Библиографическое описание:

Могилевская Г. И., Братникова И. Б. Проблема российской государственности в творчестве К.Н. Леонтьева // Молодой ученый. — 2013. — №2. — С. 203-205.

В философской полемике не прекращается обсуждение вопроса о путях развития русской государственности, о поисках эффективного механизма государственной политики. Многоголосье в этой проблеме, острые споры о стиле государственной власти не являются только прерогативой современности, этот вопрос был актуален и в девятнадцатом веке. А так как с тех пор не потерял своей остроты и не нашел всего окончательного решения, мы вновь и вновь обращаемся к изучению наследия российских мыслителей, для которых обсуждение этой проблемы связывалось с исторической судьбой нашей страны. Современное российское общество, явно разочаровавшись в либеральных идеях, вновь с большим интересом обращается к консервативным взглядам мыслителей девятнадцатого века. Потому позиция К. Н. Леонтьева, которого Н.Бердяев называл «философом реакционной романтики» [1], представляет интерес для современного исследователя не только как наследие русской консервативной мысли, но и как программы устроения русской государственности. В своей работе «Чем и как либерализм наш вреден» Леонтьев пишет: « Я желаю, чтобы отчизна моя достойна была моего уважения, и Россию всякую … я могу, разве по принуждению, выносить» [3, с.173].

Хотя отношение к консерватизму Леонтьева было сложным и запутанным, современники однозначно относили мыслителя к принципиальным и идейным консерваторам [5, с. 415]. Отвергая всякого рода либерализм за его стремление к развитию всемирного равенства и распространение всемирной свободы [3. с.147], философ указывал на естественные, изначально предопределенные природой различия между людьми, апеллировал к человеческой природе в индивидуальных и коллективных проявлениях, подчеркивая ее удивительную сложность и разнообразие. Отмечая, что «самое общество человеческое, долженствующее быть организацией сложной» [3, с. 129], К. Леонтьев утверждал, что эта природность и предопределяет социальное неравенство. Более того, утверждал мыслитель, русская нация специально для свободы не создана, а европейский либерализм не менее революционного демократизма разрушителен для общества и государства в России.

«Хорошо ли нам там близко подходить к Европе и прививать себе поспешно все ее худосочные начала?.. Что-нибудь одно – или космополитизм, т.е. падение отдельных государств и слияние их воедино. Есть благая цель; или этот исход – есть зло и опасность?..» [3, с. 171] – задается вопросом философ. Своеобразный консерватизм взглядов К.Леонтьева заключается в том, что гибнущая, с его точки зрения, Европа вовлекает в процесс своего «вторичного смесительного упрощения»[3, с.119] все новые нации и народности, в том числе и Россию. Россия сможет продлить на одно-два столетия свое существование в качестве самобытного государства, если отдалится от Европы, сблизится с Востоком, сохранив традиционные социально-политические институты и поддерживая религиозную настроенность граждан. Особую роль в консолидации государственности К. Леонтьев отводил религии. Он не закреплял за православием исключительную роль единственной религии, способной сохранить самобытность России. Общественно-скрепляющей была для него любая государственная религия, возвращающая членам общества мистический настрой. Укрепление государственности и ее централизации – вот первичный объединяющий принцип для России, разнообразной по социокультурным основаниям. Проблема сохранения и укрепления государства прямо высказывается мыслителем в «Письмах о восточных» делах, где Леонтьев характеризует Россию как своеобразное государственное образование, не обретшее еще своеобразного стиля культурной государственности [4, С. 380].

Здание российского общества и государственности необходимо сохранять, поэтому Леонтьев не допускал и мысли о возможности ломки государственных порядков в России, считая это занятие и самую идею его преддверием национальной катастрофы. Выход в сохранении самобытной культуры и государственности он видел только один - сильная, всеподавляющая власть. « Ни централизация власти гибельна для страны, сама по себе, она спасительна, напротив, до тех пор, пока почва под этой властью разнообразна; ибо бессознательное или полусознательное: «Divide et impera» есть закон природы, а не иезуитизм и вредная низость» [3, с.95]. Идея государственного деспотизма, утверждал Леонтьев, связана с тем, что все фундаментальные принципы России были заимствованы у Византии, которая дала России также национальный характер и культурную идею. Если все разговоры о русском национальном характере не лишены действительных оснований, то, без сомнений, византийский православный дух с его разочарованием в земной жизни определенно отразился в пассивно-трагическом миросозерцании русского народа. Леонтьев предлагает повернуться к Западу спиной и взглянуть на византизм как на естественное историческое начало России, а затем начать возрождение византийских основ: самодержавия, православия и народного быта. Византизм для Леонтьева есть реальный исторический символ принудительного начала в гражданской жизни, возведенный в принцип самодержавной охранительной политики. В XV-XVII веках европейская цивилизация достигает полного расцвета, в то время Византия в XV веке гибнет, и её культура отчасти в превращенном виде сохраняется в России, переживающей период подъёма. То, что составляло византийские начала, укрепилось в русском самодержавии, русской национальных нравах и привычках. Византийское самодержавие на русской почве из диктаторского превратилось вначале в великокняжеский патриархальный легитизм, а позже, сохранив эту особенность, в отеческую родовую монархию. Со временем именно родовое чувство (а отнюдь не грубая сила) выразилось в идее русской монархии и приняло государственное направление. Россия, развивал свои взгляды Леонтьев, всегда держалась исключительно византийским чувством и порядком. Византизму свобода не только не знакома, но и совершенно чужда. Вместо неё византизм содержит идею деспотизма. Всё великое и прочное жизни русского народа, считал Леонтьев, было сделано почти искусственно и более или менее принудительно, по почину правительства. Европейские государства сложились раньше российской государственности, расцвет которой приходится на правление императрицы Екатерины II, когда в стране утвердился абсолютизм, дворянство окончательно сложилось как сословие, и начался расцвет искусств. «До Петра было больше однообразия в социальной, бытовой картине нашей, больше сходства в частях; с Петра началось более ясное, резкое расслоение нашего общества, явилось то разнообразие, без которого нет творчества у народов... Осталось только явиться Екатерине II, чтобы обнаружились и досуг, и вкус, и умственное творчество, и более идеальные чувства в общественной жизни. Деспотизм Петра был прогрессивный и аристократический. Либерализм Екатерины имел решительно тот же характер. Она вела Россию к цвету, к творчеству и росту. Она усиливала неравенство. Вот в чем главная её заслуга. Она давала льготы дворянству, уменьшала в нем служебный смысл и потому возвышала собственно аристократические его свойства — род и личность» [3,с.32]. Укрепление исторических византийских устоев России, централизованной власти, православия и нравственного идеала разочарованности во всем земном, а так же изоляция от гибельных европейских процессов разложения – таковы, утверждает К.Леонтьев, средства задержать Россию по возможности на более долгое время на стадии культурно-исторического созидания. Вообще XIX век, считает мыслитель, это период, не имеющий аналога в истории из-за глобального влияния народов друг на друга. Разные народы под влиянием Европы отуманены «прогрессом», внешне манящим техническими совершенствованиями и материальными благами, а по сути стремящимися еще быстрее все уравнять, смешать, соединить всех в образе безбожного и безличного «среднего буржуа» - орудия всеобщего разрушения. Либеральное будущее России он представлял как исключительно опасное, указывая на единственный возможный выход для страны в возрождении идеи византизма как высшей национально-государственной ценности. Другого пути нет – только гибель страны и национального своеобразия. Свободы нет, и никогда не будет в государстве, потому что государство – это идея, неизбежно подчиняющая себе людей с помощью насилия. Конечно, оттого, что в государстве господствует необходимость, такая идея не обязательно должна приобретать принудительный характер. В своей полемике с либерализмом К.Леонтьев замечал: «Государство держится не одной свободой и не одними стеснениями и строгостью, а неуловимой … гармонией между дисциплиной веры, власти, законов, преданий и обычаев, с одной стороны, а с другой, той реальной свободой лица, которая возможна даже и в Китае» [3, с.178].

Леонтьев же настаивает на централизации, как единственном способе существования России, и объясняет своё упорство следующими причинами. Во-первых, так исторически сложилось. Во-вторых, в государстве может господствовать лишь одна воля; сложение многих воль как следствие свободы и демократии разрушает государство, ведёт прямо к анархии, стихии и беспорядкам. С данной точкой зрения можно спорить, что, впрочем, и делали его многочисленные оппоненты, но у неё существовало и существует большое число сторонников. Леонтьев называет ещё и третью причину - это народ, его национальные особенности и характер. Он предупреждает, что народ, тысячелетие живший деспотизмом, поколениями впитывающий в плоть и кровь, страх и ненависть, такой народ без принудительного начала опасен для всех, в том числе и для самого себя. Возрождение будущей России на основе реставрации византийских начал волновало Леонтьева. Он видел два пути, по которым может отныне идти Россия: один ведёт её к подчинению западной культуре и неизбежному «растворению» в ней, другой связан с сохранением самостоятельности России, обособленностью от Запада и восстановлением принципов византизма. Для сохранения государства и нации, считал философ, нужна сила, мощь внутренней организованности и возрождение строгой дисциплины. Идеальная схема российского «стиля культурной государственности» выглядит, по Леонтьеву, так:

1) Государство должно быть сложно, крепко и сурово, иногда до свирепости.

2) Церковь должна смягчать государственность.

3) Быт должен быть разнообразен в национальном, обособленном от Запада, единстве.

4) Наука должна развиваться из презрения к пользе [6, с. 267-268].

Таким образом, отстаивая независимость и самостоятельность исторического пути России, К. Леонтьев видит его в возрождении византизма, в первую очередь, связанного с государственной силой и централизмом. Демократизм и национализм в его системе взглядов оказываются полностью несовместимыми с российскими государственными интересами, лежащими исключительно в плоскости византийского начала. К тому же, национализм и демократизм имеют антиправославный характер и в большинстве случаев равносильны атеизму. Внутренняя жизнь страны слишком богата и противоречива в своих свойствах и проявлениях, так что, убеждал К. Леонтьев, кроме государственной силы и централизации, других объединяющих принципов в ней не найти.


Литература:
  1. Н.Бердяев Типы религиозной мысли в России. Собрание сочинений. Т. III Париж: YMCA-Press, 1989. 714 с.

  2. Бердяев Н. Константин Леонтьев. Очерк из истории русской религиозной мысли». Париж: YMCA-Press, 1926. 269 с.

  3. Леонтьев К.Н. Избранное. – М.: Рарогъ.1993. 400 с.

  4. Леонтьев К. Собрание сочинений в 9 томах. Т. V. - М.: Издательство Саблина, 1912. 468 с

  5. Соловьев Вл.С. Леонтьев К.Н. // Соловьев Вл.С. Соч.: В 2 т. Т. 2. М.: Правда.,1989. 735 с.

  6. Фудель И. Культурный идеал К.Н. Леонтьева // Русское обозрение. 1895. № 1.

Основные термины: русской государственности, российской государственности, устроения русской государственности, развития русской государственности, Проблема российской государственности, Леонтьев К.Н, стиля культурной государственности, византийских устоев России, принудительного начала, историческое начало России, фундаментальные принципы России, Укрепление государственности, способе существования России, Либеральное будущее России, исторического пути России, консолидации государственности, сохранением самостоятельности России, Возрождение будущей России, Соловьев Вл.С, русского народа

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle