Библиографическое описание:

Коряков П. В. Идея невидимой брани в доникейском богословии // Молодой ученый. — 2014. — №2. — С. 903-905.

В доникейский период идея невидимой брани в ее истолковании святым апостолом Павлом (Еф. 6:12) не получает широкого распространения. Святые отцы и церковные писатели не уделяют большого внимания аскетике. Они занимаются в основном догматикой, экклезиологией, апологетикой и борьбой с внутренними врагами Церкви.

В области догматики яркими светилами выступают свт. Климент Римский, Тертуллиан, Ориген, свт. Климент Александрийский и свт. Дионисий Александрийский. Они определяют рамки тринитарного учения, христологии и сотериологии.

В сфере экклезиологии сияют свт. Игнатий Богоносец и свт. Поликарп Смирнский. Они определяют учение о церковной иерархии и единстве Церкви. Апологеты (Аристид, Афинагор, св. Иустин Философ) защищают христианство перед языческими императорами. Церковные иерархи (свт. Ириней Лионский, свт. Киприан Карфагенский) опровергают ереси (гностиков, маркионитов), борются с расколами (новациан).

Однако это не означает, что аскетикаи, в частности, идея невидимой брани совершенно теряется в доникейский период. Очень многие как западные, так и восточные отцы Церкви, церковные авторыпостоянно обращаются к богословию святого апостола Павла ивдохновляются его аскетическим идеалом духовного воина (Еф. 6:12).

 Так, с одной стороны свт. Климент Римский говорит о Церкви, как о воинском подразделении. В Ней «ни великие без малых, ни малые без великих не могут существовать. Все соединены друг с другом»[3, с.67].С другой стороны, Татианв «Речи 15-16» свидетельствует о кознях и хитростях «начальника безумия» – диавола. Этот безумный «начальник» увлек за собой третью часть ангелов. Она образовала «бесовскую рать». Эта рать вступила в брань посредством материи с людьми, используя в качестве «орудия» тело и «все телесные немощи и страсти» [3, 376].

 Многие западные авторы, говоря о сути духовной войны, принимают данное в Библии разделение на войну внешнюю, видимую (показанную святым Иоанном Богословом в Откровении) и войну внутреннюю, невидимую, обозначенную святым апостолом Павлом (Еф. 6:12). Одни (Ипполит Римский и свт. Ириней Лионский) развивают идею брани космической, внешней.Под бранью такого рода имеется в виду противостояние Бога и диавола, Христа и антихриста, верных и неверных. Другие (Псевдо-Климент Римский, Тертуллиан, свт. Киприан Карфагенский)делают акцент на брани невидимой, внутренней.Под невидимой бранью понимается война с первородным, личным грехом и бесами.

Ипполит Римский развивает духовную стратагему святого апостола и евангелиста Иоанна Богослова в сочинении «О Христе и Антихристе». Это произведение, как и Апокалипсис святого Иоанна, пропитано глубоким мистицизмом и эсхатологизмом. Ипполит говорит о брани Господа Иисуса Христа и диавола как о некой тайне, которую должно хранить от неверных по слову апостола Павла (1 Тим. 6: 20).

 В своем сочинении толкователь дает многозначный образ главного врага христиан последних времен – Антихриста (сына диавола). Последний примет образ царя, агнца и льва, потому что настоящий Христос приходил именно в таком виде. Антихрист родится из колена Данова и будет неодолимым на поле брани: «всякий, кто встретится с ним на брани, падет мечом». [3, с. 222-223]. Он победит даже святых.

Свт. Ириней Лионский говорит об апокалиптической войне в пятой книге своего большого труда «Против ересей». Большое внимание лионский архипастырь уделяет описанию Агнца – «Господа господствующих и Царя царей» (Отк. 17.12-14). Агнец есть глава Божьего воинства, искусный и мудрый архистратиг. Он поражает врага заповедями Божиими уже тогда, когда отражает приражения сатаны в пустыне.

 Так же, исполняя заповеди, должны поступать и духовные воины – верующие во Христа. Они имеют для этого помощь святого Архистратига Божия, поскольку «бывшее в Адаме преступление заповеди Божией было уничтожено посредством заповеди Закона, которую соблюл Сын Человеческий, не преступив заповеди Божией»[5, с. 186].

Псевдо-Климент Римский следует богословию апостола Павла в седьмой главе второго послания к коринфянам.Учение о невидимой брани выражается в ней лаконично, но четко. Автор основывается на идее подвига при выборе прямого пути (2Петр. 2:2).

 Выбор такого пути неизбежен, ибо «никакой раб не может служить двум господам» (Mф.6:24). Христианин избирает Бога, а не мамону. Живет жизнью будущего века, а не века сего, проповедующего«прелюбодеяние, разврат, сребролюбие и обман» [1, с. 89].

 По мысли псевдо-Климента, есть только два этих врага: век будущий и век нынешний. Царство Небесное и царство земное. Тот, кто живет духом нынешнего века, губит все дело спасения, терпит побои и выгоняется с ристалища. Тот, кто прилепляется к жизни будущего века, получает неувядающий«венец славы» (1Пет. 5:4).

Идея невидимой, внутренней борьбы с врагомчетко выражается у Тертуллиана в двух сочинениях: «Послании к мученикам» и «О терпении». Враг у Тертуллиана только один. Это обольстительные человеческие похоти: блуд, нечистота, страсть,любостяжание.

 В «Послании к мученикам» образ Павловой брани (Эф. 6:12-18)ярко иллюстрирует 3 глава. Латинский авторумоляет в этой главе мучеников облачиться во всеоружие Божие (Еф.6:11), чтобы противостоять греху и быть неложными свидетелями Христовыми.

Тертуллиан почти буквально идет за апостолом языков. Карфагенский богослов заимствует у апостола Павла как идею невидимой брани, так и форму, образ ее воплощения. А именно: сравнивает невидимого, духовного воина с римским солдатом, легионером.Как римский воин, говорит Тертуллиан, побеждает варвара с помощью отличного вооружения, так и духовный воин побеждает врага с помощью поста и молитвы. Как легионеру нужны постоянные упражнения, чтобы стяжать телесную силу, так и христианин, мученик, нуждается в определенных стеснениях, неудобствах (их счастливо предоставляет темница), для «испытания сил тела и души».

 Все верные, по Тертуллиану, «призваны на службу Бога Живого с тех пор, как при крещении дали присягу»[7, с. 274]. Эта присяга (крещальные обеты) предполагает не только буквальное исполнение служебного долга (верности Живому Богу), но и строгийаскетический стиль жизни, делающий служение Богуонтологически исполнимым.

 Чтобы утвердить идею строгой аскезы, Тертуллиан используетлюбимое Павлово сравнение. Латинский богослов уподобляет мученика атлету, борющемуся на ристалище. Как атлет, чтобы получить тленный венец (1Кор 9.25), приучается к строжайшей дисциплине. Он отказывается даже от мяса и вина.Так же и христиане, «ожидая венца нетленного, должны почитать темницу за такое место ристания, откуда надо устремляться в бег и являть знаки своего мужества, чтобы со славою предстать суду Божию» [7, с. 274].

 В сочинении «О терпении» Тертуллиан представляет невидимую брань в образе извечной борьбы духа с плотью. По мысли автора, первое дело подвижника – это «истязание плоти, умилостивительная жертва Господу через жертвенное самоуничижение» [7, с. 333]. Победа приходит через терпение, которое облекает подвижника, как первого страстотерпца Иова, крепким панцирем.

Из всех западных и, вообще, доникейских святых отцов и церковных авторов наиболее полное и глубокое учение о невидимой брани предлагает свт. Киприан Карфагенский. Это учение последовательно раскрывается во всех программных книгах карфагенского архипастыря: «О благе терпения», «О смертности», «О молитве Господней».

Для карфагенского архипастыря невидимая брань –не отвлеченное умозаключение, но реальностьвнутренней духовной жизни подвижника. Христианин рождается в мир на брань с врагом и уходит из мира победителем с неувядающим венцом славы (1Петр. 5:4).

В книге «О благе терпения» карфагенский святитель свидетельствует, что подобная брань происходит непрестанно. Ее ведут духи злобы поднебесной за души верных христиан.Эта война настолько принципиальна, бескомпромиссна, что мы «приходим в изнеможение от противоборства с закоренелым и опытным врагом» [6, с. 343].

Потому воин Христов должен всегда быть наготове, чтобы не только отражать копья и стрелы лукавого, но и поражать супостата в голову по древнему пророчеству (Быт.3:15).

 Это первая брань. Но есть еще и другая брань – с плотскими похотями, личными грехами. В книге «О смертности» свт. Киприан выделяет «брань со сребролюбием, с распутством, с гневом <…> с плотскими пороками и прелестями века»[6, с. 295].

 Помимо брани с диаволом и страстями, в книге «О молитве Господней» свт. Киприан обозначает и третью брань – с ветхим человеком.Она происходит тогда, когда мы,по слову апостола Павла (Рим.7:15), не то делаем, что хотим, а что не хотим, то делаем [6, 259]. Это брань с первородным грехом, который достался нам от Адама после падения.

Свт. Киприан предлагает не только классификацию видов брани, но и модель реабилитации пленных воинов или воинов, пострадавших от военных действий. Это происходит в книге «Опадших». Согласно мысли святителя, реабилитация воинов (или их приятие в лоно Церкви) включает в себя два этапа. На первом этапе воин путем покаяния и праведных дел испрашивает у Господа Иисуса Христа прощение за отпадение от веры.

На втором этапепобежденный получаеторужие, а Господь возобновляет и укрепляет силы для ободрения восстановленной веры»[6, с. 231]. В результате, происходит восстановлениехристианина в статус воина, который снова выходит на брань.

 У восточных доникейских отцов не сохраняется характерного для западной Церкви разделения на последователей святого Иоанна Богослова и святого апостола Павла. Святые отцыВостока (святители Игнатий Антиохийский, Поликарп Смирнский, Мефодий Патарский) выбирают апостола языков и развивают отдельные аспекты его аскетики.

 Святитель Игнатий превозносит брань с диаволом. Христианин должен сражаться в основном с ним. И сражаться главным образом силами Церкви. По мысли антиохийского архипастыря, главное оружие против диавола – это евхаристия, церковные собрания. Чем чаще христиане собираются вместе, тем легче они отражают стрелы сатаны. Ибо христианское «единомыслие и согласная вера – гибель для него»[2, с. 61].

 Святитель Поликарп Смирнский призывает ополчаться против мирских похотей. Воздержание подвижника в послании к филиппийцам он связывает с отвержением греховных пожеланий. Их «нужно отражать, ибо всякая «похоть воюет против духа» и ни «блудники, ни сластолюбцы, ни мужеложники царствия Божия не наследуют» [3, с. 153].

 Святитель Мефодий Патарский в «Пире десяти дев» свидетельствует о двух видахбрани, ожидающих подвижника: брани с грехами, похотями и брани с диаволом.

Грехи и похоти у патарского святителя соотносятся с земными наслаждениями. Последние лишают душу крыльев и не дают ей возвыситься в «надмирное место», увидеть «луга нетленности»; то, «чего никто другой из людей не созерцал» [4, с. 121].

 Наслаждения усвояются человеком посредством пяти органов чувств: зрения, слуха, вкуса, обоняния и осязания. Поэтому следует уневестить душу воздержанием.

 Вторая брань – это брань с драконом. Дракон – главный враг верных. Он строит козни против них, устраивает им ловушки. Его главная задача – извратить преданный Христу ум, увлечь этот ум в адскую бездну. Поэтому христиане должны победить в себеженскую слабость, изнеженность. Ихудел – восхищаться на высоту престола Божия, чтобы вступить в единение с Господом Иисусом и укрепляться в ревностном служении Ему.

 Таким образом, доникейское богословие в целом не отступает от новозаветного аскетического идеала (Еф. 6:12), но последовательно развивает отдельные его стороны.

Восточная Церковь связывает идею невидимой брани с экклезиологией и сотериологией. Только в Ее (Церкви) лоне человек становится духовным воином. Только от епископов (священников) в церковных таинствах получает он силы к борьбе с врагом, который соотносится, во-первых, с сатаной; во-вторых, с похотью, наслаждением.

Западная Церковь в этом плане идет дальше. Во-первых, латинские богословы дают первый образец библейской экзегезы и рассматривает идею брани в эсхатологическом контексте (Ипполит Римский, свт. Ириней Лионский).Во-вторых, они (богословы) не забывает о третьей брани – борьбе с первородным грехом (свт. Киприан Карфагенский).

Литература:

1.      Отцы и учители церкви III века [Текст]: антология: 2 т. / сост., биогр. и библиогр. ст. иером. Иларион. Т. 2. – М.: Издательство «Либрис», 1996 г.

2.      Послания святого Игнатия Богоносца, переведенные при Казанской Духовной Академии и изданные в Православном Собеседнике. — Казань: В Типографии Губернского Правления, 1857 г.

3.      Ранние отцы церкви. Антология. – Брюссель: Жизнь с Богом, 1988 г.

4.      Свт. Григорий Чудотворец и св. Мефодий Патарский. Творения. М.: «Паломник», 1996 г.

5.      Свт. Ириней Лионский. Творения / Пер. П. Преображенского. – [СПб., 1900], Н.Сагарды [СПб., 1907]. (Серия «Библиотека отцов и учителей Церкви».II). – М., Благовест, 1996 г.

6.      Свт. Киприан Карфагенский. Книга о благе терпения. Творения. – М.: «Паломник», 1999 г.

7.      Тертуллиан. Избранные сочинения. – М.: «Прогресс», 1994 г.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle