Библиографическое описание:

Моисеев Е. А. Мольер и Грибоедов: проблема литературных взаимосвязей // Молодой ученый. — 2011. — №3. Т.2. — С. 29-32.

«Если из среды народной возникнет муж,

порицающий дела твои, ведай, что той есть

друг твой искренний, чуждый надежды мзды,

чуждый рабского трепета»

А.Н. Радищев

В 1894 году в свет вышла книга А.Н.Веселовского, русского литературоведа, специалиста по западноевропейской литературе, «Этюды и характеристики». Широкой популярностью А.Н.Веселовского пользовались работы о Ж.Б. Мольере и байронизме. И в этой книге он не обошел стороной тему, Мольера написав в ней статью «Альцест и Чацкий», посвященную сопоставлению и взаимосвязи великих произведений Ж.Б.Мольера и А.С.Грибоедова.

В творчестве А.Н.Веселовского, большинство статей посвящено сопоставлению западноевропейской литературы с русской, что согласуется с тем, что автор был сторонником культурно-исторической школы.

Большую актуальность имеет сопоставительное исследование, которое, посвященное творчеству Мольера. В этюде «Альцест и Чацкий», автор сравнивает произведения «Мизантроп» и «Горе от ума», а также дает множество интересных фактов, подтверждающих идейно-художественную близость.

Сравнивая творческое наследие двух великих писателей, которые внесли огромный вклад в культуру Франции и России соответственно, анализируется исторический процесс, его особенности, а также особенности национального мировоззрения. Особая роль в этот период принадлежит театру, где среди самых известных драматургов это имена Мольера и Грибоедова.

В первую очередь А.Н. Веселовский обращает внимание как раз на историческую обстановку во Франции и России. Автор называет комедию «Горе от ума» национальной, говоря, что во время выхода комедии (1825 год) касаться вопросов, которые затрагивались в ней, было запрещено, а тем более указывать на связь с мольеровским «Мизантропом», что было также подмечено в узких кругах: «Критик этим самым выкажет недоверие к оригинальности грибоедовского творчества»[1, стр. 743] . Признание любого иностранного образца, писал А.Н. Веселовский, было бы ошибкой со стороны молодой литературной партии. В 1757 году, когда в русском театре начинали ставить Мольера, особое место заняла комедия «Мизантроп», но по-настоящему понять ее не смог народ: «относился и к этой горячо написанной социальной комедии как и к другим французским пьесам, признанным классическими, скорее с чувством обязательного благоговения, любуясь хорошим стихом, сильными местами, благородною дикцией актера»[1,стр744]. Обличение нравов в обществе, то есть истинный замысел комедии, пишет Веселовский, стало понятно только позже, когда «идеи просветительского века коснулись наконец и русской молодежи»[1, стр745]. Также следует отметить, что народ не смог ее понять, потому что не пришло еще время. Говоря еще раз об исторической обстановке в странах следует отметить, что творчество Мольера приходится на время середины 17 века, а это время во Франции, как известно, время антиправительственных смут, время Фронды, и комедия Мольера «Мизантроп» как никакая актуальна в этом отношении, обличая пороки человечества и обстановки в стране. «Нужно было сильно проникнуться духом освобождающего западного развития, усвоить себе строгие требования от жизни <…>, чтобы находить в словах Альцеста отзвук того, что бушевало у себя на сердце»[1,стр. 744], что бушевало на сердце у Мольера и любого француза того времени. Многие влиятельные люди в тогдашнем литературном и театральном мире (Дмитриевский, Кокошкин) пытались внедрить образ Альцеста, в русскую общественную среду, но все это выходило как говорилось выше неудачно. Никто не смог показать истинный замысел Мольера, пока в свет не вышла комедия «Горе от ума».

Декабрь 1825 года – в России происходит антиправительственное восстание декабристов. Именно этим годом датируется и комедия Грибоедова. Следовательно, можно сделать вывод, что буквально только через 150 лет, русский народ начал переживать то, что во Франции давно уже прошло, и о чем писал Мольер в свое время. Благодаря схожей историческое обстановке и выходу грибоедовской комедии, русские читатели смогли полностью понять как замысел «Горя от ума», так и раскрыть для себя все неведомые до того тайны «Мизантропа». И даже до сегодняшнего времени, читая комедию Мольера, мы можем лучше понять комедию Грибоедова и наоборот. Грибоедов первый кто смог акклиматизировать Альцеста для русской жизни, первый кто показал «…ясные черты русской и в особенности московской жизни…»[1, стр.749]. Веселовский писал: «Итак, нашелся наконец человек, который мог не только верно понять главную мысль мольеровской пьесы, но и воссоздать ее в самостоятельном произведении»[1, стр. 750].

Сила статьи Веселовского не только в том, что он смог показать нам схожесть исторической обстановки в странах и отразить эту близость в художественных текстах, но и в том, что он сделал сопоставительный анализ героев, указал на общие оценки, а также показал подобное воспроизведение отдельных мест комедий (например финалов). Тем самым автор доказал нам в полной мере, что «интерес к мольеровскому творчеству очевиден у Грибоедова по многим признакам»[1,стр. 751].

Если брать в рассмотрение пообразный анализ, то Веселовский в статье провел параллели между Альцестом и Чацким, Селименой и Софьей, а также Филинтом и Молчалиным. Правда последнее сопоставление, на мой взгляд, нуждается в более детальном рассмотрении и может трактоваться с разных позиций и точек зрения.

Бесспорно, в образе Чацкого имеются автобиографические моменты, на что указывает мнение критика о личности Грибоедова: «Один из типичнейших «меланхолических» весельчаков, Грибоедов знал за собой свойственные всем им резкие переходы от взрывов веселости к мрачному унынию»[1, стр.752]. Абсолютно схожую ситуацию мы видим и у Мольера: «Печальные мысли преследовали тогда Мольера везде; он задумывается среди веселого пира; окружающее его довольство не тешит, и от людей он прячется»[1, стр.754]. К этому еще хочется добавить и схожесть некоторых биографических фактов: оба они росли в обеспеченных семьях, со старинным родом, оба учились на отлично в Московском университете и Клермонском колледже соответственно, оба выступали за значимость и возрождение национальной культуры, что также мы видим и у героев произведений. Рассматривая образы Чацкого и Альцеста, можно сказать, что и тот и другой являются как жертвами социальной несправедливости, с выдвинутым на первый план чувством индивидуального протеста. Чацкого критик называет Альцестом, который стал декабристом , которого окружила русская светская толпа двадцатых годов. Таким образом, получается, что идеи Чацкого и Альцеста – это идеи самих авторов, которые совершают ошибку, высказывая их окружающим. Персонажи выражают эти идеи, и они не втсречают понимания в общественной среде. В конце текстов мы видим схожий финал: герои покидают сцену для скитаний по свету, «где оскорбленному есть чувству уголок».[2, стр. ]

Говоря о линии Селимена - Софья необходимо сказать, что и та и другая являются возлюбленными главных героев, однако отношение у них к этим чувствам разное. Если Софья давно уже определилась со своей судьбой: «Девушка сама не глупая предпочитает дурака умному человеку...»[2, стр.] , то Селимена выбор сделать не может, и, судя по ее поступкам, критики общества мы здесь и вовсем сталкиваемся с таким термином как человеконенавистничество. Схожесть ситуаций состоит в том, что первая, даже уже разлюбив Чацкого, понимает, по мнению критика, что он и «умен, остер, красноречив». И в «Мизантропе» мы видим нечто подобное: Селимена, хоть и насмехается над всеми своими поклонниками, боится упасть в глазах Альцеста. Только в нем она находит достоинства: «сурова добродетель» и неукротимый дух.

Линия же Филинт – Молчалин, выделенная Веселовским, нуждается в более многостороннем рассмотрении. Говоря о схожести этих героев, автор отмечает, что «Молчалин проникнут таким же убеждением в необходимости вполне ладить с действительностью, принимать господствующие мнения»[1, стр. 759]. Однако, сравнивать их не вполне корректно по ряду причин: во-первых оба они, выполняют совершенно разные роли в пьесах, оба по-разному относятся к главному герою, и оба полностью самостоятельные, не сущие в произведениях совершенно разные идеи. Наиболее будет верно, если рядом с образом Мочалина поставить образ Тартюфа, из другой одноименной пьесы Мольера и доказать это очень просто. Рассматривая этих героев комедий можно выделить общее - скрытый характер, и скорее всего это скрывается обманщик. Главная особенность секретаря-домочадца не столько быть компетентным, сколько заслуживать доверие у хозяина, доверие в начале, в делах, что обоим с успехом удается сделать. Может эти дела и не очень большие, но в комедии Мольера они становятся со временем очень важными. В этих случаях сам хозяин оказывается одураченным и стоит на вторых ролях. По собственной глупости отдает свою дочь Марианну обманщику Тартюфу Оргон, что является типичным поведением для «ослепленных» персонажей в комедиях Мольера. Очень важно, что общим являются качества персонажа – умеренность и аккуратность. У Грибоедова это сформулировано. У Мольера это показано. Тартюф славится своею скромностью. У Ж.Б. Мольера мы видим «добровольность» в результате ослепленности, а у А.С. Грибоедова недостаточное внимание к опасному домочадцу. Слова Молчалина не раскрывают ни его планов, ни мировоззрения. Тартюф же наоборот много говорит, но не то, что есть на самом деле, а постоянную ложь. И то и другое – лицемерие, хитрость. Молчалин и Тартюф – образы, которые сыграли важную роль в развитии страны.

Также можно дополнить Веселовского и провести еще одну очень важную параллель, параллель между образами отцов: грибоедовского Фамусова и Гарпагона Мольера из пьесы «Скупой». Для понимания черт личности Фамусова типична забота о том, как достойно выдать дочь замуж. Характерно и то, что он не интересуется чувствами дочери, а только собственными светскими соображениями. Только он и знает, какой жених по-настоящему достоин (не сегодня – завтра – генерал).

Точно также поступают и персонажи комедий Мольера. Гарпагон находит жениха дочери Элизе – Ансельма. Как жених он обладает превосходными качествами – богатый дворянин. Гарпагон замечает и еще ряд полезных качеств, но уже не сопоставимых по важности с отмеченными первыми двумя: ум, отсутствие обузы в виде семьи, к тому же, по понятиям Гарпагона, не старый еще. Сходность образов приводит и к сходству сцен. Фамусов как и Гарпагон неожиданно узнают об «увлечениях» своих дочерей. При появлении на сцене дочерей – Элизы и Софьи, отцы почти одинаково саркастически их приветствуют (А, Софья Павловна, блудница…). Сходы угрозы всех разогнать, наказать, ибо все, как мыслится, находятся в определенной зависимости от грозного отца. (Гарпагон и Фамусов). Вместо Гарпагона, можно поставить также и образ господина Журдена из «Мещанин во дворянстве», и Оргона из «Тартюфа».

Кроме приведенных выше доказательств, преемственности авторов, можно также выделить и подобие в идейном содержании произведений. Здесь сопоставление можно провести по следующим пунктам: тема отцов и детей, тема лицемерия, тема лишнего человека и тема денег. Все эти темы имеют то или иное отражение в комедии «горе от ума» и высоких комедиях Мольера.

Также можно говорить и о схожести построения произведений, не смотря на то, что Грибоедов не являлся представителем классицизма. В каждой высокой комедии Мольера и комедии Грибоедова есть все композиционные элементы: экспозиция, завязка, развитие действия, кульминация и развязка, что указывает на их связь с трагедией, а также на цели катарсиса, характерного для классицистической трагедии.

Характерна и схожесть в регламентации расположения композиционных элементов. Так, экспозиция и завязка идут в начале и конце первого действия соответственно. Кроме того, схоже использование одних и тех же приемов (говорящие фамилии, приемы комедии характеров и ситуаций), а также использование общелитературных изобразительно-выразительных средств в целях создания комического (гипербола, ирония, повтор и др.)

В сопоставлении мы лучше видим отражение всей эпохи. А.С. Грибоедов написал свое великое произведение в первой четверти XIX в., когда постепенно, вся Россия была заражена культурой Франции, когда французский язык был практически вторым обязательным, чтобы тебя считали культурным и общественным человеком. Об этом писали многие авторы: Пушкин, Толстой и др. А поскольку, «Горе от Ума» произведение драматическое, то на кого как не на комедии великого драматурга Ж.Б. Мольера оно должно опираться? Именно с комедии Грибоедова начинается становление жанра комедии в России, т.к. кроме него этот жанр затрагивали очень редко. Это бесспорный этап становления русской литературы.

Заканчивая сравнение творчества Грибоедова и Мольера можно отметить, не только связь с «Мизантропом», но и бесспорно со всем творчеством его французского предшественника. А.Н. Веселовский: «Потомок прошел по пути, проложенному его великим предком, но на завещанной ему основе сумел возвести самобытное здание».


Литература:

  1. Мольер Ж. Б. Пьесы. – М.: АСТ, 1997. – 766 стр.

  2. Грибоедов А. С. «Горе от ума». – М.: ГИХЛ, 1957 – 128 стр.

  3. http://az.lib.ru/g/griboedow_a_s/text_0170.shtml письмо №39

6


Основные термины: комедии Мольера, комедиях Мольера, творчеству Мольера, высокой комедии Мольера, имена Мольера, комедия Мольера, комедию Мольера, персонажи комедий Мольера, творчество Мольера, одноименной пьесы Мольера, высоких комедиях Мольера, Гарпагона Мольера, комедии Грибоедова, Похожая статья, выходу грибоедовской комедии, становление жанра комедии, приемы комедии характеров, комедии великого драматурга, выхода комедии, социальной комедии

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle