Библиографическое описание:

Тураева Б. Б. Категория художественного времени в литературе (на примере узбекских исторических романов) // Молодой ученый. — 2014. — №3. — С. 853-856.

В статье дан анализ на примере узбекскихисторических романов, категории художественное время и художественноепространство.

Ключевые слова: художественное время, художественная форма, исторический роман, романная время, эпическая время, творческий замысел автора, трилогия, пространство, параллелизм времени, контрастная время, хронотоп.

Время, как и пространство, не простые формы явлений, а объективно реальные формы бытия. Понятия времени и пространства отражают объективно реальные время и пространство.

Художественный мир, как и реальная действительность, в нем отображенная, функционирует во времени и пространстве. «Образ обязательно задан в том смысле, что любое его содержание предполагает, что оно соотнесено скем-то, имело место где-то и когда-то (курсив наш — Б.Т.). Это и есть три исходные величины, с которыми имеет дело писатель,- «три измерения» художественного мира… Без этих констант… образ просто не может осуществить себя».1 [2,239;]

В целостном пространстве бесконечного мира (это не неподвижный и завершенный фон, а процесс, который формируется в соответсвии с происходящими в нем событиями) «умение видеть время, читать время… умение читать приметы хода времени (курсив наш — Б.Т.) во всем, начиная от природы и кончая человеческими нравами и идеями (вплоть до отвлеченных понятий»2 [1,204–205;] есть глубинные свойства поэтики каждого крупного писателя.

Художественное время, по определению академика Д. С. Лихачева, «это не взгляд на проблему времени, а само время, как оно воспроизводится и изображается в художественном произведении. Именно исследования этого художественного времени в произведениях, а не исследования концепций времени, высказываемых теми или иными авторами, имеют наибольшее значение для понимания эстетической природысловесного искусства»3 [4,210;] Оно, будучи «явлением самойхудожественной ткани литературного произведения4 [4,200;] непосредственно связано с самой спецификой литературы, образной ее системой, всей поэтической структурой. Время в литературе — временной ряд в различных аспектах воплощения, функционирования и воспитания его в произведениях словесного искусства.

«Время по-своему протекает в различных родах и жанрах»5. [5,248;]

В романе время, исходящее из авторского замысла, непосредственно связано с общей концепцией произведения, с его сложными сюжетно-композиционными построениями, с самой формой повествования. В этом плане романное время выступает как категория сюжета и композиции. Жанрово-композиционные особенности исторических романов во многом зависят именно от способов художественного воплощения временных объемов изображаемых событий. «Художественное время как раз и является категорией развития действия и проявляется прежде всего в характерном порядка событий в романе».6 [6,54;]Содержательная нагрузка времени здесь зависит от соответствия или несоответствия порядка повествования порядку сюжетного действия. В последнем случае различные временные планы (прошлое, настоящее, будущее), типы (драматический, лирический, эпический) и категории (историческая, трагическая, психологическая, авторская, фоновая, биографическая и т. д.) находятся в сложном переплетении, повествование насыщено переключениями, смещениями временных пластов из одного плана в другой, что обычно еще более усиливает эффективность содержательной нагрузки романного времени.7 [7,256;]

Само жанрово-тематическое своеобразие, родовая сущность исторических романов требует эпического времени, которое формируется своими специфическими способами. Оно проявляется здесь в наиболее чистом виде: эпический охват позволяет художественно исследоватьцелую эпоху, ее движение. Именно эпичность содержания определяет эпичность времени, проявляющуюся как синтез разных временных планов с различными напряжениями действия. Принципы их монтажа, как жанровое требование романа, как средство расширения временных и пространственных границ книги, составляют сложную структуру поэтического времени исторических романов. Изучение их, а также единства временного потока в произведении с несколькими сюжетными линиями — вопрос сложный.

В исторических романах наблюдается два вида охвата эпического времени. Первый — это романы, в которых нашли художественное отражение борьба и судьба народа в течение веков, это охват больших, сложных пластов эпического исторического времени. Данное существенное качество художественного времени исторических романов обусловлено природой жанра, его внутренними жанровыми закономерностями, избранным автором жизненным материалом и литературными персонажами, судьбами народа. Пример тому — историческая трилогия узбекского писателя Примкула Кадырова «Звездные ночи» — «Перевал поколений», охватившая более вековую историю великих Бабуридов (1494–1605гг.).

Каждый роман трилогии посвящен отдельным историческим личностям — Бабуру (14.02.1483–26.12.1530; основателю империи великих Бабуридов), его сыну Хумаюну (06.03.1508–27.01.1556) и внуку Акбару (14.10.1542–1605) — правителям Индии ХVI — начала ХVII вв.(не зря писатель назвал свои романы вторыми именами династии Бабуридов: «Звездные ночи» — «Бабуром», «Перевал поколений» — «Хумаюном и Акбаром»). Первый — «Звездные ночи» — изображает жизнь царя и поэта Бабура со дня его вступления на трон отца (ему было всего лишь 12 лет) до самой смерти — почти сорокалетний период его царствования в Мовароуннахре (в Междуречья, т. е. между Амударьей и Сырдарьей), Кабуле и Индии (конец XV — более четверти века XVI вв.). Вторая книга — «Перевал поколений», состоящая из двух частей, — посвящена жизни и деятельности сына и внука Бабура — Хумаюну и Акбару, правившим Индией после Бабура.

Согласно творческому замыслу автора, роман «Перевал поколений» являлся продолжением первого — «Звездные ночи», рассказывающего о сложных и удивительных приключниях великих после Бабура правителей Индии — Хумаюна и его сына Акбара со дня их рождения до смерти. Но обе части романа по своей тематике и системе образов, а также по историческому и художественному времени (они абсолютно идентичны: у Хумаюна — 1508–1556; у Акбара — 1542–1605) фактически являются самостоятельными книгами. По этим и другим — более убедительным с научной точки зрения оценкам, мы первую («Хумаюн») и вторую («Акбар») части книги «Перевал поколений» рассматриваем как отдельные романы. Как дилогии они совместно со «Звездными ночами» составляют единую целую трилогию о Бабуре и Бабуридах.

Характерным для эпического времени трилогии (и не только художественно-эпического времени, но и художественного пространства тоже) является то, что в трех ее романах постоянно — непосредственно подчеркивается время: год, месяц, сезоны года, указывается точная дата — число и время происходивших событий (все события романов являются исторически реальными, потому большей частью — хронологическими), постоянно упоминаются исторические даты, факты (точно так же во всех трех книгах однозначно указывается и география — пространство происходящих событий: всего 35 глав в трилогии — в «Звездной ночи» -16; «Хумаюне» — 10; «Акбаре» — 9 и они носят названия той или иной местности — пространства, где развертываются сюжетные события). Вообще исторически точное указание того или иного географически реального пространства, как и исторических событий, дат или фактов, а также времени, является своего рода прологом — отправной точкой сюжетных действий, т. е. время сюжета исторических романов. Например, глава всех трех книг трилогии П.Кадырова названы именами географических местностей, т. е. указывается место действия («Кува», «Андижан», «Агра», «Дели, Панипат» и т. д.).

Исторический роман в двух книгах «Сарбадары»[1] Мухаммада Али начинается непосредственно с определения времени сюжетных действий: «764 год хиджры. В 18 день месяца шаввал (1363 год, 2 августа) верблюжий караван прибыл в… Самарканд». Такая аналогия и в романе «Хумаюн». Он также начинается с определения сюжетных действий: «Приехавшая в 935 год хиджры (1528 год — Б.Т.) вАгру Ханзада бегим (родная сестра Бабура-Б.Т.) …». Насыщены историческими временами романы Мирмухсина «Тимур Малик» и «Зодчий», а также роман «Спитамен» Максуда Кариева. Роман «Зодчий» начинается с реального исторического времени: «Двадцать третий месяца рабиуссони (1445 год — Б.Т.) в Герате совершено покушение на Шахруха (правителя Хорасана — Б.Т.), идущего после молитвы джума намаз…» Отдельные главы романа также начинаются с указания реального исторического времени [«Был день тринадцатый месяца рамадан, 618 года хиджри (1221 год — Б.Т.)]. Точное определение исторического времени (и пространства) характерно и для поэтики романа «Спитамен». В частности, его последняя глава («Повисшая в воздухе душа») начинается с даты смерти Искандара (Александра Македонского — Б.Т.): «323 год…Тринадцатое июля. Величественный дворец в древнем Вавилоне…» Именно с этой даты, согласно творческим замыслам писателя, душа властелина мира не знает покоя, находится в вечном скитании… Художественное время, как и время героя, психологически глубоко символизирует вечное скитание души Искандара…

Второй вид — произведения, отражающие относительно короткий исторический период, состоящий из считанных дней и месяцев, обычно акцентирует внимание на событиях, которые не только по своей политической и духовной значимости но, больше всего, трагичности, судьбоносности не имеют равных в истории нации, в корне меняют судьбы людей, народа, страны в целом, их исторический путь.

Война между тимуридами, между их отцами и сыновьями (например, между Улугбеком — правителем Самарканда и сыном Абдулатифом и есть, в частности, подобное историческое судьбоносное событие. Романное время «Сокровища Улугбека» Адыла Якубова отличается не только беспрецедентностью и трагичностью, но и историческим ее охватом около семидесяти дней. Это исторически реальное время стало и реальным временем героев, эпического сюжета романа, т. е. романным временем. По своему динамизму и экспрессивности, драматическому накалу и трагичности романное время «Сокровища Улугбека» исключительно насыщено, очень сжато и коротко. Особенно это касается первой части романа. Она по времени охватывает всего лишь восемь дней (эпическое время второй части романа охватывает шестьдесят дней. Столько времени на троне Самарканда царствовал отцеубиец Абдулатиф)…

Абдулатиф, сын Улугбека, со своим огромным войском пересек Амударью и находится у подножия Кеша (современный Шахрисабз) в ожидании войны с отцом — правителем Самарканда. Как видно, само время исторически драматично-трагично. Хода назад уже нет. Все, сама история, и само время, как и главные действующие лица, исторически судьбоносной «сцены» перед выбором (хотя уже нет такого выбора!): как быть? Как быть Улугбеку, считающему все это позором, оскорблением, унижением?! С одной стороны он, внук великого Амира Тимура и сын Шахруха — сорокалетний правитель Мовароуннахра, с другой стороны — отец (в любом случае рано или поздно Улугбек оставил бы трон в наследство старшему сыну — Абдулатифу, ибо второй сын — Абдулазиз врожденно больной, был недееспособным стать наследником отца. Это хорошо знал Абдулатиф! Но… Врагам Улугбека удалось убедить Абдулатифа идти против отца, не дожидаясь того законного дня — передачи трона по воле Улугбека именно ему!). Вот так последний семь из восьми оставшихся дней жизни Улугбека прошли в острых и тягостных для него драмах, превратившихся на восьмой день в трагедию — убийство…

Это было творческим замыслом писателя: максимально с художественной точки зрения сознательно ограничить исторически реальное время до восьми дней романного времени. Так, исторически короткое время (дни) автор превращает в очень сжатое, потому драматичное и трагичное художественное… В этой драматургии эпического времени — мастерство писателя Адыла Якубова!

Сжатием художественного времени до минимума отличается и вторая часть «Сокровища Улугбека». Исходя из своего творческого замысла автор ограничивает рамки эпического времени до шестидесяти дней. Именно исторически (значит и художественно) столько дней понадобилось для Али Кушчи — выдающегося ученика Мирзо Улугбека выполнить последний завет Учителя — надежно спрятать сокровища из уникально редких книг его библиотеки…

Но особенности поэтики художественного времени романа в том, что он не ограничивается рамками только шестьюдесятью восемью днями. Время развязки также охватывает дальнейшее время Али Кушчи — главного действующего лица второй части романа. Оно — дальнейшее время (почти двадцать лет после убийства Улугбека как бы остается вне рамок развязки. Такая творческая логика и с художественной точки зрения, и с точки зрения логики замысла автора понятна: творчески необходимо было довести время главного действующего лица второй части романа — Али Кушчи до логического (и человеческого) конца. Она должна была стать ответом на вопрос: как сложилась время дальнейшей судьбы великого Ученика великого Учителя! Ответ дан. Вот почему в художественную ткань (и в эпическое время) произведения «хлынуло» быстротечное «время» в форме хроники: почти публицистично читатель информируется как через нескольких лет глубокий старик — патриарх науки Али Кушчи благодаря официальной поддержке великих Джами и Навои покидает родину навсегда — навсегда превратившись в вечность, вневременность.

В исторических романах, созданных в канун эпохи независимости, границы художественного времени (а иногда и художественного пространства) почти идентичны (за исключением рассмотренных выше произведений):оно охватывает относительно небольшой исторический период. Но этот период насыщен судьбоносными событиями, героизмом народа, которые по своей духовной значимости не имеют равных в национальной истории. Национально-освободительная борьба за свою независимость и самостоятельность против иноземных захватчиков (до нашей эры — против Александра Македонского; раннее средневековье — против Чингизхана и т. д.) во главе с определенными предводителями — историческими личностями (Спитамен, Амир Тимур, Тимур Малик, отчасти сарбадары и др. национальные герои прошлого) и есть подобное беспримерное судьбоносное событие. Поэтому эпическое время исторических романов имеет свои закономерности. Наиболее значительной, ведущей из них и является то, что пробуждение и формирование национального самосознания народа, вступление его под руководством исторических предводителей на путь национально-освободительной борьбы за обретение самостоятельности и независимости происходят исключительно в насыщенный и важный исторический период в промежутке времени — от десяти максимум до тридцати лет (в романе «Спитамен» — до десяти, в «Тимуре Малике» — более десяти, в «Сарбадарах» — еще меньше). Такая тенденция уже привела к определенной общности, к жанровому, тематическому и типологическому родству исторических романов, созданных за последнюю четверть века XX столетия (а точнее с 70-х до 90-х годов прошлого века); причем объединяющим фактором выступают не только схожесть идеи, концепций исторически судьбоносных событий, показ неразрывности судьбы народа и страны, т. е. самого жизненного материала, но и охват всего этого художественным временем и художественным пространством. Типологической общностью также отличаются и судьбы главных героев исторических романов: во всех трех книгах жизнь главных действующих лиц — Спитамена, Тимура Малика, лидеров сарбадаров — заканчивается трагично — преждевременной их смертью от рук своего окружения (голова Спитамена отрублена была рукой любящей жены — Одатиды) и чужих (Тимур Малик был убить монголом Улак-нуяном, сарбадары во главе с султаном Абу Бакра Калави были повешаны Амиром Хусейном, правителем Мовароуннахра (Междуречья).

В отличие от других, созданных за последние десятилетия прошлого века, исторический роман Мирмухсина «Зодчий» по границам художественного времени еще шире. Он вбирает в себя почти столетние события XV века. В центре романа жизнь гениального зодчего Нажмиддина Бухары. Он вступает в сюжетное время романа в расцвете лет. А время развязки наступает, когда ему более ста лет… Такой охват эпического времени полностью соответствует идейно-тематической и художественной концепции романа и авторскому замыслу.

Таким образом, художественное время исторических романов, по охвату времени, хотя и имеет разную протяженность, но по сути остается эпическим. Далекое прошлое (до нашей эры), средневековье вплоть до XVII века — все это в обобщенном виде в упомянутых романах составило своего рода литературную хронику тех исторических судьбоносных этапов, целостную панораму художественного времени…

Литература:

1.         Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. — М.: Худож. лит.,1969.

2.         Гей Н. К. Искусство слово. — М.: Наука, 1967.

3.         Лихачев Д. С. Историческая поэтика русской литературы. Смех как мировоззрение и другие работы. — Спб.: Наука.1999.

4.         Лихачев Д. С. Поэтика древнерусской литературы. — М.: Наука. 1979.

5.         Огнев А. В. О поэтике современного русского рассказа. — Саратов: Изд-во Саратовского ун-та. 1973.

6.         Ржевская Н. Ф. Изучение проблемы художественного времени в зарубежном литературоведении. — Вест. Моск. ун-та. Серия Х. Филология.!969. № 5. — С. 52–57.

7.         Шодиев Н. Горизонты эпоса: Худож.-эстет. Богатство эпической прозы литератур Средней Азии и Казахстана. — Ташкент: Изд-во лит. и искусства.1986.



[1] Сарбадары – участники народного восстания против ига монголов в Иране и Средней Азии в XIV веке. Роман М.Али посвящен событиям 1365 года в Самарканде.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle