Библиографическое описание:

Серебряков А. С. Недостатки формально-правового понимания коллективов в правовой науке // Молодой ученый. — 2011. — №4. Т.2. — С. 18-20.



Коллектив в юридическом понимании и коллектив в психологическом не тоже самое, в статье предлагается альтернативное понимание коллектива с позиций психологии масс.

Сущность коллективов останется скрытой без учета душевных качеств людей их составляющих. Социальная психология и правовая наука имеют сложное между собой отношение, поскольку право в действии, а особенно частное право, это решение вопросов возникающих в жизни индивида в рамках нравственных ценностей общества, а психика массы это выражение бессознательной сущности человека в толпах. То есть право изучает коллективы с позиций индивидуальной психологии. Право как наука чаще использует термины: вина, вред, ответственность, обязанность и только изредка использует термины психологии социальной: аффект, непредумышленность, случайность. Право не представляет человека неосознанным и нелогичным, не всегда признает изменений в психике человека под влиянием внушения. Такое индивидуалистическое понимание коллективов не приводит нас к большей ясности, юристу трудно понимать коллектив, как феномен, именно по этой причине. Противоречие индивидуальной и массовой психологии преодолимо через понимание того что первая изучает «вождя» а вторая «орду», это и есть основная идея Зигмунда Фрейда (Австрия).

Позволим себе представить две гипотезы в развитие идея Габриеля Тарда (Франция), Сержа Московичи (Франция), Николая Михайловского (Россия), Гюстава Лебона (Франция) и др. теоретических основателей социальной психологии, интересность которых для нас есть результат того умственного голода возникающего у человека изучающего всю жизнь только одну логическую строну жизни и отрицающего иррациональную. Первая гипотеза: коллектив, юридическое лицо, политическая партия, церковь, армия, редколлегия журнала, семья и др. имеют в себе одну психическую основу, отточенную за время нашей бессознательной коллективной жизни – орды. Вторая гипотеза: Средства массовой информации (СМИ) это не отражение действительности в удобной для восприятия сознанием форму, а сила, объединяющая нас в единую массу, где индивидуальная психология уже не может объяснить происходящего.

Перейдем к доказательству первой из гипотез. З. Фрейд в своем труде «Психология масс и анализ человеческого Я» и Уильям Мак Дугалл (Англия - США) сошлись во взгляде на то, что лежит в основе организованной массы: 1. Постоянство; 2. Эмоциональное отношение индивида к массе, идентификация индивида с ней; 3. Масса вступает в отношение с другими массами, то есть существуют конфликты между ними. Косвенно это условие связано со вторым и является основой для более полной идентификации индивида с массой; 4. Традиции и обычаи во многом определяют жизнь массы, он носит не свободный характер, подчиняясь некритично воспринимаемым правилам своего функционирования; 5. Внутренняя раздробленность, подчиненная иерархии и неоднородность внутреннего состава. Для Фрейда искусственные толпы это в первую очередь: армия и церковь, основной позицией по этим образованием являлось их отцовское начало по отношению к индивиду: в церкви Христос, в армии полководец любящие солдат и верующих одинаково сильной любовью.

Масса состоит из равных субъектов. В отечественной научной и художественной литературе понятие стадного инстинкта спроецированного с форм организации общественной жизни животных используется наравне с понятиями коллектива и массы, хотя эти понятия описывают различные явления. Стадный инстинкт - не самое подходящее определение тому, что лежит в основе толпы, это скорее инстинкт орды. Орда в данном случае подчиняется отцу или вожаку. Стадное чувство одна из психологических основ равенства прав и обязанностей как основы конституционного строя. «Стадный инстинкт» отражает горизонтальные связи, а инстинкт орды благополучно, без неустранимых противоречий совмещает их с вертикальными описанными выше.

Объединение людей в коллективы на основе религий светской или традиционной приближает нас к возникновению толп искусственных, характеристики которых сильно отличаются от толп стихийных и обыденных. Их интеллектуальный уровень не снижается, а повышается лидером. Время их существования сравнимо со сроком жизни идеи и тех смыслов, составляющих ее обоснование. Формально подобный коллектив выражается в церквях, политических партиях и управляются они на принципах внушения подобно своим прародителям. Лидеры, вожди, политические деятели в своем большинстве обладают способностями гипнотизера и знанием о развитии искусственных толп (централизованный коллектив) которые они возглавляют, эти способности и знания часто не осознаются полностью и используются ими по наитию. Коллектива без веры не бывает, коллектив это воплощенная вера всех и каждого в идею для них общую и понятную. В обществе принято разделять религию с светской этикой в её традиционной форме, однако с точки зрения влияния на общественные и государственные процессы оба варианта религий кардинально не отличаются. Они содержат в себе компонент веры в безошибочность основной идеи, таинства и подражания. Идея и лидер тесно переплетены в глазах людей составляющих толпы. Светские и традиционные религии из разрозненных научных, протонаучных знаний созидают целостное знание в безошибочности и всеохватности которого уверены их адепты. С точки зрения силы и устойчивости влияния субъективного фактора искусственных толп основанных на традиционных религиозных верованиях и толп спонтанных не существующих непродолжительное время, первые можно считать наиболее мощными. В них присутствует такой элемент как отрицание всего, что противоречит основной доктрине, учения пифагорейцев, христианство и мусульманство подтверждают эти выводы. Своеобразный «запрет думать» (Ницше) и подвергать сомнению служит самосохранению религий, сами толпы поддерживают это. Следовательно, искусственные толпы тоже можно разделить на категории по уровню интеллектуального развития и тому, как они влияют на государство и общество.

Обоснуем вторую гипотезу. Когда была напечатана первая книга начинается новая стадия развития человеческой орды, СМИ лишь продолжили то что было начато как распространение знания о мире, продолжили совершенно по-новому. Потребность индивида в участии в коллективе и вовлеченности в общественное движение стала удовлетворятся посредством газет, телевизора и интернета которые обладают знанием общественного мнения. В газете важен тираж, в телевизионной программе аудитория, а в интернет ресурсе количество посещений, они дают публике ощущение единства с массами. СМИ извлекает индивида из толпы дает ему знание о том, что знают окружающие его люди, и такое воздействие оно оказывает без использования совместных собраний, которые наряду с вождем и идеей являлись основой традиционных толп. Остается основная характеристика искусственной толпы: идея и вождь ее носитель. Создание новой толпы возможно даже без личного участия в этом лидера, харизма и авторитет отступают на второй план, но методы не изменились: как сказано у С. Московичи: «Представление, церемониал и убеждение, первая управляет пространством, вторая – временем, третья словом»[1. с. 182], с одной поправкой: пространством теперь является место, где индивид знакомится с содержанием средство массовой информации. Лидер теперь способен влиять на убеждения и создавать общественное мнение более эффективно и с меньшими затратами. Новые способы контроля могут вилять на убеждения с большим успехом, такая эффективность не может даже сравниться с эффективностью форм, в которых воплощался субъективный фактор в прошлом - общественных собраний и обсуждения в узких кругах.

Средства массовой информации представляют собой новый способ коммуникации, невозможно отрицать их влияния, как и соглашаться с тем, что этот инструмент лишен изъянов. Его использование вышло за рамки простого предоставления информации. Отличает СМИ от обычного обмена информации существовавшего ранее это безапелляционность, с которой информация преподносится, что решает индивида возможности критиковать или обсуждать услышанное с тем кто говорит. Заменяя общение и создавая новую толпу – публику СМИ изменили мир. В беседе люди обмениваются информацией, задают вопросы, получают ответы, они находятся в равном положении, их реакция друг на друга примерно равна – только в такой ситуации мнение собеседника можно изменить. Мнение же СМИ изменить невозможно, поэтому на роль собеседника оно не годится и не способно заменить общение индивидов без ущерба для их интеллектуального уровня, это утверждение верно начиная с того периода индивидуального развития личности, где он осознает возможность своей отдельной свойственной только ему самобытности. Искусственные толпы вышли на первый план, что в прочем не мешает им переродится в толпу традиционную во время совместных собраний. Законодательное регулирование СМИ должно быть изменено в пользу способствования индивидуального развития человека, а не коммерческого использования зрительных и слуховых каналов восприятия аудитории с целью извлечения прибыли. Построение правового государства без использования СМИ и учета их влияния на общество не возможно. О том влиянии, которое они оказывают на сегодняшнюю действительность и о том внимании, которое должно быть им уделено, сказано у С. Московичи: «Ведь никогда это магическое господство не приобретало таких размеров. Вот почему «За» или «Против» него стало в наш век так же важно как высказываться за или против атомной бомбы»[2, с. 453].

Гипотезы, приведенные выше, не лишены недостатков, пожалуй, первый из них это то, что искусственные толпы не самое удачное определение коллективов. Далее, невозможно описать общество через понятия «орды» и «стада», а СМИ только через понятие агитации, это слишком узкие понятия для обширных явлений. Даже в дикой природе, примитивность которой лежит в основе понятия о культуре и искусства существуют феномены психической жизни объяснить которые мы не в силах (язык дельфинов и китов, мемезис чешуйчатокрылых насекомых) с позиций целесообразности объяснить явления иррациональные коими является феномен психической жизни. Важно синтезировать пусть даже протонаучные, не подтвержденные гипотезы с подтвержденными, и изучая предметы с неожиданных сторон делать новые открытия.

Если гипотезы верны можно прийти к заключению, что право не может с успехом контролировать и упорядочивать общественные отношения предмет которых, так или иначе, связан с иррациональными проявлениями психики человека. Правовая наука не имеет в своем понятийном аппарате элементов понятийного аппарата социальной психологии и индивидуальной психологии а также биологии, однако только на стыке этих наук, возможно получить новое, более достоверное знание о природе человеческих коллективов. Узость правовой науки не должна становится пределом для понимания коллективов правоприминителями, поскольку от уровня их образования и всестороннего понимания ими предмета управления зависит благосостояние общества.

Теоретическая наука должна стремится к описанию явления с неожиданных сторон, пока само явление не выступило для нас неожиданным образом и в неожиданном свете и не стало проблемой мирового масштаба: «Все это и является частью теоретических построений в общественных науках. Они не заняты социальными целостностями как таковыми; они не претендуют на то, чтобы открывать путем эмпирических наблюдений законы поведения или изменения целостностей. Их задача, скорее, состоит в том, чтобы, если можно так выразится, составить (constitute) их целостности – предполагать схемы структурных отношений…»[3, с. 85].

Наука со времени своего выхода из философии претерпела изменения и сейчас специализация знания совмещается с его взаимопроникновением: «Существует переход между точными науками (их мы из нашего рассмотрения исключаем) и науками о человеке. Этот переход подобен узкому ледяному лабиринту соединяющим Атлантику и Тихий океаны, однако не каждому под силу совершить такой переход самостоятельно, а потому особое значение будет иметь личность того кто возьмет на себя роль проводника» [4, с. 321]. Такими «проводниками» в современном научном мире являются: Даниэль Канеман С.П. Капица и другие. Применяя различный метод исследования к одному и тому же объекту можно получать всесторонние знания о нем. Спецификой настоящей статьи была выйти за пределы изучения роли коллективов в контексте правового статуса и привнести в правовую науку широко известные в психологии и социологии сведения о сущности коллективов. Такие сведения обогащают правовую науку, делают ее более живой.


Литература: Московичи С. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. / перев. с фр. Емельяновой Т.П. М.: Центр психологии и психотерапии. 1996. 478с. Там же. Хайек Ф.А. Индивидуализм и экономический порядок. / перев с англ. Дмитриева О.А. М.: Изограф. 2001. 256с. Там же.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle