Библиографическое описание:

Базарбаев К. К. Национально-прогрессивное движение: взгляды джадидов на государственность // Молодой ученый. — 2011. — №3. Т.2. — С. 71-74.

В статье рассматриваются реформаторские движение Туркестана конца XIX-XX вв и сложный, исторически многогранный путь развития.

Ключевые слова: Джадидизм, Туркестан, центральная Азия, Автономия.
This article deals reformist movement of Turkestan late XIX-XX centuries and complex, historically multifaceted way of development.
Keywords: Jadidism, Turkestan, Central Asia, Autonomy.

Реформаторское движение Туркестана конца XIX — начала XX вв. прошло сложный, исторически многогранный путь развития. Опираясь на философский опыт на пути к прогрессу и реформам других стран, джадиды попытались применить эту практику на национальной почве, где порой различные взгляды на общественное развитие становились объектом столкнове­ний. Основная идея борьбы за независимость формировалась в этих сложных условиях. Каким же представляли себе джадиды будущее общество и государство? Располагали ли они про­граммой их переустройства?

Как мы уже отмечали, джадидизм прошел в своей истории два этапа: первый — это этап просветительства и второй — политический. Однако, взгляды джадидов на вопросы государ­ственности начали складываться еще на первом этапе, а на вто­ром — они уже обрели законченную форму. Оглядываясь назад в прошлое, джадиды связывали все отрицательное в обществе с утратой национальной государственности. Так, по мнению Махмудходжи Бехбуди, ханства на протяжении 50-и предыду­щих лет были отрезаны от мира и не могли пользоваться миро­выми достижениями, что привело к утрате национальной госу­дарственности и это стало одной из причин пребывания под игом колониализма. Колониальная же система вынудила наро­ды Туркестана жить по европейским законам, которых они не знали, а для того, чтобы защитить свои права необходимо быть образованным. И М. Бехбуди приходит к выводу, что высоко­образованные специалисты, в частности, юристы, смогли бы при­носить пользу нации, действуя через Государственную Думу, суды и официальные органы российской администрации в Тур­кестане. Таким образом, еще в 1913 г. он выдвигает следую­щую теорию: развитие просвещения и образования среди туркестанцев необходимо для защиты своих национально-государст­венных интересов.

Основную часть концепции джадидов составляла проблема единения всех народов Туркестана, ибо будущее государствен­ное устройство они связывали с их солидарностью.

Международные связи джадидов были весьма всеобъемлющими. Они были знакомы с программами джадидских движе­ний России, Турции, Египта и других стран, обмениваясь между собой опытом посредством поездок и бесед. Революционные события 1905—1906 гг. в России оказали свое воздействие и на Туркестан.

Национальные прогрессисты пристально следили за полити­ческими процессами в России, изучая программы возникаю­щих там политических партий. Однако, опираясь на особеннос­ти национального менталитета народа — его миролюбие и сдер­жанность, они старались мирным путем, легальными способами через обращения в Государственную Думу и выступления там добиваться поставленных целей. Царская администрация, обес­покоенная ростом политического самосознания местного насе­ления, наложила вето на присутствие представителей Туркеста­на в Государственной Думе. Тогда джадиды пришли к заклю­чению о необходимости объединения и создания единой мусульманской партии с тем, чтобы войти в состав Всероссий­ского союза мусульман. В статье, опубликованной в газете «Хуршид» от 11 октября 1906 г., М. Бехбуди писал, что только та­ким образом, опираясь на прогрессивные силы тюркских наро­дов России, они могут добиться политических прав [1,с.8]. Здесь же он выразил свое отрицательное отношение к социал-демокра­тической партии, считая ее программу неприемлемой для норм жизни мусульман и утопичной.

После столыпинской реакции джадиды были вынуждены перейти на нелегальное положение. Как было доложено в по­лицейский департамент Ташкента, одну из подпольных групп, преимущественно состоящую из представителей национальной интеллигенции и учащейся молодежи, возглавлял учитель Ахмаджанов. В Коканде была организована подобная группа, со­стоящая из 50-и человек. Андижанское общество джадидов на­зывалось «Тараққийпарвар» («Прогрессисты») и возглавлял его, судя по донесению тайной полиции, Убайдулла Ходжаев. Кроме того, на протяжении 1909—1916 гг. агенты царской охранки неоднократно докладывали правительству о том, что мударрисы.и учителя школ ведут пропагандистскую работу по прове­дению реформ для управления краем [2, с.21].

Ощутимое влияние на джадидизм Центральной Азии оказа­ли революции, произошедшие в 1905—1911 гг. в Турции и Иране. Представители национальной интеллигенции этих стран ставили перед собой цель ограничить монархическую власть конституционными рамками и укрепить экономическую мощь национальной буржуазии, создав для этого соответствующие условия и предпосылки. Однако их опыт не был механически перенят джадидами Туркестана. Из практики восточной и евро­пейской борьбы против колониализма, за достижение демокра­тических реформ они использовали с определенными измене­ниями только то, что было приемлемо в условиях края.

Накануне февральской демократической революции джади­дизм Туркестана уже представлял собой серьезную политичес­кую силу. Если после Первой мировой войны джадиды вели борьбу за парламентскую монархию, то после февральской ре­волюции их радикальная часть выдвинула более широкий ряд требований, среди которых было проведение глубоких реформ по расширению полномочий местного населения в управлении краем, выделение мест в Государственной Думе, исходя из фак­тической численности местного населения, обеспечение основ­ных демократических свобод и, прежде всего, свободы нацио­нальной печати, замена монархического строя конституцион­ным и т.д. Как же представляли себе джадиды место Туркестана в Российской государственности?

Это четко отражено в статье М. Бехбуди, который писал: «В Ташкенте будет большой Центр (Марказ) и Собрание (Мажлис), куда войдут по несколько человек, избранных из пяти вилайятов Туркестана от каждого города и уезда. В их ведении должны быть законодательство и законоисполнение всех налогоплатежных процессов. Этот Мажлис станет посредником между русским правительством и мусульманами. Каждого по­печителя (вали) и управителя (маъмур) от Туркестана и от каж­дого вилайята они будут поддерживать, и активно работать для прогресса Туркестана, и для его развития. Естественно, назван­ные поверенные (вакил) и депутаты (мабъус) в большинстве должны быть из мусульман и в малом числе из русских, а дело должно делаться не приказным или насильственным методом, а согласно» [3]. Однако для того, чтобы добиться прав, по мнению М. Бехбуди, нужно активнее включаться в общественную борьбу, независимо от национальности и, объединившись с русским на­селением, нужно организовать «Союз туркестанских мусульман», избрав туда представителей от" каждого уезда — таковы пер­вые условия движения к свободе и независимости. Он считал, что главным условием для автономного существования в рам­ках демократического государства России это — устранение внутренних противоречий.

Весна 1917 г. стала переломным моментом в политическом пробуждении мусульманского населения Туркестанского края. На политическую арену вышли новые силы, заявившие о своем стремлении возглавить развертывающиеся демократические процессы. Ядром зарождающихся национально-демократичес­ких сил стали джадиды, подготовленные к этой роли своей предшествующей деятельностью. Связывая воплощение своих идеалов о прогрессе и независимости коренных народов края с демократической революцией в крае, они активно включи­лись в претворение в жизнь объявленных ею принципов. За­щита политических интересов коренных народов в развора­чивающихся демократических процессах была приоритетной в их деятельности на политической арене с первых постфевраль­ских дней.[4]. Во главе этих идей в Туркестане стоял Махмудходжа Бехбуди.

В Туркестане стали возникать национальные политические партии и объединения, в частности, в марте 1917 г. джадидами была образована организация «Шурой исломия», в которую входили и представители духовенства и других социальных слоев населения. К тому времени джадиды сумели увлечь за собой различные общественные прослойки из числа местного населе­ния, пробудив в дознании людей стремление к объединению. Однако, в скором времени они осознали, что как Временное правительство России, так и Временный комитет в Туркестане продолжают вести в крае, как и прежде, ту же колонизаторс­кую политику. Это со всей очевидностью показало на необхо­димость проведения Учредительного собрания. С тех пор про­блема обретения автономии и самостоятельности переросла для прогрессистов в вопрос жизни и смерти и начались ожесто­ченные политические бои.

Они внимательно следили за политическими процессами в метрополии, изучали программы зарождающихся российских политических партий. Исходя из специфики национального мен­талитета, склонности туркестанцев к миролюбию, они стали пред­принимать попытки мирным путем, общественными петициями, публичными дебатами в Государственной Думе и иными ле­гальными средствами добиться политических уступок для себя и создать на первом этапе хотя бы минимальные условия, отве­чающие объективным потребностям национального развития Туркестана.

В июне 1917 г. консервативная часть вышла из состава «Шу­рой исломия» и создала свою организацию «Шурой уламо». В августе 1917 г. проходили выборы в городские думы Туркес­тана. Во многих из них организация «Шурой исломия» получи­ла большинство голосов. На выборах в Ташкентскую городс­кую думу большее число мест (62) получила «Шурой уламо». Пытаясь нейтрализовать влияние большевиков и, осознавая необходимость укрепления национального движения, прогрес­систы приняли решение об объединении двух организаций в единую партию под названием «Турк Адами марказияти» [5, с.98].

В период подготовки к созыву Учредительного собрания, дви­жение приняло характер борьбы за независимость. Джадиды, осознавшие, что наступил момент острой борьбы, не на жизнь, а на смерть, за независимость и автономию, стали подвергать ост­рой критике колониализм, окончательно отказались от прежней идеи конституционной монархии и выступили за предоставле­ние Туркестану национально-территориальной автономии в составе Российской Федеративной Демократической Республи­ки. «Яшасун Кушма халк. жумхурияти!» («Да здравствует Объе­диненная народная республика!») — с таким лозунгом стали издаваться с 1917 г. джадидские газеты «Кенгаш», «Турон», а затем орган туркестанских федералистов «Турк эли». В про­граммных документах прогрессистов основное внимание уде­лялось разработке механизмов реализации принципов нацио­нально-территориальной автономии, в частности, организации высших органов власти, управления и суда края, призванных осуществлять самостоятельные полномочия Туркестана. При­оритетной целью прогрессистов было формирование демокра­тического общества, где должны были быть предоставлены и конституционно гарантированы демократические права и сво­боды [6, с.99]. Их несомненной заслугой явилось выдвижение в те годы идеи равенства перед законом всех наций и народностей, насе­ляющих Туркестан, во всех сферах экономической, обществен­но-политической, правовой и культурной жизни. Примечатель­но, что претворение в жизнь своих идей о государственной независимости туркестанские джадиды связывали с миром и согласием между различными общественными силами страны. Много сил и энергии приложили они для получения мест в Учредительном собрании.Октябрьские события в Туркестане и захват власти боль­шевиками не позволили им достичь намеченных целей. Но, не­смотря на это, джадиды, воспользовавшись своими правами, про­возглашенными новой властью большевиков в Декларации о национальном самоопределении, объявили в Коканде о созда­нии независимой автономной республики под названием «Туркистон Мухторияти».

Усилия для достижения прогресса обречены на успех лишь тогда, когда в этом заинтересовано само государство. Именно это понимали джадиды и поэтому, зная реальную ситуацию, при которой невозможна независимость, попытались основать само­стоятельную национальную государственность — Туркистон Мухторияти в рамках Российской Федерации. Конечно же, это было государственное образование внутри государства, но с четкими разграничениями компетенции Туркестанской респуб­лики и Российского федерального центра, полномочия которо­го сводились к минимуму. Это было пониманием невозможнос­ти в то время полного отделения и одновременно претензией на политическую самостоятельность. Если бы большевики при­мирились с этим явлением, что трудно себе представить, то на­циональные демократы пошли бы дальше.

Республика просуществовала всего три месяца и была раз­громлена большевиками в феврале 1918 года.Если деятельность джадидов на этапе просветительства была направлена на объединение народов Туркестана, то в 1917— 1918 гг. одной из важных целей Туркестанской Автономии ста­ла защита национальных интересов. М. Бехбуди обосновал по­ложение о том, что никто и никакая власть не дадут доброволь­но народу независимость. «Из истории известно, — отмечал он, — что права завоевываются, а не даются. Каждая нация, на­род могут отстоять свои права, религию и политику только пу­тем приложения собственных усилий и объединения сил. Мы, мусульмане, в частности, мусульмане Туркестана, желаем, что­бы никто не посягал на наши религию и нацию, мы же, в свою очередь, не имеем намерений угрожать кому-либо» [7].

«Независимость достигается только путем борьбы, а для это­го мы должны быть сплоченными», — писал он. Обращаясь к туркестанцам, а также к представителям европейских народов, Бехбуди с целью сохранения автономии предлагал временно воздержаться от разногласий и споров. Отсюда явствует, что в воззрениях джадидов эта мысль, в отличие от вышеупомяну­той, уже переросла от просветительской до политической, то есть судьба Туркестанской Автономии напрямую связывалась с единством туркестанского общества и его солидарностью.

Несмотря на свой печальный конец, национально-прогрессив­ное движение, основанное джадидами, способствовало росту на­ционального самосознания, сыграло существенную роль в ста­новлении и развитии национально-освободительной идеологии.


Литература:

  1. Бехбудий М. Хайр ул-умури авсатухо /Хуршид. 1906. 11 октябрь.
  2. Аъзамхужаев С.С. Туркистон Мухторияти.Тошкент: Маънавият, 2000.
  3. Бехбудий М. Хақ олинур,берилмас/Хурият. 1917. 13 июль.
  4. Улуғ Туркистон.1917.12 июнь.

  5. Агзамходжаев С. История Туркестанской Автономии (Туркистон Мухториияти).

  6. Агзамходжаев С.История Туркестанской Автономии.

  7. Хужаев У. Турли уринлар/Садои Туркистон. 1915. 2 февраль.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle