах. Все они датируются концом VI — началом V вв. до н. э. В большинстве своем имя Аполлона указывается полностью, в основном жрецами, что посвящали ему вещи [12].

Все же многие ученые придерживаются теории о малоазийском происхождении Аполлона. В пользу этой теории выступали такие великие умы, как А. Штенборн, Ф. Велькер, У. Виламовиц [13, с. 305]. Однако есть и те, кто смотрели немного дальше в прошлое, такие как М. П. Нильссон.

Если мы обратимся к одному из самых древних авторов античности Гомеру, то во втором гимне «к Аполлону Дельфийскому» сможем увидеть Аполлона совсем в ином свете. В его гимнах он представлен отнюдь не добрым. Его свет показан как нечто разрушительное [3, II, 262–264]. При всей своей, казалось бы, неземной красоте, он вызывал страх и «ужас», так как величие и сила всегда пугали людей [3, II, 269]. Считая Аполлона deionos theos — «страшным богом», эллины соединяли в себе веру и страх. Так как невозможно не верить в существование того, чего ты боишься. Поэтому здесь бог выступает скорее в образе своеобразного демона, нежели покровителя [13, с. 306].

Но вернемся к теории негреческого происхождения Аполлона. В пользу этого предположения можно сказать, что сам по себе культ Аполлона нигде не появлялся самостоятельно, он лишь заменял уже существовавшие ранее, вытесняя и доминируя над ним. Хотя не исключено что, многое из предыдущих культов он вбирал в себя, сливаясь в совершенно новый, и, лишь укрепляясь в менталитете людей. Ведь если на место одного бога приходит другой, более сильный и могущественный, то и поклоняться будут новому божеству, победившему старые порядки и устои. Однако, естественно, старых богов забыть сложно, поэтому вполне вероятно, что различные черты культа ассимилировали, но остались. К примеру, праздники, какие-то виды жертвоприношений и т. д.

Еще раз напомним, что культ Аполлона был распространен не только в Греции, но и в Малой Азии, где мы находим достаточно древние и устойчивые корни. Восток всегда отличался любовью к магии и экстатической мантике, а именно состоянию невесомого экстаза, т. е. прорицания. Нам известны несколько оракулов Аполлона на территории Малой Азии: оракул Аполлона Филесия (Дружелюбного) в Дидимах, оракул в Кларе около Колофона [6, I, 16, 3], а также оракул в ликийском городе Патарах [1, I, 182] и т. д.

К тому же одним из самых влиятельных и знаменитых храмов за пределами Греции был храм Аполлону Дельфинию в Милете [11, с. 200]. В нем оракул давал стандартные пророчества: несвязный текст пророчицы переделывался жрецами в нормальный и выдавался вопрошающим. Эти предсказания считались словами самого бога. Конечно, подобная «переделка» не может сейчас не вызывать сомнения. Ведь жрецы вполне могли расшифровывать предсказания по-своему. Их можно было подкупить или же просто договориться. Однако тогда сомнению «слова бога» не подвергались. Такая же форма предсказания будущего была и в Дидимах, и в Дельфах.

Зарождение Дидимского оракула. Итак, культ в Дидимах зародился еще задолго до VII в. до н. э. В пользу этого говорит, что в первой половине VII в. до н. э. Дидимы, со своим святилищем вошли в состав милетского государства и стали культурным центром данного полиса.

Далее мы хотели кратко ознакомится с историей зарождения Дидимского оракула. Для этого мы обратились к Страбону, который в своей «Географии» передает миф о неком юноше Бранхе, которого Аполлон однажды встретил в лесу. Видимо он так понравился богу, что тот наделил его даром прорицания [7, XIV, 1, 5]. Однако, хоть это всего лишь и легенда, зачатки правды в ней все же есть. Считалось, что до прихода Аполлона в Дидимы, люди там поклонялись местному богу Бранху, который был родоначальником рода жрецов — Бранхидов. Культ Аполлона опять-таки не вытеснил предыдущий культ полностью, он вобрал его в себя, что только доказывало превосходство греческого мира над остальным. Поэтому вполне вероятно, что эта легенда была выдумана греками для того, чтобы показать свое могущество.

Опираясь на этот косвенный факт, мы можем предположить, что культ Аполлона, созревший в Малой Азии, мог вытеснить культ Бранха и сделать его второстепенным. Чтобы сохранить свое существование культу Бранха пришлось слиться с культом Зевса. В итоге данные боги трансформировались в единое божество — Зевс-Бранх. Только в таком «смешанном» состоянии он смог противостоять столь могущественному культу Аполлона, что так быстро набирал своих последователей.

Изначально в Дидимах храма не было. Все обряды и приношения совершались вокруг священного источника, который впоследствии и стал аналогом Дельфийской расщелины. Храм был построен около VI в. до н. э.

Мы хотели бы обратиться к одному из элементов архитектурного ансамбля — жертвеннику, который нас заинтересовал более других. Упоминания о нем, мы нашли у Павсания: «есть в Дидимах Милетской земли жертвенник, сооруженный Гераклом Фивским из крови жертвенных животных. Однако и в позднейшие времена кровь, приносимых в жертву животных, не очень прибавила к его величине, и не сделала ее чрезмерной» [6, V, 13, 6]. Его внешний диаметр — 8 м, а внутренний — 5 м. Имеет форму круга. Это был алтарь за стенами храма, находящийся у входа. От него до нас дошел только фундамент. Подобные алтари обычно строились из пепла, крови жертвенных животных и жира. На нем совершались главные жертвоприношения. Однако данный алтарь привлекает не только своей «кровожадностью», но и глубиной. Если внимательно прочесть текст Павсания, то можно заметить, что он дает достаточно четкие размеры глубины «колодца» — бездонный. Именно этот факт может символизировать хтоничность и архаичность данного культа, который уходит своими корнями «глубоко» в прошлое.

В 494 г. до н. э. при взятии Милета Дарием храм был сожжен. После этого события известность святилища неумолима падала. О нем стали забывать. Но все изменилось с приходом Александра Македонского в 334 г. до н. э. Конечно, точной датировки у нас нет, но мы натолкнулись на сведения о том, что во время прихода Александра в Милет, один из его военачальников обратился к Дидимскому оракулу за советом: не вернуться ли им на родину? Но оракул ответил, что в Азии их ждет богатство и слава [9, с. 96–97].

Известно, что во времена императора Юлиана (Флавий Клавдий Юлиан (331/332–363 гг.), известный также как Юлиан Отступник — последний языческий римский император.), т. е. в IV в., храм еще существовал. С полноправным приходом христианской веры могущество Дидимского оракула, так же как и любых других святилищ и прорицалищ пало. В настоящее время от храма остались лишь части архитектурных сооружений и руины, т. к. в самом конце XV в. землетрясение разрушило его почти целиком.

Функции, ипостаси и атрибутика. Антагонизм природы Аполлона хорошо виден на некоторых примерах его функций и атрибутики, окружавшем его. Постоянная противоречивость и двойственность сущности проявлялась в первую очередь в слиянии его губительных и целительных сил.

Начнем мы с одной из старейших ипостасей Аполлона, как защитника. Об этом может свидетельствовать древний фетиш, найденный Генрихом Шлиманом при раскопках Трои — камни и каменные столбы у ворот города. Так называемый agyes или «столбовой» Аполлон был не нов легендарной Трое [13, с. 307]. Гомер в своей «Иллиаде» на протяжении всей поэмы говорит, что именно Аполлон был главным божеством-покровителем города.

Одним из символов-атрибутов Аполлона был дельфин. Во втором гимне Гомера, посвященном Аполлону пифийскому, автор пишет, что бог явился людям в виде дельфина и направлял их корабль вплоть до самых Дельф [3, II, 222]. Культ Аполлона Дельфиния был широко распространен на Крите, Хиосе, Фере и Эгине. Также в Милете, как в принципе и почти по всей Греции. В данной ипостаси бог был покровителем мореплавания и основания колоний. Это и объясняет столь повсеместное распространение культа. К тому же Страбон говорит об «общей святыне ионян» [7, IV, I, 4], что представляла собой святилище Аполлону Дельфинию в Массилии.

Также были известны ассоциации Аполлона с ланью и оленем (атрибуты — лук и стрелы). Однако сторона охотника проявляется и в двойственности «кровожадности». То ему в жертву приносят ячмень, брошенный в огонь алтаря [3, II, 313–314, 331], а то гекатомбы [3, II, 82], т. е. кровавое жертвоприношение 100 быков.

Волк — одна из важнейших зооморфных перевоплощений Аполлона, которое более всех почиталось в Дельфах. По легенде именно волк принес в храм лавровую ветвь. К тому же данная ипостась может читаться как «вожак», который защищает, но в то же время — это сильный противник, который в состоянии убить даже себе подобного. Культ Аполлона очень плотно переплетается с другими архаичными культами, будь то Зевс, Лето, Артемида (т. е. вся прямая «семья»), уходящими своими корнями глубоко в эпоху фетишизма и тотемизма [см. также 10, с. 51].

Во всем этом мы можем увидеть характерную Аполлону двойственность и несовместимость. Убийца с одной стороны и защитник с другой. Однако Аполлон не всегда был защитником, иногда он карал тех, кто ему не угодил. Здесь можно привести в пример знаменитый миф о детях Ниобы. Эта женщина так возгордилась своей родословной и своими прекрасными детьми, что укорила Лето в том, что у нее-то всего двое детей, и она всего лишь потомок титанов. За это дети этой самой Лето — Аполлон и Артемида — отплатили за дерзость. Они убили всех отпрысков Ниобы своими смертоносными стрелами, покарав ее за гордыню. «Этот миф олицетворял также в древние века неожиданные удары судьбы» [14, с. 135].

В противовес архаичности выступает культ Аполллона-целителя [5, I, 522–523], который был распространен в Пантикапее и Фанагории, а также на Боспоре [15, 1об]. Данная сторона античного бога вольется в культ только ко времени классического периода. Археологические находки документально свидетельствуют о том, что культ Аполлона-врача существовал уже в начале IV в. до н. э. [15, 1об].

И, наконец, мы хотели бы обратиться к той стороне культа и «личности» Аполлона, о которой знает большинство: бог — покровитель искусств, поэзии и музыки. Олицетворение самой красоты. В данном контексте мы не можем не упомянуть об одном из атрибутов Аполлона — лире или кифаре. Лира олицетворяла собой также «правильную», умиротворяющую мелодию, которая дарит покой и веселье. Она ставиться в противовес флейте, считавшейся символом фригийской музыки, что скорее можно отнести к образу Диониса, нежели Аполлона. Мы хотели бы поведать миф о силене Марсии, который однажды найдя флейту, впоследствии довел свое умение игры до совершенства. И как очень многие герои легенд, возгордился своим талантом. Он вызвал Аполлона на поединок, в котором в качестве судей выступали музы. И, конечно же, проиграл. По крайней мере, нам не известны мифы, где герои побеждали бы богов в соревнованиях. В наказание за свою гордыню и дерзость, Марсий был подвергнут жестокой казни — Аполлон привязал его к дереву и содрал с него кожу, в знак поучения другим [14, с. 122–123]. Это служит не только символом кары за грехи, но и вновь показывает, насколько Аполлон мог быть жесток и кровожаден в своих наказаниях.

Музы. Как уже было сказано ранее, Аполлон был «водителем Мойр», но также был и наставником муз. Число их постепенно менялось. Первоначально упоминаются лишь три музы: Мелета — «размышление», Мнема — «память» и Айода — «песня» [6, IX, 29, 2]. Однако, в последующие века, их численность достигла девяти. Все они были дочерьми Зевса и титаниды Мнемозины, богини памяти. Обитали они преимущественно на Парснасе, где вместе с ними жил и Аполлон.

Происхождение муз не так уж и определенно. Еврипид в своей «Медее» [4, 832] утверждает, что их матерью была Гармония. Поэт Мимнерм говорит, что старшие музы (то есть первоначальная триада) была дочерьми Урана и Геи. Это утверждение делает их намного старше. Отцом младших остается Зевс. Так же интересно мнение Гесихия, который уверяет нас, что музы на самом деле довольно архаичны, и также как и Аполлон имеют хтонические корни. «Бурные» или «неистовые», они, по его мнению, схожи с эринниями (три богини отмщения, карающие людей за их преступления). Хотя с другой стороны с эринниями сравнивались и мойры [8, с. 41].

Функции муз очень разнообразны, но все направлены на сферы науки, искусства и музыки. Музы прошли сквозь века, неся с собой олицетворения «творчества». В настоящий момент в Париже, в Лувре находится знаменитый «саркофаг муз». Он был найден в XVIII в. на раскопках, недалеко от Рима. Для нас крайне интересен барельеф данного саркофага, где изображены все девять муз со своими атрибутами [14, с. 127–128]. Каждая из них является примером античной красоты, ума и вдохновения.

Выводы. Культ Аполлона, как и сам бог, очень древний. Его происхождение покрыто мраком, а его существованию сопутствуют необъяснимые загадки, ответов на которые не знали даже в античности. Аполлон крайне силен, могущественен и, чтобы ни говорили, действительно архаичен.

Литература:

1.      Геродот. История/ Ред. пер. Н. А. Мещерский. Л., 1972.

2.      Гесиод. Труды и дни/ Пер. с греч. О. П. Цыбенко. М., 2001.

3.      Гомер. Гимны/ Пер. с греч. В. В. Вересаева// Эллинские поэты. М., 1963.

4.      Еврипид. Медея/ Пер. с греч. И. Анненского// Античная драма. М., 2006.

5.      Овидий Публий Назон. Метаморфозы/ Пер. с лат. С. Шервинского. СПб., 2007.

6.      Павсаний. Описание Эллады/ Пер. с греч. и вступ. ст. С. П. Кондратьевой. Т. I-II. М., 1994.

7.      Страбон. Георгафия/ Пер. с греч. Г. А. Стратановского. М., 1994.

8.      Горан В. П. Древнегреческая мифологема судьбы/ Отв. ред. В. Н. Карпович. Новосибирск, 1990.

9.      Кобылина М. М. Милет. М., 1965.

10.  Кулишова О. В. Дельфийский оракул в системе межгосударственных отношений (VII — V вв. до н. э.). СПб., 2001.

11.  Латышев В. В. Очерк греческих древностей. СПб, 1897–1899.

12.  Леви Е. И. Новые посвятительные надписи Аполлону Дельфинию из раскопок Ольвии// История и культура античного мира. М., 1977.

13.  Лосев А. Ф. Мифология греков и римлян/ Сост. А. А. Тахо-Годи. М., 1996.

14.  Мифы в искусстве старом и новом/ Сост. Э. Ф. Кузнецова. 2-е изд. СПб., 1994.

15.  Толстой И. Культ Аполлона на Боспоре и Ольвии. Ф. 1054. Оп. 2. Д. 88. СПФ АРАН.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle