Библиографическое описание:

Нормурадова Г. Б. Из истории населения Самаркандской области, занимавшегося земледелием и скотоводством (конец XIX — начало ХХ века) // Молодой ученый. — 2014. — №1. — С. 300-302.

После вступления Самаркандской области в состав Туркестанского генерал — губернаторства произошли глубокие изменения в политической, экономической и культурной жизни общества. Эти изменения охватили и сферу сельского хозяйства.

В области в то время 13,92 % независимых лиц занималась дехканством (земледелием). Но, несмотря на это, положение дехкан как в период эмирата, так и во время правления Российской империи, также оставалось крайне тяжёлым. Аграрная политика имперского правительства 1871–1873 годов создала широкую возможность для забирания (конфискации) дехканских земель. Закон безоговорочно признал частную собственность. Иными словами, он закрепил право собственности аристократов и крупного духовенства на землю (1, с. 29–30).

Согласно закону 1886 года было объявлено, что все земли края принадлежат государству и как богатство относятся к государственной казне. Местному оседлому населению земли для пользования были представлены в качестве индивидуальной собственности, которую можно было передавать и по наследству, а кочевому населению для коллективного пользования они были переданы на неограниченный срок.

Этот закон, хотя и закрепил право собственности местного населения на землю, но в качестве частной собственности он не отвечал дехканским нуждам. В общем, политика, проведенная в этой области, не освободила дехкан от аристократической зависимости. Проникновение капиталистических отношений в хозяйство области, усилило процесс имущественного размежевания среди дехканских масс. Как отмечается в источниках, до октябрского переворота основу сельской структуры составляли две противостоящие друг другу группы. В первую группу входили крупные аристократические землевладельцы и богатые хозяйства, во вторую — бедные крестьяне, владевщие 0,1–3,0 десятиной земли и абсолютно безземельные хозяйства (2, с.44.).

Одним из видов освоения дополнительного труда производителя в сельском хозяйстве было чайрикёрство (наемный труд). Оно было кабальной формой использования труда малоземельных или безземельных дехкан. Чайрикёр (арендополучатель) получая в аренду от арендатора — землевладельца определенную часть его земли, установленную часть урожая оставлял себе. Иногда арендное условие составлялось вообще по другому, то есть, если арендополучатель при обработке земли, взятой в аренду, пользовался своим рабочим орудием и семенами, то по условиям аренды, чайрикёр брал от 1/2 до 1/5 доли полученного урожая. Например, в Самаркандском уезде чайрикёры в качестве своей доли, брали от 1/9 до 1/12 части выращенного урожая. По словам одного дехканина, если они выращивали 400 пудов хлопка, то себе оставляли 50–60 пудов, а остальное отдавали хозяину земли (1,с.150.).

В общем, дехканские хозяйства пользовались непосредственно своим трудом или трудом постоянно нанятых на работу чайрикёров, а также совместным трудом партнеров. Дехканским рабочим, нанятым на постоянную или одногодичную работу, выдавалась годовая заработная плата в размере от 40 до 60 — рублей. В самую горячую пору, временно нанятым рабочим, выдавалось до 12 рублей в месяц (3, с.86–87).

Бедные и средние, хозяйства из-за трудных условий, и для того чтобы выплачивать государству различные налоги, продавали свои земли, в результате чего теряли cвое самостоятельное хозяйство, а сами превращались в чайрикёров. В сельском хозяйстве, помимо труда чайрикёров и временных рабочих, ещё пользовались совместным партнерским трудом. Это были в основном малоземельные дехкане, которые в аренду землю брали у арендаторов совместно, то есть, объединившись в ширкаты (товарищества). В таких хозяйствах обычно, если у кого — то не хватало рабочей силы, то у другого не было крупного рогатого скота. Совместные усилия восполняли недостающие компоненты, необходимые для общей работы, что давало возможность обрабатывать им землю совместно. Полученная прибыль между членами ширката делилась поровну. В 1983 году в Турткульской волости Самаркандского уезда было всего 785 земельных хозяйств, из которых 346 обрабатывались собственными силами, 133 — чайрикёрами, 273 при помощи ширкатов, и 33 являлись вообще не используемыми землями (4, с.106.).

Необходимость к существованию и стремление покрыть свои расходы заставили дехкан перейти к выращиванию хлопка. Основная цель развития хлопководства в Туркестане заключалась в избавлении Имперского правительства от потребности завоза импортного хлопка, обеспечении Российской текстильной промышлености «своим» сырьём. Основную силу по выращиванию хлопка в Самаркандской области составляли мелкие дехканские хозяйства. До созревания хлопка все работы выполняли мужчины, а сбором созревшего хлопка занимались женщины и дети.

С момента посева хлопчатника до его сбора положением дехкан никто не интересовался. Но как только начинался сбор хлопка, в это дело подключались банки, фирмы и многие другие заинтересованные лица, которые гонялись за прибылью. Когда дехкане для ведения своей повседневной жизни и введения полевых работ нуждались в деньгах, им в такое трудное время протягивали «руку помощи» банки. Для осуществления таких операций по купле — продаже им в качестве посредников приходили кишлачные аксакалы (старейшины), арбакеши (извозчики) и чистачи (чистильщика хлопка от семян и пыли). Чистачи не ограничивались только чисткой, они брали деньги у фирм и раздавали их в долг дехканам. Дехканину, если не сдавал урожай хлопка фирме или другим ростовщикам по установленной цене, указанной в долговом договоре, налагался большой штраф. Из — за того что у большинства хлопкоробов не было своего транспорта (лошадей и телег), они свою продукцию не могли вывозить в хлопкоприёмные пункты.

Пользуясь этим, арбакеши приезжали в крайние кишлаки с плохой дорогой и покупали хлопок по дешевой цене. Таким образом, деньги выдаваемые банками в долг посредством нескольких людей, в особенности, фирмами, чистачами и извозчиками, приносили им прибыль, которая увеличивалась на 100 и более процентов, чем выделенные деньги.

Подтверждая бедственное положение дехкан, в своей статьи Сайид Ахмад Сиддики писал: «Причиной тяжелой жизни дехкан является то, что они продавали выращенный свой урожай за бесценок, а необходимые для себя товары покупали по дорогой цене» (5.).

В рапорте начальника Джизакского уезда о тяжелом социальном положении дехкан Самаркандской области, отправленном 8 июля 1905 года земельно — налоговому управлению Самаркандской области сообщалось: «Тяжелое социальное положение населения дошло до такой степени, что временами в нескольких волостях у населения не остаётся хлеба для еды, и поэтому бедное население питается корнями диких растений (это Синтабский, Багдонский, Наврузский и Чимбайский волости)». За частую в кишлаках невозможно было найти не только хлеб, но и ячмень (6, с.19)..

Ежегодное повышение царским правительством размера налогов также стало причиной того, что дехкане оказались в тяжёлом положении. В частности, начиная с 1871 года, был введен единый земельный налог в размере 1/10 от урожая. Производственный налог был заменен денежным налогом, который еще более усложнил бедственное положение дехкан. Согласно архивным документам, в 1892 году для населения области был введен государственно-земельный налог, а в 1900 году, для лиц не прошедших воинскую службу из местного населения, вводится отдельный налог (7, с.2).

В 1870 году был введен также общенародный налог. Этот налог взымался от населения за реставрацию дорог, мостов и проведения других мероприятий. По статистическим данным 1877–1888 гг. основную часть от общих налогов, взымаемых с населения области, составляли государственные налоги (82,5 %), затем — общенародный налог (11,7 %) и другие виды налогов (8, с.XIX).

Из–за таких тяжелых социальных обстоятельств, о которых упоминалось выше, большинство дехкан бедного и среднего слоёв, также разорялось, в результате чего и они вынуждены были заниматься наёмным трудом. В результате, дехкане, которым не удавалось освободиться от ярма царского правительства и аристократов, продолжали оставаться в качестве социально — бесправного и нищего слоёв населения.

Определенную часть населения в области составляли скотоводы. Скотоводством занималось в основном кочевое и полукочевое население Джизакского уезда, а также частично, оседлое население, проживающее в горных и предгорных территориях Самарканда и Ходжента. Из-за невозможности успешного проведения земледельческих работ на этих территориях население, проживало за счет скотоводства. Скот имел важное значение в повседневной жизни и оседлого населения, занимавшегося дехканством, и поэтому при своих хозяйствах они содержали определенное количество скота. В области, согласно сведениям 1897 года, скотоводством самостоятельно занималось 1523 человек. Из них 213 проживало в Самаркандском, 630 — в Джизакском, 98 — в Каттакурганстком уездах (9, с.126).

В нижеследующей таблице приводится общее количество скота, имевшегося в 1891–1909 годах в четырех уездах Самаркандской области (10, с.19.).

Уезды

Общее число скота (из кол. тыс.)

1891 г.

1895 г.

1900 г.

1905 г.

1909 г.

Самаркандский

166826

164963

359771

225059

273356

Каттакурганский

164650

121970

134391

120448

140845

Джизакский

268805

793770

566551

720742

570199

Ходжентский

195411

309100

269724

343244

367834

Общее в области

795692

1,389803

1,330437

1,409493

1,352234

В таблице указано общее количество скота, включая верблюдов, лошадей, ишаков, крупный рогатый скот, овец и коз. В промежутке этих годов численность их то уменьшалось, то увеличивалось. В информации военного губернатора области сообщалось, что в 1910 году в области общее количество скота уменьшилось на 13000 голов. Основной причиной этому явились засуха, нехватка кормов и болезни (11, с.3).

На самом деле социальное положение скотоводов было связано с общим состоянием скота. Во многих случаях, из-за нехватки кормов, скот истощал, в результате чего давал меньше жира, мяса и шерсти. В свою очередь, истощенный и слабый скот не выдерживал естественные условия. Как отмечается в источниках, цена недокормленного скота на базаре (рынке) не превышала 6 рублей, а цена же хорошего откормленного скота доходила от 8 до 15 рублей. Особенно скот истощал за период с октября по март, когда его кормили сухостоем. Например, в этот период года на базаре за 5 рублей можно было купить корову с теленком. В таком положении ухудшалось состояние и богатого скотовода.

В области разводили две породы овец: это были курдючные каракулевые овцы. Особенно широко было распространено разведение курдючных овец. Каракулевое овцеводство больше было развито в Самаркандском, Каттакурганском и, частично, Ходжентском уездах. В целом, по области количество каракулевых овец в 1893 году составляло 6000 тысяч, в 1894 году 3540 тысяч и в 1895 году 3580 тысяч голов (12, с.22, 34, 28).

Согласно анализу 1890 года, в Самаркандской области овцеводством в общей сложности занимались 139588 домов и юрт, в среднем на каждый из них приходилось по 3,35 голов. Поэтому, из-за недостаточности удовлетворения потребностей населения, в большинстве случаев, определенное количество овец привозилось из Сырдарьинской, Джизакской областей, а также из Бухарских Гиссар.

В конце XIX века в области стало сокращаться и коневодство. Породистых лошадей можно было найти только в двух местах: в Заминской волости Джизакского уезда и в Ура-Тюбе. А. Г. Арандаренко причиной уменьшения коневодства называет абсолютное невнимание этой сфере со стороны государства (13, № 8).

Уменьшение скотоводства и его кризис, в своем исследовании отмечает также С. Шодманова, которая это разъясняет расширением сферы хлопководства. Ежегодное сокращение поголовья скота происходило из-за нехватки кормов крупному рогатому скоту, из-за чего к началу зимы население вынуждено было их продавать, а в начале весны — покупать.

Таким образом, считавшееся одним из важных отраслей скотоводство, в области также в период колониализма не могло полностью, обслуживать своих хозяев. Потому что эта сфера прежде всего, направлена была на решение внутренних проблем России, обеспечивала Российский рынок дешёвым мясом, промышленное производство шерстью и кожей. Колониальное царское правительство в этом отношении поддерживало Российских капиталистов, стремящихся в первую очередь, увеличить, свои инвестиции, свой капитал. Породистые кони и рабочий крупный рогатый скот, верблюды и каракулевые смушки (шкурки) вывозились в различные области края, на рынки России и других государств.

Литература:

1.      Юлдашев А. Аграрные отношения в Туркестане. Ташкент, 1969.

2.      Голованов А. А., Саидов И. М. Дехканство Узбекистана на историческом повороте второй половины XIX — первой трети ХХ вв. — Самарканд, 2007.

3.      Справочная книжка Самаркандской области на 1896 г. — Самарканд, 1896. Вып. 4.

4.      4.Справочник Самаркандской области на 1895 г. — Самарканд. 1985. Вып. III.

5.      Сайид Ахмад Сиддики. Земледелие // Хуррият. 1917, 11 май.маркандской области на 1897 г. Вып. 5 — Самарканд, 1898 г.

6.      ЦГАРУз, И-18 фонд, опись — 1, 5792 — дело.

7.      Сборник материалов для статистики Самаркандской области за 1877–1888 г. — Самарканд, 1890 г.

8.      Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. Самаркандская область — СПб., 1905 г.

9.      ОГА, Фонд редких документов, опись-1, дело-3, № 2.

10.  ЦГАРУз, И-18 фонд, опись — 1, 6921 — дело.

11.  Обзор Самаркандской области за 1893, 1894, 1895 г г. — Самарканд, 1894, 1895, 1896.

12.  Арандаренко Г. Скотоводство в Зарафшанской долине // Туркестанские ведомости. 1881. № 8.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle