Библиографическое описание:

Кочарян А. Р. Удинские фразеологические единицы в сопоставлении с английскими и латинскими фразеологизмами // Молодой ученый. — 2010. — №12. Т.1. — С. 173-177.

Cтатья посвящена различным проблемам фразеологии. С одной стороны задачей ученых является описать фразеологию разных языков, их специфических особенностей, с другой все больше значений принято уделять сопоставительному аспекту изучения фразеологических единиц, в которых более заинтересована наука сегодня. Фразеологические единицы удинского языка никогда не были изучены раньше, поэтому нуждаются во всестороннем изучении и сравнении.

Ключевые слова: удинские фразеологизмы; фразеологические словосочетания; лексическое значение; русские и английские эквиваленты, несоответствие.

The article is devoted to various problems of idioms. On one hand the task of the scientists is to depict the idioms of different languages, their specific characteristics,on other side attention is mostly payed to the comparative aspect of studing the idioms, in which the science is more interested nowadays. The idioms of Udi language have never been studied before and of course they need in thorough analysis and comparasises.

Key words: Udi idioms; idiomatic word combinations; lexical meaning; Russian & English equivalents; discrepancy.

В последние годы в российском и мировом языкознании усиливается интерес к малым языкам, в том числе и к удинскому, который привлекает внимание исследователей с начала 19 в.

Интенсивное развитие фразеологии за последние десятилетия выдвинуло множество разнообразных проблем. С одной стороны, задачей фразеологов является описание фразеологического материала отдельных языков с упором на их специфические особенности, с другой – всё большее значение приобретает сопоставительное изучение фразеологических единиц разных языков. Именно последний – сопоставительный аспект системного изучения фразеологии несомненно представляет собой большой интерес как для выявления тождественных (интегративных), так и для различающихся (дифференциональных) признаков сравниваемых фактов языков.

Постановка проблемы сопоставления ФЕ удинского языка представляется весьма актуальной, как с точки зрения педагогики, методики преподавания ИЯ, так и для этнолингвистики, поскольку и те, и другие специалисты в их профессиональной деятельности сталкиваются с двумя и более языками, различающимися грамматически и структурно-семантически.

В каждом языке имеются множество так называемых фразеологических единиц (ФЕ), характеризующихся постоянством своих компонентов, воспроизводимостью в речи в готовом виде.

Фразеологические единицы каждого языка являются сугубо специфическим пластом его словарного состава. Они как витамины обогащают язык и речь, отражая свое отношение национальной культуры, менталитета и речемыслительной деятельности данного народа. «Лишенный фразеологизмов речь, – как подчеркивает английский лингвист Логан Смит (1959, с. 172), – становится бесцветным, безвкусным и скучным».

Сопоставительный анализ очень необходим при изучении курса «Латинский язык и античная культура», где большое внимание уделяется крылатым выражениям и немаловажная роль принадлежит изучении фразеологизмов.

При наличии серезных исследований в области теории фразеологии вопросам конкретного межьязычного сопоставления фразеологических единиц не уделялось должного внимания, хотя сопоставительный метод уже давно доказал свою эффективность, как в области лингвистических исследований, так и в обучении иностранным языкам.

Современный урок иностранного или латинского языка, как и современное лингвистическое исследование, немыслимы без сопоставления изучаемых объектов. Взаимное соотнесение, сравнения, противопоставления единиц, форм, категорий, разрядов и других языковых явлений выступает как обязательное условие характеристики каждого из них.

Наличие же у студентов перечня фразеологизмов в их функционально-коммуникативном многообразии облегчает решение проблемных речевых задач, положительно сказывается на формировании языкового сознания, способствует филологической и культурологической компетенции.

Тот факт, что основные вопросы фразеологии, несмотря на огромный размах фразеологических исследований, в нашей стране не нашли еще в полной мере научно обоснованного решения, объясняется, по-видимому, тем, что «фразеология как языковое явление представляет собой не простую сумму фразеологических оборотов, а определенную систему соотносительных и взаимосвязанных со словами и друг другом единиц, поэтому они должны изучаться с самых различных сторон». – (Шанский, 1969, с. 4).

Лексика удинского языка мало изучена, а фразеология еще не была объектом самостоятельного изучения.

В связи с отсутствием работ по фразеологии удинского языка, как в отечественном, так и зарубежном языкознании, перед исследователями возникает немало проблем. Это, в частности необходимость выявления и исследования:

а) смыслообразующих компонентов ФЕ;

б) соответствий между ФЕ удинского языка с русскими и английскими;

в) этнокультурного своеобразия и особенностей метафорического переосмысления реалий из области традиционного быта, обычаев, уклада, жизни носителей исследуемого языка.

Отражение взаимодействия национальной ментальности и языка через смысловые компоненты ФЕ всё больше и больше привлекает внимание исследователей, поскольку, как уже было сказано выше, именно фразеологизмы являются знаками национальной культуры и одним из наиболее ярких специфических проявлений, включающими в себя разные по форме и семантике сложные языковые образования.

Основоположник теории русской фразеологии как самостоятельной лингвистической дисциплины академик В. В. Виноградов указывает, что «глубокое и последовательное описание ФЕ возможно при комплексном изучении всех языков, а также неязыковых явлений, её обусловливающих с учётом законов взаимосвязи и взаимодействии лексико-семантических уровней с грамматическими» (Виноградов В. В.1969).

Накопленный за последние годы опыт по изучению ФЕ выдвигает новые актуальные задачи перед лексикологией. Одной из таких важных задач является определение объёма фразеологического фонда разных языков, не только потому, что решается один из главных вопросов частной лингвистики, но и потому что «общая теория фразеологии, — как считают М. М. Магомедханов и А. Г. Гюльмагомедов, — строится именно на данных частных фразеологии. Чем больше и шире охвачены языки, тем больше сил у разрабатываемой теории» (Магомедханов, 1988, с. 48; Гюльмагомедов 1978).

Однако, изучение истории фразеологии показывает, что до сих пор нет единого термина и подхода к классификации фразеологизмов. Существующие точки зрения весьма различны — разные учёные дают фразеологизмам разные терминологические обозначения, например: устойчивые сочетания слов (Абакумов 1936), устойчивая фраза (Архангельский 1964), идиома (Будагов 1977), фразеологическая единица (Виноградов 1946), фразеологизм, фразеологический оборот (Телия 1981), неразложимое словосочетание (Шахматов 1953) и т.д Отсюда и разные подходы к пониманию фразеологиии и её задач.

В богатой фразеологизмами удинском языке, на мой взгляд, различаются сращения:pulxasluᴚ (букв. глазалуние) поздравление англ. сongrantulation; идиомы: turа boχojsun (букв. ногу протянуть) «загнуться», «умереть», англ. kick the bucket; фразеологические сочетания: фразеологические единства: aruᴚoxun äčipsun (букв. огнём играть), англ. to play with fire, нем. mit dem Feuer spielen; фразеологические выражения: čovala buše bojda bsun (букв. ласточку до верблюда увеличить) или elema eIkеI bojda bsun (букв. осла до лошади увеличить), лат. elefantum exmuscas facis- нем. einer Müсke einen Elefantum machen, англ. to make an elefant out of a mouse.

Поскольку фразеологизмы удинского языка переживают начальный этап своего становления, все условные словесные комплексы удинского языка, на мой взгляд, требуют изучения, установления границы между словесными фразами, штампами, идиоматически выраженными словами и фразеологизмами. Чтобы не было путаницы, их необходимо разделить по В. В. Виноградову на три группы: 1) сращения, как непереводимые и без эквивалентные фразеологизмы; 2) фразеологические сочетания, включающие в себя и идиомы вместе с идиоматическими выражениями и 3) фразеологические единства, объединяющие в свой состав фразеологические выражения.

Анализ некоторых примеров показывает, что одно и то же понятие в одном языке может передаваться сращением, в другом — идиомой, а в третьем — фразеологическим сочетанием и т. д. Сравните удинское фразеологическое cочетание naχɨšen (vaxten) nut t:un ‘не везёт (букв.: судьбой не нести), naχɨšen (vaxten) tene ta «судьба нe несёт») или naχɨš bask:sun ‘не везёт’ (букв.: судьба лежать) в немецком передаётся сращением pech haben (букв.: влипнуть в смолу) как русское фразеологическое сочетание терпеть неудачу или в удинском идиома äš bafstun (букв. в дело попасть) ‘влипнуть, потерпеть неудачу’.

Удинское сращение penс:ak: baksun (букв. не переводится) ‘осрамлённым быть’ по значению можно перевести на русский язык фразеологическим единством стреляный воробей. Сращение pulχаšq:аnbааj (букв.: глаза чтобы луной были) можно перевести только описав его значение — «поздравляю(-ем)».

Невозможность буквального перевода идиом и сращений с одного языка на другой, действительно, является одной из характерных особенностей фразеологизмов, которые встречаются во всех устойчивых словесных комплексах.

Например, удинское аlаχun rest:а (букв.: сверху льётся) как русское «льёт как из ведра», англ. it is pouring (raining) cats and dogs; удинская метафорическая идиома turа boχojsun (лексическое значение протянуть ногу) «загнуться», «умереть» как англ. kick the bucket. Или сравните: удинское фразеологическое сочетание q:оq:a p:ap:essun (букв.: до горла довести) «достать» или идиоматическое слово bošt:un лексическое значение быть сытым, наесться) «сыт по горло» с английской идиомой fed up; удинское cращение mušen biq:ene (букв.: ветер поймал) на русский язык переводится как обычное слово «радикулит». Таким образом, некоторые фразеологические выражения переводятся с удинского языка только по значению, а структура нарушается.

Описательный перевод ФЕ сводится, по сути дела, к переводу не самого фразеологизма, а его толкования.

На основе лингвистического анализа фразеологического материала сопоставляемых языков можно прийти к выводу о том, что план положительного перехода со стороны родного языка может использоваться в том случае, если в обоих языках имеется полное совпадение. Например: удин. neʁ c:ipsun- ‘слезы проливать’, нем. Trӓnen vergisen; полное совпадение, но сравните: удин. ǯab tast:un (букв.: ответ дать) – ‘отвечать’ ǯabbsun (букв.: ответ делать) – ‘отвечать’, но в значении ‘огрызаться, грубить’; в немецком antwort geben и antworten – отвечать совпадают полностью лишь по форме образования, и частично по значению.

Если же наблюдается частичное несовпадение, то следует обращать внимание на несовпадение глагольного или же субстантивного компонента устойчивых словосочетаний. Удинское фразеологическое сочетание с метафорическим сдвигом Ap:i k:ok:oc:enal axṡumek:on (букв.: и вареная курица засмеется) или Ap:i k:ok:oc:al axṡumendon (букв.: и вареную курицу рассмешишь) в англ. звучит как It would make even a cat laugh – ­­­это даже кошку рассмешит. Если сравнить с немецким Da lachen die Huner! И русским аналогом «курам на смех», то нетрудно заметить, что при переводе русский эквивалент либо подгоняет под соответствующим немецкую единицу и, превратив ее в самостоятельную, экспресcивную фразу «Да это же курам на смех!», либо если этого делать нельзя, то искать другое соответствие. Другой пример удин. elem (beli, hejvan) k:inӓ ӓṡс:un (дословно: осёл (скот, животное) как (подобно) работать) то есть ‘работать (пахать) как осел’, k: – это сравнительный союз как по-русски пахать как вол, англ. to work like a horse (navy, nigger, slave), нем. arbaiten wie ein Pferd.

В сопоставляемых языках наблюдается полностью совпадающие фразеологические единства.

Фразеологическое единство сделать из мухи слона полностью совпадающее с англ. to make an elephant out of a mouse, нем. einer Műcke einen Elefanten machen и даже лат. в измененном порядке слов elephantum exmuscas fazes (букв. ты делаешь из мухи слона) в удинском языке передается как čоvala buṡebojda bsun — воробья до верблюда увеличить или mic:ik ӓṡӓ kalabsun (букв. маленькое дело большим делать, ср. англ. to make a mountain out of a molehill (делать гору из кротовины).

Это говорит о том, что исторические пути эволюции каждого языка накладывают на него сугубо национальный отпечаток, ярко ощущающийся в структуре фразеологизмов, которые частично несовместимы. Но, несмотря на частичное несовпадение компонентов, сохраняется целостность значения. В отличие от фразеологических сращений, утративших в языке свое образное значение, фразеологическое единство всегда воспринимается как метафора и другие тропы, среди которых можно выделить:

Устойчивые сравнения: удин. zӓli baaj lӓčӓq:ec:ene (букв. пиявкой став прилипла), то есть присосалась как пиявка или прилип как банный лист, как говорят по-русски, – англ. to stick like a lunch.

Метафорические эпитеты: удин.: q:ἵzἵli kӓkűl полностью соответствует англ. goldilocks, рус. золотая прядь (дословно). В результате единичного соединения с компонентом возникает метафорический сдвиг. Например: удин. ‘busa bijsun’ (букв. голодный умереть) ‘с голоду умереть’ или ‘xä kina busa bak:sun’ (букв. как собака быть голодным) сходится общим значением с русским «голодный как волк», с англ. ‘as hanger as a hunter’; удин. ‘busa ulainšc:un’ (букв. голодный выть) ‘от голода выть, выть волком’, нем. mit den Wölfen heulen; удин. ȕkexun cevc:sun (букв. из сердца вырвать) ‘забыть’, нем. sich etwas aus dem Herzen reisen, удин. ‘fȕkȕraxun cevc:sun’ (букв. из мыслей вытащить) ‘забыть’, англ. keep one’s mind of smth; удин. ‘bisi tȕlki’ ‘старая (хитрая) лиса’, нем. tin alter Fuchs.

            Гипербола: удин. q:armaʁa baft:ene ‘попался на крючок’, англ. to catch at a straw. Есть и фразеологические единства, которые представляют собой перефразы, то есть описательные выражения, заменяющие одно слово: удин. bačan k:ori bak:c:un bak:c:un ‘спина кривая становясь становясь’ (досл.), то есть ‘cгорбившись’. Повторное употребление слова выражает усиление действия. В предложении: Taneʁon isӓ iz bačῙan k:ori bak:s(c:)un, horbakala tene taʁal ‘сходит теперь сгорбившись, куда же денется, не пойдет’ – ‘употребляется в значении ‘ему (ей) так и надо’ соответствует англ. broad shoulders ‘косая сажень в плечах’.

            Некоторые фразеологические единства обязаны своей экспрессивностью столкновении синонимов: удин. aruʁoxun č:eri q:ajnara bafstun (букв. выходя из огня попасть в кипяток) по значению сходится с англ. out of frying pan into the fire.

Большинство фразеологических выражений в удинском языке это коммуникативные единицы (пословицы, поговорки, крылатые выражения). Однако, к фразеологическим единицам удинского языка относятся лишь те коммуникативные единицы, которые обладают устойчивостью, имеют фразеологическое значение. Удинское выражение bez goraχčin клянусь своей могилой’ соответствует по смыслу клятве о могильном покое Риган из шекспировского Короля Лира so, вe my grave in my peace, I love you more than my airsight, more than my freedom and my peace.

К фразеологическим выражениям в удинском языке относятся также речевые формулы: te buχažuʁoj χӓtiren ‘ради (того) бога’ соответствует англ. for Goodness sake.

При сравнительном исследовании структурно-семантических особенностях ФЕ в различных языках наряду с анализом внутриязыковых характеристик структуры и семантики фразеологизмов встает проблема типов межъязыковых соответствий.

В качестве исходной классификации типов межъязыковых фразеологических соответствий в данной статье ФЕ можно разделить на следующие три группы: 1) полное соответствие; 2) частичное соответствие; 3) безэквивалентные фразеологизмы.

Полное соответствие

Удинский язык

Латинский язык

Русский язык

javaš kapa

festina lente

медленно спеши

isӓ farpi ӓčipanan

nunk plaudite

теперь аплодируйте

pi iz ük:ӓ čaχuvek:i

dixi et animam levavi

сказал и душу облегчил

vi bel buχažῙuʁ bunesa

est dues ia nobis

если у тебя есть совесть (букв. … в голове есть бог)

üῙmüῙʁoῙχuntun čalχc:a elema

ex auribus cognoscitur asinus

по ушам узнают осла

k:ӓ bakain pine (iz ukalto pine pie)

haec habui, quae dixi

сказал то, что хотел (сказать)

vasta efa (efa vasta)

habeas tibi

оcтавь при себе

ičuχun bakami

totis viribus

изо всей силы

tӓ – tӓne

si non-- not

если нет –нет

hӓmišӓ turel

semper in motu

всегда в движении

q:amišakaltajna(k) bӓse

sapient sat

для понимающего достаточно

tӓzӓ mungul hӓmišӓ üstüne (tӓzӓ mungulen šahate šame)

scopae recentiores sempermeliores

новые метлы всегда лучше (новая метла хорошо метет)

turin muχac:iri

ad unguem

до ногтя

čurec:i -- nu č:urec:i

volens -- nolens

волей – неволей

učῙ maja – zӓhӓrӓl tija

ubi mel – ibi fel

где мед – там и яд

ʁi hari ʁi tanesa

triditur dies die

день спешит за днем

vi ӓjtӓ čalχa

cognosc:e te verbum

следи за речью

iz piel bakala maqῙa tene ak:c:a-- t:ijaῙmint:aj (χalχe) piel bakala čoῙpӓne ak:c:a

aliena vitia in oculis habemus, a tergo nostra sunt

в своем глазу бревно не видит, у другого (чужих) соринку замечает.

vi ӓšlӓχ baka

age quod agis

делай то, что делаешь (свое дело)

oša medӓr(in)

eo ipso

вследствие того, тем самым

 

Под полным соответствием в данной работе понимаются фразеологизмы, объединенные общностью денатативного аспекта их значения, характеризующихся совпадением лексического состава компонентов и совпадениемграмматической структуры фразеологизмов рассматриваемых языков.

Под частичным соответствием понимаются типы межъязыковых соответствий, которые включают в себе следующие случаи: 1) межъязыковые фразеологические соответствия, характеризующиеся общностью денотативного аспекта значения фразеологических единиц в сравниваемых языках, совпадением лексического состава компонентов, но различиями в грамматической структуре сопоставляемых фразеологических единиц.

Частичное совпадение

χaῙjoʁoj beῙš

margaritas ante porcas

бисер перед свиньями

(уд. перед собаками)

вuχaẑoʁoj cῙoeχun

imago Dei

от образа Бога

iz sӓsӓ eχtene gӧjnu

оra notundo

во весь голос

te vaχtaχun mandi,

Nik:olaji dӧirӓχun mandi

post hominium memoriam

c незапамятных времен,

со времени Николая II

ham nala, ham miχӓ duʁc:un

pro et contra

то подкову, то набойки забивать; за и против

χaχalen (gulen) χe zaps(c:)un

рertusum quidquid infunditur dolium perit

ситом воду черпать

elema bušebojda bsun

elefantum exmuscas facis

из мухи делать слона (удин. осла до верблюда увеличить)

iz bejnӓ

de proprio motu

Cамопроизвольно

va kjavaz, vi saq:q:ala kjavaz

barbam video, sed philosophum non videum

на что мне твоя борода

лат. бороду вижу,а философа нет

Под частичным соответствием понимаются типы межъязыковых соответствий, которые включают в себе следующие случаи: 1) межъязыковые фразеологические соответствия, характеризующиеся общностью денотативного аспекта значения фразеологических единиц в сравниваемых языках, совпадением лексического состава компонентов, различиями в грамматической структуре сопоставляемых фразеологических единиц.

 

Литература:

1. Виноградов В. В. О взаимодействии лексико-семантических уровней с грамматическими в структуре языка. – М. 1969.

2. Гюльмагомедов А. Г. Основы фразеологии лезгинского языка. Махачкала. 1978.

3. Кунин А. В. Англо-русский фразеологический словарь. М., 1967. Т.1-2

4. Магомедханов М. М. Проблемы национально-русской фразеографии. Махачкала . 1988, с. 10.

5. Смит Л. Фразеология английского языка. – М. : Учпедгиз. – 1959-208с.

6. Шанский Н. М. Фразеология современного русского языка. М. , 1969, с. 4.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle