Библиографическое описание:

Бурко Р. А. Глобализация мировой экономики и экономики России // Молодой ученый. — 2014. — №6. — С. 397-400.

Глобализация — это сложный процесс, природа и последствия которого требуют глубокого изучения. Необходимо отметить, что некоторые специалисты скептически относятся к понятию «глобализация» и отрицают объективность этого процесса. Однако большинство ученых стремятся разработать системное и теоретически обоснованное научное представление о нем. Существуют различные подходы к понимаю природы глобализации и её сущности, а также разные оценки её влияния на человеческое общество. В современной научной литературе можно выделить следующие теории глобализации: теория мировых систем, теория всемирной культуры, теория всемирного правления, теория глобального капитализма.

Понятие «глобализация» в современном мире используется по отношению к широкому кругу явления для обозначения роста и его целостности. Применительно к экономике она проявляется как растущая вовлеченность индивидов и фирм в международное разделение труда, торговлю и инвестиции. Рост потоков капитала, миграции рабочей силы, масштабов влияния многонациональных корпораций, стандартизация технологий, быстрое распространение новых идей служат показателями того, что общества и страны становятся все более интегрированными. Особенно важную роль для России играет глобализация производства которая проявляется в стремлении компаний использовать ресурсы различных регионов мира, с тем чтобы получить преимущества за счет национальных различий в качестве и стоимости таких факторов производства, как труд, энергия, земля, капитал. Это позволяет снижать издержки и дает превосходство в конкурентной борьбе. Все большее число предприятий размещает свои производственные операции в зарубежных странах, осуществляя транснационализацию производства и расширяя производство, именно этим Россия должна умело воспользоваться.

Если бы можно было проследить эволюцию мировой экономики на клеточном уровне, то стало бы очевидным, что началом начал является международное разделение труда. Подобно стволовым клеткам живого организма, рождающим все разнообразие органов, оно является первоосновой многогранной системы международных экономических отношений. Представляя собой лишь одну из ипостасей всеохватывающего процесса общественного разделения труда, или, другими словами, процесса дифференциации и обособления отдельных видов трудовой деятельности, международное разделение труда занимает особое место в развитии человеческого сообщества — оно делает страны взаимозависимыми, образует иную, отличную от внутренней, сферу экономической жизни [1].

Глобализация — объективный процесс, однако она носит неоднозначный характер и имеет противоречивые последствия. Увеличение доходов сопровождается усилением неравенства, дерегулирование и либерализация — ростом экономической нестабильности, укрепление глобальных институтов — ослаблением национального суверенитета.

Для мирового хозяйства характерны увеличение объемов производства и рост доходов на душу населения. В ХХ в. наблюдался беспрецедентный рост экономики, выразившийся почти в пятикратном увеличении ВМП на душу населения. Наиболее высокие темпы роста были характерны для второй половины столетия, в период либерализации международной торговли и финансовых рынков.

Глобализация сопровождается усилением нестабильности мировой финансовой системы. Об этом свидетельствует череда финансовых кризисов, охвативших в 1990-е гг. ряд стран мира: Мексику, Таиланд, Индонезию, Республику Корея, Россию, Бразилию. Это объясняется неустойчивостью потоков краткосрочного капитала в связи с переменами в настроениях инвесторов. Финансовая неустойчивость может представлять угрозу макроэкономической стабильности в целом. В условиях роста взаимозависимости финансовых рынков возрастает необходимость в международном государственном регулировании в целях обеспечения финансовой стабильности. Усилия по стабилизации международного движения капитала занимают центральное место в деятельности международных финансовых организаций по укреплению международной финансовой системы. Одна из ее основных задач заключается в разработке стандартов и кодексов, основанных на международно-признанных принципах, пригодных для применения в самых разных национальных условиях. К их числу относятся макроэкономическая стабильность, финансовая надежность, открытость экономики, прозрачность и надлежащее управление. Глобализация, означающая дерегулирование и либерализацию неизбежно ведет к росту конкуренции в условиях усиления взаимозависимости и взаимосвязанности мировых рынков. Сторонники глобализации (проглобалисты) и ее противники (антиглобалисты) по-разному оценивают последствия усиления конкуренции. К числу наиболее значимых проглобалистских сил относят ВТО и Всемирный экономический форум. ВТО — это многонациональная межправительственная организация, созданная для того, чтобы формировать систему правил, управляющих глобальной торговлей на основе консенсуса, и контролировать соблюдение этих правил. Всемирный экономический форум — это частная организация, которая не наделена полномочиями по принятию решений, однако она представляет собой могущественную систему связей руководителей бизнеса, правительств и некоммерческих организаций. Проглобалисты доказывают, что глобализация приносит большие возможности и что конкуренция — это положительное явление, так как ведет к росту экономической эффективности. Антиглобалисты утверждают, что определенные группы стран, которые обделены ресурсами, не способны успешно существовать в условиях растущей конкуренции, оказывающей все большее давление на их благосостояние в связи с тем, что их экономики становятся все более связанными с мировой экономикой. Наиболее значимые антиглобалистские силы представлены экологическими группами, такими как «Друзья земли» и «Гринпис», организациями, оказывающими международную помощь (например, Оксфам), правительственными организациями стран «третьего мира» (например, Группа 77), деловыми и профессиональными союзами тех отраслей, конкурентоспособность которых оказывается под угрозой в условиях глобализации (например, текстильное лобби в США или аграрное лобби в Европе, а также профсоюзное движение в Австралии и США) [2].

«Если ты хочешь узнать какой из двух городов богаче, определи, каким количеством профессий владеют его жители. Чем больше профессий, тем богаче город» — эта истина была изложена Антонио Серра при описании новой экономической модели начала XVI века, а именно — зарождение капитализма. Это означало: чем глубже уровень разделения труда в экономической системе, тем больше добавленной стоимости она генерирует. Эту мысль более подробно изучил и развил Адам Смит. Благодаря их работам стало понятно, что новая экономическая модель — это модель экономики углубления разделения труда. Примерно к XVIII веку эта модель окончательно оформилась. Данная модель представляла собой конкуренцию технических зон. Специфика научно-технологического прогресса была отмечена еще Адамом Смитом: это то, что рост производительности труда неминуемо влечет за собой необходимость расширения рынков сбыта. Соответственно технологические зоны, которые формировались на протяжении восемнадцатого, девятнадцатого и частично двадцатого века непрерывно расширялись и одновременно конкурировали друг с другом. И именно Англия сформировала первую технологическую зону, поэтому опыт этой страны наиболее интересен. На протяжении истории человечества существовало пять независимых технологических зон — это Британия, Германия, США, Япония и СССР. По итогам Первой и Второй мировой войн осталось две технологические зоны — это США и СССР. Вследствие кризиса семидесятых, восьмидесятых годов двадцатого века осталась одна Технологическая зона — это США. То есть любая страна, у которой есть цель успешно развивать свою экономику, должна интегрироваться в мировое разделение труда. Так как на сегодняшний день по выше изложенным причинам ни одна страна полностью не может себя самообеспечивать. Особенно интересна в этом плане Россия. Россия перешла к капитализму довольно в поздний период, но за короткое время. Важным моментом была отмена крепостного права в 1861 году, которая в какой-то степени сыграла ту же роль что огораживание в Англии. До окончания Второй мировой войны ни Россия, ни СССР не имели своей технологической зоны разделения труда. И лишь после окончания войны и послевоенного раздела Европы СССР удается создать свою технологическую зону, но по мере развития и все большей интеграции западных производств в мировое разделение труда СССР уже не мог самостоятельно поддерживать полную технологическую независимость, так как не хватало ни людских, ни экономических ресурсов. В случаи же с современной Россией проблема остается та же, если мы вспомним послание президента к Федеральному собранию, в котором говорилось, что мы должны вступить в мировую систему разделения труда. На сегодняшний день в условиях глобальной экономики инструментом разделения труда является Всемирная Торговая Организация.

Глобализация вносит резкое обострение в международную конкуренцию. Это не дает окрепнуть национальной промышленности в развивающихся странах, открывает двери для завоевания их внутреннего рынка. Но и ведущие индустриальные державы в стремлении устоять в обостряющейся конкуренции вынуждены напрягать силы и снижать издержки нередко за счет ухудшения социального климата внутри предприятий и в стране в целом, сокращения занятости, слияния или поглощения однопрофильных компаний. Открывая и либерализируя свою экономику, Россия вынуждена считаться с суровыми условиями выживания в глобализирующейся экономике. Для России самое главное заключается не столько в расширении перечня товаров, находящих сбыт на взыскательных внешних рынках, сколько в обеспечении конкурентоспособности всей экономики в сравнении с другими странами мира. Конкурентоспособность в узком смысле слова, будучи заслугой ряда фирм и предприятий, радует, и ее, несомненно, надо наращивать.

Однако в глобальной экономике, свойственной нынешнему веку, борьба развертывается вокруг того, насколько отдельные страны способны лучше других развивать свою экономику, повышать благосостояние общества и качество жизни населения. Это сегодня становится важнейшим аргументом в международной политике и мировой торговле. Конкурентоспособность в широком смысле слова — важнейший стратегический ориентир, путь более полного и выгодного использования преимуществ глобализации, а также приобретения веса в международных делах. Доклад Московского Экономического Форума о глобальной конкурентоспособности за 2005–2006 гг. охватывает 117 стран мира. Россия в этом списке занимает 53-е место непосредственно после Египта (52-е место) и Казахстана. (51-е) и впереди Аргентины (54-е). Такое положение заставляет серьезно задуматься. Задуматься еще и потому, что мы по сравнению с 2004 г. опустились на несколько позиций. Лидерами выступают США, Финляндия, ведущие индустриальные страны Европейского союза.

Доклад не только показывает соотношение стран по эффективности национальной экономики, но и выявляет причины, лежащие в основе снижения или повышения их рейтинга. Для нас, естественно, интересно, почему, по мнению авторитетных западных экспертов — составителей доклада, Россия откатывается назад по ряду решающих позиций. И это при том, что она располагает немалыми преимуществами в глобальном состязании, а именно: высокой обеспеченностью полезными ископаемыми, квалифицированными кадрами ученых и инженеров, хорошей системой образования, многими техническими достижениями. Например, по качеству работы исследовательских институтов в 2004 г. ей отведено в докладе 19-е место, в 2005 г. — 31-е, по качеству обучения, в том числе математического, в 2003- 21-е, а в 2004 году — 23-е место.

Литература:

1.      Мировая экономика. И. П. Гаурова 4-е издание, 2011–400с. (80с., 96с.)

2.      Мировая экономика в век глобализации: Учебник /О. Т. Богомолов. — М.: ЗАО «Издательство «Экономика», 2007. — 359 с. — (Высшее образование) ISBN 978–5-282–02714–3.(287с.)

3.      Бурко Р. А. Роль импортозамещения в экономике России [Текст] / Р. А. Бурко // Молодой ученый. — 2013. — № 11. — С. 301–303.

4.      Бурко Р. А. Современные проблемы науки и образования в России [Текст] / Р. А. Бурко, С. В. Тимофеева // Молодой ученый. — 2013. — № 11. — С. 745–747.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle