Библиографическое описание:

Далдаева Т. И. Современный религиозно-политический экстремизм // Молодой ученый. — 2013. — №6. — С. 548-550.

Современная эпоха — эпоха становления глобального информационного общества, характеризующаяся столкновением с устоями индустриального и традиционного общества. Это столкновение происходит во всех областях общественной жизни, в том числе и в духовной жизни.

Сам по себе современный религиозно-политический экстремизм — неизбежный элемент такого перехода. При этом необходимо учесть, что этот цивилизационный переход характеризуется следующими группами глобальных социально-цивилизационных конфликтов, находящих свое специфическое отражение и в идеологической и религиозной сферах:

1)        столкновение внутри высокоразвитых стран между традиционными религиозными идеологиями и психологическими установками и нетрадиционными религиозными идеологическими альтернативами в сознании не только рядовых верующих, но и политиков и идеологов;

2)        столкновение религиозных идеологий традиционных обществ третьего мира с религиозными идеологическими новациями «передовых» или развитых западных стран;

3)        столкновение религиозных идеологий традиционализма с идеологическими нетрадиционными религиозными новациями внутри стран третьего мира.

Политический экстремизм — идеология и практика псевдореволюционных и крайне правых ультрареакционных сил, добивающихся осуществления своих политических целей посредством террора, насилия, убийств и других видов агрессивной деятельности. Политический экстремизм нередко выступает в религиозном облачении. Религиозные крайности в нем, в зависимости от политических целей, могут, как искусственно раздуваться, так и максимально сглаживаться [1 -с.259].

В отличие от политического религиозный экстремизм, выражая интересы наиболее консервативных и фанатичных кругов в рамках отдельных конфессий, ставит перед собой преимущественно религиозные цели и в принципе отвергает методы насилия и террора как средства их осуществления. Вместе с тем в отдельных случаях религиозные фанатики «во славу божию» способны пойти и на совершение насилия. Проявляется религиозный экстремизм в крайнем религиозном рвении, нарушении законов, неповиновении органам власти, умышленном создании напряженности в отношениях между верующими и неверующими, в стремлении к максимальной изоляции единоверцев от религиозной и инорелигиозной среды, в разжигании религиозного фанатизма и агрессивности в насаждении и отстаивании своих верований и др. [2 -с.58]

Экстремизм порождают социально-экономические кризисы, деформация политических институтов, резкое падение жизненного уровня, ухудшение социальных перспектив значительной части населения, доминирование в обществе чувств, настроений хандры, пассивности, неполноты бытия, подавление властями оппозиции, инакомыслия. Он также определяет блокирование легитимной самодеятельности человека, национальный гнет, амбиции лидеров политических партий, ориентации лидеров на экстремальные средства политической деятельности. Экстремизму свойственны особые нормы логических рассуждений, «недостаток» чувства исторической действительности и геометрическая прямолинейность суждений и оценок, пресловутая их «принципиальность». Стремление всегда обо всем судить «принципиально» ведет к совершенно отвлеченным суждениям, не вникающим в сложности действительности и тем самым освобождающим себя от трудностей надлежащей оценки реального положения дел.

Особенностями современного экстремизма является рост масштабности, сопутствующий наращиванию потенциала и превращение экстремистских группировок во влиятельные структуры жизни; усиление жестокости и безоглядности действий экстремистов; многообразие форм деятельности, использование новейших технических достижений, средств массового поражения; стремление добиться общественного резонанса, устрашения населения. Расширяется информационная, тактико-стратегическая, финансовая, идеологическая, психологическая, ресурсная взаимосвязанность экстремистских сообществ и групп в отдельных странах и международном масштабе. [3 -с.29]

Функционалистическая концепция религиозно-политического экстремизма и терроризма рассматривает ислам лишь как орудие для достижения политических целей. После падения коммунистической идеологии, в постсоветской России мусульмане испытывали кризис идентичности. Ислам стал одним из важнейших компонентов новой идентичности, формирующейся у мусульманских этнических групп. К сожалению, некоторые исламские группировки в качестве самоутверждения выбрали путь религиозно-политического экстремизма.

Концепция, основанная на роли личности, преувеличивает роль индивидов в распространении исламского радикализма в России. Анализ причин распространения идей религиозно-политического экстремизма в Южном федеральном округе позволяет выявить факторы, обусловившие укрепление его позиций среди части населения, особенно молодежи: религиозно-политическая доктрина рациональна, доступна, обладает четкой внутренней логикой; буквально следуя ряду положений Корана, Сунны, умозрительно воссоздавая модель «чистого, первоначального ислама», она преодолевает элитарность суфизма (суннитский ислам в форме ряда суфийских орденов представляет собой традиционный для Северо-Восточного Кавказа, особенно Дагестана, Чечни и Ингушетии, ислам), очищает ислам от мистики, суеверий, патриархальных традиций; данная идеология способна транслировать протест против традиционных форм социальной организации, выводить индивида из системы семейно-клановых, патриархально-традиционных, национальных связей, мобилизовать отдельные социальные группы; религиозно-политические общины, выступающие нередко как организованная, вооруженная сила, способны обеспечить своим членам чувство социальной защищенности, реальную защиту в условиях разгула преступности; привлекательна их идея модели социальной организации в виде мини-общин, имеющих социально-политический, конфессиональный иммунитет от внешних воздействий. Религиозно-политическая идеология проповедует идеи равенства верующих перед Аллахом, сочетая их с призывами к социальному равенству и справедливости; религиозно-политические экстремисты символизируют новый, «исламский порядок», тогда как традиционалисты, тарикатисты, несмотря на их аналогичные призывы к постепенному введению шариатского устройства общества, воспринимаются частью «старого порядка», старой системы. [4 -с. 9]

К факторам, способствующим распространению религиозно-политического экстремизма, относятся также несовершенство современного федерального законодательства, отсутствие концепции развития государственно-конфессиональных отношений, низкая религиозная грамотность населения, деятельность части выпускников исламских вузов зарубежных стран, низкий уровень образования и культуры определенной части населения, наступление информационной эры развития, несущей с собой смену базовых ценностей, доступность в получении и распространении разнообразной информации, миграция населения и нерешенность проблем переселенцев и беженцев, неустойчивость политических институтов и гражданского общества, слабость спецслужб и нескоординированность их действий, этнонациональные конфликты и т. д.

Необходимо подчеркнуть, что исламский радикализм на Северном Кавказе неоднороден: имеются как экстремистское течение, так и умеренный, бытовой радикализм. Если с первым надо вести бескомпромиссную борьбу, в том числе и насильственными методами, то со вторым надо пойти на диалог, найти общие точки соприкосновения. Как показывает мировой опыт, возможная легитимизация умеренного исламского радикализма и перевод решения противоречий между сторонниками исламского радикализма и традиционного ислама, в том числе и суфизма, в мирное русло может способствовать снятию накопившегося потенциала радикализации всего спектра исламистских движений и предотвращению их выхода на ультрарадикальные позиции.

Литература:

1.                               Бидова Б. Б. http://elibrary.ru/pic/1pix.gifПсихолого-политическое понимание экстремизма //Молодой ученый. 2013. № 1. — С. 259.

2.                               Ханбабаев К. М., Якубов М. Г. Религиозно-политический экстремизм в мире, России: сущность и опыт противодействия. — Махачкала, 2008. -154с.

3.                               Арухов З. С. Экстремизм в современном исламе. Очерки теории и практики. — Махачкала: Кавказ, 2009. -217с.

4.                               Ханбабаев К. М. Этапы распространения ваххабизма на Кавказе. — Махачкала, 2012. -198с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle