Библиографическое описание:

Махиня И. В. К понятию судебного прецедента // Молодой ученый. — 2012. — №9. — С. 210-212.

В последние десятилетия в нашем государстве произошел целый ряд коренных изменений, в результате чего российское общество вступило на новый этап своего развития. Безусловно, эти изменения коснулись и права как одного из основных регуляторов общественных отношений. Появление новых отношений непременно влечет за собой и становление новых институтов, использование которых на современном этапе развития российского общества, в условиях стремительного развития и распространения тенденции к процессу всемирной экономической, политической и культурной интеграции и глобализации, невозможно без применения мирового опыта.

В последнее время актуальным стал вопрос о распространении сферы деятельности судебного прецедента как источника права и возможности его проецирования на российскую правовую систему. Судебный прецедент, являясь основным и, как правило, доминирующим источником права в англо-саксонской правовой семье, в романо-германской правовой системе широкого распространения не получил, хотя и нередко используется в качестве своего рода вспомогательного источника права.

Отечественная юридическая наука до сих пор, как и в советский период, разделена на два лагеря, один из которых полностью отрицает возможность существования прецедента на территории РФ, а другой признает за решениями высших судов силу источника права. Проблема признания судебного прецедента как источника права в РФ составляет объект данного исследования.

Несмотря на то, что формально судебный прецедент в РФ в качестве источника права не признается, фактически он имеет место в российской правовой системе. Как отмечает М.Н. Марченко: « …современная судебная власть России, главным образом в лице Конституционного Суда, фактически уже осуществляет правотворческие функции. Нормативный характер постановлений Конституционного Суда, как и любого нормативного акта, состоит в том, что они, во-первых, имеют общеобязательный характер, будучи рассчитанными на неопределенный круг лиц, во-вторых, они с неизбежностью предполагают многократность применения»[1, с. 13].

Статья 125 Конституции РФ официально закрепляет юридическое значение судебных актов Конституционного суда РФ и юридические последствия принятых им решений по признанию актов или их отдельных положений неконституционными, в результате чего они утрачивают юридическую силу[2].

Согласно статьи 106 ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» толкование Конституции РФ, данное Конституционным Судом Российской Федерации, является официальным и обязательным для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений [3]. В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 16.06.1998 № 19-П, где дается толкование отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской, только Конституционный суд РФ правомочен выносить официальные решения, в результате которых неконституционные нормативные акты утрачивают юридическую силу, кроме того, данные решения «…имеют такую же сферу действия во времени, пространстве и по кругу лиц, как решения нормотворческого органа, и, следовательно, такое же, как нормативные акты, общее значение» [4].

Таким образом, на конституционном уровне закреплено, что решения Конституционного Суда РФ имеют общеобязательное значение, являются официальным средством для лишения нормативных актов юридической силы в связи с их неконституционностью и, следовательно, имеют характер нормы.

Некоторые ученые в качестве источников российского права также признают и постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ. Следует отметить, что данная точка зрения небезосновательна и также имеет своего рода рациональное зерно.

Согласно Конституции РФ (ст.ст.126 и 127) и ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» [5] в компетенцию Верховного и Высшего Арбитражного судов входит дача разъяснений по вопросам судебной практики, которые фактически имеют обязательное значение для всех нижестоящих судов.

Давать судам разъяснения по вопросам применения законодательства при рассмотрении гражданских, уголовных, административных дел является одним из основных полномочий Пленума Верховного Суда РФ. Разъяснения даются в виде особого акта судебного органа - постановления Пленума Верховного Суда и основываются на обобщении судебной практики и решений, принятых по рассмотренным Верховным Судом делам. Постановления Пленума Верховного Суда РФ публикуются в официальном издании для всеобщего сведения, а также направляются непосредственно судам.

Высший Арбитражный Суд РФ также дает разъяснения по вопросам судебной практики. Арбитражные суды всех инстанций уже давно активно используют в обоснование своих выводов, содержащихся в судебных актах, постановления Пленумов Высшего Арбитражного Суда. Однако, если ранее в арбитражном процессуальном законодательстве отсутствовали нормы, закрепляющие право арбитражного суда делать в мотивировочной части решения ссылки на постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ и арбитражные суды исходили из положений части 2 статьи 13 Федерального конституционного закона «Об арбитражных судах в Российской Федерации»[6] , то теперь такое право нормативно закреплено в части 4 статьи 170 нового Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации[7].

Таким образом, на основании вышесказанного можно сделать вывод, что акты высших судебных органов - постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, в которых даются разъяснения по вопросам судебной практики, во многом носят общеобязательный и нормативный характер для судов. Данные разъяснения представляют собой обнародование официальной позиции высших судебных инстанций по вопросам судебной практики и направлены на единообразное и правильное применение судами общей юрисдикции и арбитражными судами федерального законодательства. Сами же акты Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ не носят нормативного характера, хотя они и являются обязательными для исполнения на всей территории РФ и обжалованию не подлежат.

В правовой системе России действуют также общепризнанные принципы и стандарты, принятые в международном сообществе (ст.15 Конституции РФ). В результате вступления РФ в 1996 г. в Совет Европы для России стали обязательными такие международно-правовые документы, как Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и последующие протоколы к ней. В свою очередь, все они являются правовой основой организации и деятельности Европейского Суда по правам человека. Европейский Суд по правам человека вправе принимать заявления от физических и юридических лиц, чьи конвенционные права нарушены государством, под юрисдикцией которого они находятся.

Европейские государства добровольно подчинили себя юрисдикции независимого наднационального судебного органа, имеющего право принимать юридически обязательные для них решения. Данное обстоятельство отражено в Федеральном законе от 30 марта 1998 года «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней», в котором содержится заявление о признании обязательными для Российской Федерации как юрисдикции Европейского Суда по правам человека, так и его решений. В соответствии со статьей 2 данного закона Российская Федерации признает ipso facto и без специального соглашения юрисдикцию Европейского суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней.

Таким образом, правовые позиции Европейского Суда (решения при толковании положений Конвенции и Протоколов к ней), а также непосредственно сами прецеденты Европейского суда по правам человека в отношении РФ носят обязательный характер, что свидетельствует о наличии еще одного источника российского права в лице Европейского суда.

Итак, подводя итог вышесказанному, следует отметить, что в настоящее время имеются достаточные правовые основания для признания за актами высших судебных органов силу источника права. В условиях углубления процессов интеграции судебных систем различных государств, и в российской правовой системе все более значимую роль начинает играть судебный прецедент.


Литература:

  1. Марченко М.Н. Является ли судебная практика источником российского права? // Журнал российского права. - 2000. - № 12. - С. 11-21.

  2. Конституция Российской Федерации от 12.12.1993 (с учетом поправок, внесенных Законами РФ о поправках к Конституции РФ от 30.12.2008 N 6-ФКЗ, от 30.12.2008 N 7-ФКЗ) // СПС «Консультант Плюс».

  3. Федеральный конституционный закон от 21.07.1994 № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» (одобрен СФ ФС РФ 12.07.1994) // СПС «Консультант Плюс».

  4. Постановление Конституционного Суда РФ от 16.06.1998 № 19-П «По делу о толковании отдельных положений статей 125, 126 и 127 Конституции Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс».

  5. Федеральный конституционный закон от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс».

  6. Федеральный конституционный закон от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации» // СПС «Консультант Плюс».

  7. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации от 24.07.2002 № 95-ФЗ (принят ГД ФС РФ 14.06.2002) // СПС «Консультант Плюс».

  8. Федеральный закон от 30 марта 1998 года «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и протоколов к ней» // СПС «Консультант Плюс».

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle