Библиографическое описание:

Жукова О. М. Национальная культура современного Израиля // Молодой ученый. — 2012. — №6. — С. 478-481.

Вопрос о существовании и внутреннем содержании единой национальной культуры в Израиле был открыт в день образования государства в 1948 году и прописан в Декларации Независимости, согласно которой Израиль является государством евреев и имеет еврейский национальный характер.

Изначально, создатели государства ставили перед собой цели «уменьшить дискриминацию евреев, сформировать еврейскую национальную культуру, основанную на уникальном еврейском видении мира» [2, с. 15], которая бы существовала независимо от внешнего влияния.

В результате определенных факторов и требований, одновременно с этим было отмечено, что равные права имеют и национальные меньшинства, в тот момент представляющие собой достаточно маленькие арабские этнические группы (арабы-мусульмане, арабы-христиане, бедуины, а также неправильно отнесенные к ним друзы, черкесы, самаритяне, алавиты и другие). Это соответствовало демократическому характеру государства и не противоречило Декларации независимости, так как значительное большинство населения страны являлось евреями, а так же давало право на самоопределение этническим меньшинствам.

Таким образом, на государственном уровне прописано, что в Израиле существует одна доминирующая национальная культура – еврейская, являющаяся по своему составу неоднородной и имеющая внутри себя некоторые, не решенные до сих пор, проблемы между ашкеназской и сефардской, светской и религиозной составляющими. Также можно выделить, что согласно Закону о регистрации населения, каждый житель страны должен отдельно фиксироваться по конфессиональной и национально-этнической принадлежности, в зависимости от идентификации себя к той или иной группе или общности [1, с.424].

По Закону о Возвращении любой человек, который является евреем по матери (по Галахе) или прошел процедуру ортодоксальногогиюра, и не принадлежит к другой религии, может получить израильское гражданство. Детям, внукам, супругам, супругам детей и внуков евреев также предоставляется гражданство. Подавляющее большинство израильских евреев сегодня – это олим (репатрианты) или их дети, рожденные в Израиле – сабры (цабарим). Современное еврейское население государства сформировалось из репатриантов из стран диаспоры. Это единая народность, с одинаковым происхождением, религией, духовным наследием и национальным самосознанием. Однако длительное существование на различных территориях привело к делению еврейской нации на отдельные общины с разными языками, различиями в религиозных обрядах, традициях, нормах и обычаях, а также в быту. На еврейские общины оказывали воздействие культуры стран, в которых они жили, а также, нужно принять во внимание, что жили они в обществах с неодинаковой политической и экономической политикой.

Как же мы можем определить понятие «нация» в культурологическом аспекте, если не рассматривать экономические и географические факторы её образования?

Британский мыслитель Милль в 1861 году писал, что «определенную группу можно назвать нацией, если её члены объединены чувством солидарности, не связывающим их с другими людьми, – чувством солидарности, побуждающим их кооперироваться с друг другом охотнее, чем с другими людьми, желать находиться под общим управлением, а также того, чтобы это управление находилось исключительно в их собственных руках или в руках какой-то их части» [3, с. 84].

Эрнест Геллнер же определял, что нация и культура по сути равны, причем люди, принадлежащие к одной культуре, должны признавать друг друга носителями идентичной культуры.

Таким образом, можно сделать вывод, что нация – человеческое сообщество, внутри которого формируется культура минимум на основе культурно-языковой связи, стремящаяся стать общей и доступной для всех её членов, которые являются равными по отношению к ней самой. А национальная культура – исторически сложившаяся на определенной территории, объединенная единой экономикой и языком, образом жизни, нормами, традицией, религией, а самое главное положительной личной самоидентификацией по отношению к самой культуре, при этом возможно относя себя и к своей личной этнической группе. Стоит отметить, что «настоящая идентичность зависит от той поддержки, которую человек черпает из коллективной идентичности… его нации» [6, с. 134].

Довольно часто ученые предлагают рассматривать национальные группы на основании системы «свой-чужой» – возможность личной идентификации к принадлежности к той или иной группе. При этом отмечается, что самосознание – субъективное явление, и индивид должен обладать дополнительными признаками – язык, физический тип, культура, религия и так далее.

Как уже упоминалось выше, Израиль был образован как национальный очаг для евреев всего мира, существование которого основывалось на государственной программе «плавильного котла», в результате чего должны были пропасть все культурные составляющие тех стран, из которых приехали новые жители, а вместо этого появиться новая нация – «израильтянин», существование и самосознание которого могло быть связано только с Израилем. За основу для этого перевоплощения была взята ашкеназская культура, в основном со светским мировоззрением, как и у основателей государства. Постепенно, это привело к противостоянию с сефардской общиной, которая являлась полностью религиозной. Исторически сложилось, что сефардская культура являлась более традиционной, основанной на Священных книгах, что привело к желанию ассимилировать её носителей в европеизированную ашкеназскую. Сефарды стремились влиться в израильскую культуру, но не поддавались давлению в отношении изменении своих уникальных традиций и обычаев. Этот конфликт практически разрешен в данный момент, особенно, после того как в 90-х годах, правительство признало свои ошибки в этом вопросе. Таким образом, национальная культура является в данный момент еврейской, а именно ашкеназской и сефардской одновременно, насколько это возможно.

Другой сложный вопрос можно обозначить, как религиозный, в результате которого происходит отделение некоторого количества ортодоксальных евреев от самого понятия «израильтянин», а государство Израиль считается ими «угрозой иудаизма» и всего еврейства в целом [4, с. 16].

Таким образом, израильская культура, начиная с образования и до сегодняшних дней, собирает себя из культуры репатриантов, представляющих различные языки и традиции многих стран мира. Предполагалось, что от других похожих национальных культур, таких как США или Канада, она отличается этнической гомогенностью иммигрантов, которые обладали единой религией и историей. Это повлияло на решение правительство Израиля, рискнувшего провести политику исчезновения общинных языков диаспоры и культурного разнообразия. Но этот проект потерпел неудачу. В настоящее время мы не сможем определить типичного израильтянина-еврея, как носителя доминирующей израильской культуры. Репатрианты стараются ассимилироваться в новом обществе, что в результате приводит к постоянному культурному взаимодействию. Можно сделать вывод, что в Израиле происходит взаимообогащение традиций и культур, когда каждая еврейская этническая община может заимствовать лучшее от других.

Существует вопрос об ассимиляции, так называемых «лиц неопределенного вероисповедания». С 1990 года из СССР/СНГ репатриировались примерно 80 тыс. этнически смешанных семей, а также семей внуков и детей евреев, которые не являются евреями поГалахе (319 тыс. человек) [5, с. 194]. В составе смешанных семей, которые иммигрируют из стран Европы и Америки, также велико количество нееврев. Уже более 15 лет не прекращаются попытки ограничить возможность о возвращении этой категории граждан. Причем, по данным статистики, только 10% от общего числа иммигрантов, которые начали проходить процедуру гиюра, успешно проходят его [5, с. 53]. В СМИ появляются материалы об увеличении количества неевреев-иммигрантов, что представляется, как угроза иудаизму и еврейскому характеру государству, а также, возникают предложения о прекращении выделения им корзины абсорбции, льгот и пособий. «В Израиле смешанные браки между евреями и неевреями определяются как межконфессиональные, и считаются, как правило, отклонением от нормы» [5, с. 196]. Среди еврейского населения существует мнение, что смешанные браки не приемлемы даже в нерелигиозном секторе.

Государственная же политика по отношению к смешанным бракам отражает противоречия, которые возникли в результате столкновения политических и религиозных сторон. Неевреи, репатриировавшиеся в Израиль по Закону о Возвращении, получают гражданство, служат в армии, голосуют, платят налоги, но одновременно с этим, их права ограничиваются: дополнительные проверки, невозможность детям из смешанных семей (неевреям по Галахе) вступить в брак на территории государства, проблемы захоронения и так далее. Общественные организации и некоторые политические партии пытаются вмешаться в сложившуюся ситуацию, а также перечисляют проблемы, которые необходимо решить: «гражданские браки на территории Израиля для всех желающих, независимо от вероисповедания и национальности; практическое решение проблемы гражданского захоронения; невмешательство религии в вопросы государственной политики; ужесточение ответственности за проявление дискриминации по национальному и религиозному признаку, вплоть до уголовной; упорядочение права пребывания в стране родителей неевреев – граждан Израиля; изменение социальной политики в отношении смешанных семей с целью их успешной интеграции в израильское общество и культуру» [5, с. 201].

Проблема с противостоянием доминирующей культуры и арабской является до сих пор открытой, актуальной и практически не решаемой на данный момент. Рассматривая все составляющие определения «национальная культура» с соотношением к израильской, можно выделить самое главное – среди арабского населения не существует самоидентификации себя с этой культурой. Идет противопоставление и существование арабско-палестинской идентификации и самосознания, что усугубляется правом меньшинств на существовании в своей национальной культуре, а также законного и логического признания арабского языка, как второго государственного, на котором и происходит преподавание в арабском секторе, что не способствует интеграции.

С другой стороны, надо заметить, что практически отсутствует налаженное взаимодействие арабского и еврейского секторов, а, если оно и происходит, то только на бытовом уровне и достаточно минимально. Причем, обучение арабских детей происходит отдельно от остального населения, отдельно от еврейского характера государства, изначально закладывая отторжение и противоречия.

Таким образом, большую роль в этом играет культурная обособленность, усиливающаяся бытовой и отчасти государственной дискриминацией, что усиливается непростыми отношениями Израиля с арабскими странами в период всей истории существования страны. Сферы деятельности, связанные с вооруженными силами и службами безопасности, закрыты для арабов-мусульман, а армия является определяющим и важным периодом в жизни каждого израильтянина. Еврейские работодатели, как правило, предпочитают еврейских работников арабским, что также уменьшает возможности коммуникации между национальными группами.

Израильское общество признает право арабов на культурную обособленность. Сами арабы не поддерживают активных культурных контактов с евреями, что приводит к тому, что шансы израильских арабов на культурное сближение с еврейской общностью крайне малы, тем более что ни одна из сторон к этому не стремится.

Израиль является уникальным государством, в котором на фоне одной главной национальной культуры, неоднородной по составу, присутствует абсолютно противоположная по идеологии общность.

Процесс формирования общей израильской культуры далек от завершения. Если проблемы внутри доминирующей общности разрешимы, то противоречия еврейской и арабской культур могут быть уменьшены только тогда, когда измениться общая израильская идентичность, и возникнет понятие «израильтянин» вместо отдельных «израильский еврей» и «израильский араб». Поиск возможности сосуществования одновременно двух, по сути отдельных, культур в одной, вероятно и есть, выход из непростой сложившейся ситуации непонимания, который поможет сложиться новой израильской национальной культуре.


Литература:

  1. Барнави Э. Евреи и ХХ век / сборник статей под ред. Э. Барнави, С. Фридлендер. – М.: Текст-Лехаим, 2004. – 1021 с.

  2. Еврейское государство в начале XXI века: антология современной израильской общественно-политической жизни (избранные публикации иерусалимского журнала «Azure» / сборник статей под ред. А. Эпштейна. – Москва/Иерусалим: Мосты культуры / Гешарим, 2008-5768. – 422 с.

  3. Занд Ш. Кто и как изобрел еврейский народ / Ш. Занд. – М.: Эксмо. 2010. – 544 с.

  4. Рабкин Я. Еврей против еврея. Иудейское сопротивление иудаизму / Я. Рабкин. – М.: Текст, 2009. – 541 с.

  5. «Русское» лицо Израиля: черты социального портрета / сборник статей под ред. М. Кенигштейна. – Москва/Иерусалим: Мосты культуры / Гешарим, 2007-5767. – 504 с.

  6. Эриксон Э. Трагедия личности / Э. Эриксон. – М.: Эксмо, 2008. – 256 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle