Библиографическое описание:

Давыдов А. Ю. Влияние христианства на духовную культуру Руси в XIII веке // Молодой ученый. — 2013. — №10. — С. 432-437.

XIII век явился для Руси началом периода тяжелых испытаний. Кочевые племена, условно названные в исторической науке монголо-татарами, двинулись на Русь, и к концу 30-х годов XIII века большая часть русских земель была захвачена. Появлению монголо-татар на границах Русской земли в 1223–1224 годах предшествовали их военные успехи в Азии. В 1207 году монголо-татары покорили Южную Сибирь, в 1211 году — Китай, затем Туркестан, Афганистан, Персию. В 1221–1223 годах монголо-татары захватили Кавказ и Закавказье. Затем появились на границах Руси, победили русских в 1223 году в битве на Калке, а затем ушли.

В 1235 году монголы начали Великий западный поход. Главнокомандующим был внук Чингисхана, Бату-хан, прозванный на Руси Батыем. Но, по завещанию Чингисхана, «копыта монгольских коней» должны были «устремиться к последнему морю», т. е. в Европу. Интересны результаты научных изысканий митрополита Бишкекского и Среднеазиатского Владимира, который более чем за десять лет своего служения в Средней Азии, глубоко изучил историю народов, населяющих ее. Митрополит Владимир писал, что действия Бату-хана объясняются тем, что его проводником и ближайшим советником в Великом западном походе был агент папы римского, рыцарь Альфред фон Штумпенхаузен, целью которого было смягчить удар монголов по Европе и направить нашествие на православную Русь. Кочевники соблазнились рассказами о богатстве русских городов, где дома «крыты листовым золотом». В 1237 году была разрушена Рязань, затем пал Владимир и другие города. Но главной целью Бату-хана был Новгород, который был северо-западным оплотом православной Руси, защищавшим ее от посягательств папы римского. Замыслом католической церкви было разрушить Русь руками монголов и одновременно обессилить монгольскую армию. Желание уничтожить русское Православие было настолько сильным, что даже подавляло страх католиков перед татаро-монгольским нашествием. Католическая церковь организовывала «крестовые походы» на Новгород в то время, когда Европа трепетала перед монгольской угрозой. Но дойти до Новгорода Бату-хану помешала осенняя распутица [10, c. 111–113]. В 1240 году кочевники овладели Киевом. На западных рубежах Руси русские вынуждены были отражать нападения шведов, ливонских и тевтонских рыцарей. Для Руси началось татаро-монгольское иго, нанесшее страшный урон русской культуре и изменивший ее развитие. Были разорены крупнейшие города, уничтожены памятники культуры, письменности. Процесс активного культурно-исторического развития Руси, начавшийся в первые два века по принятии христианства, был остановлен. Русь собирала все силы, чтобы выжить и победить.

Первые два века по принятии Русью христианства показали, что она обладает мощным творческим и духовным потенциалом. Крещение Руси в 988 году создало основу для объединения древнерусского государства, связывая ее отдельные регионы не только политически, но и духовно. Необходимо отметить, что смена духовных и нравственных приоритетов на Руси происходила без иностранного вмешательства. Русь сама сделала свой выбор. Это было ее самостоятельное решение. Христианство, а точнее православие утвердилось на Руси к XII веку. Русское православие явилось основой духовной жизни и культурных ценностей средневековой Руси. Оно ориентировало человека на духовное преображение, стимулировало стремление к самосовершенствованию, приближению к христианским идеалам. Русское православие способствовало распространению такого понятия, как духовность. Утверждение нового христианского мировоззрения давало возможность для формирования единого народа на основе общих духовных и нравственных приоритетов, а также на основе сознания нового типа. Принятие Русью христианства давало возможность расширения культурных связей и приобщения к лучшим достижениям европейско-средиземноморской культуры, которые в основном были сосредоточены в Византии. Но самым главным значением христианства для духовной культуры Руси было то, что оно способствовало развитию образования и распространению книжной культуры. Летописные источники свидетельствуют о том, что до принятия христианства на Руси были люди, владевшие грамотой и заключавшие с Византией письменные договоры. Но таких людей было мало, интерес к книгам был небольшой. С принятием в 988 году христианства на Руси не могли обходиться без книг, которые, прежде всего, были необходимы для богослужения. Князь Владимир открыл в Киеве первую школу для обучения грамоте детей из знатных семей. Имеются свидетельства о «книжном учении» при храме Святой Софии, также об основании училищ князем Всеволодом Ярославовичем в Переяславле, Суздале, Чернигове и Киеве. Известный исследователь по истории русской литературы Д. Л. Башкиров писал, что крещение Руси и учение книжное рассматривалось автором «Повести временных лет» Нестором как свидетельство Божьего промысла о Руси: «Посылал он (Владимир. Д. Б.) собирать у лучших людей детей и отдавать их в обучение книжное... Когда отданы были в учение книжное, то тем самым сбылось на Руси пророчество, гласившее: «В те дни услышат глухие слова книжные, и ясен будет язык косноязычных». Не слышали они раньше учения книжного, но по божьему устроению и по милости своей помиловал их Бог» [1, c.7]. Академик В. И. Жуков в работе «Российское образование: истоки, традиции, проблемы» отмечал, что «упоминаемое в летописи «учение книжное» представляло собой уже такую школу, где ученики приобретали систематические знания, а не элементарную грамоту, которая существовала и до просвещенного правления князя Владимира» [5, c.66]. Монастыри на Руси стали не только центрами образования, но сокровищницами знаний. При них были крупнейшие книгохранилища, создавались библиотеки и школы.

На Руси появилось большое количество переводной литературы, прежде всего греческих авторов, появилось множество мыслителей, философов, ученых, писателей: монах Киево-Печерского монастыря Нестор (1056–1114), игумен Киево-Печерский Преподобный Феодосий (1057–1074), Епископ Новгородский Лука Жидята (1035–1059), митрополит Киевский Илларион (1051–1054), Епископ Туровский Кирилл (1130–1182) и многие другие [5, c. 68, 75].

В период татаро-монгольского нашествия важнейшей задачей и одним из главных средств выживания для Руси было сохранение духовной культуры и культурных традиций предшествовавшего «золотого века». В основном эту задачу пришлось выполнять литературе, т. к. в этот сложный период живопись, музыка и зодчество практически не могли полноценно существовать и развиваться. На протяжении всего Средневековья на Руси с глубоким уважением относились к книге. Книга считалась основой всего разумного и мудрого. «Книга была пространством духовной действительности, где осуществлялось движение, обращение человека к Создателю. В древнерусской культуре слово и текст непосредственно соотносились с непрерывным процессом самораскрытия и постижения человека, с откровением о нем как о личности» [1, c.8]. В тяжелое время испытаний книга была главным хранителем духовных ценностей.

Необходимо отметить, что литература XIII века, как и вся древняя русская литература, отличалась глубоким историзмом. Академик Д. С. Лихачев писал: «Литература и Русская земля, литература и русская история были теснейшим образом связаны. Литература была одним из способов освоения окружающего человека мира» [7]. Переписывание книг на Руси было святым делом, поэтому литература не была развлекательной. «Она была школой, а ее отдельные произведения в той или иной мере поучениями» [7]. Вся история Руси находила свое отражение в литературе. Д. Б. Башкиров отмечал, что древнерусское государство, история и литература существовали в нерасторжимом единстве. «Письменное слово» являлось духовным центром Древней Руси, обоснование этого черпалось в библейской истории и находило свое отражение в оценке деятельности преп. Нестора Летописца [1, c.11]. Летописцы и книжники этого трагического периода русской истории старались не дать исчезнуть духовным и культурным ценностям, накопленным в предыдущий, домонгольский период истории Руси.

В сознании русских людей татаро-монгольское нашествие было Божественной карой за безнравственное поведение, за нарушение основных христианских заповедей. Однако нашествие рассматривалось не только как наказание за грехи, но и как спасение от кровавых междоусобиц и западной угрозы, как призыв к объединению. «Золотая орда воцарилась над Русью, для Русской земли это была кара Господа Правосудного за братоубийство и зов Господа Милующего к объединению. Монголы явились по воле Всевышнего как суровые спасители Православной Руси от внутренних смут и погибельной западной угрозы» [10, c.113].

Главной бедой для Руси, грозившей ей гибелью, были кровопролитные, братоубийственные междоусобные войны, творившиеся на Русской земле. Древнерусские авторы с осуждением повествовали о постоянных распрях между русскими князьями, о жестокости и бессмысленной гибели людей. Ярким примером тому является «Рассказ о преступлении Рязанских князей», повествующий о предательском убийстве, совершенном на пиру Рязанским князем Глебом Владимировичем и его братом Константином в 1218г. С горечью повествуя о страшной кончине «благочестивых князей», летописец писал: «Так окаянный Глеб и брат его Константин приготовили им царство небесное, а себе со своими советниками — муку вечную» [12]. В «Повести о битве на Липице» летописец, описывая битву новгородцев с суздальцами, которая произошла на Липице в 1216 году, восклицал: «О, страшное чудо и дивное, братия! Пошли сыновья на отцов, а отцы на детей, брат на брата, рабы на господ, а господа на рабов» [11].

Многочисленные распри и постоянная борьба между князьями противоречили основной заповеди христианства — заповеди Любви к ближним, которая с таким воодушевлением была воспринята на Руси с принятием христианства.

Д. С. Лихачев писал: «Русские авторы уже в XII и начале XIII века ясно понимали, что рядом с разрываемой княжескими усобицами Русью стоит наготове ее внешний враг — степные народы. Вот почему каждая из княжеских распрей заставляла русских писателей тревожиться за целостность и независимость Русской земли» [9].

Сознание того, что татаро-монгольское нашествие является наказанием Божием за несоблюдение христианских заповедей, заставляло русских книжников сделать акцент на нравственных аспектах поведения людей. Д. С. Лихачев, характеризуя произведения этого сложного и тяжелого периода истории России, отмечал их «учительный и патриотический характер», а также «нравственную бескомпромиссность», которые сформировавшись в XIII-XIV вв., стали «одной из важнейших национальных черт русской литературы в ее целом» [9].

Необходимо отметить, что процесс распространения христианства на Руси имел свою специфическую особенность. Быт русского народа определил особое толкование сущности православия. Для русского человека считалось обязательным строгое соблюдение постов, молитва перед каждым делом, посещение церковной службы. Однако пьянство, брань и драка считались меньшим грехом, чем нарушение поста. Многие языческие праздники сливались с христианскими, сохраняя при этом свое языческое содержание. По определению известного историка Б. Д. Грекова это был процесс «обрусения» христианства, в результате которого сложилась одна синкретическая вера с системой праздников, обрядов и мировоззренческих образов [3, c.326]. Но именно эта вера, соединившая в себе христианство, язычество и русский характер в трагический период татаро-монгольского нашествия являлась символом Земли Русской. Так, в «Слове о погибели Русской Земли после смерти Великого князя Ярослава» говорится: «Всем ты преисполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская!» [16] «Слово» было написано автором южнорусского происхождения в северо-восточной Руси в период с 1238 по 1246 г. Описание в «Слове» величия и могущества Русской земли предшествовало не сохранившемуся рассказу о нашествии Батыя и представляло собой предисловие к Житию Александра Невского [2, c.156–157].

По мнению многих исследователей «Житие Александра Невского» было составлено в 80-е годы XIII века митрополитом Киевским и Владимирским Кириллом или книжником из его окружения [8, c.36–56]. В описании двух важнейших для судеб Руси событий — разгрома шведов в Невской битве (1240) и Ледовом Побоище (1242), образ Александра Невского представлял сочетание воинской доблести и постоянной обращенности к Богу. Победы русских войск на Неве и Чудском озере в самое тяжелое время татарского ига знаменовали собой решительный перелом в борьбе с вражеской волной с Запада. Если татары беспощадно грабили, убивали и облагали поборами, но не стремились искоренить православие, то враги с запада старались уничтожить внутреннюю духовную силу русского народа, угрожали национальным основам жизни.

В понимании русичей христианская вера обозначала весь комплекс национальных духовных ценностей, а зачастую понятие «христианская вера» было созвучно понятию Родины. Ей противопоставлялось все злое и враждебное, принесенное на Русь врагами, все то, что было названо русичами «поганым» (от латинского слова паганус — язычник). Как уже говорилось ранее, большинство русичей XIII века во многом еще были язычниками, но при столкновении с врагом — «нехристем» осознавали себя истинными христианами, приверженцами единственно истинной религии. Поэтому, в период татаро-монгольского нашествия в сознании русских людей понятие «христианская вера» было неразрывно связано с патриотизмом. Христианская идея мученичества за Веру также нашла свое отражение в сознании древних русичей. Герои, погибшие в борьбе с врагом, а особенно погибшие «за веру», считались не только истинными патриотами, но и возводились в ранг святых. Ярким примером тому служит легенда об убиении в орде князя Михаила Черниговского и его воеводы Феодора. В 1246 году черниговский князь Михаил Всеволодович вместе со своим боярином Феодором приехал в Орду, скорее всего, для получения ярлыка на Черниговское княжество и был убит по приказу хана [13, c.108–141]. В этом произведении показано мужество и твердая христианская вера князя Михаила и воеводы Феодора, отказавшихся выполнить языческий обряд и пострадавших за Христа [15].

Среди мучеников, пострадавших за веру, следует упомянуть также ростовского князя Василька Константиновича, убитого татарами в 1238 году. Автор Лаврентьевской летописи изобразил его как храброго воина, мудрого и доброго правителя и истинного приверженца православной веры: «Крепко любил Василек слуг своих, мужество и ум в нем жили, правда и истина с ним ходили. Был он сведущ во всем и искусен, и княжил он мудро на отцовском и дедовском столе» [6]. Не желая воевать на стороне врага и отречься от христианской веры, он погиб с молитвой на устах.

Описывая гибель князей, священнослужителей и простого народа, изображая страшные картины разорения русской земли, летописцы и книжники XIII в. стремились показать силу духа и мужество русских людей, остающихся верными Родине. Враг поразил Русь лишь внешне, а русский дух остался несломленным. В этом был залог будущей победы и возрождения Святой Руси.

Влияние христианства на процесс формирования и развития духовной культуры Руси невозможно рассматривать без изучения Византийской культуры. Русь приняла от Византии не только религию, но и основы философии и многих других наук. С принятием христианства на Русь из Византии стали приходить произведения искусства. На Руси трудились знаменитые византийские художники, архитекторы, иконописцы. Переводились византийские богослужебные книги, а также труды византийских мыслителей. Творения Иоанна Златоуста, Григория Богослова, Василия Великого и многих других византийских философов, богословов и ученых переводились на славянский язык и воспринимались на Руси как часть национальной культуры. Воззрения византийских мыслителей, основанные на идеях христианства, открывали русским людям всю сферу христианской духовности и служили для русских авторов ценным источником для написания своих произведений. Примером тому являются произведения монаха Киево-Печерской лавры Серапиона. Его «Слова» и «Поучения», основанные на Библии и творениях византийских философов, были очень почитаемы на Руси. Сведений о жизни Серапиона очень мало. Известно, что в 1274 году он был переведен во Владимир и поставлен там епископом Владимирским, Суздальским и Нижегородским. Умер 12 июля 1275 года и был похоронен в Успенском соборе Владимира.

Серапион обладал ярким ораторским талантом. Его произведения отличаются высокой нравственностью и патриотизмом. Он обличал жителей Древней Руси за то, что те не вняли словам Евангелия и поучениям Святителей: «Не послушали мы Евангелия, не послушали мы Апостола, не послушали сказания пророков, не послушали святителей великих, назову: Василия и Григория Богослова, Иоанна Златоуста и прочих святителей святых, которыми вера утверждена была» [14]. Серапион говорил о нашествии как о наказании за грехи и нарушении христианских заповедей: «…пришел на нас немилостивый народ, как наслал его Бог; и землю нашу опустошили, и города наши полонили, и церкви святые разорили…» [14]. С горечью писал Серапион о нравственном оскудении русских людей, о том, что «…зависть умножилась, злоба нас держит в покорстве, тщеславие разум наш вознесло, к ближним ненависть вселилась в наши сердца, ненасытная жадность поработила, не дала нам оказывать милость сиротам, не дала познать природу людей — но как звери жаждут насытить плоть, так и мы жаждем и стремимся всех погубить, а горестное их имущество и кровавое к своему присоединить; звери, поев, насыщаются, мы же насытиться не можем: того добыв, другого желаем!» [14] Серапион обличал русских людей в том, что даже в такие тяжелые для Руси годы, они не смогли изменить «своих мерзких привычек» и, считая себя православными, «правду отринули, любви не имеете, зависть и лесть процветают в вас, и вознесся ваш разум» [14]. Серапион видел спасение Руси только в покаянии и нравственном совершенствовании русского народа: «Лучше, братья, отстанем от злого, прекратим все злодеянья: разбой, грабежи, пьянство, прелюбодейство, скряжничество, ростовщичество, обиды, воровство, лжесвидетельство, гнев и ярость, злопамятство, ложь, клевету» [14]. Серапион считал, что высшая божественная заповедь, заповедь любви является основой человеческой праведности. Тема нравственного совершенства, раскаяния, борьбы с грехами, исполнения заповедей встречалась у многих книжников и проповедников XIII века. Они видели в этом залог будущего освобождения от татаро-монгольского ига.

Не уставая обличать пороки, русские летописцы и книжники понимали, что в длительный период испытаний русскому человеку необходим был образ героя, достойный подражания. Таковым должен был стать конкретный человек, современник той эпохи, который воплотил бы в себе христианские добродетели, мужество и силу, т. е. являлся бы главным носителем духовных и нравственных ценностей. Таковыми изобразили летописцы рязанских князей, которые первыми вступили в неравный бой с врагами и мужественно испили «смертную чашу». Таким изображался в волынской летописи князь Владимир Василькович, который правил северо-западной частью Волыни в 1269–1288гг. Очевидно, именно при его дворе была написана последняя часть Галицко-Волынской летописи. Владимир Василькович был мудр и начитан. Он отличался многими добродетелями: добротою, мужеством, воздержанностью, любовью к ближним. Владимир Василькович заботился о вотчине и возводил новые города. Он построил Благовещенскую церковь в Каменце, церковь в Бельске, Георгиевский храм в Любомле и Петровский храм в Берестье.

Не менее значимым, чем образ князя-героя, был образ духовного пастыря, ведшего аскетический образ жизни. Принятие христианства и появление монастырей способствовало появлению на Руси подвижников-аскетов. В тяжелое время татарского нашествия аскетизм обозначал не только отказ от мирских благ. Подвижники-аскеты были воплощением твердости духа, стойкости, мужества, мудрости. Они готовы были морально поддержать человека в трудную минуту его жизни, наставить его на путь истинный, вселить в него веру. Священное писание являлось для них источником примеров для подражания добрым делам. Наряду с изображением героев-князей, духовная культура Руси обогащалась произведениями, посвященными жизнеописанию подвижников–аскетов. Таковым является «Житие Авраамия Смоленского», написанное в первой половине XIII века учеником Авраамия, Ефремом.

Преподобный Авраамий Смоленский родился в 1172 году в Смоленске. С самых ранних лет он имел склонность к посту и молитве, стремился к уединенной и благочестивой жизни. Вскоре после смерти своих родителей Авраамий поступил иноком в обитель Богоматери, находившуюся в шести верстах от Смоленска, на месте, называвшемся «Селище». Он ревностно исполнял все подвиги послушания, проводил время в посте и молитве. Авраамий был образованнейшим человеком того времени. Он изучал Священное Писание, жития и поучения св. подвижников, сочинения Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина, жития византийских и русских святых: Антония, Саввы, Златоуста, Феодосия Печерского. Он усердно занимался переписыванием и собиранием книг, черпая из них духовное богатство не только для себя, но и для тех, кто искал у него совета. В 1198 году Авраамий был посвящен в сан просвитера. «Когда он облачался в одежды священника, был он образ и подобие Василия Великого» [4], на которого походил не только внешне, но и по образу жизни и мыслей. Авраамий был искусным проповедником, и многие люди приходили к нему за наставлениями. Авраамий написал также две иконы на темы, которые более всего занимали его: на одной изобразил Страшный суд, а на другой — истязания на мытарствах. Скончался преподобный Авраамий до 1224 года, прожив в иночестве 50 лет. Необходимо отметить, что в «Житии Авраамия» ярко отображается умственная и культурная жизнь Смоленска на рубеже XII и XIII вв., о которой ничего не сказано в летописях. Страшное монголо-татарское нашествие не только не заглушило памяти преподобного Авраамия Смоленского, но напомнило людям его призыв к покаянию и памятованию Страшного суда.

Образы духовных пастырей, а также героев-князей воплощали в себе духовный потенциал русского народа, помогали выжить и победить. Сохраняя в народном сознании память об этих людях, русские летописцы и книжники тем самым поддерживали в русичах стремление подражать им и укрепляли надежду на появление новых героев и духовных деятелей, каковыми впоследствии стали Дмитрий Донской, Сергий Радонежский, Стефан Пермский и многие другие.

В трудное время испытаний христианское мировоззрение, ставшее прочной основой духовной культуры средневековой Руси, позволило не только сохранить, но и приумножить накопленный культурно-творческий потенциал, обогатить его новыми яркими произведениями, отвечающими насущным проблемам того времени.

В XIII веке, как и в первые два века по принятии христианства, на Руси не было систематического изучения богословия и философии. Но, все же, эти формы духовной культуры существовали на Руси даже в тяжелый период татаро-монгольского нашествия. Доказательством является то, что не только простые заповеди, но и сложнейшие богословские догматы христианства были восприняты, переосмыслены на русской почве и очень точно отражены русскими летописцами, книжниками и проповедниками XIII века в летописях, «Словах», «Поучениях» и проповедях.

Христианский оптимизм явился основой русского патриотизма. Русские люди сражались не просто за свою землю, но и за высокие духовные идеалы, за торжество православной веры, которая для русского человека обозначала весь комплекс жизненно важных ценностей. Как свидетельствуют летописные источники, «положить головы свои» за Русскую землю и веру христианскую было высокой честью для всех русских воинов, что является показателем активного развития духовного мира человека Древней Руси.

Литература:

1.         Башкиров Д. Л. Шпаковский И. И. Лекции по истории литературы Древней Руси. Минск: БГУ, 2008. 423 с.

2.         Бегунов Ю. К. Памятник русской литературы XIII века «Слово о погибели Русской земли». М.-Л.: Наука, 1965. 232 с.

3.         Греков Б. Д. Киевская Русь. М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1944. 347 с.

4.         Житие Авраамия Смоленского. Подготовка текста, перевод и комментарии ДМ. Буланина: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 5: XIII век. 527 с. URL: http://www.pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4949. (дата обращения 15.08.2013).

5.         Жуков В. И. Российское образование: истоки, традиции, проблемы. М.: Изд-во МГСУ «Союз», 2001. 843 с.

6.         Летописные повести о монголо-татарском нашествии. Подготовка текста, перевод и комментарии Д. МБуланина: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 5: XIII век. 527 с. URL: http://pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4954. (дата обращения 15.08.2013).

7.         Лихачев Д. С. Величие Древней литературы: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 1: XI–XII века. 543 с. URL: http://lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4864 (дата обращения 05.08.2013).

8.         Лихачев Д. С. Галицкая литературная традиция в житии Александра Невского: Труды Отдела древнерусской литературы / Академия наук СССР. Институт литературы (Пушкинский Дом). Ред. В. П. Адрианова-Перетц. М.-Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1947. Т. 5. 309 с.

9.         Лихачев Д. С. Литература трагического века в истории России: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 5: XIII век. 527 с. URL: http://pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4881 (дата обращения 20.08.2013).

10.     Митрополит Бишкекский и Среднеазиатский Владимир Земля потомков Патриарха Тюрка Духовное наследие Киргизии и христианские аспекты этого наследия. М: Московская Патриархия, 2002. 352 с.

11.     Повесть о битве на Липице. Подготовка текста, перевод и комментарии Я. С. Лурье: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 5: XIII век. 527 с. URL: http://lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4951(дата обращения 18.08.2013).

12.     Рассказ о преступлении рязанских князей Подготовка, перевод и комментарии Д. С. Лихачева: [Электронный ресурс]//Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997. Т. 5: XIII век. 527 с. URL: http://lib.pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4952 (дата обращения 17.08.2013).

13.     Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. М., 1915. 512 с.

14.     Слова и поучения Серапиона Владимирского. Подготовка текста, перевод и комментарии ВВ. Колесова: [Электронный ресурс]// Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы Древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997.Т.5: XIIIвек.527с. URL: http://pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4963 (дата обращения 15.08.2013).

15.     Слово о новосвятых мучениках Михаиле, князе русском, и Феодоре, первом воеводе в княжестве его. Сложено вкратце на похвалу этим святым отцом Андреем. Подготовка текста, перевод и комментарии ЛА. Дмитриева: [Электронный ресурс]// Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997.Т.5: XIIIвек.527с. URL:http://pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4957(дата обращения 17.08. 2013).

16.     Слово о погибели Русской Земли после смерти Великого князя Ярослава. Подготовка текста, перевод и комментарии ЛА. Дмитриева: [Электронный ресурс]// Электронные публикации Института русской литературы РАН. Библиотека литературы древней Руси. РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачева, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. СПб: Наука, 1997.Т.5: XIIIвек. 527с. URL: http://www.pushkinskijdom.ru/Default.aspx≤tabid=4953(дата обращения 15.08.2013).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle