Библиографическое описание:

Айрян З. Г. Поэтика Аветика Исаакяна в переводах Беллы Ахмадулиной // Молодой ученый. — 2011. — №1. — С. 123-126.

В шестидесятые годы Б. Ахмадулина впервые посетила Грузию и Армению, которые своей природой, историческим прошлым покорили ее воображение, связав ее жизненный путь с культурой и литературой этих стран. В своих воспоминаниях Б. Ахмадулина отмечала, что для нее нет счастья надежнее, чем талант другого человека, единственно позволяющий быть постоянно очарованным человечеством.

Таким очарованием для русской поэтессы явилась поэзия выдающегося армянского поэта Ованеса Туманяна, посредством которой Б. Ахмадулина раскрыла для себя и Армению, и ее трудолюбивый, гордый народ, носителя древнейших традиций.

Литературовед Елена Шварц, характеризуя поэзию Б. Ахмадулиной, назвала ее талантливым магом, которая своими стихами обогатила русскую поэзию. Магический талант, несомненно, проявился и в переводах Б. Ахмадулиной из лирики выдающегося армянского поэта Аветика Исаакяна, который по праву является вершиной армянской поэзии. Характеризуя творческую судьбу Варпета, литературовед Авик Исаакян писал: ,,Рождение великих поэтов подобно рождению звезд. Они появляются на свет редко, раз в тысячелетие, и, пронзая тьму и преодолевая сопротивление материи, несут человечеству свет, мировую гармонию и космическое таинство…”.[1, с. 7] Возвышенная поэзия Ав. Исаакяна, ее мощная позитивная энергетика способствовали творческому подъему переводческого мастерства Б. Ахмадулиной, которая, окунувшись в мир его поэзии, смогла воссоздать ее прекрасные аналоги на русском языке.

Впервые ее переводы появились в худлитовском двухтомнике Ав. Исаакяна (Москва, 1975 г.), куда вошли также прекрасные переводы Давида Самойлова.

Поэзия армянского классика внесла в жизнь русской поэтессы мир гармонии, духовного богатства, красоты, которая стала важнейшей вехой в ее переводческой жизни. По этому поводу Б. Ахмадулина не раз отмечала: ,,Исаакян - это мой поэт. Я его чувствую всей своей сущностью. И я бы хотела его переводить еще больше. Мне есть что сказать”.[1, с.468] Свидетельством этих слов являются ее многочисленные переводы, в которых блестяще отражены индивидуальные черты лирики Варпета, сила его мыслей и чувств.

Высоко оценивая достоинства переводческого искусства Б. Ахмадулиной, литературовед Авик Исаакян писал: ,,И это действительно так – все ее переводы (а их больше двадцати) действительно перекликаются с самой сутью поэзии Исаакяна, и в то же время они носят яркий отпечаток художественного почерка переводчика.

Передавая мудрые и лирические строки Исаакяна, Ахмадулина очень точно уловила индивидуальные черты мышления армянского поэта”.[ 1, с. 469]

Лучшие переводы Б. Ахмадулиной вошли также в книгу ,,Избранное'', изданную в Ереване, в 2006 году, издателем которой является Российско - Армянский центр межрегионального сотрудничества – РОСАР. В данное издание вошли избранные образцы поэзии Ав. Исаакяна, где, помимо переводов Б. Ахмадулиной, выделяются переводы замечательной плеяды русских поэтов, как В. Брюсова, А. Блока, И. Бунина, Б. Пастернака, А. Ахматовой, М. Дудина и многих других, благодаря которым поэзия Ав. Исаакяна, перешагнув диапазоны границ и времени, увековечила себя и на русском языке.

Перу Б. Ахмадулиной принадлежат переводы таких стихотворений Ав. Исаакяна, как ,,Я уподобил сердце небу”, ,,Вздыхают ветер и волна”, ,, Луна сияет безмятежно”,

,,Пыльцою лилии-луны”, ,, Я утром видел голубя”, ,,В небесах курлы – курлы…”,

,,Ах, заблудилась тропа…”, ,,Измучено море и пена”, ,,Я тени звал к себе…”, ,, На яхонтовых золотых…”, ,,Вот и вечер лампады зажег…”, ,,От жгучего горя сердце мертво…” и многие другие, в которых ощущается ритм и биение сердца Варпета.

Соблюдая основные принципы переводческого искусства, Б. Ахмадулина стремилась быть как можно близкой к оригиналу, используя при этом все богатство русского языка, его гибкость и музыкальность, что позволяло ей избежать неживых и сухих повторов. В каждой ее работе выделяется индивидуальный почерк и талант самой поэтессы, ее поэтическое ,,Я’’, способное слиться и зазвучать с поэтическим голосом поэта другой национальности.

Поэтический талант Б. Ахмадулиной, чуткий вкус, профессиональное сплетение строф и рифмовки выделяют стиль переводчицы, который , несомненно, отразился также и в ее переводах. Переводческие работы Б. Ахмадулиной подчас настолько конгениальны, что в них ощущается синтез поэзии двух талантливых поэтов. Примером может послужить перевод стихотворения ,,Я уподобил сердце небу “, в котором Б. Ахмадулина блестяще воспроизвела масштабность мыслей великого Варпета, который уподобил сердце небу, в котором есть и счастливая звезда, и высочайший трон. Перевод, как и подлинник, насыщен оптимизмом поэта, сердце которого необъятно, где могут поместиться и аромат цветка, и любовь, и даже облака:

Я уподобил сердце небу,

И для любого существа

В нем есть счастливая звезда,

Есть высочайший трон.


Я уподобил сердце небу,

Чтоб длился аромат цветка,

Чтоб девушке была сладка

Любовь, и плыли облака,

Спасительные для пустыни

Души, что страждала века.


Я уподобил сердце небу… [1, с.63]

Тифлис, 4 февраля 1893

(Перевод Б. Ахмадулиной)


В переводе выделяется и философское восприятие жизни молодого поэта, его отношение к людям, его мечты и надежды.

Во многих стихотворениях Ав. Исаакян фоном своих мыслей часто использовал образы земли, воды, звезд, луны, которые являлись свидетелями его любовных переживаний и настроения. Так, в стихотворении ,,Вздыхают ветер и волна” ощущается волнение поэта, страдающего от немилости своей возлюбленной, слагающий из боли любви свои грустные песни.

На русском языке перевод этого стихотворения звучит так же лирично, где мысли и чувства Ав. Исаакяна бережно и трепетно переложены на русский язык:

Вздыхают ветер и волна,

Пространство осени безбрежно.

Земля, вода, звезда, луна -

Все так светло и безмятежно.


Ах, сердце слабое, за что

Тебя казнит ее немилость?

Лишь солнце глаз ее вошло -

Я полюбил. А солнце - скрылось.


Сгорели звезды. Ночь темна.

Завяли лилии и розы.

Разбилась сладость бытия

На горе, жалобы и слезы.


Уходят волны и ладьи.

От боли я изнемогаю,

Но лишь из боли и любви

Я песни грустные слагаю. [1,с. 68]

(Перевод Б. Ахмадулиной)

Ялта, 24 июля 1893


В переводе Б. Ахмадулиной, помимо поэтического стиля Ав. Исаакяна, ощущаются и отголоски средневековой армянской лирики, которая своими традициями всецело отразились в его поэзии. Перевод передает эмоциональные чувства поэта, которые придают стихотворению особый лиризм.

Взволнованно и экспрессивно звучит на русском языке и стихотворение ,,Измучено море, и пена…”, в котором поэт, оказавшись в одиночестве, без дома, без друзей, все же предвидит новую жизнь. Поэт в своей душе предчувствует рождение новой песни: / Звук песни неслыханно новой,/ Я слышал в себе, как вдали.

Перевод Б. Ахмадулиной – это мысли и чувства поэта, в которых раскрыт его внутренний мир, способный уловить даже самые мелкие детали бытия. Всякая деталь возникает перед ним как повод к широким философским раздумьям:


О жизнь моя, радость, ужели

Твои отцвели времена?

И звезды сквозь слезы смотрели

На море, на мир, на меня. [1, с. 112]


Перевод Б. Ахмадулиной – аналог подлинника, в котором проявились поэтическая проницательность и талант переводчицы, под пером которой стихотворение Ав. Исаакяна обрело новую жизнь.

Поиски истины являются основополагающим мотивом многих стихотворений Исаакяна. Поэт не только ощущал эпоху, в которой он жил, но и с большой проницательностью оценивал события своего времени. Где бы ни был поэт – на фоне бескрайнего моря, горных вершин, – он использовал пейзаж не только для того, чтобы подчеркнуть свое одиночество, но и показать быстротечность времени. В этом отношении выразительно стихотворение Ав. Исаакяна ,,На яхонтовых, золотых…”, в котором философские размышления поэта звучат так:

На яхонтовых, золотых

Крыльях летящая с востока,

Все солнце в сердце затаив,

Ведунья - птица крик исторгла:


,,Я - жизнь, а жизнь - всего лишь сон

В сне мирозданья непробудном.

Колеблет колокол времен

Лишь человек уменьем чудным”.


Пришедшая из недр огня,

На запад улетела птица.

Там, где во тьму вошла она,

Смерть красная клубится… [1, с. 119]

Казарапат, 1899 (Перевод Б. Ахмадулиной)

Перевод стихотворения свидетельствует о переводческом профессионализме Б. Ахмадулиной, который сказался и в передаче восточного колорита подлинника, и в образе ведуньи - птицы, излагающей пророческие мысли о жизни и ее назначении, несущие в себе глубокий смысл. Перевод оставляет большое впечатление и метафорическим языком поэтессы, который, выделяя собой основной смысл стихотворения, придает ему лирическое звучание.

Среди переводов Б. Ахмадулиной можно выделить также ряд стихотворений, посвященных теме армянских скитальцев, которые с большой душевной трагедией доживали свои дни на чужой земле, с трепетом вспоминая свою родину. Тема армянских скитальцев является одной из доминирующих тем поэзии Ав. Исаакяна, которая, наравне с другими, с большой чуткостью была переложена на русский язык. Посредством своих переводов переводчице удалось донести до читателей весь трагизм души поэта, его грусть, переходящую подчас в пессимистическое настроение. По поводу стихотворений этого цикла литературовед Авик Исаакян писал: ,,Посох странствий - вечный спутник поэтов романтиков. Кажется, будто романтическая поэзия предлагает судьбу своих певцов – изгнание с родины, скитание под небом чужбины, одиночество, неизбывная тоска по родине – ностальгия. Подобная судьба выпала на долю Байрона и Гете, Бернса и Лермонтова, Мицкевича и Петефи… Подобной судьбы удостоился и Исаакян”.[1, с. 25]

Душевная тоска, чувство мучительного одиночества, постоянные поиски истины, неизменно отражаясь в поэзии Варпета, одновременно способствовали прогрессированию его таланта. Суровая школа жизни не сломила поэта, а наоборот, обострив его проницательность, упрочила также его гармонию с природой, которая являлась постоянной спутницей его мыслей и чувств.

Из стихотворений этого цикла большой интерес представляет ,,Эй, брат мой зеленый, весь мир тебе рад”, где поэт, беседуя с природой, олицетворяет ее, исповедуя ей свою измученную душу. С чувством вдохновения и радости поэт приветствует рождение цветов и трав, ласково называя зелень своим братом, которого сопоставляет с собой. Стихотворение Исаакяна насыщено экспрессивным чувством, где радость и оптимизм поэта тесно переплетаются с его грустью и пессимизмом.

Перевод этого стихотворения можно считать большой творческой удачей Б. Ахмадулиной, и является несомненным аналогом подлинника:

Эй, брат мой зеленый, весь мир тебе рад,

С добром ты приходишь, зеленый мой брат.


Фиалки на склоне, и жук на ладони,

И жаворонок наступившего дня,

И солнце зеленое и золотое,

Все вместе: – Иди! – понукали меня.

Я ринулся в горы и думал: ужели

Вернулась листва к молодым деревам?

Деревья, ущелье, и речка в ущелье,

И травы, – о, как я завидовал вам!

Опять соловьи и сады безмятежны.

Садам, соловьям и расщелинам скал

Кричал я: – Вы те же, вы те же, вы те же! -

Но я-то – другой! Я иссох и устал.

Все горы, все кущи живыми остались,

Живей и новей их была краса.

О, мне бы их участь! Печальный скиталец,

Шепчу:– Вы все те же, поля и леса…


Эй, брат мой зеленый, ты явишься снова

С добром для людей, для полей и ветвей

И с нежною зеленью мха голубого

Для бедной и сирой могилы моей… [1, с. 114]

Кахзван, 1902

(Перевод Б. Ахмадулиной)

Перевод Б. Ахмадулиной является образцом вольного перевода, в котором с большим трепетом переданы мысли, чувства и стиль подлинника. В переводе, как и в подлиннике, звучит радостное приветствие и обращение поэта к природе, который с оптимизмом встречает ее новое рождение, любуясь ее красотой: / Эй, брат мой зеленый, весь мир тебе рад,/ С добром ты приходишь, зеленый мой брат/.

Большую смысловую нагрузку в переводе выполняют те мысли поэта, где он, противопоставляя себе природу, ощущает себя усталым и иссохшим странником. Переводчице мастерски удалось показать душевную травму поэта, завидующему только что расцветшим цветам и лесам, его надломленность, вызывающую мысли о смерти. В переводе, как и в подлиннике, ощущается глубокий философский смысл о вечности бытия, о быстротечности человеческой жизни, которые с особым экспрессивным чувством звучат в концовке стихотворения: Эй, брат мой зеленый, ты явишься снова /С добром для людей, для полей и ветвей/ И с нежною зеленью мха голубого/ Для бедной и сирой могилы моей…/.

Синтаксическая конструкция перевода построена такими фигурами, как повторы, параллелизм, эпифора, риторические вопросы и восклицания, которые, в свою очередь, способствуют более глубокому и эмоциональному восприятию этого стихотворения. В своем переводе Б. Ахмадулина воспользовалась такими выразительными средствами языка, как сравнения, метафоры, олицетворения, которые свидетельствуют о богатстве поэтического языка самой переводчицы. В переводе Б. Ахмадулиной ощущается дух и индивидуальость Варпета, присущая ему глубина и философичность мыслей, идущие от очень чуткой и беспокойной души. Перевод, как и подлинник, оставляет большое впечатление на читателей, раскрывая мировоззрение и мироощущение Ав. Исаакяна. Перевод Б. Ахмадулиной может послужить ярким примером такому высказыванию русского поэта - переводчика Д. Самойлова, который писал: ,,Сравнивать нужно не строчку со строчкой, а стихотворение со стихотворением. Именно тогда станет ясно, постиг ли переводчик интонационный строй стиха, воплотил ли его идею, воссоздал ли особенности формы. При этом надо охватить стихотворение в целом и решить, воссоздано ли главное – мысль, интонация, эмоциональный колорит, а потом уже добиваться сходства в деталях”. [2, с. 62]

Перечисляя достоинства перевода, можно заключить, что он конгениален подлиннику, являясь его блестящим русским аналогом. Перевод также свидетельствует о блестящем поэтическом даровании Б. Ахмадулиной, которую можно признать соавтором этого стихотворения.

Стремление к максимальной точности в передаче смысла и стиля подлинника, профессиональное сплетение рифмы, богатство лексических и синтаксических построений, передача национального колорита, эмоционально - экспрессивная насыщенность выделяют почерк поэта-переводчика Б. Ахмадулиной, прочно утвердив ее имя в истории переводческого искусства.

Анализируя достоинства переводческого искусства Б.Ахмадулиной, следует, что все они являются образцами высшей поэзии, достойные поэзии великого Варпета.

Во всех переводах Б. Ахмадулиной ярко выражены индивидуальные черты поэзии Ав. Исаакяна, жаждущего по - новому понять и осмыслить все противоречия жизни, его гуманизм умеющего достойно терпеть и страдать, любить и ненавидеть. В переводах ощущается поэтическое ,,Я’’ Исаакяна, стихи которого заставляют сопереживать читателя.

Переводческая проницательность Б. Ахмадулиной позволила ей блестяще передать индивидуальные черты лирики Варпета, открыть и сделать ее достоянием и русскоязычных читателей.


Литература:
  1. Исаакян Ав. Избранное. Стихотворения. Легенды и баллады. Басни. Поэмы. Ереван, 2006 г.
  2. Самойлов Д. Сравнение перевода с оригиналом. В книге: Редактор и перевод. Москва, 1965 г.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle