Библиографическое описание:

Боровик И. Е. Понятие правовых принципов как начал справедливости в праве. Принципы адвокатской деятельности // Молодой ученый. — 2009. — №3. — С. 208-210.

Понятие правовых принципов исследуется  в весьма обширном перечне литературы, причём как общетеоретической, так и отраслевой. В основе своего содержания эти определения сводятся к сути,  что принципы – это стержневые механизмы, идеи права, как бы «несущие конструкции» всего правового строения. Правовые принципы – это в первую очередь идеи, т.е. исходные направляющие начала. Как во всех иных областях, так и в области права, принципы охватывают и дают правовое начало  социальным отношениям, нормам, т.е. они перерастают из просто «руководящих идей», в нормы и отношения, обретают своё нормативное и правоприменительное содержание.

Обычно среди правовых принципов выделяют следующие: гуманизм, законность, справедливость, равноправие, демократизм, добровольность и прочие. Хотя, по своей сути самого права эти принципы не отражают,  будучи, скорее, общей идеологией простых человеческих отношений.

Однако же, представляется, что принципы права следовало не просто декларативно  прописывать в тех или иных нормативных актах, но органически выводить их из правовой материи, для которой они бы являлись  «базисной надстройкой».

Принципы – это суть, сущность, освобождённая от частности и конкретики, которая должна конструироваться в соответствии с назначением права вообще: т.е. как средство предотвращения и урегулирования споров и разногласий в обществе.

Охватывая собою всё – идеи, нормы, отношения – принципы придают правовой сфере системность, логичность, организованность и последовательность.

Правовые принципы играют роль «маяков», отправных точек в формировании права, поскольку именно  с формирования правовой идеи, с её появления начинается «жизнь» права, т.е. формулируется определённый правовой принцип, который направляет  развитие права, реализуясь в его нормах и общественных отношениях.

По способу реализации в правовых нормах принципы подразделяются на принципы-нормы и принципы, выводимые из норм[1]. Первые – это принципы, непосредственно закреплённые в нормах. А принципы, выводимые из норм, это те, формулировка которых не ограничивается формулировкой одной конкретной нормы, т.е. не они получают прямого закрепления, «растворяются» во множестве норм.

В том или ином предмете регулирования закреплены основополагающие начала регулирования – принципы-нормы. Принципы, выводимые из норм, обусловлены методом регулирования, и,  будучи незакрепленными напрямую, они следуют из анализа норм. Однако, принципы не просто должны БЫТЬ, но они должны «работать».

Принципиально важно то, чтобы с ними были согласованы, связаны и чётко на их основе создавались все нормы, содержащиеся в законодательном акте, и чтобы эти нормы наиболее полно раскрывали содержание принципов.

Подытоживая вышесказанное, можно заключить, что от того, каковы принципы, каким образом они сформулированы и насколько полно раскрыты, напрямую зависит уровень развития законодательства, качество и эффективность законов. А каковы законы, таково и общество.

В демократическом правовом государстве, коим Россия провозглашена, основополагающие идеи-принципы должны быть выражены в законах, должны становиться правовыми нормами, т.е. приобретать государственно-властное закрепление. Принципы права не только и не столько  определяют направления правового регулирования, сколько  указывают направления дальнейшего развития законодательства. (Как,  например, конституционный принцип состязательности в судах, или принцип доступности каждому квалифицированной юридической помощи).

Становление России как правового государства  невозможно  без претворения в жизнь основных направлений,  сформулированных  в Указе Президента РФ от 6 июля 1995 г. № 673 «О разработке концепции правовой реформы в Российской Федерации»:

— законодательное обеспечение системы прав человека в обще­стве, прежде всего реальных гарантий прав и законных интересов личности;

— упрочение основ и защита конституционного строя;

— создание целостной правовой базы организации и деятельно­сти судебной системы и органов юстиции;­­

     -  развитие системы правового воспитания, в том числе укреп­ление системы юридического образования и юридической науки; организация правовой экспертизы в нормотворческой и пра­воприменительной практике;

Принципы правового государства позволяют перейти к вопросу о месте и роли  адвокатуры в государстве, ПОСКОЛЬКУ, В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ, ИМЕННО МНОГОНАЦИОНАЛЬНЫЙ НАРОД РОССИИ, БУДУЧИ ТВОРЦОМ КОНСТИТУЦИИ, заинтересован в существовании механизмов защиты интересов и прав личности. Несмотря на то, что прямых упоминаний об адвокатуре в Основном Законе страны нет, но,  по мнению некоторых авторов, общие положения о месте адвокатуры в системе государственных и общественных институтов, механизме судебной защиты (ч. 1 ст. 46), об обеспечении квалифицирован­ной юридической помощи (ч. 1 ст. 48) следовало бы соотносить с деятельностью и назначением адвокатуры.[2] А назначение адвокатуры, ввиду того, что: Россия является правовым государством (ст.1 Конституции), «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гра­жданина -  обязанность государства» (ст.2), «каждому гарантируется право на получение квалифицирован­ной юридической помощи» (ст. 48) и  «каждому гарантируется судебная защита прав и свобод челове­ка и гражданина» (ст. 46), - по своей сути является публично-правовым,  поскольку именно на адвокатуру возложена государством обязанность обеспечения населения квалифицированной юридической помощью.

В определении Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2000 г. № 282-O[3] указано: «Деятельность адвокатов, на которых возложена обязанность обеспечивать защиту прав и свобод челове­ка и гражданина, имеет публично-правовое значение».

Поскольку обеспечение прав и свобод человека и гражданина  и приоритет основ конституционного строя это обязанность государства, то очевидно, что без поддержки государства, становление и развитие адвокатуры как института гражданского общества невозможно, причём, ещё раз повторюсь, что и на государство, и на адвокатуру эти обязанности возложены самими гражданами России, её многонациональным народом.

Возникает только вопрос о том, кто должен устанавливать систему принципов, регулирующую определённую правовую сферу: исключительно Законодатель, который перечислит в законе определённые принципы, или же может быть учтено мнение учёных той или иной сферы юридического сообщества, в обоюдном диалоге которых могут быть установлены не только принципы,  на основе которых государство согласно «видеть» перед собой это сообщество, но также и те, которые были бы полезны и давали возможность развиваться этому сообществу, что в конечном итоге способствовало бы  и развитию законодательства, а в целом и правовой культуры всего общества: «Очень важно сказать о пра­восознании власти. Если власть станет стремиться создавать под се­бя удобное право, то любая правовая реформа станет не более чем фикцией»[4].

Содержание  правовых принципов обуславливается способностью юристов-правотворцев проникнуться сущностью общественных процессов и выявить в них основное и наиболее главное, что впоследствии и обретает форму фундаментальных правовых понятий.

Применительно же к Федеральному Закону «Об адвокатской деятельности и адвокатуре» № 63 ФЗ от 31.05.02[5], не совсем понятна сущность перечисленных  законодателем в п.2 ст.3 правовых принципов независимости, корпоративности, законности, равноправия и самоуправления. Принцип законности заключается в том, что свою профессиональную деятельность адвокат обязан осуществлять исключительно в рамках российского законодательства, не допуская его нарушений..

Принцип независимости адвокатуры заключается в  свободе от любого внешнего давления или вмешательства в профессиональную деятельность (в том числе со стороны государственных или иных заинтересованных в исходе дела органов, поскольку именно адвокатура, будучи подлинно независимой публичной корпорацией профессиональных юристов способна наиболее квалифицированно осуществлять контроль за соблюдением государством правовых норм.

 Признание публично-правового статуса института адвокатуры вы­звало необходимость решения вопроса о расширении ее корпоративно­го самоуправления, хотя попытки сохранить рычаги давления Министерства юстиции РФ на адвокатуру предпринимались в процессе принятия Федерального закона об адвокатской деятельности и адвокатуре. Тем не менее, Министерство юстиции не имеет права непосредственно вмешиваться в дела корпорации адвокатов, на органы юстиции возложена обязанность исключительно вести реестр адво­катов, вносить изменения в который по собственной инициативе они не могут. Принцип самоуправления в отношении организации и деятельно­сти адвокатуры представляет собой самостоятельное регулирование внутрикорпоративных отношений, возникающих в адвокатских сообществах, без вмешательства государства. Органами самоуправления являются: адвокатские палаты субъектов Российской Федерации, их советы, квалификационные комиссии. Федеральная палата адвокатов РФ. Принцип адвокатского равноправия означает, что лицо, приобрета­ющее статус адвоката, становится полноправным членом адвокатского сообщества.

К чему конкретно следовало бы эти принципы относить, исходя из наименования ФЗ: к организации адвокатуры или к непосредственной адвокатской деятельности.  Может, корректнее было бы расписать принципы, регулирующие организацию и отдельно принципы адвокатской деятельности? И, наконец, совсем не понятно, где в Законе раскрывается содержание принципов – т.е. законодатель их перечислил и, как будто, достаточно. Раскрыт, пожалуй, единственный  принцип -  независимости в статье 18 ФЗ «Гарантии независимости адвоката».

Также, по нашему мнению, в перечне п.2 ст.3 не хватает принципа конфиденциальности[6], который является основополагающим принципом адвокатской деятельности и раскрывается в своем непосредственном содержании в статье  8 «Адвокатская тайна», а также в статье 6 Кодекса профессиональной этики адвоката, где говорится о профессиональной тайне, как о «безусловном приоритете деятельности адвоката»[7]. Этим раскрытие содержания принципов в Законе исчерпывается.

Совершенно ясна попытка законодателя заложить основу того или иного закона, сформулировать чёткую систему принципов; однако, при этом необходимо устранить сомнения, что именно подход законодателя является наиболее верным, эффективным и полезным для правоприменителя, поскольку анализ «продуктов законотворчества» к такому мнению не приводит.

 

Библиография

  1. Алексеев С.С. Проблемы тоерии права, т.1, с. 108.
  2. Горбунов О. Принципы права. Понятие, роль, виды принципов права. М., 2005.
  3. Зорькин В.Д. //Родная газета. 2004.  — 29 апреля.
  4. Иванов Р.Л. О понятии принципов права. Вестник  Омского университета, 1996. С. 115-118.
  5. Иоффе О.С. Структурные  подразделения системы права. – Учён.зап. ВНИИСЗ,11968, вып.14.
  6. Керимов  Д.А. Философские проблемы права. М.: Мысль, 1972.
  7. Кодекс профессиональной этики адвоката. Принят I российским съездом адвокатов 31  января 2003 года. Вестник Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации. 2005. № 2.
  8. Малеин Н.С. Юридическая ответственность и справедливость. М., 1992. Гл.IV.
  9. Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2000 г. № 282-O

10.  ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» № 63 ФЗ от 31.05.02. РГ.2002. № 100; СЗ РФ. 2003.

  1. Явич Л.С. Общая теория права. – Л., изд-во ЛГУ, 1976. С. 450.
  2. Явич Л.С. Право развитого  социалистического общества: сущность и принципы. М.: Юрид.лит., 1978.


[1] Горбунов О. Принципы права. Понятие, роль, виды принципов права. М., 2005.

[2] Яртых И.С. Адвокатура и власть. -  М., 2003. с.8.

[3] Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2000 г. № 282-O

[4] Зорькин В.Д.// Родная газета. 2004. — 29 апреля.

[5] ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» № 63 ФЗ от 31.05.02. РГ.2002. № 100; СЗ РФ. 2003.

[6] в соответствии с Основными  принципами, которые  предусматривают: строго соблюдать и учитывать в рамках национального законо­дательства принцип соблюдения полной конфиденциальности кон­сультаций подзащитных с адвокатом (принцип № 22);

[7] Кодекс профессиональной этики адвоката. Принят Iроссийским съездом адвокатов 31  января 2003 года. Вестник Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации. 2005. № 2.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle