Библиографическое описание:

Егорова А. Г. Средства массовой информации в современном политическом процессе: равноправные участники или безвольный инструмент? // Молодой ученый. — 2013. — №7. — С. 342-344.

Современный политический процесс — одна из сложнейших и в то же время интереснейших сфер научного исследования. Однако понимать, что сегодня происходит в государстве, обществе на самом деле, не обманываясь поверхностной, популяризируемой картинкой, видеть глубинные причины происходящего — привилегия не только специалиста-профессионала, но ума аналитического склада, каждого рефлексирующего человека.

Наиболее зримо политические процессы раскрываются с точки зрения участвующих в них субъектов и объектов. Картина проясняется, если выяснить: 1) кто обладает властью, 2) каким образом эти люди пришли к власти и 3) на какие объекты они направляют свои политические действия. В связи с этим при анализе того или иного политического процесса необходимо знать, какие субъекты и объекты в нем участвуют, их статус, цели, ресурсы и стратегию поведения. Именно поэтому взаимосвязям политического процесса и общества, политического процесса и СМИ уделено столь много внимания в научных исследованиях и публицистике.

При любой степени участия гражданского общества в политическом процессе СМИ являются главным посредником между властью и населением.

Средства массовой информации как социальный институт выступают для населения основным агентом производства и распространения массовой культуры; они стандартизируют и формируют однородную культуру, унифицируют мнения, политические ориентации. Соответственно для понимания целей и задач политического процесса крайне важно определить уровень субъектно-объектных отношений политиков и СМИ.

Средства массовой информации в России изначально возникли как инструмент государственной политики. Вспомним газету «Ведомости о военных и иных делах, достойных знания и памяти, случившихся в Московском государстве и иных окрестных странах», появившуюся в 1702 году по указу Петра I. Царь Всея Руси сам корректировал издание и сам же выбирал из голландских газет сведения для перевода в «Ведомости».

Эпоха сменяла эпоху, журналистика вслед за меняющейся государственной политикой поворачивалась то в сторону сельского хозяйства, то в сторону индустриализации. Вместе со средствами массовой информации, следуя государственному указующему персту, мы все ехали то жить в деревню, то строить БАМ. В 90-е годы XX века в результате внутриполитических распрей в нашей стране произошла катастрофа: с карты мира исчезла огромная страна, СССР — а вместе с ней и государственная политика раздробилась на политику отдельных групп. В итоге журналисты перестали получать единый госзаказ, и в медиа-пространстве наступил период разобщения интересов. Получив все возможные свободы выражения, но при этом с головой оказавшись в новой рыночной экономике, СМИ вынуждены были поступиться полученной было независимостью. Они стали инструментом в руках тех, кто обеспечивал их существование — отдельных политических групп и политиков, бизнес-формаций. Ряд СМИ все же сумели в условиях дикой конкуренции найти собственные способы прокормиться и тем самым получили статус независимых. Ведь именно с того времени журналистика приобретает имидж «четвертой власти». При отсутствии официальной цензуры такие СМИ могли высказывать собственную, объективную оценку происходящих в обществе и политике событий и процессов.

Отсутствие единого государственного информационного заказа в сфере медиа привело к такой многополярности мнений, что в умах граждан возникла полная неразбериха, поставившая общество на грань дестабилизации.

К чему мы пришли сегодня? Ситуация частично стабилизировалась с приходом к власти Владимира Путина: достаточно большая часть СМИ стала выразителями официальной точки зрения. Однако по-прежнему в медийном пространстве можно встретить как СМИ, выступающие инструментом или агентом (сотрудничество на договорной основе) других политических и бизнес-субъектов, так и средства массовой информации — равноправные участники политического процесса.

Другое дело, что последние сегодня встречаются крайне редко. Почему? Субъектом в политическом процессе, то есть равноправным его участником, отдельные СМИ могут стать при условии, во-первых, достаточно развитого гражданского общества и, во-вторых, при условии достаточной демократичности существующей власти. Однако еще Владимир Ульянов-Ленин сказал: «Государство — аппарат насилия меньшинства над большинством». Помимо того, независимость средства массовой информации должна подкрепляться значительными ресурсами, как финансовыми, так и административными. Как правило, сегодня такими ресурсами обладают медиа-холдинги, и здесь уже позиция конкретного СМИ зависит от позиции владельцев холдинга.

И все же, могут ли сегодня средства массовой информации влиять на политические процессы или нет, является ли медиа самостоятельным институтом общества или функция СМИ низведена до безвольного инструмента политических «игр».

В отечественном медиапространстве до сегодняшнего дня сохраняется установившаяся с начала 90-х годов XX века дифференциация по уровню участия СМИ в политических процессах: СМИ как субъект, равноправный участник процесса; СМИ как агент, на договорных условиях отстаивающий интересы различных политических и бизнес-субъектов; и, наконец, СМИ как инструмент властных органов либо тех же самых бизнес-субъектов.

Констатируем также, что средств массовой информации, представляющих независимую точку зрения на происходящие политические процессы, сегодня катастрофически мало. Для высказывания собственной позиции СМИ должно обладать 1) достаточным капиталом, чтобы не зависеть от чьих-либо дотаций; 2) высокоинтеллектуальными ресурсами в совокупности с обладанием объективной информацией по поднимаемым проблемам; 3) административными ресурсами, гарантирующими невмешательство официальной власти в политику издания. И, наконец, немаловажным, условием является активная гражданская позиция данного СМИ, его желание участвовать в судьбах страны и сограждан. Ведь порой СМИ, обладая всем необходимым, все же реализует политику невмешательства либо уходит в крайнюю степень коммерции.

Гораздо чаще среди отечественных медиа в настоящее время встречаются СМИ-инструменты. Чьи интересы они представляют?

В классификации политических процессов бытует теория политических элит (или семей), согласно которой политический процесс функционирует благодаря какой-либо политической элите, или семье.

Согласно данной теории, политическая элита — это составляющая меньшинство общества внутренне дифференцированная, неоднородная, но относительно интегрированная группа лиц (или совокупность групп), в большей или меньшей степени обладающих качествами лидерства и подготовленных к выполнению управленческих функций, занимающих руководящие позиции в общественных институтах и (или) непосредственно влияющих на принятие властных решений в обществе. То есть государством и обществом управляет семья, обладающая генеральными ресурсами: силой, опытом, способностями, богатством и т. д. Соответственно в медиапространстве вполне логичное большинство — это СМИ-инструменты правящей элиты. Причем использоваться они могут в самых разных целях: от формирования общественного мнения и поддерживания лояльности общества к действиям и решениям власти, до разрешения или, наоборот, сокрытия внутренних противоречий и конфликтов в семье.

Таким образом, на вопрос, могут ли сегодня средства массовой информации влиять на политические процессы, нельзя ответить однозначно. Однако можно вывести очевидные тенденции:

-          исторически сложившаяся стабильность авторитаризма как отечественной модели управления государством обуславливает возврат государственности СМИ, то есть выполнение средствами массовой информации идеологического заказа. Н. А. Баранов считает, что авторитаризм как традиционная российская политическая действительность, продолжает иметь место и в современной России. «Современная власть в России повторяет свои традиционные черты, что позволяет говорить о ее воспроизводстве в новых условиях. Власть в России всегда была персонифицированной и ассоциировалась с определенным носителем — царем, императором, генсеком, президентом» [1];

-          при этом отсутствие тоталитарной официальной идеологии в масштабах страны — это риск дестабилизации общества и, как следствие, всплесков гражданской активности, участниками которых, несомненно, станут и СМИ. А. И. Соловьев характеризует современную российскую политическую культуру как «внутренне расколотую, горизонтально и вертикально поляризованную культуру, где ее ведущие сегменты противоречат друг другу по своим базовым и второстепенным ориентирам» [3].

Можно спрогнозировать, что в дальнейшем дифференциация российских средств массовой информации по уровню их участия в политических процессах страны будет усиливаться. Что, возможно, приведет к возникновению каких-либо новых форм организации медиапространства.

Литература:

1.                   Баранов Н. А. Политические отношения и политический процесс в современной России: Курс лекций. В 3-х ч. СПб.: БГТУ, 2004

2.                   Дубин Б. Посторонние: власть, медиа и массмедиа в сегодняшней России. «Отечественные записки», 2005, № 6.

3.                   Политология: Политическая теория, политические технологии: Учебник для студентов вузов /А. И. Соловьев. — М.: Аспект Пресс, 2006.

4.                   Проблема «элиты» в сегодняшней России/Гудков Л., Дубин Б., Левада Ю. — Москва, 2007.

5.                   Теория политики: Учебное пособие/Авт.-сост. Н. А. Баранов, Г. А. Пикалов. В 3-х ч. СПб: Изд-во БГТУ, 2003.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle