Библиографическое описание:

Моисеев Е. А. Мольер и Грибоедов: проблема литературных взаимосвязей // Молодой ученый. — 2011. — №3. Т.2. — С. 29-32.

«Если из среды народной возникнет муж,

порицающий дела твои, ведай, что той есть

друг твой искренний, чуждый надежды мзды,

чуждый рабского трепета»

А.Н. Радищев

В 1894 году в свет вышла книга А.Н.Веселовского, русского литературоведа, специалиста по западноевропейской литературе, «Этюды и характеристики». Широкой популярностью А.Н.Веселовского пользовались работы о Ж.Б. Мольере и байронизме. И в этой книге он не обошел стороной тему, Мольера написав в ней статью «Альцест и Чацкий», посвященную сопоставлению и взаимосвязи великих произведений Ж.Б.Мольера и А.С.Грибоедова.

В творчестве А.Н.Веселовского, большинство статей посвящено сопоставлению западноевропейской литературы с русской, что согласуется с тем, что автор был сторонником культурно-исторической школы.

Большую актуальность имеет сопоставительное исследование, которое, посвященное творчеству Мольера. В этюде «Альцест и Чацкий», автор сравнивает произведения «Мизантроп» и «Горе от ума», а также дает множество интересных фактов, подтверждающих идейно-художественную близость.

Сравнивая творческое наследие двух великих писателей, которые внесли огромный вклад в культуру Франции и России соответственно, анализируется исторический процесс, его особенности, а также особенности национального мировоззрения. Особая роль в этот период принадлежит театру, где среди самых известных драматургов это имена Мольера и Грибоедова.

В первую очередь А.Н. Веселовский обращает внимание как раз на историческую обстановку во Франции и России. Автор называет комедию «Горе от ума» национальной, говоря, что во время выхода комедии (1825 год) касаться вопросов, которые затрагивались в ней, было запрещено, а тем более указывать на связь с мольеровским «Мизантропом», что было также подмечено в узких кругах: «Критик этим самым выкажет недоверие к оригинальности грибоедовского творчества»[1, стр. 743] . Признание любого иностранного образца, писал А.Н. Веселовский, было бы ошибкой со стороны молодой литературной партии. В 1757 году, когда в русском театре начинали ставить Мольера, особое место заняла комедия «Мизантроп», но по-настоящему понять ее не смог народ: «относился и к этой горячо написанной социальной комедии как и к другим французским пьесам, признанным классическими, скорее с чувством обязательного благоговения, любуясь хорошим стихом, сильными местами, благородною дикцией актера»[1,стр744]. Обличение нравов в обществе, то есть истинный замысел комедии, пишет Веселовский, стало понятно только позже, когда «идеи просветительского века коснулись наконец и русской молодежи»[1, стр745]. Также следует отметить, что народ не смог ее понять, потому что не пришло еще время. Говоря еще раз об исторической обстановке в странах следует отметить, что творчество Мольера приходится на время середины 17 века, а это время во Франции, как известно, время антиправительственных смут, время Фронды, и комедия Мольера «Мизантроп» как никакая актуальна в этом отношении, обличая пороки человечества и обстановки в стране. «Нужно было сильно проникнуться духом освобождающего западного развития, усвоить себе строгие требования от жизни <…>, чтобы находить в словах Альцеста отзвук того, что бушевало у себя на сердце»[1,стр. 744], что бушевало на сердце у Мольера и любого француза того времени. Многие влиятельные люди в тогдашнем литературном и театральном мире (Дмитриевский, Кокошкин) пытались внедрить образ Альцеста, в русскую общественную среду, но все это выходило как говорилось выше неудачно. Никто не смог показать истинный замысел Мольера, пока в свет не вышла комедия «Горе от ума».

Декабрь 1825 года – в России происходит антиправительственное восстание декабристов. Именно этим годом датируется и комедия Грибоедова. Следовательно, можно сделать вывод, что буквально только через 150 лет, русский народ начал переживать то, что во Франции давно уже прошло, и о чем писал Мольер в свое время. Благодаря схожей историческое обстановке и выходу грибоедовской комедии, русские читатели смогли полностью понять как замысел «Горя от ума», так и раскрыть для себя все неведомые до того тайны «Мизантропа». И даже до сегодняшнего времени, читая комедию Мольера, мы можем лучше понять комедию Грибоедова и наоборот. Грибоедов первый кто смог акклиматизировать Альцеста для русской жизни, первый кто показал «…ясные черты русской и в особенности московской жизни…»[1, стр.749]. Веселовский писал: «Итак, нашелся наконец человек, который мог не только верно понять главную мысль мольеровской пьесы, но и воссоздать ее в самостоятельном произведении»[1, стр. 750].

Сила статьи Веселовского не только в том, что он смог показать нам схожесть исторической обстановки в странах и отразить эту близость в художественных текстах, но и в том, что он сделал сопоставительный анализ героев, указал на общие оценки, а также показал подобное воспроизведение отдельных мест комедий (например финалов). Тем самым автор доказал нам в полной мере, что «интерес к мольеровскому творчеству очевиден у Грибоедова по многим признакам»[1,стр. 751].

Если брать в рассмотрение пообразный анализ, то Веселовский в статье провел параллели между Альцестом и Чацким, Селименой и Софьей, а также Филинтом и Молчалиным. Правда последнее сопоставление, на мой взгляд, нуждается в более детальном рассмотрении и может трактоваться с разных позиций и точек зрения.

Бесспорно, в образе Чацкого имеются автобиографические моменты, на что указывает мнение критика о личности Грибоедова: «Один из типичнейших «меланхолических» весельчаков, Грибоедов знал за собой свойственные всем им резкие переходы от взрывов веселости к мрачному унынию»[1, стр.752]. Абсолютно схожую ситуацию мы видим и у Мольера: «Печальные мысли преследовали тогда Мольера везде; он задумывается среди веселого пира; окружающее его довольство не тешит, и от людей он прячется»[1, стр.754]. К этому еще хочется добавить и схожесть некоторых биографических фактов: оба они росли в обеспеченных семьях, со старинным родом, оба учились на отлично в Московском университете и Клермонском колледже соответственно, оба выступали за значимость и возрождение национальной культуры, что также мы видим и у героев произведений. Рассматривая образы Чацкого и Альцеста, можно сказать, что и тот и другой являются как жертвами социальной несправедливости, с выдвинутым на первый план чувством индивидуального протеста. Чацкого критик называет Альцестом, который стал декабристом , которого окружила русская светская толпа двадцатых годов. Таким образом, получается, что идеи Чацкого и Альцеста – это идеи самих авторов, которые совершают ошибку, высказывая их окружающим. Персонажи выражают эти идеи, и они не втсречают понимания в общественной среде. В конце текстов мы видим схожий финал: герои покидают сцену для скитаний по свету, «где оскорбленному есть чувству уголок».[2, стр. ]

Говоря о линии Селимена - Софья необходимо сказать, что и та и другая являются возлюбленными главных героев, однако отношение у них к этим чувствам разное. Если Софья давно уже определилась со своей судьбой: «Девушка сама не глупая предпочитает дурака умному человеку...»[2, стр.] , то Селимена выбор сделать не может, и, судя по ее поступкам, критики общества мы здесь и вовсем сталкиваемся с таким термином как человеконенавистничество. Схожесть ситуаций состоит в том, что первая, даже уже разлюбив Чацкого, понимает, по мнению критика, что он и «умен, остер, красноречив». И в «Мизантропе» мы видим нечто подобное: Селимена, хоть и насмехается над всеми своими поклонниками, боится упасть в глазах Альцеста. Только в нем она находит достоинства: «сурова добродетель» и неукротимый дух.

Линия же Филинт – Молчалин, выделенная Веселовским, нуждается в более многостороннем рассмотрении. Говоря о схожести этих героев, автор отмечает, что «Молчалин проникнут таким же убеждением в необходимости вполне ладить с действительностью, принимать господствующие мнения»[1, стр. 759]. Однако, сравнивать их не вполне корректно по ряду причин: во-первых оба они, выполняют совершенно разные роли в пьесах, оба по-разному относятся к главному герою, и оба полностью самостоятельные, не сущие в произведениях совершенно разные идеи. Наиболее будет верно, если рядом с образом Мочалина поставить образ Тартюфа, из другой одноименной пьесы Мольера и доказать это очень просто. Рассматривая этих героев комедий можно выделить общее - скрытый характер, и скорее всего это скрывается обманщик. Главная особенность секретаря-домочадца не столько быть компетентным, сколько заслуживать доверие у хозяина, доверие в начале, в делах, что обоим с успехом удается сделать. Может эти дела и не очень большие, но в комедии Мольера они становятся со временем очень важными. В этих случаях сам хозяин оказывается одураченным и стоит на вторых ролях. По собственной глупости отдает свою дочь Марианну обманщику Тартюфу Оргон, что является типичным поведением для «ослепленных» персонажей в комедиях Мольера. Очень важно, что общим являются качества персонажа – умеренность и аккуратность. У Грибоедова это сформулировано. У Мольера это показано. Тартюф славится своею скромностью. У Ж.Б. Мольера мы видим «добровольность» в результате ослепленности, а у А.С. Грибоедова недостаточное внимание к опасному домочадцу. Слова Молчалина не раскрывают ни его планов, ни мировоззрения. Тартюф же наоборот много говорит, но не то, что есть на самом деле, а постоянную ложь. И то и другое – лицемерие, хитрость. Молчалин и Тартюф – образы, которые сыграли важную роль в развитии страны.

Также можно дополнить Веселовского и провести еще одну очень важную параллель, параллель между образами отцов: грибоедовского Фамусова и Гарпагона Мольера из пьесы «Скупой». Для понимания черт личности Фамусова типична забота о том, как достойно выдать дочь замуж. Характерно и то, что он не интересуется чувствами дочери, а только собственными светскими соображениями. Только он и знает, какой жених по-настоящему достоин (не сегодня – завтра – генерал).

Точно также поступают и персонажи комедий Мольера. Гарпагон находит жениха дочери Элизе – Ансельма. Как жених он обладает превосходными качествами – богатый дворянин. Гарпагон замечает и еще ряд полезных качеств, но уже не сопоставимых по важности с отмеченными первыми двумя: ум, отсутствие обузы в виде семьи, к тому же, по понятиям Гарпагона, не старый еще. Сходность образов приводит и к сходству сцен. Фамусов как и Гарпагон неожиданно узнают об «увлечениях» своих дочерей. При появлении на сцене дочерей – Элизы и Софьи, отцы почти одинаково саркастически их приветствуют (А, Софья Павловна, блудница…). Сходы угрозы всех разогнать, наказать, ибо все, как мыслится, находятся в определенной зависимости от грозного отца. (Гарпагон и Фамусов). Вместо Гарпагона, можно поставить также и образ господина Журдена из «Мещанин во дворянстве», и Оргона из «Тартюфа».

Кроме приведенных выше доказательств, преемственности авторов, можно также выделить и подобие в идейном содержании произведений. Здесь сопоставление можно провести по следующим пунктам: тема отцов и детей, тема лицемерия, тема лишнего человека и тема денег. Все эти темы имеют то или иное отражение в комедии «горе от ума» и высоких комедиях Мольера.

Также можно говорить и о схожести построения произведений, не смотря на то, что Грибоедов не являлся представителем классицизма. В каждой высокой комедии Мольера и комедии Грибоедова есть все композиционные элементы: экспозиция, завязка, развитие действия, кульминация и развязка, что указывает на их связь с трагедией, а также на цели катарсиса, характерного для классицистической трагедии.

Характерна и схожесть в регламентации расположения композиционных элементов. Так, экспозиция и завязка идут в начале и конце первого действия соответственно. Кроме того, схоже использование одних и тех же приемов (говорящие фамилии, приемы комедии характеров и ситуаций), а также использование общелитературных изобразительно-выразительных средств в целях создания комического (гипербола, ирония, повтор и др.)

В сопоставлении мы лучше видим отражение всей эпохи. А.С. Грибоедов написал свое великое произведение в первой четверти XIX в., когда постепенно, вся Россия была заражена культурой Франции, когда французский язык был практически вторым обязательным, чтобы тебя считали культурным и общественным человеком. Об этом писали многие авторы: Пушкин, Толстой и др. А поскольку, «Горе от Ума» произведение драматическое, то на кого как не на комедии великого драматурга Ж.Б. Мольера оно должно опираться? Именно с комедии Грибоедова начинается становление жанра комедии в России, т.к. кроме него этот жанр затрагивали очень редко. Это бесспорный этап становления русской литературы.

Заканчивая сравнение творчества Грибоедова и Мольера можно отметить, не только связь с «Мизантропом», но и бесспорно со всем творчеством его французского предшественника. А.Н. Веселовский: «Потомок прошел по пути, проложенному его великим предком, но на завещанной ему основе сумел возвести самобытное здание».


Литература:

  1. Мольер Ж. Б. Пьесы. – М.: АСТ, 1997. – 766 стр.

  2. Грибоедов А. С. «Горе от ума». – М.: ГИХЛ, 1957 – 128 стр.

  3. http://az.lib.ru/g/griboedow_a_s/text_0170.shtml письмо №39

6


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle