Библиографическое описание:

Васильев В. Е. Костюм светлого шамана по материалам якутских этнографов // Молодой ученый. — 2011. — №10. Т.2. — С. 89-91.

В научной литературе изучение якутского костюма светлого шамана остается слабо освященной темой из-за отсутствия этнографических данных. Например, в музеях крупных населенных пунктов Якутии нельзя увидеть хотя бы атрибуты, принадлежавшие светлым шаманам. Однако пробел могут восполнить фонды краеведческих музеев, созданные в самых крайних точках севера Якутии.

В апреле и августе 2009 г. автор данных строк съездил на командировки в Среднеколымский улус для сбора этнографических материалов. На самом отдаленном уголке улуса расположено с. Алеко-Кюёл, где саха до сих пор сохранили обычай убиения жертвенного коня при смерти человека. Верховую лошадь седлают, ставят лицом на восток и забивают ударом ножа в затылок. Около могилы вешают голову, копыта, хвост (иногда и шкуру), череп направляют в сторону восхода солнца. Таких деревьев около кладбища я насчитал до пятидесяти. В музее хранится фрагмент уздечки с украшением солнца и бронзового льва, исполненного в скифском зверином стиле.

Самым интересным экспонатом музея является старая шуба с мехом наружу, которую вместе с бубном сотрудники запрятали в темную каморку для хранения рабочего инвентаря. После уговоров автору удалось вытащить их на свет и сфотографировать. Экспонаты инвентарных номеров не имеют. Они принадлежали кангаласскому шаману Д.Н. Батюшкину по прозвищу Суор ойуун («Ворон-шаман»).

Описание костюма: размер 46, с длинными полами ниже колен, ворот без воротника, края бортов прямые, спереди стыкаются, видны четыре кожаных ремешка вместо пуговиц. Талия изнутри имеет сборки с двух боков. Так образом, нижняя часть шубы резко расширяется. Рукава длинные и окаймлены черными манжетами. Также весь борт и подол шубы украшены двумя полосками черной каемки. Материал шубы подобран из узких лоскутков кожи жеребенка бело-рыжей масти. Внутренней подкладки нет, поэтому шуба довольно тонкая и легкая.

По внешнему виду она не отличается от старинных женских шуб с изображением орла на спине. Только длинная веревка, свитая из пестрого конского волоса и украшенная на концах красной бахромой, указывает на культовое предназначение шубы. Волосяная веревка петлеобразно проходит через шею и подмышки спереди, а на спине, соединяясь, свисает двумя концами до самых полов. Шуба имеет на спине изображение летящей птицы. Эта вставка сделана из шкур животных черного и бурого цветов, но вид шкур определить не удалось. По совету директор музея Д.И. Винокурова, удалось поговорить с двоюродной сестрой шамана М.В. Винокуровой (1934 г.р.).

Вот что рассказала Мария Васильевна: «Мой брат Дмитрий Николаевич Батюшкин умер 1968 г. в возрасте 81 лет. Он был девятым сыном кузнеца и младшим братом моего отца. Бубен сделал мой отец Василий Николаевич Батюшкин (1866–1956), а шубу сшила моя мать Батюшкина Екатерина Терентьевна (1874–1960). Возможно, это было в 1940-е гг. Костюм и бубен в 1980-е гг. я сдала в наш музей.

Шуба предназначалась для моей старшей сестры Татьяны Васильевны Батюшкиной в качестве свадебного наряда. Бубен отец обтянул лошадиной шкурой, а колотушку мать обтянула камусом оленя. Дмитрий ранее имел такую же шубу для камланий, но ее изъели мыши. Тогда родители отдали Дмитрию свою шубу. Он был среднего роста, коренастый и широкоплечий. Во время камлания казался выше своего роста. В советское время он много страдал и ушел из жизни, не раскрыв свою силу».

В музее автор заметил, что правая подмышка шубы сильно пострадала и много раз была залатана материями из разных цветов. На кончике повода, среди бахромы я нашел круглую бронзовую бляху с ажурным орнаментом. По словам Марии Васильевны, бляшек и колокольчиков на концах повода было по две, но они были утеряны.

Сопоставим полевые материалы с данными фольклора. В свое время учитель Г.М. Васильев записал в Мунгурдахском наслеге Абыйского района рассказ о светлом шамане, об обряде его посвящения, жизни и атрибутах. Мы приводим здесь перевод без изменения содержания рассказа:

«Душа шамана айыы воспитывается в Верхнем мире. Лежат они в гнездах Мирового древа Аал Луук мас, созданного всеми божествами айыы, и воспитываются в течение 3–7–9 лет. После шаман сам выбирает женщину, которая должна его рожать. Если роженица сильно мучается, то мать-богиня спускается с небес и трижды ударяет по воздуху плеткой с тремя концами, с девятью хоринскими наконечниками и медными насечками на рукояти. Шаманов айыы создают в Верхнем мире, не зависимо от их воли. Все творцы покровительствуют, оберегают шаманов айыы. Но если они обидятся, то карают их смертью. Боги-творцы указывают сроки болезни шаманов айыы. После 3–7–9 «рассеканий» мучения шамана кончаются.

Становление шамана завершается обрядом орто аан дойду ыhыага («пир Среднего мира»). Шаман посвящает своему творцу лошадь особой, пегой масти. Посвящение коня трижды совершает старый шаман. Этот праздник ысыах является обрядом посвящения в шаманы. Для закрытия дороги из Нижнего мира совершают обряд сожжения бело-пегого быка – тюлэhи убатыы. Для творцов Верхнего мира на дереве вешают чучело коня кэрэх, насадив его на перекладину куочай. Со двора до места заклания коня провожают алгысом и убивают способом разрыва аорты.

С южной стороны дерева устанавливают треугольный, высокий стол на трех ногах. По углам стола ставят три рюмки с кровью из сердца коня, а на середине втыкают деревце с листвою – айыы аар багага. С этого деревца к трем рюмочкам спускают три пестрые веревки ытык сэлэ. Эта конструкция называется айыы тюhюлгэтэ («алтарь богов»). С северной стороны на трех лиственницах вырубают человеческие личины хааннаах хайгыа и мажут их кровью. Эти духи сопровождают жертву на небе. При восходе солнца шаманы и их помощник, махая березовыми ветками, украшенными пучками гривы, совершают обряд поднятия жертвы на небеса. Всех собравшихся угощают кониной.

После пира все возвращаются в юрту, и старший шаман совершает обряд путешествия к покровителям неофита, указывает корни болезней, от которых шаман будет излечивать людей и предсказывает его судьбу. Затем совершает обряд отправления священного коня. После инициации шаман обретал костюм и бубен. Ранее болезненный человек, превращаясь в айыы ойууна, становился здоровым. Его не может «съесть» даже шаман абааhы. Душа шамана айыы перерождается часто. Если он умирает преждевременно, то творцы находят его душу и ухаживают за ней.

Бубен обычный. Шаман имеет медный или серебряный диск кюhэнгэ, символизирующий его связь с солнцем и луной. Он прекращает камлание в том случае, если с его одежды оторвется диск. Он обрывается тогда, когда больной не имеет шанса к выздоровлению. Половина зеркала чернеет. Бубен считается резвым конем шамана, колотушка – кнутом и предметом для гаданий тюёрэх. Она покрывается камусом с передней ноги коня.

Шаман имеет опахало айыы дьалбыыра из ветки с тремя развилками и семью развешанными пучками волос, взятыми из гривы живого коня. Этой веткой очищают и излечивают больных, поднимая к творцам айыы. Коврик олбох делают из цельной шкуры головы жеребца или кобылы вместе с ушами и хохолком. Иногда заменяют половиной шкуры из правого бока лошади.

Костюм для камлания шьют из шкуры жеребенка, соединяя лоскутки из белых, пегих и черных цветов. Шуба сагынньах доходит до середины голени, имеет длинные рукава и 7–9 пуговиц из замши. Талия изнутри обтягивается ремешком так, что полы внизу расширяются. Шуба на спине имеет вставку в виде летящей птицы из шкур соболя, тарбагана или росомахи. Края и борта шубы украшаются пестрым орнаментом тангалай в линию до 3–5 рядов. Такую нарядную шубу носят также обычные люди и невесты. Головной убор шамана состоит из цельной шкуры головы жеребенка с торчащими ушами и гривой. Он не имеет украшений. Обычные люди такую шапку не носили.

Внутри обтяжки бубна привязывают перья орла, но в других частях одежды перьев нет. Шаман айыы имеет поводья тэhиин, с помощью которых притягивает благодать айыы сагыала. Поводья на спине украшены красной бахромой, колокольчиками и бубенцами хобо, а на груди они соединены поперечным ремешком. Айыы ойууна имеет светлые мысли, слова и дела. Он приносит плодородие для людей и скота. Шаман айыы не должен быть жадным и обижать народ. Божества не подпускают к себе воров-шаманов. Шаман айыы заранее знает срок своей кончины. В день его смерти с востока дует ветер, звенят колечки аарык (кнутовища). Шаманов хоронят на арангасе, позднее появились срубы сайба. Среди женщин издревле были светлые шаманки айыы удагана» [1, л. 20–25].

Описание костюма абыйского шамана в деталях совпадает с шубой из Средней Колымы. Такое же описание оставил этнограф А.А. Саввин из уст светлого шамана Абыйского района И.А. СуздаловаСапалаай: айыы ойууна носит шубу из шкуры серого жеребенка шерстью наружу. На спине эта женская шуба имеет черную бахрому (из гривы?) жеребенка, края окаймлены черной полоской. На спине имеются длинные поводья, на концах которых висят бубенцы и колокольчики. Железных украшений нет. Шапка из цельной шкуры жеребенка вместе с ушами и гривой. Информатор также упомянул, что в молодости он один раз участовал в проведении праздника ыhыах на Колыме [2, с. 10–11].

Таким образом, мы устанавливаем, что в 1920-е гг. И.А. Суздалов был в районе нынешнего с. Алеко-Кюел и видел костюм кангаласских шаманов. В музее села висит шуба из шкуры жеребенка пего-рыжей масти. В мифологии саха эту масть лошадей покровительствовал грозный Улуу Тойон, сыновьями которого считались ворон и волк [3, с. 632–633]. Эти данные дают основание считать, что Улуу Тойон все же относился к творцам айыы. Старики с. Алеко-Кюел поясняют: шаманом айыы становился человек, прошедший полное посвящение. А Суор ойуун, по словам Марии Васильевны, прошел обряд инициации только дважды, т.к. шаман Бакшан Ярголазов на третий год приехать не смог и умер, не «подняв» его до конца. Возможно, поэтому Суор ойуун внушал страх на односельчан, и многие его считали шаманом с «черной дорогой».

У этнографа А.А. Саввина есть интересная запись о том, что у «белого» шамана бубен обтягивался конской кожей шерстью наружу. Когда били в бубен, то он издавал глухой звук, а бубен шамана, посредника между злыми духами и людьми, обтягивался кожей без шерсти от рогатого скота и издавал громкий звук [4, л. 10–11]. Здесь очевидна связь основного культового инструмента шамана с тотемистическими покровителями. При этом лошадь считалась созданием божеств верхнего мира, а рогатый скот – порождением представителей нижнего мира. Вспомним рассказ Марии Васильевны о том, что бубен Суор ойууна был сделан из шкуры лошади. Значит, якуты-кангаласцы утеряли древние тотемистические черты шаманской атрибутики – бубны с шерстью наружу и ритуальные шапки-маски из цельной шкуры жеребенка. Они уже не помнят названия жертвенного коня хоолдьуга и не знают, какая птица изображена на спине костюма шамана. Хотя из литературы известно, что тотемом кангаласцев был орел.

В настоящее время шуба из музея с. Алеко-Кюел является единственным экспонатом, свидетельствующим о том, что светлые шаманы айыы на севере Якутии существовали и в советское время. Однако удручает почти бесхозное состояние уникального экспоната, не имеющего даже инвентарного номера. При вопросе об этом мне ответили, что журнал учета может храниться в улусном краеведческом музее г. Среднеколымска. Но на обратном пути нам проверить этот факт не удалось.


Литература:

1. Васильев Г.М. Песни, предания. 1945 г. – Архив ЯНЦ СО РАН, ф. 5. оп. 3, д. 668, 27 л.

2. Шаман: рассказы о шаманах и шаманских обрядах. – Якутск: ЯНЦ СО РАН, 1993. – 56 с. (На як. яз.).

3. Серошевский В.Л. Якуты: Опыт этнографического исследования. – 2-е изд. – М.: РОССПЭН, 1993. – 736 с.

4. Саввин А.А. Этнографические заметки. 1938–1939 гг. Архив ЯНЦ СО РАН, ф. 4, оп 12, д. 35, л. 48.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle