Библиографическое описание:

Соловых О. В. Диссоциации сознательных процессов и бессознательного в психологическом консультировании с использованием эриксоновской психотерапии и гипноза // Молодой ученый. — 2012. — №2. — С. 231-238.

Введение. Гипноз ведет свою историю с незапамятных времен и является одной из самых больших загадок человечества. Гипноз – состояние измененного сознания, или транса, в которое человек (субъект) вводится другим человеком (гипнотизером) при помощи внушения. Гипнотическое воздействие известно более 3 тысяч лет. Оно применялось жрецами Древнего Египта, Индии, Тибета, врачевателями Востока, позднее использовали в своей практике врачеватели древней Греции и Рима. Он являлся психотерапевтическому миру под раз­ными именами: магнетизм, гипнотизм, шаманизм...

Гипноз остается самым древним видом психотерапии и самым юным.

Вторая половина двадцатого века характеризуется трансфор­мацией гипноза в сторону недирективности, индивидуального подхода, множественности воздействия.

Основной вклад в такой подход к гипнозу внес доктор медицины Милтон Г.Эриксон – американский психиатр, посвятивший почти 60 лет своих психиатрических исследований новаторскому лечебному применению гипноза, разработал подлинно уникальный подход к психотерапии получил мировое признание как крупнейший психотерапевт-практик. Его подход к измененным состояниям сознания лег в основу целого направления, известного как эриксоновский гипноз (или как эриксоновский подход к гипнозу) и психотерапия, дающая быстрый стратегический результат.

Эриксоновский подход ориентируется не на понимание прошлого, а на достижение целей и удовлетворение потребностей сегодняшнего "Я". Его подход был глубоко позитивным: прошлое означает разнообразный опыт, большая часть которого забыта, а часть оформлена таким образом, что снижает чувство собственной ценности, однако весь он представляет собой потенциально ценный ресурс; настоящее предоставляет бесконечные возможности для усвоения нового и повышения чувства собственной ценности; будущее открывает много потенциальных путей дальнейшего саморазвития.

Подход М. Эриксона в психотерапии, выражается в сотрудничестве между терапевтом и клиентом, в гибкости поведения самого гипнотерапевта и в его умении использовать (утилизировать) все происходящее во время сеанса.

Эриксон считал, что анализ мотиваций, лежащих в основе человеческого поведения, требует учета множества факторов, особенно в ситуациях, когда два действующих лица заняты некой совместной деятельностью. Поэтому путь к трансу всегда индивидуален, он основан на творческом самопроявлении как врача, так и клиента. Другими словами, транс возникает в результате межличностного взаимодействия на уровне бессознательного. Стоит отметить, что состояние транса – это способ доступа к правому полушарию мозга человека, доступ к его бессознательному, которое по мнению Эриксона, является конструктивной силой с большим потенциалом возможностей. Считается, что бессознательное может устроить все так, что пациент сделает для себя самое полезное из того, что он мог бы сделать. Это основывается на положении о существовании внутри человека естественной тенденции к развитию, а также на том, что каждый человек знает способ решения своей проблемы, даже в том случае, когда ему кажется, что он не знает. Таким образом, эриксоновская гипнотерапия вместо того чтобы предполагать наличие в бессознательном агрессивных сил, которые надо вывести наружу, предполагает существование сил позитивных, которые надо освободить для того, чтобы личность продолжала развиваться. Происходит раскрытие внутренних ресурсов клиента и дальнейшая на них опора.

Милтон Эриксон был человеком, заслуживающим самого пристального внимания и изучения; уникальным, эффективным и влиятельным гипнотерапевтом, который несомненно иногда знал нечто особое о людях и мог трансформировать свое знание в эффективные гипнотические и психотерапевтические подходы.

Эриксон не пытался излагать свои уникальные знания в виде какой-либо теории, так как считал, что обучать кого-либо всем подробностям, было бы невыносимо скучным занятием.

Из-за некоторого концептуального вакуума, оставшегося вследствие нежелания Эриксона более подробно раскрыть принципы, руководившие его работой, или описать лежавшие в ее основе наблюдения, коллеги и последователи Эриксона, находятся в замешательстве и не знают, объяснять ли его эффективность как психотерапевта личностными качествами и мудростью или же специфическими техниками, гипнотическими формами разработанными и описанными им.

Одной из таких специфических техник или гипнотических форм, используемых Эриксоном является диссоциация, отстраненность или отделение субъективного от объективного. Диссоциативная стратегия позволяет проводить психотерапевтические воздействия без участия сопротивления и мешающих субъективных реакций.

Поэтому тема «Диссоциации сознательных процессов и бессознательно» в психологическом консультировании с использованием эриксоновской психотерапии и гипноза весьма актуальна.

Диссоциация между сознательным и бессознательным как наиболее существенный механизм развития гипнотического транса возникает как автоматически так и с помощью определенных стимулов и заданий. Диссоциация может возникнуть при возложении одной из задач на сознательный уровень функцианирования клиента, а другой на бессознательный. Использования разного тона голоса или различных уровней смысла нередко приводит к такому же результату. Пример диссоциации: «Ваше сознание может сомневаться и вести внутренние диалоги, а ваше бессознательное может проявляться осмысленным, неоспоримым образом и погружать вас в транс».

Слово «диссоциация» может быть использовано для описания всех гипнотических феноменов, поскольку, если они изолированы от контекста, то их можно назвать диссоцииро­ванными.

Цель данной работы – изучить особенности диссоциации сознательных процессов и бессознательного в эриксоновской гипнотерапии.

Понятие о сознательном и бессознательном в эриксоновской гипнотерапии. Согласно определению Жана Годена [2], гипнозэто такой особый тип психического функционирования, при котором человек, благодаря воздействию другого человека, забывает о внешнем мире, сохраняя при этом связь с оператором, и который позволяет осуществлять психическое переструктурирование.

В основе теории гипноза лежит идея о двойственной природе психики, о наличие в ней сознания и бессознательного. Имеется много определений сознания и бессознательного. Приведем определения, данные в кратком словаре психических терминов.

Сознание – совокупность психических процессов, обеспечивающих осознание себя, ориентацию в пространстве, времени и окружающей обстановке.

Бессознательное – характеристика психологических свойств, процессов и состояний человека, находящихся вне сферы его сознания, но оказывающих такое же влияние на его поведение, как и сознание. Бессознательное – термин, обозначающий психические процессы, в отношении которых отсутствует субъективный контроль. Бессознательным оказывается все то, что не становится предметом особых действий по осознанию.

В эриксоновской гипнотерапии используют понятия «сознание» и «бессознательное». Суть эриксоновского подхода заключается в обращении к творческому бессознательному человека. До М. Эриксона бессознательное понимали в основном по Фрейду: как такую область человеческой психики, в которой существуют первичные, неокультуренные влечения. Для того, чтобы их сдерживать, имеются такие инстанции, как «Эго» и «Суперэго». Если эти первичные влечения прорвутся из бессознательного в сознание, это чревато для человека большими неприятностями. 

Милтон Эриксон полностью изменил наше представление о бессознательном. Принципиальное отличие подхода Эриксона к бессознательному заключается в том, что он одним из первых психотерапевтов стал рассматривать бессознательное не как источник проблем, а как огромный резервуар потенциальных ресурсов и возможностей, как мощную позитивную силу. – здоровья, хорошего самочувствия, достижений, успехов, побед, радостных и счастливых моментов, когда-то пережитых. К сожалению, этот мощный резервуар ресурсов оказывается недоступен для большинства людей в повседневной жизни, однако, доступ к нему можно получить с помощью гипнотического транса и активизировать все эти ресурсы для пользы человека.

Ресурсы в нашем бессознательном, появились в результате жизненного опыта. У каждого за плечами – огромный опыт обучения, достижений, преодолений и побед. Каждый когда-то не умел ходить – а потом встал и пошел. Не умел говорить – и овладел человеческой речью. Научился читать, писать, пользоваться одеждой, ножом, вилкой, транспортом ... Обучение прямохождению и речи было самым трудным обучением в нашей жизни. Это было очень трудно – и человек с этим справился. Весь этот опыт успешного обучения и достижений хранится в бессознательном и его можно использовать. И когда человек говорит, что у него никогда ничего не получалось – можно быть абсолютно уверенным, что это не так.

У каждого человека – даже если он об этом сейчас не помнит – были моменты радостных, счастливых переживаний; эти чувства тоже сохраняются в бессознательном. Все это вместе и образует наши ресурсы. Проблема в том, что они большей частью для человека закрыты – у него нет к ним доступа, их не получается использовать для того, чтобы добиваться успехов и побед в сегодняшней жизни.

Доступ к ресурсам гипнотерапевт обеспечивает, помогая человеку войти в транс. Транс – это «состояние доступа к бессознательному» к скрытым возможностям.

Для бессознательного характерен язык образов, звуков, ощущений, язык целостных картин и событий. Бессознатель­ное умеет улавливать все происходящее целиком, не пытаясь дробить, делить. Предполагается, что функцией сознания яв­ляется контроль, анализ, выяснение причин, следствий. Фун­кцией бессознательного, наоборот, является синтез, целостное восприятие окружающего мира. Популярная идея о разности функций двух полушарий го­ловного мозга помогает описать взаимодействие сознания и бессознательного. У правшей левое полушарие является доми­нантным, и оно считается прибежищем сознания. Оно облада­ет логической функцией, отвечает за повседневную жизнь че­ловека, за его поступки, убеждения, ценности и многое другое.

Правое полушарие является недоминантным, и его счита­ют зоной бессознательного. Оно характерно своей образнос­тью, ассоциативными связями, иногда отмечается детский ха­рактер его. Полушарие охотно воспринимает мир целиком. Это свойство действительно похоже на взгляд ребенка, который открыт всему миру и у которого нет ограничивающих шор.

Эриксон [5] полагает, что бессознательное опережает сознательный ум в способности восприятия, в эмоциях, в ответных реакциях и даже в попытках теоретических объяснений. Оно содержит в себе все, что сознательный ум упустил, проигнорировал или отверг, плюс все то, что есть в сознательном уме. Бессознательное имеет доступ почти ко всему, что содержится в сознательном уме, имея возможность использовать все это, в то время как сознательный ум обычно ограждает себя от содержания бессознательного и его потенциальных возможностей.

Большинство людей даже не знают о потенциальных возможностях своего реагирования на различные раздражители. Они придают мистическое значение большей части информации, получаемой путем тонких сигналов. [5. c.70]

Одним из наиболее значительных и в то же время парадоксальных аспектов бессознательного ума является то, что он не так уж бессознателен. На самом деле он чрезвычайно быстро воспринимает все происходящее и реагирует на него. Он бессознателен лишь в том смысле, что сознательный ум не помнит о его существовании, его деятельности и попытках войти в контакт с сознательным умом, а также о его влиянии на обычное мышление, восприятие и поведение. И название – «бессознательное» – связано скорее с нашим отношением к нему, чем с недостатком осознания с его стороны. [1]

Эриксон часто отмечал: люди на бессознательном уровне осознают гораздо больше, чем на сознательном. Особенное большое значение имеет способность индивида лучше понимать на бессознательном уровне неосознаваемую деятельность и реакции других людей. При взаимодействии двух людей бессознательный ум каждого из них будет занят восприятием неосознаваемой деятельности другого. При этом ни один из них этого не осознает. Здесь проявляется своего рода тайный, скрытый уровень общения, оказывающий на взаимоотношения людей не меньшее влияние, чем сознательный уровень общения. Понятно, что всякий человек, желающий стать психотерапевтом, должен сделать все возможное, чтобы осознать и использовать эти способности бессознательного для расшифровки неосознаваемых форм общения у других. Необходимо понимать, что их собственное бессознательное вступает в контакт с бессознательным пациента. Такой контакт может иметь чрезвычайно большое влияние на ход психотерапевтического процесса, и за ним необходимо очень тщательно наблюдать.[5. c.73]

Сознание можно определить как набор представлений че­ловека о своем разумном поведении, которое формируется в начальные периоды жизни и которым человек старается соот­ветствовать в зрелой жизни. Оно должно обеспечивать челове­ку нормальное функционирование в среде, в которой он живет либо в которой может оказаться. Поэтому все, что не соответ­ствует стереотипам сознания, им отвергается, поступки конт­ролируются, происходящее вокруг воспринимается с конкрет­ной точки зрения. Процесс функционирования сознания бе­зусловно полезен – он определяет реальную жизнь человека, однако, если учесть, что сознание достаточно ограничено и в принципе может быть названо набором ограничений, в ряде ситуаций оно может явиться проводником забот и проблем че­ловека.

Сознание человека проявляется в его поведении, в его линг­вистике, в его реакции на окружающий мир. С возрастом его проявления становятся более ригидными, штампованными. Для понимания сознательного поведения человека важно знать, на что он опирается в своих выводах, что является основой его сте­реотипов. Это важно потому, что нужно создать новые ва­рианты поведения, и терапевт должен определить, на какие события в жизни, на какой новый опыт эти формы должны опираться. Сознание можно определить как набор фильтров вос­приятия окружающего мира и себя, в эти фильтры восприятия входят убеждения, ценности, моральные и культурные устои человека, его воспитание в семье. Таким образом, формируется набор правил, которые человек устанавливает для себя. Реальность состоит в том, что правило может быть нежелательным для че­ловека, но, тем не менее, признаваться как необходимость. За­дачей терапии является расширение рамок и границ этих правил, запретов, получение нового опыта для формирования отличающихся от прежних навыков поведения.

Бессознательное – это неосознаваемая часть психики че­ловека, в которой сосредоточены как проблемы человека, так и ресурсы для их разрешения. В современной психотерапии бес­сознательное принято считать реаль­но существующим объектом. Можно говорить о бессознатель­ном уровне функционирования, о бессознательном уровне вос­приятия, то есть таком уровне понимания действительности и себя, при котором отсутствует обращение к сознанию. Можно предположить, что сознательная и бессознательная часть фун­кционирования психики человека протекают параллельно, од­новременно, и бессознательное может быть тем субстратом, к которому мы апеллируем в ходе психотерапии, когда сознатель­ное функционирование и сознательные попытки изменения действительности не достигают желаемого успеха.

Возможно, что бессознательное определяет работу органов тела, которые не поддаются контролю сознания. Оно воспри­нимает большую часть информации, приходящую из окружа­ющего мира, причем воспринимает его целиком. Кроме того, оно имеет тенденцию к синтезу нескольких событий, напри­мер, как мозаика собирается из нескольких кусочков в одну це­лую картину.

В бессознательном человека существует гораздо больше спо­собностей, возможностей, нежели те, которые он может осоз­навать у себя сознательно. Эриксон часто приводил пример с сороконожкой, которая неосознанно прекрасно пользовалась своими сорока ножками, но попала в беду пытаясь, сознательно проследить за процессом ходьбы. [3. c.11] Эриксон подчеркивал, что нужно доверять бессознательному и не бояться следовать его побуждениям. В ходе терапии одним из навыков, необходимых для успешной работы, является способность гипнотерапевта общаться непосредственно с бессознательным сво­его пациента. Одним из свойств бессознательного является буквализм, кон­кретность восприятия: если в речи терапевта появляются дву­значные слова или метафоры, сознание воспринимает эту игру слов, бессознательное воспринимает слова как абсолютно кон­кретные. Милтон Эриксон в своей книге «Мой голос останется с вами» приводит случай, который подтверждает этот феномен [5]:

«У меня была девушка-испытуемая, с которой я должен был продемонстрировать глубокий транс и возникающие в трансе явления доктору Эрнсту Росси. Я дал ей инструкцию войти в глубокий транс и встретиться со мной в середине места, которое я определил, как "нигде". Продолжая оставаться в трансе, она быстро открыла глаза и совершенно серьезно сказала: "Здесь что-то в корне неправильно!"

Доктор Росси не знал, что было не так – а она знала, что было неправильно. Так что же неправильного в том, чтобы встретиться со мной в середине "нигде"?

У "нигде" не существует середины! Это пустое пространство. Я дал ей инструкцию закрыть глаза, вывел из транса и затем сказал: "Я хочу, чтобы вы выполнили еще одно мое задание. Я хочу, чтобы вы, войдя в транс, встретились со мной во внешнем пространстве".

В трансе она открыла глаза. Было очевидно, что она не ориентируется в комнате, не понимает, где пол, где потолок и все остальное. Тогда я сказал ей: "Вы видите у меня в руке это пресс-папье? Теперь измените его положение".

Что вы думаете она сделала? Она сказала: "Доктор Эриксон, существуют только три положения. Я в одном, вы в другом, а пресс-папье в третьем. И эти положения единственные.

Испытуемый в гипнозе воспринимает все очень буквально.»

Указывая на то, что испытуемые в гипнозе реагируют на инструкции буквально, Эриксон в то же время подчеркивает, что бессознательное знание не остается неизменным, а пополняется новым[5]: "Всю вашу жизнь вы обучаетесь чему-то, переводите полученные знания в бессознательное и автоматически пользуетесь конечными результатами своего обучения".

Например, можно предположить, что на вежливую пре­амбулу вопроса, с которой один человек обращается к другому: «Скажите, пожалуйста...», бессознательное не даст ему закончить, воспримет это как приказ и ответит: «Пожалуйста». Этот буква­лизм очень важен, поскольку он позволяет общаться с пациен­том на двух уровнях, но для этого психотерапевт должен филиг­ранно владеть вербальной техникой, созданием своих внушений. Исходя из этого факта и многих других, считается, что бессоз­нательное обладает характером ребенка, который воспринимает мир без каких-либо шор в глазах, прямо, конкретно, он не отя­гощен условностями и изгибами логики. [5]

Наведение транса – инструмент, который по­зволяет бессознательному подойти к поверхности восприятия человека и позволяет работать непосредственно с ним. У бес­сознательного могут быть свои интересы, свои желания, воз­можно, даже свои мысли. Это облегчает работу сознания, по­тому что человеку, оказывается, не обязательно все помнить сознательно. Большая часть памяти человека относится к бес­сознательному, и только связь между бессознательным и созна­нием позволяет доставать необходимые факты памяти для со­знательного функционирования.

Бессознательное может представлять себя нам в виде сно­видений, оговорок, игры слов, которая, как правило, имеет оп­ределенный метафорический налет, но за этим может крыться важный смысл для нашей жизни. Беседа с клиентом также может идти на бессознательном уровне, когда два бессознатель­ных: клиента и гипнотерапевта, общаются между собой. И тогда большое значение получает не столько вербальное выра­жение этого разговора, сколько невербальное: мимика, жесты, поведение, способность неким образом одеваться, пристрастия в одежде и так далее.

Для психотерапии важна идея, что в бессознательном хра­нится тот опыт, который когда-то был приобретен человеком, но в настоящий момент с точки зрения сознания он не нужен, и эти умения не используются и ждут, когда мы найдем дорогу к ним, чтобы заставить их действовать.[1]

Многие виды автоматической деятельности также находят­ся в бессознательном. Например, когда-то мы учились держать ложку, пить из чашки, писать, считать. Теперь многие действия мы можем производить неосознанно, получая нужные навыки непосредственно из бессознательного, где они находятся. По-видимому, ограничения в поведении, которые возникли у нас вследствие какой-то проблемы, также хранятся в бессознатель­ном, и мы также автоматически используем эти стереотипы, хотя сознанием понимаем, что они не хороши для нас.

Возможно, в бессознательном записан весь ход развития личностной патологии: история ее возникновения, причины, развитие и современный результат, к которому пришла эта про­блема, современный способ патологического реагирования. И, учитывая это, можно предположить, что бессознательное, в свою очередь, знает и путь решения этой проблемы, знает, ка­кой способ будет адекватным для ее трансформации.

По мнению Гордеева М.Н. обращаясь к бессознательному в ходе гипноза, мы стара­емся либо выяснить причины, вывести их на уровень созна­ния, выявить историю проблемы, либо попробовать найти бес­сознательные ресурсы для ее глубинного разрешения. Может быть, это и есть высший пилотаж в психотерапии, когда бес­сознательный ресурс сталкивается с бессознательной пробле­мой и решает ее. При этом весь терапевтический процесс не выходит на уровень осознания и проявляется только положи­тельным результатом в жизни человека.[1]

В бессознательном записаны дороги, как к приятным вос­поминаниям, так и к неприятным. И в зависимости от целей транса мы можем пойти в ресурсный транс, то есть пойти к при­ятным переживаниям, и можем пойти к источникам проблемы – в транс проблемный, к переживаниям неприятным. И хотя это предложение исходит от нас либо от самого клиента, бессозна­тельное может выбрать – согласиться с подобным запросом или пойти по той дороге, которая ему сейчас кажется важной. Ког­да мы говорим о способностях мозга, на самом деле мы гово­рим о способностях бессознательного.

Для гипнотерапевта не менее важно уметь оценить способности соб­ственного бессознательного. Потому что оно вступает в непос­редственное общение с бессознательным клиента. И клиент учится на подобном глубинном общении, на взаимодействии, воспринимает бессознательную информацию от терапевта. Важно, чтобы идущая информация была сильной и положи­тельной.

Диссоциация. Диссоциации сознательных процессов и бессознательного в эриксоновской гипнотерапии. Диссоциа́ция – это психический процесс, относимый к механизмам психологической защиты. Термин «диссоциация» был предложен в конце XIX века французским психологом и врачом П. Жане, он отмечал, что диссоциация характерна для гипноза. По мнению П. Жане в гипнозе есть две психики: одна — связанная с сознанием и волей, а другая — не обладающая сознанием и волей, но способная осуществлять сложные акты. Это автоматические действия, диссоциированные от нормального сознания, неподконтрольные сознанию человека.
Термин «диссоциация» означает «отделение», «разделение».

Диссоциация – это феномен расщепления осознавания кли­ента, он может ощущать себя и в настоящем времени и настоящем месте, и в каком-либо другом месте и времени, при­чем оба состояния для него реальны.

Чаще всего в гипнозе это состояние называется диссоциа­цией сознания и бессознательного. Она полезна для отвлече­ния внимания сознания от психотерапевтических процессов, чтобы усыпить его и достичь бессознательного, которое явля­ется как источником проблем человека, так и источником ре­сурсов для их решения. Для проведения психотерапевтической работы диссоциация является важным и обязательным явле­нием. Диссоциация позволяет мозгу достичь материала, кото­рый лежит в бессознательном, чтобы использовать и трансфор­мировать его.

Принцип диссоциации относится к основным принципам эриксоновского гипноза и используется многократно и многогранно. Под диссоциацией понимается психологическое перемеще­ние человека во время или место, когда он был или будет успе­шен, для того чтобы он мог решить психологические проблемы,которые беспокоят его в настоящем. В эриксоновском гипнозе часто используется множествен­ная диссоциация, использующая и пространство, и время. Сам по себе транс уже является способом диссоциации человека от реального мира в мир гипнотический, с какой бы целью по­добное движение ни происходило. Это может быть диссоциа­ция в ресурсное место или возрастная регрессия, что тоже яв­ляется диссоциацией. Формально человек перемещается в иное состояние, в котором, как мы надеемся, он сможет поискать те ресурсы и решения, которых не мог найти в своем обычном состоянии.

Диссоциации можно добиться различными способами. На­ведение транса – один из первых способов, который может быть усилен другими способами диссоциации, например, фразами гипнотерапевта, направленными на диссоциацию сознания и бессознательного, которые помогают бессознательному осво­бодиться от контроля сознания, то есть отвлечь сознание и рабо­тать непосредственно с бессознательным. [1]

Принцип диссоциации направлен на то, чтобы в некоем необычном состоянии помочь человеку разрешить данную проблему, чтобы затем его, уже решившего эту про­блему, реассоциировать с его реальностью и предложить ему перенести принятые изменения в его реальную жизнь.

Для поиска решения проблемы характерна необходимость сочетания двух задач. Первая задача – это поставить некую цель, и вторая – облегчить себе доступ к решению этой цели. Диссоциация и призвана обеспечивать вторую задачу. С помощью феномена диссоциации возможно оживление как позитивных, так и негативных воспоминаний, осознавание их в настоящем, здесь и сейчас. Поэтому она бы­вает полезной как для поиска ресурсов, так и для разрешения проблем, которые не были разрешены в прошлом. Феномен диссоциации позволяет нам переместиться в прошлое и как бы завершить то самое разрешение, которое было прервано мно­го лет назад. В случае возникновения чрезмерных переживаний мы мо­жем использовать несколько по-иному феномен диссоциации, диссоциируя человека из позиции участника в позицию на­блюдателя, что облегчает перенесение ситуации и позволяет быть не просто наблюдателем, но и советчиком самому себе, как легче справиться с возникшей ситуацией. [1] Создание диссоциации между сознательным и бессознательным. Цель перемещения фокусировки внимания вовнутрь состоит в том, чтобы в конечном итоге перенести все осознавание и реагирование на уровень бессознательного ума. В результате возникает диссоциация между сознательным и бессознательным функционированием, и функции сознательного ума становятся своего рода фоном или даже совершенно исчезают, в то время как функции бессознательного ума полностью поглощают внимание пациента. По мнению М. Эриксона [4] такая диссоциация возникает как автоматически, в ответ на все большее перемещение фокусировки осознавания вовнутрь, так и с помощью определенных стимулов и заданий. Диссоциация может возникать при возложении одной из задач на сознательный ум, а другой – на бессознательный. Использование разного тона голоса или различных уровней смысла нередко приводит к такому же результату. Часто вполне достаточно убедить клиента, что ему необязательно слушать на сознательном уровне то, что вы говорите, и что он может расслабиться и позволить бессознательному взять на себя ответственность за вполне эффективное функционирование. Постепенный переход к более простому и буквальному способу выражать свои мысли также способствует диссоциации, и клиент будет просто вынужден сосредоточиваться на словах гипнотерапевта, используя бессознательный ум для того, чтобы лучше понять их.

В некотором смысле все обсуждавшиеся выше ситуации, способствующие созданию внутренней фокусировки внимания, могут рассматриваться и как стимулы, способствующие диссоциации сознательного и бессознательного. Любое сосредоточение внимания на внутренних процессах является начальной формой диссоциации сознательного и бессознательного, которая может затем усиливаться и углубляться гипнотерапевтом, пока не будет достигнута полная диссоциация, столь желательная для погружения в глубокий транс.[4]

М. Эриксон (цитата по [4]) разъясняет: «Сущность гипноза можно определить как искусственно вызванное и подобное сну состояние повышенной внушаемости, в котором осуществляется ограниченная во времени и обусловленная использованными стимулами естественная диссоциация “сознательных” и “бессознательных” элементов психики. Такая диссоциация проявляется в успокоении и неподвижности “сознательного” ума, что напоминает состояние обычного сна, и в передаче бессознательному уму субъективного контроля за функционированием, обычно осуществляемым на сознательном уровне».

«Явление диссоциации, как спонтанно проявляющейся, так и вызванной искусственно, может быть использовано для создания психологического толчка, которому субъект будет готов поддаться [1952].

Когда пациент говорит: “Я не хочу делать этого”, я отвечаю ему: “Хорошо, я позабочусь об этом, пока вы будете делать другое”. Таким образом он может диссоциировать». [4. c.117]

Возможности использования диссоциации сознательных процессов и бессознательного в эриксоновской гипнотерапии. Диссоциация осуществляется также за счёт особого построения речи – с помощью так называемой диссоциирующей речи. Обычно своей речью мы человека ассоциируем. Мы обращаемся к нему как к ассоциированному целому, как к нерасчлененному единству. Мы говорим «ты» (или «вы»), и это «ты» включает в себя и физическое тело, и чувства, и ощущения, и воспоминания, и мысли. Однако вместо того, чтобы ассоциировать, мы можем диссоциировать человека своей речью. Психическое функционирование человека можно представить себе как совокупность подсистем. И мы начинаем строить свою речь, как бы обращаясь к каждой из этих подсистем по отдельности. Например, можно сказать «вспомни», а можно сказать «позволь прийти воспоминанию». «Позволь прийти воспоминанию» означает, что воспоминание существует само по себе, оно может прийти, а может и не прийти. «Вспомни» – это ассоциированно, «позволь прийти воспоминанию» – диссоциированно. [3]
Когда терапевт помогаем погружаться клиенту в транс, одним из важных навыков, ко­торый способствует как погружению в транс, так и гипноти­ческой работе, являются фразы, направленные на диссоциацию сознания и бессознательного. Это фразы, которые могут вклю­чать в себя упоминание частей личности, например: «В то вре­мя, как одна ваша часть слушает меня, другая интересуется, насколько глубоко в познании себя она сможет отправиться».

Возможны внушения, которые направлены на диссоциацию частей тела, например: «В то время, как одна ваша рука остает­ся спокойно лежать на коленях, другая рука может начать под­ниматься».

Ряд предложений может быть направлен на пространствен­ную диссоциацию, например: «И, находясь здесь, вы можете одновременно осознавать себя совсем в другом месте, светлом и теплом, добром и уютном».

Фразы, направленные на временную диссоциацию: «Вы можете поискать и найти другое время, когда было хорошо, и войти в него, и почувствовать, как это хорошо, и вы можете быть и здесь и сейчас и в другом времени, в котором тоже мо­жете быть здесь и сейчас».

М. Эриксон [3] обращает внимание на то , что не нужно запоминать конкретные фразы, Нужно удерживать руководящий принцип: ты обращаешься не к целому, а к конгломерату частей, и каждая часть может существовать отдельно, самостоятельно.
Таким образом, диссоциирующая речь помогает человеку входить в транс и поддерживает транс. Как и ратификация, это делается на протяжении всего сеанса. Внушения, направленные на диссоциацию сознания и бес­сознательного, стимулируют размывание контроля сознания за различными процессами, организуют пробуждение бессозна­тельного и освобождение его от контроля сознания. Подобная диссоциация помогает человеку уйти от нересурсного проблем­ного состояния, забрав с собой самую мощную часть собствен­ной психики – бессознательное, которая выходит из-под конт­роля сознания и способна в данный момент начать работать. Сосредотачиваем жизнеспособные силы в каком-то месте или времени и начинаем их работу над тем, что заботит человека.

Заключение. Подход Эриксона основан на тщательных объективных наблюдения за человеческим поведением, что и позволило ему стать одним из наиболее выдающихся психотерапевтов нашего столетия. Основной результат этих наблюдений состоял в том, что люди обладают как сознательным, так и бессознательным функционированием. Сознательный ум несет в себе все те предубеждения и ограниченные перспективы понимания реальности, которые могут отражаться в различных искажениях восприятия и поведенческих аномалиях. С другой стороны, бессознательный ум – это гибкая система мыслей и осознания, воспринимающая и реагирующая на объективные аспекты реальности. Бессознательному свойственен в значительной мере непредвзятый подход, оно оказывается весьма “разумным” и содержит в себе обширный запас ранее обретенного опыта. Оно служит целям сознательного ума и предохраняет его от болезненных или неприемлемых воздействий, даже если такое предохранение приводит к серьезным невротическим или психотическим расстройствам.

Согласно Эриксону, цель психотерапевта – помочь пациенту реалистично воспринимать действительность и реагировать на нее. Проблема психотерапевта состоит в том, как мотивировать пациента к такой реорганизации сознательного ума, чтобы он смог использовать потенциальные возможности бессознательного и устранить ригидные, ограниченные, произвольные и основанные на заблуждениях саморазрушительные паттерны мышления и поведения.

Гипноз является весьма полезным инструментом, с помощью которого могут быть достигнуты цели психотерапии. Диссоциация часто возникает в гипнозе, она характерна для гипноза, это — типичный гипнотический феномен. Поэтому, способствуя диссоциации, терапевт способствует гипнозу. Основная для эриксоновского гипноза диссоциация – это диссоциация сознания и бессознательного. Загипнотизированный пациент приобретает способность в большей мере сосредоточивать внимание на проблеме, и его можно обучить тому, как полностью сосредоточиться на бессознательном, что может существенно ускорять процесс оживления переживаний, возникновение реалистических проекций на будущее, диссоциативное осознание, общение с помощью идеомоторной реакции, амнезию и другие необычные, но весьма полезные феномены. Отвлечение внимания пациента от внешней реальности и сосредоточение на внутренних событиях ускоряют возникновение гипнотического транса, в котором субъекта в меньшей мере отвлекают не относящиеся к делу события и у него будет больше возможности использовать свой скрытый потенциал и основанное на опыте знание для действительно объективного восприятия, а также ослабления эмоциональных, физических и психологических страданий

Диссоциация сознания и бессознательного – это очень важный и в то же время очень сложный для понимания феномен, кото­рый до конца не описан, и пути и механизмы его развития до сих пор остаются неизученными.


Литература:

  1. Гордеев М. Н. Гипноз: Практическое руководство. 3-е изд.- М. Изд-во Института Психотерапии, 2005.- 240 с.

  2. Ж. Годэн. Новый гипноз: глоссарий, принципы и метод. Введение в эриксоновскую гипнотерапию/Перев. с франц. С. К. Чернетского. – М, Изд-во Института психотерапии, 2003. – 186c.

  3. Семинар с доктором медицины Милтоном Г. Эриксоном (Уроки гипноза)/ Редакция и комментарии Дж.К. Зейга; перев. с англ. Т.К. Кругловой.— М.: Независимая фирма “Класс”, 2003.- 336с.

  4. Хейвенс Р. Мудрость Милтона Эриксона/Пер. с англ. А.С. Ригина. – М.: Независимая фирма "Класс", 1999. – 400 с.

  5. Эриксон М. Г. Мой голос останется с вами/ Милтон Г. Эриксон; пер. с англ. Е. Л. Длугач. – М.: Независимая фирма «Класс», 1982. -304

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle