Библиографическое описание:

Греку В. П. Зарубежный опыт некоторых государств по применению мер безопасности к душевнобольным и иным лицам, совершившим преступное деяние // Молодой ученый. — 2013. — №8. — С. 285-290.

Необходимо сразу оговориться, что в большинстве рассматриваемых стран нет такого понятия как принудительные меры медицинского характера. Чаще там используется определение мер безопасности, что гораздо шире по своему охвату, чем ПММХ. Меры безопасности применяются не только к лицам, совершившим преступления в состоянии болезненной психики, но и к алкоголикам, наркоманам, и, к примеру, лицам, издевающимся над беспомощным, престарелым, несовершеннолетним. Меры безопасности не ограничивают разновидность принудительных медицинских мер в отношении любого проявления «нападения на общественный порядок». Это повышенные и дополнительные сроки для «упорных» (привычных) преступников, тех, кого в российском кодексе называют рецидивистами. Это и опьянение в качестве обстоятельства, усиливающего ответственность, это «жёсткие» сроки наказания, без альтернативы, то, что раньше называлось абсолютно-определённой санкцией (в них заложена антикоррупционная составляющая). Можно к этим мерам причислить сниженный возраст, по сравнению с нашим законодательством по привлечению к уголовной ответственности. И, наконец, что касается психически больных лиц – не всякое наличие заболевания, создаёт основу для «ухода от ответственности». В странах, где по судебному решению направляют на лечение, обычно действует правило, помещаемое лицо в психиатрическое учреждение, в том случае, когда оно признано невменяемым, не может находиться больше, чем оно бы получило при наказании в виде лишения свободы за данное правонарушение.

Говоря о либерализации уголовного законодательства, зачастую, СМИ ссылаются на «демократический Запад». Анализ нескольких институтов зарубежного уголовного законодательства, по-другому, позволяет взглянуть на процесс либерализации в Российской Федерации.

В Англии при решении вопроса об уголовной ответственности физического лица и определении субъекта преступления, рассматривается вопрос вменяемости, которая зависит от возраста лица, его психического заболевания и опьянения.

Уголовная ответственность наступает по некоторым преступлениям с 10 лет, при наличии у такого ребёнка «злонамеренности», т.е. понимания ребёнка неправильности своего поведения mens rea (осознанная преднамеренность правонарушителя – субъективная черта) и наличии actus reus (виновное действие – объективная характеристика).

Что касается душевнобольных, то в английском законодательстве различают две разновидности психически больных:

-         «лица, которые не понимают запреты уголовного права, и поэтому применения к ним наказания, оказалось бы чрезмерно жестокой мерой;

-        лица, страдающие душевной болезнью, но сдерживающие болезнь при виде полисмена»[5, c.20].

В качестве прецедента,  который демонстрирует наличие возможности отличать «дурной поступок от хорошего» выбран случай с Даниэлем Мак-Нотеном, который будучи психически нездоровым человеком, страдающим манией преследования, совершил убийство с «ошибкой в объекте», застрелив не премьер-министра Англии, а другого чиновника Эдварда Драммонда. В связи с этим были выработаны Правила, которые гласят:

-          каждый человек считается психически здоровым, пока присяжными не будет доказано обратное;

-          при освобождении от ответственности необходимо, что лицо не понимало, что оно делает или не умело распознать противоправность производящих действий и их последствий. Если, лицо понимало, что в конкретном случае нарушает закон, то оно подлежало уголовной ответственности;

-          если разум лица обладает выборностью - частичным сознанием, то следует разбирать его поступок, как если бы он произошёл на самом деле, и исходя из его представления о совершенном, выносить наказание (например, лицо действовало «в состоянии необходимой обороны»).

Английские юристы допускают, что у лица может отличаться восприятие реальности, вследствие этого быть искажённое представление о действительности.

Учитывая, что в подобных случаях, виновного ждёт наказание, либо, если лицо освобождается от ответственности, то сроки лечения, практически пожизненные, «желающих» сослаться на своё психическое расстройство не очень много. Многие считают лучше получить наказание, чем быть интернированным на неопределённый срок в лечебницу для психически больных преступников.

Больше прельщает в таком законодательстве ссылка на «уменьшенную ответственность», если виновный в убийстве, например, страдает тяжкой аномалией сознания «независимо от того вызвано ли оно отставанием в развитии, развитием врождённой причины, вызванной повреждением либо заболеванием головного мозга» [5, c.21]. Такое положения лица, уменьшает ответственность и позволяет переквалифицировать тяжкое общественно опасное деяние на менее тяжкое, либо служит смягчающим обстоятельством.

Что касается опьянения, то в английском законодательстве к любому виду (алкогольное, наркотическое, другое) относятся как к обстоятельству отягчающем вину. Правда, стоит отметить, что разделяя его на добровольное и недобровольное опьянение, строже обстоит дело с добровольным опьянением, когда виновный добровольно употребляет спиртное (то есть присутствует своя воля к действию) или другое вещество. Бремя доказывания недобровольного опьянения лежит на самом виновнике.

Говоря о мерах медицинского воздействия на душевнобольных, стоит отметить, что при совершении даже менее тяжких преступлений, чем убийство, они после лечения (или отбытия наказания), долго остаются «под присмотром местной полиции». Лица, «привычно» совершающие преступления, получают к своему «положенному» сроку, ещё от пяти до десяти лет. Особо строго стоит вопрос о половых или насильственных преступлениях, где неизменно применяются такие «продлённые приговоры». К лицам, злоупотребляющим алкоголем либо наркотиками, может быть применено «добровольное» лечение по приказу суда до трёх лет и содержание в специальном заведении для алкоголиков.

В Соединённых штатах Америки, применяются похожие меры. Как и в Англии, в США большинство штатов узаконили правила Мак-Нотена (Мак Нагтона), когда лицо не несёт уголовную ответственность, если не мог во время совершения преступного деяния правильно оценивать своё противоправное поведение и его последствия, или не понимал, что это поведение было неправильным, вследствие своей душевной болезни или неполноценности. Так же как и в Англии, бремя доказывания невменяемости лежит на защите. При вынесении вердикта присяжных о невменяемости лица, совершившего преступление, означает водворение лица, в медицинские помещения закрытого типа, практически немногим отличающиеся от помещений тюремного типа на неопределённый срок. Этим защита пользуется, только если виновному грозит пожизненный срок (и не один) либо смертная казнь, которая в США в большинстве штатов и на федеральном уровне применяется «при соблюдении строжайших норм правосудия». Причём посол Иэн Келли 23 апреля 2010 года в Вене заявил, что применение смертной казни в США не нарушает международных договоров (она не запрещена международным правом), и существует по воле демократично избранных правительств Штатов по воле народа США [6].

Говоря о процессе участия душевнобольного лица, привлекаемого к уголовному судопроизводству, можно определить, что в случаях, когда способность этого лица, совершившего преступное посягательство в невменяемом состоянии, принимать участие при разбирательстве в суде, где разбирается его дело, ставится под сомнение - этот вопрос решается следующим образом:

-          Если ни выполняющий уголовное преследование поверенный, ни его защитник не оспаривают выводы доклада квалифицированного психиатра (тот наблюдает в специализированной клиники подсудимого около шестидесяти дней), то суд принимает такое решение на основании доклада;

-          Если вывод защитой оспаривается, то суд назначает слушание по этому вопросу в судебном заседании;

-          Если после проведения такого слушания доклад устанавливается в качестве доказательства, то сторона, которая оспаривает выводы доклада, может вызвать и устроить перекрёстный допрос психиатров, поддержавших этот доклад, и представить свои доказательства по нему.

В случае, если суд примет решение о неспособности лица участвовать в судебном разбирательстве, то судебное преследование против него откладывается, (суд водворяет это лицо под охрану комиссара по вопросам психической гигиены в соответствующее учреждение) на время, пока существует такая необходимость.

В таком случае, суд может по собственной инициативе, либо по ходатайству указанного комиссара или производящего уголовное преследование поверенного (атторнея), принять решение о восстановлении способности лица, привлечённого к судебному разбирательству. Если же суд посчитает, что времени прошло много, и было бы несправедливо возобновлять против этого лица уголовное преследование, то он отклоняет обвинение и издаёт приказ об освобождении подсудимого от ответственности или содержании его в учреждении ведомства психической гигиены. К этому вопросу можно вернуться, когда лицо обжалует такое решение (ч.2-3, ст. 4.06 Примерного Кодекса) [7].

Меры безопасности, с большой эффективностью применяют «продлённые либо дополнительные сроки для защиты общества» лицам совершающие преступления неоднократно. Причём такого человека могут признать «опасным психически ненормальным, но всё же вменяемым» [5, c.135]. Практически признание лица психиатрической экспертизой таковым, определяет его на пожизненное заключение («до излечения дефектов»).

Говоря о химической «кастрации» педофилов, необходимо признать, что в США есть такой опыт, причём «добровольной кастрации». Выбирая этот метод «добровольно» альтернативно пожизненному или, например 99-летнему заключению, преступник знает, что избавится от приговора, только через десять лет при хорошем поведении. И не стоит говорить о том, что «такому преступнику можно сделать укол и более о нём не беспокоиться, это заблуждение. Препарат не поможет, если основная проблема – недостаток сознания и моральной ответственности». Это слова основателя клиники сексуальных расстройств при медицинском институте Джона Гопкинса в Балтиморе, одного из ведущих специалистов - Ф. Берлина [4].

Применяя химическую кастрацию, необходимо учитывать, что у неё есть побочные эффекты, и лица, которые не могут смириться с головной болью, повышенным кровяным давлением и так далее, вызываемыми еженедельными инъекциями, должны либо с этим смириться, либо возвратиться в тюрьму, либо согласиться на хирургическую операцию. Такое тоже возможно. Да, и в качестве реплики, что «такой метод лечения» разрешается судьям присуждать ко всем насильникам.

С 1994 года после трагического случая гибели семилетней девочки, в США приняты в 45 из 50-ти штатах акты получивших название «Закона Меган», по имени, погибшего ребёнка. В связи с этим, лица, совершившие ранее половые преступления, должны обязательно регистрироваться по месту жительства. Мало того, власти имеют право информировать жителей места, где поселился этот освобождённый из мест заключения насильник. Предусмотрена обязательная ежегодная перерегистрация этих лиц, на протяжении десяти лет. Естественно, американцы не обходятся без электронного «слежения» за такими лицами.

Касаясь наркоманов, необходимо отметить, что по Федеральному закону от 1966 года (8 октября) «О социальном восстановлении наркоманов» к ним применяется в виде меры безопасности изоляция от общества и принудительное лечение.

Очень стройно, и дотошно выверен Уголовный кодекс Франции. По статье 122-1, «не подлежит уголовной ответственности лицо, которое в момент совершения преступного деяния было подвержено психическому либо нервно-психическому расстройству, лишившему его способности сознавать или контролировать свои действия» [1, c.79]. Те же обстоятельства, при снижении способности осознавать либо контролировать свои действия, служат только смягчающими, при определении наказания. Это записано в Главе второй (книги I), - «обстоятельства ненаступления уголовной ответственности или её смягчения». В случае невменяемости или ненаступления возраста, необходимого для привлечения к уголовной ответственности (122-8 Кодекса), уголовное преследование прекращается. Применяются к этим категориям соответственно меры медицинского  или воспитательного характера. Суть этих мер безопасности – превенция, то есть «направлена на устранение некоего опасного состояния лица, совершившего преступное посягательство» [5, c.203]. Возраст привлечения к уголовной ответственности во Франции устанавливается специальным законом (122-8 Кодекса), с тринадцатилетнего возраста, хотя к такому лицу чаще устанавливаются «меры защиты, помощи, надзора и воспитания».

При рассмотрении Уголовного кодекса Франции, заслуживает внимания, приверженность к абсолютно-определённой санкции. По той же причине и меры безопасности во французском праве не могут быть с неопределённым сроком. Допускается впоследствии пересмотр решения суда, когда изменится «опасное состояние» лица. В случаях опасности для окружающих такие же меры могут быть применены к алкоголикам и наркоманам.

По немецкому уголовному законодательству, возраст уголовной ответственности наступает с четырнадцати лет.

Параграф 20 Кодекса ФРГ, регламентирует положение о невменяемости, вследствие расстройств психики. «Без вины действует тот, кто, совершая деяние, вследствие болезненного психического расстройства, глубокого расстройства сознания или слабоумия или другого тяжёлого психического отклонения не способен осознавать неправомерность деяния или действовать согласно этому осознанию» [10]. Предусматривается и уменьшенная вменяемость, в соответствие с которой наказание смягчается. Для лиц, совершивших преступление с психическим «дефектом», предусмотрены меры в виде мер исправления и безопасности (Глава 6, § 61):

-        «помещение в психиатрическую больницу;

-        помещение в учреждение изоляции для алкоголиков или наркоманов;

-        превентивное заключение;

-        установление надзора;

-        запрет на профессию».

Меры безопасности применяются в Германии не только тогда, когда лицо совершает преступное деяние, будучи не субъектом. К таким лицам могут быть применены превентивные меры. Так помещение в психиатрическую больницу может быть не только, когда «кто-либо совершил противоправное деяние в состоянии невменяемости или уменьшенной вменяемости», но и если суд придёт к выводу, что вследствие состояния лица, от него можно ожидать опасных для общества деяний (§ 63 Кодекса).

То же, может суд определить в отношении лиц, совершивших противоправное деяние после употребления спиртных либо иных средств (§ 64), поместив такого лица в помещение «учреждения изоляции».

В § 66 зафиксировано превентивное заключение для лиц, в основном уже совершавших противоправные деяния и склонны совершать их далее.

Запрет на профессию существует для тех, кто находится в невменяемом состоянии, либо не исключающим вменяемости, либо склонен к злоупотреблению профессией и уже совершал грубые нарушения, связанные с этим.

Согласно, Уголовного кодекса Италии субъектом преступления считается вменяемое лицо, достигшее четырнадцатилетнего возраста. Вменяемым считается лицо, «которое в момент совершения преступления имело способность сознавать и желать» (статья 85 УК). Соответственно, состояние, в котором лицо теряет способность сознавать и желать признается невменяемостью. В этой статье несколько категорий таких лиц:

-         «лица, страдающие психическими болезнями; 

-        лица, находящиеся в алкогольном или наркотическом опьянении по причине непредвиденного случая или непреодолимой силы;

-        глухонемые, которые в момент совершения преступного действия не могли сознавать и желать по причине болезни» [5, c.292].

Те лица, которые полностью в момент совершения преступления теряли возможность сознавать и желать, полностью освобождаются от уголовной ответственности (статья 88 УК). Но есть ещё уменьшенная вменяемость. Если «лицо в момент совершения преступного деяния находилось в психическом состоянии, которое не исключало, но существенно снижало способность сознавать и желать», то оно подлежит ответственности за указанное деяние (статья 89 УК). Выделенные итальянским Уголовным кодексом глухонемые если не подлежат ответственности за совершенное противоправное деяние в указанном состоянии, то подлежать применению мер безопасности. Как указано выше, невменяемыми признаются и лица, находящиеся в момент совершения противоправного деяния в состоянии опьянения, если они теряли «способность сознавать и желать». Если эта способность только ограничивалась, то положенное наказание снижается (статья 91 УК). Но это в случае, когда опьянение возникло в виду «непредвиденного случая или непреодолимой силы». При добровольном опьянении такое лицо не освобождалось от наказания и не смягчалось его ответственность. Когда будет доказано, что лицо преднамеренно ввело себя в состояние опьянения, чтобы совершить преступление, наказание усиливается (статья 92 УК). К лицам, употребившим наркотики, применяются те же правила. Причём меры безопасности могут быть применены не только к тем, кто совершил преступление, но кто совершил деяние, не предусмотренное уголовным Кодексом, но признаётся (включая и невменяемых лиц) потенциально опасным («при наличии вероятности совершения им новых деяний») [5, c.312].

И ещё хотелось бы отметить, что лица, признанные судом невменяемыми, либо оправданные ввиду хронического алкогольного либо наркотического опьянения, обязательно помещаются в специальное психиатрическое учреждение сроком не менее двух лет.

Возраст привлечения к уголовной ответственности в Израиле – двенадцать лет. Невменяемость определяется по «Закону об уголовном праве Израиля», как «душевная болезнь или дефект умственной деятельности, исключающие по существу понимать порочность совершаемого деяния или воздержаться от совершения такого деяния» [2, c.32] (статья 34 хет).

В отношении опьянения Закон говорит о том, что такое лицо не подлежит уголовной ответственности, если совершенное деяние было причинено «не его контролируемым поведением либо без его ведома». Если такое лицо совершило деяние при контролируемом поведении и с его ведома, то такое деяние рассматривается как совершенное с преступным замыслом, если состав преступления формальный, либо с безразличием, когда состав – материальный (статья 34 тет). В данных статьях Закона «состояние опьянения» считается, такое состояние, при котором лицо, принявшее алкоголь или наркотик, не понимает по существу, что он совершает порочное деяние, или не способен воздержаться от такого деяния. Статья 193 определяет, что «тот, кто будучи пьяным, буйно себя ведёт либо нарушает порядок в общественном месте, подлежит тюремному заключению на три месяца» [2, c.125]. Одна из глав Закона регламентирует направление на лечение лиц, употребляющих наркотики, при условии добровольного лечения не связанного с тюремным заключением, для этого издаётся судом приказ без наложения судимости. Суд перед каждым продлением срока лечения получает от служащего службы пробации рапорт о продвижении лечения (статья 85 Закона).

В Китайской Народной республике Уголовный кодекс устанавливает ответственность с шестнадцати лет, а за некоторые преступления – «убийства, умышленное причинение вреда, повлекшее тяжкое телесное повреждение или смерть человека, изнасилование, разбой, торговлю наркотиками, поджог, взрыв, отравление, должны привлекаться к уголовной ответственности» с четырнадцатилетнего возраста [9] (ст. 17 УК). «Лица, страдающие психическими расстройствами, не привлекаются за те вредные последствия, которые возникли в момент, когда они не могли себе отдавать отчёт в своих деяниях или руководить ими (ст. 18 УК). Естественно это такое состояние должно быть подтверждено экспертизой.

Обе категории лиц, должны находиться под контролем их семей, в случае необходимость эти лица из семьи изымаются и одни передаются на воспитание государству, другие на лечение.

Конечно, на правовые отношения в Китае (на уголовный кодекс, в частности) накладывает отпечаток традиционная культура. Жёсткий контроль за чиновничеством, даёт возможность поддерживать дисциплину всего народа. «Народ, наблюдающий суровость по отношению к правящим группам, более склонен к дисциплине, и наоборот, ничто так не развращает его, как снисхождение к проступкам власть имущих» [3]. Основополагающим началом китайского уголовного права является «политика сочетания наказания и великодушия».

Лица, совершившие преступление, страдающие душевными расстройствами, но не утратившими полностью контроль над собой, подвергаются уголовной ответственности, но со смягчающими обстоятельствами. Глухонемые или слепые преступники подлежат либо мягкому наказанию (ниже низшего предела), либо освобождению от ответственности вовсе.

Уголовный кодекс Китая не устанавливает нормы, регулирующие применение принудительные меры медицинского либо воспитательного характера. В статье 34 УПК Китайской Народной Республики, говорится об оказании юридической помощи через суд лицам «слепым, глухим, немым либо несовершеннолетним, в случае если у них до этого не было защитника.

Относительно психически больных лиц в Уголовно-процессуальном кодексе Китая в статье 48 зафиксировано, что «не может выступать в  качестве свидетеля лицо, которое в силу своих физиологических, душевных недостатков либо в силу малолетства не в состоянии различить правду от лжи, чётко выражать свои мысли» [8].

Если осматривать постсоветское пространство, то можно сказать, что уголовное право РСФСР в своё время наложило отпечаток на национальное законодательство ставших Независимыми Государствами, бывших союзных республик СССР, и ту основу понимания вменяемости  по возрасту и психическому здоровью, которая была заложена юристами Российской школы. Заложены те же принципы понимания права, преступления, его состава и характеристик элементов и признаков состава преступления.

В частности, разбирая принудительные меры медицинского характера, как основной инструмент защиты общества от психически больных людей, склонных в таком состоянии, совершать общественно опасные деяния УК Армении (Раздел 6 – статьи 97-102), УК Республики Беларусь (Раздел IV – статьи 100-107), УК Казахстана (Раздел 7 – статьи 88-95), УК Туркменистана (Раздел VI – статьи 94-100), УК Узбекистана (Глава 33 – статьи 181-194), УК Украины (раздел 14 – статьи 92-96) и кодексы других Независимых Государств, большое внимание уделяют основаниям применения ПММХ, их видам, а так же процессу назначения, изменения, продления и отмены этих принудительных мер. Практически здесь законодательство сильно не отличается от российского, но что касается лиц, к которым могут быть применены эти принудительные меры, то тут бывшие союзные республики не стали слепо копировать российское законодательство и убирать из списка лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией. Этим Независимые Государства подчёркивают, как много внимания уделяется превентивным мерам в отношении лиц, употребляющих алкогольные, наркотические или иные токсические вещества и создающих угрозу общественной безопасности, оскорбляющих общественную нравственность, и, если хотите, национальный авторитет.

Приведённый сравнительный анализ применения мер безопасности и принудительных мер медицинского характера, способен выявить одну очень важную деталь – весь круг вопросов, охваченный применяемыми мерами к лицам, с дефектами психики, либо с сопутствующими временными аномалиями, либо недоразвитостью по малолетству, все они тем или иным образом под вниманием закона и довольно похожи. Законодательство разных стран по-разному оформляет регулирование отношений, связанных с привлечением таких лиц к уголовной ответственности либо лечению, либо изоляции от общества. Однако, рассматриваемые национальные уголовные законодательства предусматривают в структуре законов схожие рычаги воздействия на потенциально опасных лиц через возбуждение процесса в судебной инстанции, освидетельствование в медицинском учреждении и тогда уже принимаемое решение может отличаться выработанными стандартами национального законодательства. Другое дело, что лица, привлекаемые таким образом к уголовному процессу должны обладать целым набором прав. Детализация их правового статуса позволяет «не выбрасывать» таких лиц из предварительного и судебного разбирательства, а делать из них участников процесса, поднимает авторитет правосудия.

Литература:

1.         Головко Л.В., Крылова Н.Е.  Уголовный кодекс Франции. СПб.: Юридический центр Пресс. – 2002. – С. 79.

2.         Закон об уголовном праве Израиля. Перевод судьи Марата Дорфмана. Изд. 2-е. СПб.: Нева - 2010. – С. 32.

3.         Имамов Э.З. История уголовного законодательства КНР. Традиции и современное право. Электронный ресурс. http://www.pravo.vuzlib.org/book_z551_page_3.html.

4.         Козочкин И.Д. Меры безопасности по уголовному праву США. Право и политика № 6. - 2000 http://library.by/portalus/modules/internationallaw/readme.php≤subaction=showfull&id=1095949750&archive=1254124015&start_from=&ucat=3&

5.         Козочкин И.Д. Уголовное право зарубежных стран. Общая часть. Учебное пособие. М.: Омега-Л, – 2003. – С. 20.

6.         Ответ Соединённых Штатов на запрос в отношении смертной казни в США. Выступление посла Келли в Вене. http://www.america.gov/st/usg-russian/2010/April/20100423101442eaifas0.7132532.html≤CP.rss=true.

7.         Примерный уголовный кодекс США. Сентябрь – 2011. Российский правовой портал – библиотека Пашкова. Электронный ресурс: http://constitutions.ru/archives/5849.

8.         Уголовно-процессуальный кодекс КНР. Законодательство Китая. Окно в Китай - Электронный ресурс. http://chinalawinfo.ru/procedural_law/law_criminal_procedure.

9.         Уголовный Кодекс Китайской Народной Республики. Декабрь – 2008. Российский правовой портал – Библиотека Пашкова. Электронный ресурс: http://constitutions.ru/archives/403.

10.     Уголовный кодекс ФРГ. Сентябрь – 2011. Российский правовой портал – библиотека Пашкова. Электронный ресурс: http://constitutions.ru/archives/5854.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle