Библиографическое описание:

Афанасьева А. Н. Предпосылки формирования и развития оптимизма личности // Молодой ученый. — 2013. — №9. — С. 341-344.

В статье анализируются исследования предпосылок формирования и развития оптимизма личности в зарубежной и отечественной психологии. Выделено три основные группы факторов: биологические, психологические и социально-культурные факторы. Раскрыта степень вклада каждого из факторов в развитие оптимизма личности.

Ключевые слова: оптимизм, пессимизм, стиль объяснения успехов и неудач, модели атрибутивного стиля, ожидания относительно будущего, неблагоприятные события и кризисы жизни.

Такие современные негативных тенденций общественного развития в России, как криминализация, безработица, люмпенизация, в целом низкий уровень жизни и социальной защищенности населения, делают проблему оптимизма и пессимизма личности особенно актуальной для психологии.

В современной зарубежной литературе можно выделить два основных подхода к изучению оптимизма и пессимизма: исследование диспозиционного оптимизма (Ч. Карвер, М. Шейер и др.) и исследование оптимизма как атрибутивного стиля (М. Селигман, К.Петерсон и др.). Подходы имеют близкие теоретико-методологические основания, и могут рассматриваться в рамках позитивной психологии как родственные и взаимодополняющие направления [5].

Согласно концепции М. Шайера и Ч. Карвера оптимизм — это, в целом, ожидание хороших результатов при столкновении с проблемами в важных для человека сферах жизни. Оптимизм позволяет индивидууму активизироваться и приложить усилия, чтобы достичь поставленной цели в период столкновения с препятствиями и трудностями. Пессимизм определяется как вера или ожидание, что события сложатся не так, как человеку хотелось бы. В целом, люди с оптимистической направленностью предполагают, что все сложится в их пользу, в то время как пессимисты полагают, что вероятность того, что с ними могут произойти негативные события больше [там же].

Американский психолог М. Селигман говорит не просто об оптимизме/пессимизме как позитивных или негативных ожиданиях человека от мира, ситуаций, будущего, но пытается выявить их причины. Он предположил, что в основе оптимизма лежит определенный стиль объяснения причин различных событий, привычку мыслить, приобретенную человеком в раннем детстве. М. Селигман отмечает, что личностный оптимизм/пессимизм отражается в оценке субъектом своих успехов и неудач. Он выделил три параметра этой оценки: 1) представление о постоянстве или временности успехов и неудач, 2) представление об их ситуативности или всеобщности, 3) приписывание их себе или окружению (персонализация). Человек с выраженной пессимистичной установкой рассматривает неудачи как типичное явление, не ограниченное ни данным конкретным моментом (постоянство), ни данной конкретной ситуацией (всеобщность), в котором есть его личная вина и участие. В то же время положительные события он объясняет воздействием сиюминутных факторов (временность), действующих только в данной конкретной ситуации (ситуативность) и обусловленных внешними обстоятельствами [1].

В западной психологии с начала 80-х годов проведено множество исследований стиля атрибуции, которые показали, что негативный стиль атрибуции положительно связан с чувством одиночества, депрессией, низкой самооценкой и отрицательными показателями физического здоровья. В исследованиях М. Селигмана и его коллег подтверждено наличие связи между пессимистическим обьяснительным стилем и вероятностью болезни после стрессогенного события [там же]. Все это подтверждает значимость оптимизма для психологического благополучия личности и необходимость развития этого свойства мыслить определенным образом у личности.

Для решения практических задач формирования и развития оптимизма личности важно исследовать источники и факторы, обуславливающие формирование данной характеристики личности.

Отечественный исследователь оптимизма личности О. А. Сычев на основе анализа результатов исследований предпосылок и факторов развития оптимизма объединил их все в несколько основных групп [5]:

1)      биологические факторы;

2)      психологические и социально-психологические факторы;

3)      социальные и культурные факторы.

Множественные данные разнообразных исследований показывают достаточно большое значение биологических факторов. Например, Л. Тайгер считал оптимизм эволюционным приобретением человека, обеспечивающим высокую активность, направленную на поиск их необходимых в сложившейся ситуации ресурсов. Этот автор говорит о существовании множества нейрохимических веществ (например, серотонин, гармоны — эндорфины), связанных с такими близкими психологическими явлениями, как надежда и оптимизм. Психофизиологические исследования показывают, что оптимизм и пессимизм могут быть связаны с функциональной асимметрией полушарий головного мозга. Известно, что подавление активности правого полушария на интеллектуальном уровне индивида не отражается, но влияет на изменения в эмоциональной сфере: человека охватывает эйфория, он возбужден, весел, говорлив, его реакции преимущественно импульсивны. При этом наличие значительного возбуждения в переднелобных отделах коры левого полушария также вызывает позитивные эмоции, а подавление активности этого полушария приводит к возникновению различных депрессивных мыслей и негативных переживаний [там же].

Существуют также данные и о взаимосвязи оптимизма с темпераментом человека. Но, однако, полученные данные не позволяют делать однозначных выводов, например, о том, что меланхолики не могут быть оптимистами. Исследования близнецовым методом также доказали, что оптимизм в значительной мере детерминирован генетическими факторами. Оптимизм, безусловно, не сводится к характеристикам темперамента [5].

Психологические факторы также могут быть связаны с развитием оптимизма или пессимизма у личности. В исследованиях выявлены связи между диспозиционным оптимизмом и такими факторами как избирательность внимания и поведенческая «гибкость». Исследователи, придерживающиеся психодинамического направления, полагают, что основным критерием пессимизма и оптимизма является степень вовлеченности в окружающий мир, что сближает эти понятия с экстраверсией и интроверсией К. Юнга. П. Юсупов, например, полагает, что для пессимиста, как и для интроверта, характерна некоторая удаленность от реальных жизненных событий, объектов, ему свойственно размышление, созерцание, дистанцирование от мира, в то время как оптимист же включен в окружающую реальную действительность, поэтому ему часто не хватает времени на обдумывание и осознание жизненных ситуаций или глобальных вопросов [там же].

По мнению М. Шейера и Ч. Карвера, пессимистические ожидания могут быть вызваны тем, что человек имеет нереалистично высокие притязания, запросы, требования и мечты. Такие люди, стремясь к высокому совершенству и идеалу, часто не достигают их и испытывают разочарования и сомнения относительно будущих событий своей жизни. В этих случаях на первый план выступает необходимость научиться постановке реалистичных жизненных целей и принятию некоторых вещей такими, каковы они есть, независимыми от человека, не пытаясь их изменить [там же].

В рамках того же психодинамического направления авторы указываю как один из социально-психологических факторов формирования оптимизма влияние раннего детского опыта общения ребенка со значимыми другими. Например, по Э. Эриксону, дети, получившие позитивный опыт взаимодействия с предсказуемым социальным окружением, вырабатывают чувство «базового доверия», в то время как дети не получившие такого опыта испытывают «базовое недоверие» к окружающему их миру и людям. Таким образом, можно предположить, что оптимизм или пессимизм могут быть обусловлены обобщенными ожиданиями относительно поведения других людей [6].

Социально-психологическим факторам придает решающее значение в становлении оптимистического или пессимистического стиля объяснения американский позитивный психолог М. Селигман. По его мнению, «Стиль объяснения формируется в детстве, причем сформировавшийся тогда оптимизм или пессимизм закладывается в основу его будущей личности. Новые неудачи или победы фильтруются через него, и он становится, наконец, укоренившейся привычкой мышления» [8, с. 184].

Селигман и его коллеги провели ряд исследований источников стиля объяснения у детей. В качестве основных факторов, обуславливающих развитие оптимистического атрибутивного стиля, были выделены: модели атрибутивного стиля у родителей, критика со стороны взрослых (родителей и учителей) и неблагоприятные события и кризисы в жизни ребенка [1], [4].

В исследовании М. Селигмана и его коллег было выявлено, что стиль объяснения ребенка обнаруживает значительную положительную связь со стилем объяснения матери, независимо от пола ребенка. Авторы объясняют это тем, что большую часть времени ребенок проводит именно с матерью и имеют больше возможностей учиться у них объяснению разного рода событий — внешних и внутренних. Неслучайно вопрос «Почему≤» — один из первых и наиболее повторяемых. Выслушивая причины, о которых говорит ему мать, ребенок усваивает, являются ли причины её неудач постоянными или временными, конкретными или универсальными, её ошибкой или чьей-то еще [1].

Ребенок получает от матери не только интерпретацию причин событий её жизни, но и интерпретацию ею причин событий его жизни, жизни ребенка. Поэтому следующим важным для формирования атрибутивного стиля фактором выступает критика со стороны взрослых. Ребенок формирует свой стиль объяснения, опираясь на характер обратной связи, получаемой от воспитывающих его взрослых. Опираясь на то, как они объясняют причины успехов и неудач, происходящих в жизни ребенка. Родители, таким образом, могут с раннего детства вносить весомый и постоянный вклад в формирование пессимистического атрибутивного стиля ребенка, объясняя большинство его ошибок постоянными чертами характера и недостатком способностей. Такие объяснения неудач ребенка носят постоянный и широкий характер, формируя, таким образом, пессимистический стиль мышления («Ты слаб в математике», «Ты никогда не проверяешь свою работу»). Более эффективными являются объяснения неудач, носящие временный и конкретный характер («Ты сегодня недостаточно старался», «Последнее время ты невнимателен») [там же].

Частично подтверждают предположение о значительном влиянии атрибутивного стиля родителей на атрибутивный стиль детей результаты исследований Т. Л. Крюковой [3]. На выборке российских старшеклассников и их родителей были получены достоверные связи оптимистического объяснительного стиля родителей с оптимизмом и самоэффективностью их детей, а также с выбором детьми относительно эффективных копинг-стратегий. По мнению данного автора, эти факты доказывают, что развитие оптимистических ожиданий личности связано с позитивными установками их родителей [3].

Важную роль в формировании оптимизма и пессимизма может играть не только прошлый опыт общения человека со значимыми другими, но и текущиев заимоотношения человека с окружающими людьми. Оптимисты характеризуются более широкими социальными контактами, от которых они получают большее эмоциональное удовлетворение. Чаще всего это факт можно рассматривают как следствие оптимизма, но он же является и одной из его вероятных причин.

Следующим важным фактором формирования оптимизма, по мнению, М. Селигмана и его последователей, является характер критики взрослых по отношению к ребенку. В его исследованиях доказано, что характер критики взрослого отражается на характере самокритики ребенка. Дети, неудачи которых взрослые объясняли тем, что они недостаточно хорошо соображают, сами впоследствии в случае неудачи отзывались о себе, как о недостаточно умных людях [1].

Третий важный источник развития пессимистического стиля объяснения — это кризисы в жизни ребенка. Если в раннем детстве ребенка постигали значительные реальные потери и травмы, такие, как потеря матери, которые носят постоянный и затрагивающий все сферы жизни характер, у него вырабатывается теория, что он не в силах изменить плохие события. Напротив, если ребенок наблюдает, как его семье удается найти решение каких-либо серьезных проблем, анпример, финансовых, то он усваивает более оптимистические установки [там же].

Рассматривая социальные факторы развития оптимизма, можно предположить, что у людей, живущих в благоприятной политической и социально-экономической среде, более развито оптимистическое отношение к жизни. Однако, следует помнить о том, что оптимизм и пессимизм представляют собой ожидания относительно будущее, а не удовлетворенность настоящим. В исследованиях показано, что благоприятная социально-экономическая среда может способствовать большей субъективной удовлетворенности и счастью в настоящий момент, в то время как отношение к будущему с ней вряд ли имеет однозначную связь. Поэтому, неудивительно, что жители относительно неблагополучных стран или регионов могут демонстрировать больший оптимизм при меньшей удовлетворенности жизнью, чем счастливые европейцы и американцы [5].

Вместе с тем, как бы не рассматривались истоки оптимизма, как биологические факторы или как социально-психологические или социокультурные влияния — в любом случае он выступает как относительно стабильный, постоянный личностный конструкт [2]. Очень важным для психологической практики является почти общепризнанный среди зарубежных психологов тезис о том, что пессимизм может быть преодолен, а оптимизм может быть усилен путем специальных психологических техник с опорой на предпосылки и факторы, обуславливающие его формирование и развитие.

Литература:

1.         Гордеева, Т. О., Осин, Е. Н., Шевяхова В. Ю. Диагностика оптимизма как стиля объяснения успехов и неудач. Опросник СТОУН [Текст] / Т. О. Гордеева,  Е. Н. Осин, В. Ю. Шевяхова. - М.: «Смысл», 2009. – 220c.

2.         Замышляева М.С. Оптимизм и пессимизм в совладеющем поведении в юношеском возрасте [Текст]: дис. …канд.психол. наук. / М.С. Замышляева. - М, 2005. – 234c.

3.         Крюкова, Т.Л. Оптимизм/пессимизм в совладающем поведении субъекта: межпоколенческий аспект [Текст] / Т.Л. Крюкова // Психологическое исследование: теория, методология, практика: Сборник материалов II Сибирского психологического форума. 30 ноября – 1 декабря 2007 г. – Томск: Томский государственный университет, 2007. – С. 236-242.

4.         Селигман, М. Новая позитивная психология. Научный взгляд на счастье и смысл жизни [Текст] / М. Селигман.  - М.: София, 2006. - 340c.

5.         Сычёв О.А. Психология оптимизма: учебно-методическое пособие к спецкурсу [Текст] / О.А. Сычёв. - Бийск: БПГУ им. В. М. Шукшина, 2008. – 120c.

6.         Эриксон Э.Г. Детство и общество  [Текст] / Э.Г. Эриксон.  - СПб.: ООО «Речь», 2000. – 320c.

7.         Юсупов, П. Связь пессимистического и оптимистического мироощущения с процессом индивидуализации [Электронный ресурс] / П. Юсупов // Режим доступа http://www.follow.ru/article/221

8.         Seligman, M. Depressive attributional style [Text] / M.E.P. Seligman, L.Y. Abramson, A. Semmel, C. von Baeyer // Journal of Abnormal Psychology.- 1979. - Vol. 88. – P. 242-247.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle