Библиографическое описание:

Рыкова О. Н. Особенности московского дипломатического этикета в мемуарах английских путешественников XVI века // Молодой ученый. — 2014. — №2. — С. 652-655.

В конце XVI в. — первой четверти XVII в. наблюдался процесс формирования «прямых» дипломатических отношений России с Англией, что в немалой степени было связано с поиском новых колоний последней и усилением Турции. До XVI в. Англия не имела никаких точек соприкосновения с Московией, только после случайного прибытия Ричарда Ченслера в Архангельск начались «прямые» дипломатические отношения, которые подразумевали обмен посольств. Европейские страны в XVI в. находили в Московии потенциального союзника на востоке. Большинство европейских стран не имело представления о России, дипломатические отношения с Россией поддерживали только граничившие с ней страны (Польша, Литва, Швеция). В связи с заинтересованностью многих европейских стран в формировании адекватного взаимодействия с Россией, у них появилась необходимость в изучении Московии, прежде всего ее культурной составляющей.

Несмотря на то, что европейские страны рассматривали Россию, как потенциального союзника на востоке, большинство из них не имело четкого представления о русской культуре, политической системе, уровне социального развития и т. п. Однако в связи с заинтересованностью многих европейских стран в формировании адекватного, в первую очередь экономического и политического, взаимодействия с Россией, у них возникла необходимость всестороннего изучения России. Особый интерес в этом смысле представляют труды английских путешественников и дипломатических деятелей XVI в.Уклад русской жизни в это время показывал для англичан того времени чрезмерное количество особенностей, которым иностранцы не находили логического объяснения, списывая их на ментальные особенности русского народа. Д. Горсей и Д. Флетчер в отличие от других английских путешественников, оставили после себя наиболее подробные сочинения, представляющие наиболее полезный и значимый материал для исследователя данной проблематики. Весомость воспоминаниям Р. Ченслера добавляет тот факт, что он бы первым английским путешественником, который дал описание русскому дипломатическому церемониалу.

Одним из первых, кто дал описания особенностям русского церемониала был — Ричард Ченслер, английский мореплаватель. Свое сочинение о России путешественник назвал, — «Книга о великом и могущественном царе России и князе Московском». Так, во время приема у Ивана Грозного, путешественник строго следовал инструкциям, которые получал в ходе аудиенции, например, — запрет первому обращаться к великому князю. По русскому посольскому обычаю Р. Ченслер был приглашен в обеденную палату, особое внимание англичанин обратил на то, что все присутствующие были в белом, посуда была преимущественно из драгоценных металлов, некоторая была обрамлена жемчугом или драгоценными камнями. В подаче яств, Р. Ченслер отметил отсутствие продуманности, вся еда на столе была расставлена хаотично без какого-либо порядка. По словам англичанина, прежде чем, была подана еда, Иван IV посылал каждому ломоть хлеба, а разносивший называл каждого громко по имени и говорил: «Иван Васильевич царь русский и великий князь Московский жалует тебя хлебом». При этом все должны были вставать и стоять пока произносились эти слова. Аналогично разносились и напитки.

Согласно московскому дипломатическому этикету, одной из важнейших задач придворного двора было продемонстрировать иноземцу мощь и богатство русского правителя. Иван IV во время аудиенции неоднократно менял короны, а также по окончании обеда великий князь называл каждого своего дворянина по имени, таким образом, показав, что хорошо знал всех своих приближенных. Р. Ченслер обратил внимание в своем сочинении в стремлении русских «выказывать большую пышность» перед чужеземцами, снаряжаясь при этом выше всякой меры, в то время как обычные дни большинство людей были одеты в лучшем случае посредственно. Во время описания путешественником особенностей ведения русскими войны, он подчеркивал, что на поле битвы также отсутствовал порядок, как правило, русские действовали без всякого строя. При этом простое население недооценивало и не уважало себя, оно находилось в постоянном страхе и повиновении перед государством. Р. Ченслер сопоставлял русский народ и деспотический государственный аппарат как молодого коня и ведущего его на уздечке ребенка, и первый был не способен осознать своей истинной силы и воспротивиться.

По мнению Р. Ченслера русский народ очень суеверен и религиозен, но религиозен — варварски. Что значило для иностранца отсутствие в Московии религиозной культуры, а процесс посещения храмов людьми и проведение службы в нем, он счел это бессмысленным ритуалом, который христианством назвать нельзя. Народ просто осуществлял обряд по традиции, не вкладывая в свои действия никакого смысла. Так он пишет: «…когда священники читают, то в чтении их столько странностей, что их никто не понимает; да никто их и не слушает. Все время, пока священник читает, народ сидит и люди болтают друг с другом. Но когда священник совершает службу, никто не сидит, но все гогочут и кланяются, как стадо гусей… В знании молитв они мало искусны, но обычно говорят: «Ах Господи, помилуй меня», молитву «Отче наш» и десятая часть населения не сумеет прочесть» [1]. Именно в этой поверхностности коренится «показушность» и русской дипломатии.

С 1573 по 1591 гг. посольские службы в Англии и России выполнял Джером Горсей (английский купец, дипломат). В русских посольских документах он упоминался как Еремей Ульянов. Д. Горсей, пребывал в России в период Ливонской войны и отмены опричнины, когда страна испытывала экономический, социальный и политический кризис. Дж. Горсей о Московии написал три сочинения: «Путешествия сэра Джерома Горсея», «Торжественная коронация Федора Ивановича» и «Трактат о втором и третьем посольствах мистера Джерома Горсея», в которых содержатся сведения о политическом развитии в период царствования Ивана Грозного, Федора Ивановича и Бориса Годунова, опричнине, взаимоотношениях государства и церкви.

Д. Горсей, прибыл в Москву 5 июня 1586 г. получил от Бориса Годунова роскошный прием, который показал высокий уровень заинтересованности «Московской аристократии» в установлении прочных контактов с Англией, в которой первые видели экономически выгодного и надежного военного союзника на северо-западе. Для Англии было важнее получить только привилегию беспошлинной торговли в России. Д. Горсей характеризовал данный период как неустойчивый и напряженный, в то время отсутствовало чувство защищенности и уверенности в завтрашнем дне. Для установления более стабильной дипломатии между Англией и Россией, Д. Горсей от имени королевы вручил роскошные подарки Федору Ивановичу. В конце XVI в. английские послы уже усвоили московский дипломатический этикет, в котором огромное значение отводилось вручению подарков правителю. Особенной популярностью пользовались музыкальные инструменты, которые устроили фурор среди приближенных царя. Музыкальные инструменты были для формировавшейся музыкальной русской культуры в диковинку, так как по догмам православной церкви, лучшим инструментом был человеческий голос, так как сотворен самим Богом. Что характерно, Д. Горсею ответно были вручены, как представителю Англии, подарки — ковер, рубашки и т. п. Подарки получали не все иностранные дипломаты, это зависело, прежде всего, от того, в каких отношениях состояли страны между собой. При военном состоянии обмен даров был бы невозможен, исключительно в случае примирения [2].

Д. Горсей освещал особенности аудиенции Ивана Грозного с крымским «кильчеем» Девлетом, представителем хана Девлет-Гирея. Английский дипломат, описывая данное событие, сам очевидцем не был, он базировался на устных рассказах. Английский дипломат, скорее всего не изучал посольскую книгу, так как встречаются противоречия описания этой встречи у Д. Горсея и посольской книги. Менее чем за месяц до этой аудиенции, в 1571 г., Девлет-Гирей, совершил внезапный опустошительный набег на русские земли, подверг пожару Москву. Пребывание «кильчея» Девлета на аудиенции сопровождалось церемониальными унижениями, которым была подвергнута «честь» государя. Д. Горсей отмечал, что на аудиенции крымский посол протянул Грозному «голый нож» (без вкладыша), сказав, что хан посылал его как «утешение» — пусть царь перережет им себе горло, при этом Д. Горсей добавил, что это был «дрянной простой нож» [3]. В то время как в посольской книге упоминается, что нож был украшен драгоценными камнями. В любом случае нож — символ войны и вражды, особенно усиливается его агрессивный и вызывающий смысл, если его вручали без ножен.

Особое место в восточной дипломатии занимала церемония поднесения подарков. Московский церемониальный этикет формировался под значительным влиянием монголо-тюркской культуры и Византии, первая выработала целый ритуал правильного поднесения даров хану. Более того, без преподношения богатых подарков хану не представлялось возможным ведения переговоров с ним вообще. Первое время, некоторые неосведомленные в восточном церемониале европейские путешественники отправлялись на Восток вовсе «ни с чем». Так, в 1517 г. ничего не привез Василию III имперский посол С. Герберштейн, который отметил, в своих записках, что послы Литвы, Ливонии и Швеции приезжают в Москву с дарами [4], однако у великого князя это не вызывало никакого недовольства. Бывало, если у прибывшего в Москву дипломата привезенные дары не дотягивали до ранга посла, московский двор для публичного шествия выделял из казны некоторые дорогостоящие вещи. Например, дьяк В. Я. Щелкалов предоставил из казны имперскому гонцу М. Шиле ряд вещей, которые он должен был поднести от своего имени Борису Годунову. Это делалось для поднятия престижа самого Годунова в глазах уже русского народа.

Английская королева дарила Ивану IV экзотических для России животных, существует также упоминание, что русскому царю отправили из Турции слона, но из-за несчастного случая с животным, привезены были только бивни. В качестве дипломатического дара в Московии не принимались монеты и одежда, поскольку в сознании русского народа существовало представление о том, что деньги и одежду имеет право дарить только государь своему подданному. Именно поэтому когда английский посол Д. Флетчер попытался преподнести Федору Ивановичу золотые монеты, этот подарок был отвергнут.

В московском дипломатическом этикете существовала церемония, применимая исключительно к крымским и ногайским послам и имевшая название — «встречное жалованье». Суть этой церемонии во вручении восточным послам от русского царя дорогих шуб, причем первые должны были надеть их сразу, несмотря на время года. На Руси одежду мог дарить только старший младшему, по этой причине русские послы избегали заграницей церемоний связанных с переодеванием в местное одеяние. Западным дипломатам при встрече вместо шуб предоставлялись лошади. Церемония предоставления лошадей западноевропейским послам появляется со второй половины XVI в. Возникновение ее связано с тем, что английские и шведские послы прибывали в Россию морским путем и не всегда имели при себе лошадей пригодных для торжественного шествия. Иногда зимой в знак особой милости послам от имени государя присылались сани, устланные шкурами белых медведей.

Во дворец послы входили двумя путями: первый, более длинный, вел по лестнице на соборную паперть и к переходам у красного крыльца; второй, короткий, — по средней лестнице сразу на красное крыльцо. Первым путем шли представители христианских государей, вторым — мусульмане. Правило это окончательно установилось лишь во второй четверти XVI в. При Василии III как крымские, так и турецкие посольства часто следовали в великокняжеские палаты по Благовещенской лестнице. Для Ивана Грозного шествие (тем более торжественное) мусульман по паперти было неприемлемо. Однако в начале столетия отношение к исламу на Руси было существенно иным. Иван III в посланиях к крымскому хану даже дату помечал не от сотворения мира, а по хиджре [5].

После победы Англии над непобедимой испанской Армадой в 1589 г. Англия намеревалась расширить свои привилегии в торговой политике с Россией. А именно, новые привилегии для английской торговой компании предполагали свободную торговлю от нижнего течения реки Волги до Мидии, Персии, Бухары и т. д. А также создание иностранного финансового учреждения, через которое английские купцы могли бы были обращаться напрямую к русскому царю в случае проблем [2]. С миссией по расширениям торговых прав в Россию ездил Д. Флетчер и несмотря на успешное соглашение между странами, английский посол был подвергнут в России личным унижениям, что в последствии и отразилось в дальнейшей дипломатии между Россией и Англией. Сочинение Джильса Флетчера «О государстве Русском» было написано в период очередного острого конфликта между Англией и Россией. Содержали Флетчера в Москве под строгим надзором, не признавали за ним ранга посланника, а подарки королевы Елизаветы I с презрением вернули «по причине их ничтожности».

Сочинения европейских путешественников, имеют весьма субъективные сведения, так Д. Горсей, в своих мемуарах путал хронологию событий, пользовался непроверенной информацией, которая в основном состояла из дошедших до него устных пересказов. Тем не менее, главным ценным источником иностранных дипломатов и путешественников было собственное наблюдение. Записки путешественников позволяют взглянуть на становление русского дипломатического церемониала с внешней стороны, и лучше понять специфику русской культуры. Таким образом, Россия в XVI в., глазами английских путешественников и дипломатов, представляла собой восточное государство, для которой было характерно коллективное сознание общества, деспотизм, восприятие человека как «винтика системы», огромная роль духовных ценностей (православия), стремление к паразитарности, предпочтение «даровой» добычи тяжкому труду, произвол как норму жизненного устройства.

Литература:

1.                  Ричард Ченслер. Книга о великом и могущественном царе России и князе Московском [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.vost lit.info/Texts/rus6/Chanselor/text.phtml?id=1770. — Средневековые исторические источники Востока и Запада.

2.                  Russia at the close of the sixteenth century [Тext] / Giles Fletcher, Jerome Horsey, Edward A. Bond. — London: Printed for the Hakluyt society. — p. 68–69

3.                  Джером Горсей. Записки о России. [Текст]: XVI — начало XVII веков / под ред. В. Л. Янина. — М.: Изд-во МГУ, 1990. — С. 29

4.                  Сигизмунд Герберштейн. Записки о Московии [Электронный ресурс]. — Режим доступа: http://www.vostlit.info/Text s/rus8/Gerberstein/frametext1.htm — Средневековые исторические источники Востока и Запада.

5.                  Юзефович, Л. А. Русский посольский обычай конца XV — начала XVII в. / Л. А. Юзефович — М.: Международные отношения, 1988. — С. 92

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle