Библиографическое описание:

Луньков Д. А. Криминологическая характеристика преступлений, наиболее часто совершаемых посредством других лиц, и меры по их профилактике // Молодой ученый. — 2012. — №3. — С. 298-301.

Преступность – один из главных факторов, отрицающих общественное устройство и общественную безопасность. Не удивительно, что поиск путей избавления от нее является одной из главных составляющих государственной деятельности. Исторический опыт свидетельствует, что за все время существования человечества уничтожить преступность не удалось ни в одной стране мира. Ни сверхжесткими, ни гуманными социальными реформами избавить общество от преступности никому не удалось. Главной причиной существования преступности является тот факт, что она – явление социальное. Это означает, что преступность обусловлена не биологической природой человека, хотя последняя может оказывать определенные криминогенные влияния на гене­зис преступного поведения, а природой и содержанием обществен­ных отношений и противоречий [9, с. 75]. Пока существует общество, будут существовать созданные им законы, а значит, и люди, их нарушающие.
В равной степени сказанное относится и к проблемам совершения преступлений чужими невиновными руками. В связи с этим посредственное причинение вреда рассматривается российским уголовным правом и криминологией как особая форма совершения преступления, характеризующаяся более высокой степенью обществен­ной опасности. Повышенная общественная опасность обусловливается тем, что в подобных случаях происходит не просто привлечение к совершению преступления другого лица, а целенаправленная деятельность, направленная на достижение преступного результата «чужими руками», соединенной с попыткой внешне остаться непричастным к совершению преступления.
Нельзя забывать о том, что степень общественной опасности преступлений, со­вершенных с использованием других лиц, заведомо не подлежащих уголовной ответственности, повышается еще и потому, что в этом случае усложняется причинная связь между действиями злоумышленника и наступившим преступным результатом путем искусственного ввода между ними фигуры невиновного причинителя вреда. Вследствие этого увеличивается возможность сокрытия следов преступления и уклонения преступника от уголовной ответ­ственности. В первую очередь, сказанное справедливо для преступлений, к совершению которых привлекаются несовершеннолетние либо невменяемые лица.
Вопрос доказательственной силы показаний граждан данной категории относится к предмету уголовно-процессуального права и криминалистики, в связи с чем выходит за рамки настоящей статьи. Однако отрицать, что посредственный совершитель преступления не придавал никакого значения подобным специфическим свойствам личностей невиновных исполнителей его замыслов, в том числе с позиций последующей дачи ими показаний против него, неверно. Применительно к совершению преступлений путем использования невменяемых лиц эта проблема усложняется тем, что большинство психических заболеваний имеет тенденцию усиливаться, что, в свою очередь, ведет к различным видам амнезий и, как следствие, к дополнительным трудностям в воспроизведении лицом происшедших событий в ходе предварительного следствия и в суде.
К сожалению, приходится констатировать, что определенная категория дееспособных лиц в силу своих личностных особенностей в наибольшей мере подвержена тому, чтобы стать невиновным исполнителем чужих замыслов. Как показывает следственная и судебная практика, даже после освобождения невиновного лица от уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным Уголовным кодексом РФ, и привлечения к уголовной ответственности истинного виновника преступлении, невиновные причинители для себя должных выводов не делают, а лишь озлобляются на окружающих либо, в худшем случае, приобретают психическое или неврологическое расстройство.
Разрабатывая мероприятия по предупреждению преступлений, совершаемых посредством других лиц, за основу примем позицию С.М. Иншакова, относящего к числу сдерживающих элементов социального контроля: совесть, возможность уголовного наказания, общественное осуждение, стереотипы правомерного поведения и отсутствие условий для совершения преступления [9, с. 106]. Однако в случае с посредственным причинением вреда первые четыре элемента отсутствуют, поскольку совесть, угроза уголовного наказания, общественное осуждение и стереотипы правомерного поведения для посредственного совершителя преступлений особого сдерживающего значения не имеют. Главным препятствием к совершению преступления «чужими руками» является отсутствие подходящего исполнителя. Как только такое лицо появляется в поле зрения преступника, ситуацию следует считать потенциально криминогенной. Таким образом, посредственная преступность имеет ряд отличительных особенностей, которые проявляются в первую очередь в причин­ном комплексе и мотивации выбора способа преступного поведе­ния и, как следствие, в ее уровне и тенденциях развития. Вместе с тем, перечисленные особенности обусловлены особенностями личности невиновного причинителя вреда, поскольку последние, не являясь субъектами уголовной ответственности, отличаются от преступника как личностными характеристиками, так и мотивами поведения при причинении вреда.
При этом составной частью проблемы преступлений, совершаемых посредством другого лица, является подпроблема их латентности. По справедливому замечанию А.Ж. Кетле, обществу становится известной лишь часть совершающихся преступлений [6, с. 262]. Продолжая эту мысль, В.М. Коган отмечал, что «…тенденция к латентности так же свойственна преступности в целом, как стремление скрыть совершенное преступление свойственно отдельному преступнику» [7, с. 46]. Сказанное особенно актуально для преступлений, связанных с посредственным причинением вреда.
Традиционно латентные преступления разделяются на незаявленные, неучтенные и нераскрытые. К последним относятся те, о которых правоохранительным органам стало известно, они были зарегистрированы и расследованы, однако не были раскрыты надлежащим образом. Применительно к преступлениям, совершенным посредством другого лица, это означает следующее. Должностные лица правоохранительных органов, как правило, ограничиваются изучением личности непосредственного исполнителя преступления и вопросов его причастности к противоправному деянию. В большинстве случаев посредственный совершитель преступления сумеет избежать уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным уголовным законом, а его уголовное преследование будет прекращено. При этом, как правило, возможны два пути развития событий, в основе которых лежат следующие типичные ситуации.
В первом случае следственные версии о причастности к преступлению других лиц исследуются слабо или не исследуются вовсе. По этому пути ситуация развивается, как правило, при использовании для совершения преступлений невменяемых или малолетних лиц. Их пояснения о случившемся (разумеется, при наличии таковых) о воздействии на них других людей, как правило, в расчет не принимаются, поскольку использовать их в качестве улик весьма затруднительно. Иные доказательства, как правило, отсутствуют, или чрезвычайно скудны. Следовательно, установление истинных виновников преступлений, совершаемых посредством других лиц, связано со значительными трудностями в доказывании его вины, оцениваемые большинством следователей как несоразмерные с конечным результатом. Подобные преступления раскрываются лишь благодаря удачному стечению обстоятельств или случайно, во всех остальных случаях признаваясь казусом либо несчастным случаем. С учетом этого, основываясь на классификации преступлений по степени их латентности, предложенной С.М. Иншаковым, преступления, совершаемые посредством других лиц, следует отнести к особо высоколатентным [4, с. 8].
В подобных ситуациях гораздо легче «назначить» преступника, что встречается чаще всего при исполнении противоправных приказов либо действии лица под заблуждением или принуждением. Эти случаи составляют вторую категорию латентных преступлений, совершаемых посредством других лиц. Их особенность заключается в том, что исполнителями здесь являются, как правило, вменяемые лица, которые обладают уголовной правосубъектностью. При этом их личности не имеют устойчивых противоправных наклонностей, а факт наступления от их рук общественно опасных последствий является для них сильным потрясением, в связи с чем совершенное они не отрицают. Их подавленное состояние позволяет отдельным недобросовестным правоприменителям без труда склонить их к признательным показаниям, взяв вину на себя, и счесть преступление раскрытым, что в конечном итоге позволит истинному преступнику избежать наказания.
Между тем, проблемы изобличения лиц, причастных к совершению преступления чужими руками, выходят далеко за пределы настоящей работы, в которой они рассматриваются лишь в уголовно-правовом и криминологическом аспектах. По нашему мнению, преступления, совершаемые чужими руками, уже в силу своей сущности обладают чрезвычайной латентностью и намного превышают средний уровень сокрытия преступлений. Истинный преступник, который совершил преступление, в силу халатности или недостаточного профессионализма оперативных, следственных или судебных работников, имеет реальные шансы избежать уголовной ответственности за содеянное чужими руками. Ситуация усугубляется массовым оттоком квалифицированных кадров в предпринимательские структуры из правоохрани­тельных органов, влекущим за собой рост их штатной неукомплектованности. В результате этого все увеличивающейся изощренности посредственных причинителей вреда, проявляемой ими при совершении преступлений, противопоставлен снижающийся профессионализм сотрудников правоохранитель­ных органов, что, в свою очередь, провоцирует рост следственных и судебных ошибок.
Между тем, чрезвычайная латентность преступлений, совершенных посредством других лиц, противоречит интересам общества, поскольку в этих случаях настоящий преступник остается безнаказанным, что, в свою очередь, способствует совершению им новых преступлений, поскольку, как справедливо заметил З. Карабец, «…помимо суммы действий правонарушителей преступность объемлет социальные, психологические и некоторые иные компоненты, определяющие действия конкретного преступника» [5, с. 143].
Рассматривая систему мер по борьбе с преступлениями, совершаемыми посредством других лиц, уместно вспомнить высказывание Г.А. Аванесова о том, что «…в систему борьбы с преступно­стью входят: раскрытие преступлений и розыск преступников, расследование преступлений, назначение и исполнение наказа­ния, прокурорский надзор за всей этой деятельностью, а также обеспечение законности в данной сфере. Сюда, таким образом, вливаются профилактика, предотвращение и пресечение преступлений» [1, с. 335]. Поддерживая комплексный подход, С. В. Бородин отмечает: «Мы исходим из того, что борьба с преступностью как социально-политическая категория есть це­ленаправленная деятельность, проводимая государством и обще­ством на основе материалистического понимания преступности и ее причин» [2, с. 13].
Следовательно, первостепенной мерой по борьбе с преступлениями, совершаемыми посредством других лиц, является улучшение качества и полноты предварительного следствия, всесторонняя проверка и оценка всех следственных версий, а не только самых перспективных с точки зрения минимальных затрат времени и усилий, выявление и доказывание истинного мотива преступления. Проведенный нами анализ следственной и судебной практики показывает, что латентные преступления, совершенные посредством невиновных лиц, распределены в отказных материалах о возбуждении уголовного дела, в прекращенных уго­ловных делах за отсутствием события или состава преступления и даже в делах с оправдательными приговорами. С уголовно-право­вой и уголовно-процессуальной точки зрения эта часть латентной посредственной преступности в значитель­ной мере является формально законной. С кримино­логических позиций это реально совершенные, но не доказанные преступления.
Очень важно обращать внимание как на наиболее распростра­ненные, типичные характеристики преступлений посредственного причинения вреда, так и на единичные, неповто­римые, а затем выяснять природу и источники последних. Следственная и судебная практика показывает, что преступник, привлекая невиновных лиц к выполнению своих противоправных замыслов, уже проявляет незаурядную фантазию и организаторские способности, что само по себе свидетельствует о необходимости более тщательно расследования и судебного рассмотрения подобных уголовных дел. В случаях посредственного причинения вреда неповторимое может быть результатом случайного стечения обстоятельств, и тогда при анализе посредственной преступности в целом им можно было бы пренебречь. Но не исключено другое: нечто неповторимое и не­ожиданное служит проявлением какой-то новой, нарождающейся тенденции. Если в совершении общественно-опасного деяния задействованы два и более лица, мотивы действий которых неясные или не вполне обычные, их необходимо тщательно проанализи­ровать. Это позволит вовремя выявить истинного преступника, который в подобных случаях старается остаться незамеченным вовсе либо замаскироваться под окружающих.
Учитывая специфику преступлений, совершаемых посредством других лиц, на первое место выходят меры специального предупреждения данного рода преступности, которую большинство авторов определяет как «…целенаправленный процесс использова­ния криминологических знаний и навыков для регулирования поведения людей в целях соблюдения уголовно-правовых норм» [3, с. 106; 10, с. 118-120]. А.И. Долгова уточняет это определение и под специальным предупреждением преступности понимает «систему воздей­ствия на процессы детерминации и причинности преступности, касающиеся отдельных социальных групп, сфер деятельности и объектов, характеризующихся повышенной вероятностью совершения преступлений» [8, с. 449].
Подводя итог настоящей статье, отметим, что все подходы к организации борьбы с преступлениями, совершаемыми посредством других лиц, можно разделить на две группы: во-первых, идущие по пути дополнения общей программы борьбы с пре­ступностью разделом, посвященным борьбе с преступлениями, совершаемыми посредством других лиц; во-вторых, следующие по пути разработки специальной программы либо плана с конкретной целью воздействия на посредственную преступность. Сильной стороной первого подхода являются, во-первых, ком­плексный взгляд на проблему посредственной преступности, неразрывно связанной с другими криминологическими проблемами; во-вто­рых, более значительные возможности координации и взаимодействия различных субъектов профилактики, в том числе не занятых непо­средственно решением проблемы посредственной преступности. Положительные моменты другого подхода заключаются в возможностях макси­мальной детализации и конкретизации разрабатываемых мер, от­сутствующих, как правило, в общих программах вследствие опасности их разрастания.
При этом узкоспециальные меры предупреждения данного рода преступлений, как то: улучшение качества дознания и предварительного следствия, массовая и индивидуальная профилактическая работа с лицами, склонными к совершению преступлений, способны устранить либо ослабить влияние частных, обусловленных спецификой посредственного причинения вреда криминогенных факторов, но устранить полностью причины посредственной преступности не способны.
В итоге, наиболее перспективным нам представляется сочетание обоих вышеназванных методов, предполагающих:
  • выделение новых форм и методов индивидуальной профилактики;
  • усиление социального контроля за малолетними и невменяемыми лицами, комплексные меры по профилактике привлечения их к совершению преступлений;
  • меры по совершенствованию информационного обеспечения борьбы с посредственной преступностью;
  • повышенное внимание к выявлению и анализу причин и условий, способствующих пре­ступлениям, совершаемых посредством других лиц, в том числе данных, характеризующих личность осуж­денного, а также лиц, против своей воли или сознания привлеченных к выполнению общественно-опасных действий.
Данные меры должны быть систематизированы и максималь­но конкретизированы применительно к различным континген­там преступников, совершающих общественно-опасные действия посредством других лиц. Эффективная борьба с посредственным причинением вреда возможна лишь на основе долгосрочной стратегии и единой государственной политики.

Литература:
  1. Аванесов Г. А. Криминология. М.: Академия МВД СССР, 1984.
  2. Бородин С. В. Борьба с преступностью: теоретическая модель ком­плексной программы. М., 1990.
  3. Жалинский А.Э. Специальное предупреждение преступлений в СССР. Львов, 1976.
  4. Иншаков С.М. Исследование криминальной латентности и парадоксы социального отрицания преступности // Криминологический журнал БГУЭиП. 2008. № 4.
  5. Карабец З. Некоторые вопросы криминологического прогнозирования // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. № 25. М., 1976.
  6. Кетле А. Социальная физика, или опыт исследования о развитии человеческих способностей / Пер. с изд. 1869 г. студентов Киевского коммерческого института под ред. А. Русова Т. 1 – Киев: Тип. И.И. Чоколова, 1911.
  7. Коган В.М. Социальные свойства преступности. М., 1977.
  8. Криминология. Учебник для вузов под общей ред. А.И. Долговой. М.: Изд. НОРМА, 2005.
  9. Криминология / под ред. В.Н. Кудрявцева и В.Е. Эминова, М.: Юристъ, 2006.
  10. Шестаков Д. А., Бурлаков В. Н. Специальная профилактика преступлений: проблемы и перспективы // Вестник Ленинградского университета. Сер. 6. Вып. 4. Л., 1990.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle