Библиографическое описание:

Мажидова О. У. Теория суждений среднеазиатского мыслителя Абу Али ибн Сины // Молодой ученый. — 2013. — №12. — С. 893-895.

Философское наследие Абу Али ибн Сины и в наши дни продолжает привлекать внимание многих исследователей, несмотря на множество исследовательских монографий как западных, так и восточных учёных философов. По нашему мнению, это определяется, во-первых, богатством философских идей учёного, соприкасающихся с современным развитием науки. Во-вторых, с индивидуальным подходом каждого исследователя его творчества. В данной статье мы, анализируя учения Ибн Сины о суждениях, по мере возможности постараемся определить те идеи его учения, которые способствовали развитию науки логики.

Для ибн Сины авторитет Аристотеля в области философии и, особенно, логики был очень сильным. Подобно Аристотелю ибн Сина при исследовании познавательной деятельности человека отталкивался от человеческой речи. Он уделял большое внимание тем трудностям, которые были связаны с передачей логических терминов словами, употребляемыми в повседневной речи. «Глава мудрейших» стремился к точной фиксации значений терминов, отделению их от значений, которые придает им обыденная речь массы.

Учёный исследует суждение и с точки зрения грамматики и логики. Он сначала определил понятие «имя», «глагол», «предлог» и «сказуемое». По определению ибн Сины, «именем называется всякое простое слово, выражающее какое-либо значение, а не содержание указания ни на одно из трёх времён, к которому относится данное значение» [1]. В отличии от имени, глагол указывает на происхождение действия во времени (в прошедшем, настоящем и будущем). Такие слова, как «вчера», «сегодня», «завтра» указывают на само время, не обозначают ни времени, ни ее действия. Предлоги лишь указывают на связи отношения между значениями, но не выражают идеи самостоятельно. Ибн Сина следуя за восточными перипатетиками определяет суждение как утвердительное отрицательное высказывание, истинность которого можно определить, сказав «это верно, правильно» или «это ложь» [2].

Среднеазиатский мыслитель разделяет суждения на три вида: категорический, условные суждения и условно разделительные категорические суждения по качеству и количеству. Данная классификация у ибн Сины совпадает с классификацией суждений Аристотеля.

Известно, что классификация суждений в логике Аристотеля охватывает лишь категорические суждения, которые по качеству делятся па утвердительные (А есть В) и отрицательные (А не есть В); по количеству — в «Первой Аналитике» на общие, частные и неопределенные, в «Об истолковании» на общие частные и единичные; по модальности — на суждения, говорящие о простом, необходимом и возможном бытии. «В этой классификации Аристотеля, — пишет А. О. Маковельский,— существует неясность. Если частные суждения понимать в смысле «некоторые, а может быть и все S суть Р», то нет никакого различия между ними и неопределенными суждениями, так как в тех и других остается невыясненным, идет ли речь только о некоторых, или, может быть о всех S. Если же, исходя из определения частного суждения в «Первой Аналитике» как присущности или неприсущности того, что сказывается, некоторому или не всякому предмету, являющемуся подлежащим суждения, понимать частные суждения Аристотеля в смысле «только некоторые S суть Р», то получается еще большее затруднение. В таком случае окажутся неверными, установленные Аристотелем частные модусы категорического силлогизма» [4]. Что касается структуры категорических суждений, то Аристотель в этом вопросе, следуя Демокриту, принимает его учение о субъективно-предикатной форме суждения, в которой связка не выделяется в качестве особой части суждения, а включается в предикат.

Проанализировав сущность неопределенных и частных суждений, учёный востоковед Артур Сагадеев пришел к выводу: «Если же субъект суждения является общим, а объем суждения, т. е. его общность или частность не установлены так, дабы можно было указать, охватывает ли оно все то, что находится под субъектом или нет, то оно называется неопределенным суждением. Например, «человек терпит убытки». Если суждение относится к некоторым предметам и не высказывается противоположным образом, то оно называется определенным частным суждением, которое делится на частноутвердительное, например, «некоторые люди есть писцы» и частноотрицательное, как в нашем примере «некоторые люди не есть писцы» или «не все люди есть писцы» [5, 6]. Говоря же о соотношении неопределенных и частных суждений, мыслитель доказывал, что «неопределенное суждение является частным, если скажешь, «человек таков», то возможно, своим словом «человек» ты имеешь в виду всех людей, а возможно некоторых людей... Стало быть «некоторые люди» мыслятся здесь определенно, а «все» под сомнением» [2]. Все это означает, что ибн Сина преодолел ту неясность, которая имела место у Аристотеля при трактовке соотношения неопределенных и частных суждений.

В своих произведениях «Указания и наставления» и «Даниш-намэ» Ибн Сина значительное внимание уделяет классификации сложных суждений по качеству, количеству и модальности. Исследуя структуру простых категорических суждений, Ибн Сина в отличие от Аристотеля выделил логические постоянные, в частности логическую связку и подготовил почву для дальнейшей формализации видов суждения.

У Стагирита в понимании модальности па первый план выдвигается онтологический аспект: деление по модальности есть деление по степеням бытия, ибо согласно Аристотелю, есть возможное бытие (то, что может быть, а может и не быть), действительное бытие (реальное существование отдельных вещей) и необходимое бытие. У ибн Сины при анализе модальности на первый план выдвигается логический аспект модальности, означающий степень достоверности суждения, степень присущности субъекту суждения того или иного признака. Категорические суждения по модальности философ делит на суждения необходимости («Человек есть тело»), возможности («Человек есть писарь») и невозможности («Человек есть ангел»). «Каждое суждение,— писал Авиценна,— бывает либо абсолютно всеобщим, в котором высказывание ясно без указания необходимости и продолжительности, либо таким, в котором выражено что-либо из перечисленного: или необходимость, или необходимая продолжительность, или непродолжительное, необходимое существование. Отличали отношение необходимости от отношения продолжительности, хотя их разница очевидна. Логики ошибались и в том случае, когда предполагали, что в общих суждениях нет необходимой предикативности» [6].

Но главное отличие теории суждения Абу Али ибн Сины от теории суждения Аристотеля заключается в том, что оно есть не только учение о категорических, но и о гипотетических (условных) суждениях. В частности, Авиценна различает условно-соединительные и условно-разделительные суждения. «Это суждения, — пишет мыслитель, — образованные из двух высказываний, каждое из которых утеряло свойство суждения и связь между ними... такова, что одно из них обусловлено другим и вытекает из него. Такие суждения называются условно-соединительными суждениями и суждениями состояния. Связь между высказываниями бывает и такова, что одно из них противоречит другому и отличается от него. Такие суждения называются условно-разделительными. Пример условно-соединительного высказывания: «Если к двум параллельным линиям провести другую линию, то внешние углы будут равны внутренним углам. Если бы в этом высказывании отсутствовали слова «если... (то)» и «будут», то каждое из этих изречений само по себе было бы суждением. Пример условно-разделительного суждения: «Этот угол является либо острым, либо тупым, либо прямым». Если опустить здесь союз «либо» («или»), то это высказывание выражало бы более чем одно суждение» [6]. Ибн Сина различал действительные и недействительные разделительные суждения, которые в современной логике, соответственно, называются слабой и строгой дизъюнкцией. Действительные разделительные суждения — это высказывания, в которых через «или» («либо») выражается то, что дело неминуемо обстоит двояко, но истинно только одно из них или оба вместе взятые («Этот человек — или писарь, или лекарь»). Недействительные разделительные суждения — суть высказывания, в которых через «или» («либо») хотят выразить значение непозволительности соединения частей суждения («Это тело есть или животное или дерево». «Зейд, бросившийся в море, или утонул, или плавает»).

Анализируя классификацию сложных суждении, предложенную ибн Синой, следует сказать:

1)        Он специально не рассматривает собственно сложные соединительные суждения, образованные из простых суждений при помощи логического союза «и».

2)        Суждения, называемые Ибн Синой условно-соединительными и условно-разделительными, в современной формальной логике соответственно называются импликативными и дизъюнктивными, ибо в первом случае ярко не выражена их конъюнктивность, а во втором — импликативность.

3)        Ибн Сину занимали и другие вопросы теории суждения, к исследованию которых он также подходил творчески. Например, анализируя проблему контрадикторности суждений, средневековый философ в отличие от прежних логиков, считавших, что абсолютному (общему) суждению контрадикторно абсолютное (общее) суждение, доказывал, что контрадикторными являются общеутвердительные и частноотрицательные («Все С суть В» и некоторые С не всегда суть В»), общеотрицательные и частноутвердительные («Не одно С не есть В» и «Некоторые С всегда есть В») суждения». При исследовании проблемы обращения суждений ибн Сина установил, что «обратимость есть такое явление, когда предикат суждения превращается в субьект, а субьект — в предикат, и при этом сохраняется их качество, остается неизменной их истинность и ложность” [6]. Ученый исследует обратимость абсолютных и необходимых суждений и устонавливает необратимость частнострицательного возможного суждения [6].

Ибн Сина четко представлял себе структурные различия между категорическими и условными суждениями. В частности, философ утверждал, что категорические суждения состоят из субъекта и предиката, выраженных отдельными понятиями, а условные — из основания (антецедента) и следствия (консеквента), каждое из которых по своей природе является суждением.

Помимо этого, мыслитель исследовал и различия между условно-соединительными и условно-разделительными суждениями. В полном согласии с современной логикой он считал, что в отличие от условно-разделительных суждений, в условно-соединительных суждениях антецедент (основание) и консеквент (следствие) нельзя без ущерба для содержания менять местами.

Следует подчеркнуть, что учение о сложных условных суждениях в античности разрабатывалось логиками стоической школы. Но вряд ли ибн Сина был знаком с логическими трудами стоиков, так как, насколько нам известно, не существовало их арабского перевода. Непосредственно же он не мог их использовать, потому что, как известно, не знал греческого языка. В трудах же его предшественников, в частности, в сочинениях его великого соотечественника Абу Наср Фараби, мы находим только общую идею и общие формулировки условных суждений. Поэтому остается предположить, что Авиценна самостоятельно разрабатывал учение о сложных условных суждениях.

Литература:

1.          Абу Али ибн Сина «Ал Хикма ал матрикия». Логика: избранное. Т.1. Ашгабат, 2003.

2.          Абу Али ибн Сина. Даниш-намэ. Сталинабад, 1957.

3.          Абу Али Ибн Сина. Указания и наставления. Логика.//Избранные произведения. М.,1980.

4.          Маковельский А. О. История логики. М.: Наука,1967.

5.          Cогадеев А. Восточный перипатетизм. М.,2009.

6.          Абу Али Ибн Сина. Указания и наставления. Логика.//Избранные произведения. Т.1.М.,1980.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle