Библиографическое описание:

Сенцов А. Э., Коваленко А. М. Основные фонетические процессы и их проявление на примере французского и русского языков // Молодой ученый. — 2011. — №2. Т.1. — С. 223-225.

Фонетические процессы, происходящие вследствие взаимодействия звуков речи между собой, их механизмы и закономерности открывают широкие возможности для исследования. Сравнительный анализ этих процессов во французском и русском языках помогает полнее усвоить фонетические явления, выявить характерные тенденции изменений в каждом из языков и сопоставить их.
Изменения, которым подвергаются артикуляции звуков в потоке речи, называются позиционными (в широком смысле) и подразделяются на комбинаторные и собственно-позиционные.
Наиболее продуктивными для сопоставительного анализа являются комбинаторные изменения, которые вызываются влиянием звуков друг на друга или, точнее, взаимодействием между артикуляциями звуков, находящимися в потоке речи в непосредственном или близком соседстве. Эти изменения осуществляются в фонетических процессах аккомодации, ассимиляции и др.

Аккомодацией называются изменения в артикуляции согласных под влиянием соседних гласных и в артикуляции гласных под влиянием соседних согласных. Регрессивная аккомодация происходит при приспособлении предыдущего звука к произнесению последующего [4, c. 41]. Стоит отметить, что аккомодация во французском языке в основном – регрессивная, тогда как в русском языке можно наблюдать и прогрессивную аккомодацию. Во французском языке произношение гласного звука как бы проникает в произношение согласного. Если нужно произнести, например, слог [vu], то губы заранее вытягиваются и округляются, язык оттягивается назад, и лишь затем производится смычка вытянутых вперед губ, то есть происходит лабиализация. Таким образом, получается, что при произнесении различных согласных перед одним гласным звуком положение губ не меняется, например, франц.: tous [t°u] «всё»; bout [b°u] «конец, край». Явление лабиализации имеет место и в русском языке: суп [s°u]; тут [t°u]. Во французской речи лабиализация выражена сильнее, в связи с более значительной лабиализованностью самих гласных. Благодаря свойству согласных приспосабливаться к артикуляции гласных, французские гласные произносятся без дифтонгизации, свойственной, например, русскому языку. Это свойство артикуляции позволяет сохранить неподвижность органов артикуляции на всем протяжении звучания гласных звуков [5, c. 33].

Палатализация звука заключается в том, что при его произнесении передняя часть языка поднимается ближе к твердому небу, а при смычных зубных [lntd] увеличивается площадь соприкосновения языка с твердым небом. Результатом палатализации является смягчение согласного звука. Палатализация наблюдается во французском и в русском языке. Во французском она отмечается довольно редко, обычно согласные произносятся твердо перед любыми гласными. Исключением являются согласные [k - g], нормативными для которых стало смягчение перед гласным [a], например, франц.: quatre [katr] «четыре»; cabine [ka-΄bin] «кабин(к)а». Также наблюдается перед гласными [i] и реже перед [y]: dur [dyr] «твердый»; siffler [si-΄fle] «свистеть». Кроме того, парижане смягчают [k - g] и перед [ε - œ]: baguette [ba-΄gε:t] «палочка»; cueillir [k’œ-΄j i:r] «собирать, рвать».

В русском же языке трудно говорить о палатализации согласных перед гласными. Так как одни авторы указывают на то, что почти каждый твердый согласный имеет соответствующий парный мягкий, и поэтому палатализация очень характерна для русского языка [5, с. 33]: [dd’ ; t - t’ ; ll’ ; mm’ ; kk’ ; gg’ ; ss’] и т. д. Тогда как другие отмечают, что в русском языке палатализованные согласные представляют собой фонемы, а не варианты фонем (аллофоны), как во французском [1, с. 50]. Позиция перед гласной является сильной позицией для русских согласных фонем, и при этом мягкая согласная употребляется «сама по себе», а не как вариант твердой согласной. Следует считать, например, что основа «дом» имеет два варианта: твердый [dom] и мягкий [dom’]. Последний используется, например, в слове «домик». Поэтому, с полной уверенностью можно говорить лишь о палатализации согласных перед другими мягкими согласными: вряд [vrat]; вместе [vmest’ъ].

Прогрессивная аккомодация происходит в том случае, когда последующий звук приспосабливается к произнесению предыдущего. В современном русском языке прогрессивная аккомодация заключается в том, что гласные [aou - e] становятся под воздействием мягких согласных более передними, а с акустической точки зрения – выше: наряд [nΛr’at], трюк [truk]. Напротив, [i] звучит в своем основном виде после мягких согласных, а после твердых аккомодирует, становясь более передним, на слух ниже: бил – был; [bil] - [bыl]. Между двумя мягкими согласными вышеуказанные гласные аккомодируют по отношению к предыдущим мягким согласным – прогрессивная аккомодация, а по отношению к последующим – регрессивная. В результате они становятся на слух более высокими и напряженными, а по артикуляции – более передними и закрытыми, например, рус.: сядь [sat’], тюль [tul’] и др. Во французском языке прогрессивной аккомодации практически не существует. Но в парижском произношении [k] смягчается в конечном положении после [i] и некоторых других гласных, например, франц.: avec [avεk’] «с»; pik [pik’] «пик».

Ассимиляцией называется уподобление звуков того же рода, стоящих рядом в потоке речи. Причем, влияние звуков друг на друга направлено в сторону сближения артикуляций. Там, где артикуляция согласного влияет на артикуляцию согласного же, говорят об ассимиляции согласных. При полной ассимиляции гласных оба звука становятся совершенно одинаковыми [4, c. 42]. В качестве примера можно привести слово сшибить [∫ ∫ ыbit’], в котором переднеязычный согласный однофокусный [s] уподобляется переднеязычному двухфокусному согласному [∫] полностью. На стыке слов, которые не разделены паузой, глухой согласный первого слова становится звонким перед звонким согласным последующего [8, c. 147]. Во французском литературном языке полная ассимиляция не существует, но можно привести примеры из разговорной речи: je suis pas là [∫:γi-la] «меня там нет».

Под частичной ассимиляцией понимается случай, когда оба звука, не делаясь совершенно одинаковыми, становятся сходными по одному или нескольким артикуляционным признакам. Так в русском языке ассимиляция согласных идет по линии звонкости и напряженности. При соседстве глухого–сильного и звонкого–слабого согласных оба становятся либо глухими–сильными, либо звонкими-слабыми (как правило, это регрессивная ассимиляция) [7, c. 38], например, рус.: губка [gupkΛ], городьба [gъrΛdba]. Во французском языке ассимиляция идет по звонкости. В начале слова, этот процесс обычно встречается в словах с суффиксами, например, заимствованными, пришедшими из латинского языка ob- , ab- , sub-. В этом случае, ассимиляция происходит не только по звонкости, но и по напряженности произношения: absoudre [ap-΄sudr] «оправдывать». Здесь звонкий-слабый согласный [b] переходит в [p] – глухой–сильный. Стоит отметить, что в продуктивных суффиксах, таких как dis-, trans-, происходит ассимиляция по звонкости без изменения степени напряженности согласных: disgracieux [dis-gra-΄sjø] «некрасивый». В этом слове [s] глухой–сильный становится звонким, но сохраняет свою характеристику сильной согласной, что противопоставляет его слабому согласному [z], даже после ассимиляции. В этом случае идет речь о звонком варианте согласного [s].

Внутри слова ассимиляция полнее, чем на стыке слов, особенно если это парные согласные: в транскрипции можно встретить слова «obstacle» [оpstakl] «препятствие», «abstenir (s’)» [(sps-t&#;ni:r] «воздерживаться» с [p] вместо [b], но никогда не встречается «une robe pour vous» «платье для вас» [уn-rop-purvu] вместо [уn-rob-purvu]. Для русского языка регрессивная ассимиляция тоже характерна. Примером может служить замена звонких согласных глухими в положении перед глухими и, напротив, глухих согласных звонкими. Например: «селедка», «соседка», где произносится глухое [t] перед [k], то есть происходит предвосхищение разомкнутого состояния голосовых связок, а в «к деду», «к дороге», где имеем звонкое [g] перед [d], происходит предвосхищение их вибрации. Однако следует оговорить, что подобный процесс возможен лишь перед шумными согласными. В то время, как перед сонантами ни во французском, ни в русском языках ассимиляции нет, то есть глухие согласные не озвучиваются, например, рус.: сюрприз [surpris]; surprise [sуrpri:z] [5, c. 89].

Все факты, описанные в работе, указывают на то, что в речи фонемы не встречаются изолированно. Они почти всегда являются частью каких-нибудь групп, в которых они находятся в контакте с другими фонемами. Даже если во французском и русском языках представлены какие-либо одинаковые фонемы, они характеризуются различной сочетаемостью. Так же как и частотность, сочетаемость звуков тесно связана с морфологией и синтаксисом. Многие сочетания звуков, не встречающиеся внутри корня, часто обнаруживаются на стыке корня и аффикса, а внутри речевой цепи – на стыке слов.
В обоих языках наблюдается тенденция к упрощению групп гласных и согласных и к установлению равномерного соотношения между обеими группами фонем. Но наряду с этим проявляется и противоположная тенденция: вследствие выпадения звуков, особенно в разговорной речи, образуются новые группы гласных и согласных [1, c. 57]. Большинство фонетических процессов направлены на облегчение произношения, но сами трудности произношения бывают абсолютно противоположны: с одной стороны, затрудняют резкие контрасты артикуляции соседних звуков, а с другой – монотонное повторение артикуляций.
Отметим, что у французских гласных и согласных звуков проявляется большая устойчивость фонологических признаков, чем у русских. Это связано с особенностями артикуляции звуков во французском языке: энергичностью и четкостью [1, c. 51]. Звуки в этом языке более независимы и от соседних звуков, и от их места в речевом потоке, чем в русском.
Результаты данной работы могут быть использованы для дальнейшего сравнения законов основных фонетических процессов русского и французского языков. Знание этих законов и их объяснение помогут избежать ошибок в произнесении иностранных слов.

Литература:


  1. Гак В.Г. Сравнительная типология французского и русского языков. – Л.: Просвещение, 1976. – С. 41 – 57.

  2. Гордина М.В. Фонетика французского языка. – Л.: Изд–во Ленинградского университета, 1973. – С. 146 – 154.

  3. Зиндер Л.Р. Общая фонетика. – 2 изд., перераб. и допол. – М.: Высшая школа, 1979. – С. 222 - 234.

  4. Маслов Ю.С. Введение в языкознание. – 3 изд., исправ. – М.: Высшая школа, 1998. – С. 41 – 44.

  5. Рапанович А.Н. Фонетика французского языка. – М.: Высшая школа, 1969. – С. 32 – 36, 86 – 90, 145 - 149.

  6. Реформатский А.А. Введение в языкознание / Под. ред. Виноградова В. А. – М.: Аспект Пресс, 1996. – С. 196 – 210.

  7. Роббли К., Буртон М. (Филадельфия, США ). Ассимиляция по звонкости / глухости в русском языке: Фонетические и перцептивные свойства // Проблемы фонетики. III. Сборник статей / Отв. ред. Касаткина Р. Ф. – М.: Наука, 1999. – С. 38 – 48.

  8. Шигаревская Н.А. Теоретическая фонетика французского языка. – М.: Высшая школа, 1973. – С. 142 – 151.


Обсуждение

Социальные комментарии Cackle