Библиографическое описание:

Ямлеев Р. А. Виноград в жизни тюркских народов // Молодой ученый. — 2010. — №12. Т.2. — С. 39-47.

Статья посвящена исследованию истории виноградарства в жизни тюркских народов. На основании полученных данных исследования стало известно, как и когда тюркские народы познакомились с этой сельскохозяйственной культурой. Так же выяснилось, что история виноградарства является неизвестной страницей истории древних земледельческих народов хазар и булгар. Как следствие исторических изысканий предложен новый метод селекции крупноягодных сортов винограда.

This article is devoted to the research of the winegrowing in the history of Turkic people. On the basis of the received research data it has been found how and when Turkic people got acquainted with this agricultural plant. Also it was reported that winegrowing history is an unknown epoch in the history of ancient Khazar and Bulgar people. As a consequence of this historic research new method of selection of large-berried sorts of grape was suggested.

Ключевые слова: виноград, виноградарство, хазары, тюркский язык, татарский язык, шумерский язык.

Виноград – спутник величайших цивилизаций мира – Древнего Египта, Вавилона, Финикии, Персии, Древнего Рима, и сведения о его появлении уходят во времена зарождения жизни на земле. Библейская легенда гласит, что после всемирного потопа Ной, выйдя из ковчега, сразу же посадил виноград. По другой легенде, Ной является предком всех тюркских народов. Наличие с самых древнейших времен связи между виноградарством и тюркскими народами нас сильно заинтересовало, тем более что виноградарство является одним из наших давних увлечений.

В 1964 году известный ученый и селекционер Потапенко А.И. опубликовал статью [1] – "Сколько лет донскому виноградарству?" В итоге изложения этой статьи делается вывод, что возраст русского виноградарства не триста лет, как считалось ранее, с момента записи в финансовых книгах о выделении денег и посадки царских виноградников, а более тысячи лет. И существовали виноградники на Дону среди казаков задолго до царских инициатив. Данной статьей заинтересовался авторитетный историк Гумилев Л.Н. Впоследствии, Потапенко А.И. опубликовал книгу [2], а историк поддержал изыскания ученого виноградаря и дал положительную рецензию [3]. В книге мы получаем подробные ответы на многие вопросы истории виноградарства на Руси. Одним из главных был вопрос о том, что собой представляли казачьи сорта и откуда они пришли? Неожиданно для многих даже предварительное изучение показало, что родословная теперешних исконно казачьих сортов была связана с Северным Дагестаном. Однако для получения окончательных доказательств этого понадобилось еще несколько десятилетий.

В 2005 году сотрудниками Всероссийского НИИ виноградарства и виноделия имени Я.И.Потапенко Алиевым А.М., большим знатоком дагестанских и донских сортов, Кравченко Л.В. и Наумовой Л.Т. в статье [4], было установлено родство дагестанских и донских сортов винограда. Теперь можно считать доказанным, что виноградарство на Русь пришло с территории современного Дагестана, земли которого в прошлом входили в Хазарский каганат.

Несколько лет тому назад, зная наш интерес к истории виноградарства, Потапенко А.И. прислал нам свою только что вышедшую новую книгу [5]. В ней он обобщает предыдущие исследования по истории виноградарства и объясняет происхождение казачьего виноградарства на Дону как продолжение хазарского наследства. Около тысячи лет назад часть населения Хазарии слилась с населением Руси, и виноградарство продолжилось уже как русское, казачье.

Получается: недавние тюркоязычные “кочевники-хазары”, явились носителями древнейшей земледельческой традиции. Это с одной стороны. А с другой стороны, по выводу, полученному Потапенко А.И., основным, если не единственным, принципом распространения виноградарства является родовая эстафета внутри одного народа, и от одного народа к другому эта эстафета может передаваться только при метисации народов. При этом знания по выращиванию винограда, будучи элементом в межплеменной конкуренции, оставались доступны только внутри одного народа – носителя земледельческих традиций и являлись определенным секретом для других соседних народов.

Возникает вопрос, какой народ передал “кочевникам-хазарам” умение выращивать виноград? Впервые этот вопрос сформулировал Потапенко А.И. Отвечая на него, он предположил, что “кочевники – хазары победили и ассимилировали один или несколько дагестанских народов”[5]. По существу вопрос остался открытым и как следствие этого появляются другие вопросы. Какой или какие дагестанские народы передали “кочевникам – хазарам” умение выращивать виноград, откуда к дагестанским народам пришли знания о виноградарстве? Были ли хазары кочевниками? Заинтересовавшись обстоятельствами выращивания винограда на Кавказе, мы начали размышлять о возможных носителях древних земледельческих традиций.

Переход от кочевого образа жизни к оседлой связан с ломкой устоявшихся тысячелетиями традиций предков. И нет ни одного примера, чтобы типичные кочевники за короткий промежуток времени превратились в прилежных земледельцев, обладающих знаниями по агротехнике выращивания винограда или любой другой, сложной в плане ухода сельскохозяйственной культуры.

Даже сейчас, когда предлагаешь знакомым посадить виноград, получаешь отрицательный ответ: “У нас в Среднем Поволжье он не растет”. Из многих, воочию видевших у нас, как растет виноград, не все берутся выращивать его, а из взявшихся, единицам удается его вырастить и порадоваться за хороший урожай. И это несмотря на обилие литературы о виноградарстве и достижения селекции.

Для выяснения обстоятельств обретения хазарами земледельческих знаний обратимся к истории тюркоязычного государства Хазария, существовавшего более тысячи лет тому назад.

Изучению истории Хазарии посвящено достаточно много работ. Среди авторов этих работ отмечу всем известных историков Артамонова М.И.[6], Гумилева Л.Н.[7-9], Плетневу С.А.[10]. Несмотря на обилие исследовательских работ по истории Хазарии, у авторов не существует единого мнения по истории раннего периода. Для нас ранний период истории Хазарии интересен тем, что именно в это время сформировался хазарский народ – носитель виноградарских традиций.

Историками общепринято считать, что в середине IV века кочевые народы гунны, сложившиеся в Приуралье, начали передвижение на запад. Вслед за ними на Северном Кавказе и Приазовских степях появляются булгары и хазары, несколько позднее авары, а в VI веке древние тюрки. Все эти события стали предметом изучения историков.

Археолог и историк Плетнева С.А.[10], признавая булгар и хазар частью гуннских племен задержавшихся на берегах Каспийского и Черного морей, видит причину их задержки в бурном оседании кочевников на землю.

По этому поводу другую точку зрения высказал Гумилев Л.Н.[9]. Он считал, что “хазары – потомки древнего европеоидного населения Западной Евразии - жили как этнос – персистент до конца VI в.” В подтверждение оседлости хазар он приводит факты того, что они выращивали сады и виноградники, жили в поймах рек, а не в степи. Следовательно, “кочевники-хазары” в обозримый исторический промежуток времени не были кочевниками.

Историк Гумилев Л.Н. пишет также: “Почему-то Истахри и другие восточные географы делили хазар на два разряда: смуглых, черноволосых и "белых, красивых, совершенных по внешнему виду". Также они относили хазар то к тюркам, то к не тюркам, возводя их то к грузинам, то к армянам. Хазарский язык, по замечанию Истахри, не походит ни на тюркский, ни на персидский, ни на какой другой известный язык, а схож с языком болгар. Это последнее вызвало множество недоумений, ибо языком болгар считается тюркский. Однако так ли было в V-VI вв., когда тюрки впервые появились в Поволжье? Навряд ли!”[9].

Из сведений Истахри и других восточных географов, о близком родстве языка хазар и булгар, можно сделать вывод, что хазары и булгары были очень близкими народами или даже одним народом, ибо по сходству языка других таких народов не было. С этого же источника следует, что хазары по внешнему облику или по каким-то другим признакам имеют элементы сходства с грузинами и армянами, а значит, хазары могут быть местным народом Кавказа или другого ближайшего региона. Но это еще не все, хазары имеют элементы сходства с тюрками, следовательно, возможно, в составе хазар были тюрки или их потомки.

Историк и признанный энциклопедист по истории Хазарии Артамонов М.И. сообщает: “Как в армянской, так и в арабской литературе имеются совершенно фантастические указания на хазар в связи с завоеваниями Александра Македонского и другими событиями древней истории…”[6]. Он также отмечает упоминания хазар: в “Истории Армении” Моисея Хоренского между 193 и 213 годами; в “Истории пророков и царей” у Табари в составе армии императора Юлиана, воевавшего против Шапура I (240-271г.); в “Истории албан” Моисея Каланкатуйского при нашествии их на Армению в царствовании Шапура II (309-380г.), около 350г. Историк считал, что все эти сведения представляют собою анахронизмы, привнесенные авторами, жившими тогда, когда хазары действительно существовали, но о причинах своих сомнений не указал ничего. Пытаясь как-то объяснить этот пробел, Гумилев Л.Н. дополняет: “Этноним был тот же, но этнос другой, а это бывает часто”[7]. При этом он опирался на различие языков хазар до появления тюркоязычных народов на Кавказе и после. Само различие языков сомнений не вызывает, другое дело сомнение в недостоверности армянских хроник и в принадлежности этнонима “хазары” другому выдуманному народу. Можно сказать, что попытка объяснения Гумилевым Л.Н. пробела Артамонова М.И. на основании несоответствия этнонима уже является признанием достоверности армянских источников. По нашему мнению, многочисленные упоминания хазар, относящие к периоду, когда их не должно быть по взглядам историков подверженных евроцентризму, соответствуют реальным событиям прошлого.

В VI веке по соседству с хазарами появляются древние тюрки - тюркюты. Эти народы, странным образом, оказались близки и необходимы друг другу. “Хазары вместе с тюркютами ходили громить Азербайджан и Грузию, и привозили оттуда богатую добычу”[8]. Симбиоз двух народов просуществовал до тех пор, пока не сформировался единый хазарский народ. Гумилев Л.Н. пришел к выводу[9], что позднее 650г. хазарами называют именно метисов тюрко-хазарского происхождения.

Таким образом, рассмотрение различных точек зрения известных ученых о раннем периоде истории Хазарии говорит о неоднозначности и противоречивости их взглядов, а критическое переосмысление имеющихся у них исторических сведений показывает, что хазары – древнейший народ Западной Евразии. Первые упоминания об этом народе относятся к временам похода Александра Македонского. С этих древнейших времен этноним хазары встречается в различной исторической хронике, и сохранился он после метисации народа-носителя этнонима хазары с древними тюрками - пришельцами из Восточной Азии. Поэтому, чтобы избежать путаницы в принадлежности этнонима хазары, в дальнейшем изложении, мы предлагаем древнейший хазарский народ Западной Евразии называть “древние хазары”, а этнонимом “хазары”, в силу сложившейся практики употребления, - метисов тюрко-хазарского происхождения. Теперь становится, очевидно, что древние хазары и стали тем народом, от которого знания и навыки выращивания винограда перешли по родоплеменной эстафете к хазарам. Однако, для полной убедительности полученных выводов должны быть еще какие-то доказательства. Попробуем их представить ниже.

Гумилев Л.Н., считая тюркские народы кочевыми, видел причину их оседания на землю в том, что они нашли на берегах Каспийского и Черного морей союзников, и, смешавшись с ними, переняли опыт земледелия и виноградарства. Историк, признав наличие союзников, не признал их взаимосвязи с этнонимом – хазары из армянских и арабских источников. Но, по его косвенным суждениям, заметно, что он интуитивно осознавал эту взаимосвязь. Видимо, отсутствие доказательств сыграло решающее значение в его взглядах. Каких же союзников, носителей знаний о виноградарстве, нашли тюркоязычные народы на берегах Каспийского и Черного морей? Отвечая на этот вопрос теперь уже известным этнонимом древние хазары, понимаем, что об этом народе нам ничего неизвестно. Что это был за народ? Откуда у него знания о виноградарстве?

По взглядам традиционной исторической науки, проповедующей идеологию индоевропейцев, во многих регионах жили только индоевропейцы. Значит, произошла метисация между тюркоязычными кочевниками и каким-то индоевропейским, индоиранским народом. При этом кочевники должны были перенять знания и навыки виноградарства, и как минимум основные термины, связанные с этим видом деятельности, т.к. у них не могло быть собственных познаний в этой области. Поиски наследников хазар – потомков тюркоязычных народов, которые перенятыми терминами своего языка внесли бы ясность о языке древних хазар, до настоящего времени покрыты туманом. По одним данным это народы Дагестана, по другим – Астраханские татары, а по третьим данным, – и терские казаки. Хазары были тюркоязычным народом, следовательно, искать их следы нужно, прежде всего, среди других тюркоязычных народов. Однако нет тюркоязычного народа с терминами оседлого земледелия индоевропейского происхождения. У всех свои тюркские термины. С другой стороны народы не исчезают бесследно даже в результате самых кровавых войн. Поэтому версия о метисации тюркоязычных кочевников и народов индоевропейской группы не выдерживает критики.

Напрашивается следующий вывод наших рассуждений, либо тюркоязычные кочевники никогда не были кочевым народом, что противоречит всей исторической науке и многим аргументам, нашедшим подтверждение археологическими исследованиями, либо метисация тюркоязычных кочевников произошла с иным тюркским или близким по языку, глубоко оседлым народом. В этом случае взгляды традиционных индоевропейцев требуют корректировки, а тюркские термины, связанные виноградарством, требуют исследования.

Известный филолог Закиев М.З. в своей книге [11] пишет о больших исследовательских возможностях лингвистической археологии. Для выяснения происхождения слов о винограде обратимся именно к ней. Лингвистическая археология - это направление лингвистики, изучающее древнее происхождение слов. В случае с тюркскими языками использование лингвистической археологии оправдано еще одной причиной. Тюркские языки являются агглютинативными. В этом случае основным методом словообразования является агглютинация, т.е. присоединение к основе различных аффиксов, причем каждый из них несет только одно значение и не изменяется под действием других аффиксов. Основа (составное слово) может состоять из других более простых слов или корня. В процессе словообразования простое слово или корень не изменяется и представляет собой древнейшее слово прапраязыка, поэтому каждое слово тюркского языка корнями уходит в далекое прошлое и это прошлое можно, попросту, прочесть в слове. Таким образом, справедливо будет сказать, что лингвистическая археология позволяет заглянуть в далекое прошлое, куда невозможно проникнуть никаким другим способом, и в особенности, если исторические источники скудны или вообще отсутствуют.

В последние десятилетия все чаще и чаще появляются публикации [11] о сходстве тюркских языков с древним языком этруссков: Латыпов Ф.Р. сделал успешные расшифровки этрусских надписей с помощью древнетюркского языка; Миршан К. с помощью тюркских языков перевел глозельские надписи, которые в течение 60 лет до него безуспешно пытались прочесть на индоевропейских языках. Известный филолог Каримуллин А.Г. в своей книге [12] пишет о наличии сходства между тюркскими языками и языками американских индейцев. Все эти сведения подтверждают наличие древнейших слов в тюркских языках и главное, то, что они сохранились до настоящего времени с незначительными изменениями, позволяющие идентифицировать эти слова.

Вспоминая традиции предков татар Поволжья, где застолье и праздники не обходились без изюма, урюка, кураги, нередко и без ореха, то понимаешь, что виноград настолько близок предкам и не может быть просто заимствованным продуктом питания. Сухофрукты и изюм, в том числе, относятся к продуктам сахар содержащим и очень были удобны в дальних странствиях. Пополняя скудный рацион торговца, купца и, возможно, предка кочевника, придавали ему бодрость и силу. Если посмотреть на все это иначе. Виноград в средней полосе не рос, точнее сказать, не мог давать значительного урожая, поэтому единственно возможным остается употребление высушенного, привезенного с юга винограда, следовательно, он мог быть когда-то на прежней земле предков обычной едой. Как известно, традиции прошлого очень часто продолжают передаваться из поколения в поколение даже в том случае, когда есть объективные трудности их претворения. И это мы видим в устойчивости культуры потребления винограда в виде сушёной ягоды. Сохранность традиции и непрерывность потребления винограда является гарантией сохранности слов тюркского языка, связанных с виноградарством.

Виноград по-тюркски – изюм. До недавнего времени о происхождении этого слова не было однозначного и полностью удовлетворяющего интерес ответа. Опираясь, прежде всего, на агглютинативность тюркских языков, мы предположили, что слово изюм произошло из нескольких более простых слов. Один из вариантов выглядел следующим образом, составная часть из  произошла от слова йөз т.е. сто, вторая часть у(ю) – дом, а аффикс – м обозначает принадлежность лицу, т.е. мой. Перевести данную конструкцию можно как “сто моих домов”. Другой вариант более приемлемый, принимающий происхождение слова изюм от созвучного слова өзәм, что означает – срываю. Было еще несколько вариантов, в том числе от слов: үсәм т.е. росту, изәм т.е. мну (от слова мять). Многовариантность и неоднозначность происхождения не давала представления, даже приблизительно, о времени и об обстоятельствах появления слова изюм в тюркских языках. Какой же вариант выбрать?

В соответствии с установленным Потапенко А.И. принципом передачи виноградарских знаний по родоплеменной эстафете, народ – предок, передавший древним хазарам навыки выращивания винограда, должен иметь глубоко оседлую культуру, и наверняка, с его языком как-то должно быть связано происхождение слова изюм. Народов, обладавших такой культурой, не так уж много.

В прошлом территория, прилегающая Каспийскому и Черному морям, была населена скифами и сарматами. Часть скифов и сармат владела хлебопашеством. Посеял и сжал хлеба в один год и в одном месте, а на следующий год переехал на другое место. Урожай на новой земле будет даже более высоким. Этот вид деятельности мог сочетаться с кочевым образом жизни. Многолетние же растения требовали иного отношения к земле, а именно непрерывного возделывания земли в течение многих лет. Поэтому садоводство и виноградарство требовало глубокой и полной оседлости. Скифы и сарматы не могли оказаться народами-носителями знаний о виноградарстве. Разве что среди них были племена с полной оседлостью, но о них ничего неизвестно.

Ампелография – наука, изучающая сорта винограда, утверждает, что основная часть дошедших до нас исконно дагестанских и донских сортов винограда – не среднеазиатского происхождения. Таким образом, исключается связь и со Средней Азией, ибо знания о виноградарстве не могли прийти без самого винограда. Остаются народы – носители знаний о виноградарстве только к югу или юго-западу от Хазарии.

Изучая историю древних земледельческих цивилизаций прошлого, как возможных носителей знаний о виноградарстве, и прочтя книгу Сулейменова О. [13], мы обратили внимание на сходство многих слов татарского языка, одного из тюркских языков, и языка Шумер. Случайность? Интересно, как на языке Шумер был виноград? Нет ли других случайных совпадений? Не поможет ли это в выборе варианта происхождения слова изюм. Шумеры - древнейшая земледельческая цивилизация с навыками выращивания многолетних растений. Она располагалась к югу, юго-западу от Хазарии в междуречье Тигра и Евфрата, где на орошаемых плодородных участках всегда обилие влаги и тепла - все, что надо для выращивания винограда. Для выяснения значения слов шумерского языка воспользуемся словарем из материалов Pennsylvania Sumerian Dictionary Project[14].

Поиск перевода слова виноград на шумерский язык привел к слову ĝeštin. На первый взгляд, никакой связи со словом изюм. Прочтя слово ĝeštin, обращаешь на явное сходство с татарским словом өстән в переводе – “сверху, поверх, верхний покров”. Различие выражено только потерей согласного звука в начале слова. Зная историю виноградарства, нетрудно догадаться о связи этого слова с виноградом. В субтропическом климате куст винограда сажали возле высохшего дерева [5]. Для чего предварительно снимали кору с дерева. Лозы лианы обвивали высохшее дерево, покрывая сверху сплошным листовым покровом. Следовательно, слово ĝeštin должно обозначать “сверху, поверх, покров” или что-то очень близкое по значению к этим словам. В словаре шумерского языка слово ĝeštin обозначает виноград, и другого значения этого слова нет. В шумерском языке имеется слово tin, обозначающее виноградный куст, виноградная лоза, а на татарском языке имеется слово тән обозначающее “кожа, покров”. Слово tin опять переводится только в обозначении винограда. Это, по меньшей мере, странно. Человек, видя растение, оплетающее дерево, описывает особенность этого растения, в нашем случае, как оно расположено по сравнению с этим деревом, само описание первично, а уже потом описание закрепляется за растением в виде названия и оно вторично. Отсутствие первичного значения слова в словаре языка может быть только в двух случаях. В первом случае, если словарь слов языка неполный, и поэтому он не содержит первичный смысл слова или во втором случае, когда слово заимствовано из другого языка и тогда первичный смысл неизвестен изначально. Во втором случае и растение завезено из другого места, где говорят на другом языке, возможно с родины этого растения. Для нас это важно потому, что может быть связано с возможными предками древних хазар.

Шумерский язык, как и тюркские языки, относится к агглютинативным языкам. Следовательно, корни слов, участвующих в словообразовании, представляют собой слова древнего языка, возможно во многих случаях общие для словообразования слов шумерского и татарского языков. Поэтому исследуем  более подробно словообразование терминов, используемых для обозначения винограда и виноградарства.

На шумерском языке в слове ĝeštin составная часть ĝeš переводится как дерево, а tin - виноград. Следовательно, слово ĝeštin означает виноградное дерево. В татарском языке близкое слово өстән (eštin) – “поверх, сверху, верхний покров”. Для выяснения расхождений смысла слов в шумерском и татарском языках обратимся к происхождению слова ĝeš. На мой взгляд, это слово происходит из двух составных слов ĝe и eš. На татарском языке eš обозначает “верх”. Не составит большого труда доказать, что составное слово ĝe означает “перемещение”. Например, более сложное шумерское слово ĝen, состоящее из двух составных слов ĝe и en, означает идти. Шумерское составное слово en означает “святой, одушевленный” и обозначает действие живого человека, а на западном – мишарском диалекте татарского языка близкое слово ян – “душа, живое существо”. Следовательно, значение слова шумерского языка ĝeš означает “перемещение вверх”, а дословный перевод шумерского слова ĝeštin – “виноград, двигающийся вверх”. Это несколько более полно раскрывает смысл, вложенный изначально в слово ĝeštin.

Использование западного – мишарского – диалекта татарского языка обусловлено тем, что именно он наиболее близок к языку хазар[15].

Следующее шумерское слово, используемое для обозначения винограда - это tin, его первый смысл также неизвестен жителям Шумера. На татарском языке это слово состоит из двух составных слов ти – “дотронься”, и ян – “душа, одушевленный”. Следовательно, слово тән (tin) дословно обозначает – “живое соприкосновение, живое поверх, покров, кожа”. Из-за отсутствия этого первого значения в шумерском языке, можно принять гипотезу о высокой вероятности заимствовании слова tin из другого языка.

С учетом первого значения слова tin, слово ĝeštin приобретает новый смысл – “покров двигающийся вверх”. Это первый смысл слова ĝeštin, вытекающий из описания лианы и он отсутствует в словаре шумерского языка. Второй смысл этого слова – “виноград”, он и имеется в шумерском языке. Поэтому можно сделать вывод о заимствовании слов обозначающих виноград из другого языка.

Шумерское слово “виноградник” – kiriĝeštinak на татарском языке складывается из следующих частей: составное слово kiri созвучно керә – “входя”; смысл слова ĝeštin в расширенном понимании – “куст винограда”; составное слово ak созвучно як – “сторона”, “направление”. И в переводе все слово kiriĝeštinak – “входя в виноградную сторону”.

Название древнеегипетского сорта винограда Шасла белая [16] имеет происхождение из шумерского или из другого очень близкого по словарному составу языка. В словаре шумерского языка слова шасла (šasla) нет, однако есть слово šasud в переводе “рацион, паек, нормировать выдачу”. Шумерское слово ud и татарское слово ут обозначают “огонь”, поэтому слово šasud подразумевает изначально “паек еды, приготовленной на огне”. Слово šas – “порция, норма, нормировать, раздавать”. Теперь не остается ни малейших сомнений, что название древнеегипетского сорта “Шасла” белая (šasla), образованное из составного слова šas и аффикса – la, означает дословно “нормированные, раздаваемые” и на русском языке совпадает с понятием “готовые порции”. “Винограду принадлежит “патент” природы на изобретение плода, самого удобного для еды. Ягоды, эти готовые сочные порции как раз для одного глотка, собраны вместе в одну гроздь”. Как точно написал патриарх отечественного виноградарства Потапенко А.И.[5].

В словаре шумерского языка есть и другие созвучные и близкие смысловые совпадения по тематике виноградарства: ĝeštinaha, ĝeštinbil, ĝeštinguruma, ĝeštinkira, ĝeštinzug и т.д. Смысл почти всех составных слов, участвующих в словообразовании выше приведенных слов, можно так же восстановить с помощью татарского языка, а значит, и конкретизировать смысловые значения более сложных слов шумерского языка. И только ограниченные рамки данной статьи не позволяют представить их здесь.

Наличие в каком-либо языке большого количества терминов определенной сферы человеческой деятельности является подтверждением наличия знаний в этой сфере. А тот факт, что генезис терминов объясним с помощью более простых слов, корни которых не заимствованы из других языков, служит доказательством зарождения этой сферы человеческой деятельности у народа – обладателя этого языка. У тюркских народов одной из таких сфер человеческой деятельности является сельское хозяйство[17], поэтому не случайны совпадения слов этой сферы в татарском и шумерском языках.

В данной статье мы не хотим касаться более подробно темы родства шумерского и татарского языков. Однако отметим только то, что по словарному составу шумерский язык не был чуждым татарскому языку. Вероятно, предковые языки шумерского и татарского языков стояли намного ближе друг другу. Это возможно только в том случае, если эти предковые языки продолжительное время сосуществовали вместе в прошлом, а между его носителями происходила метисация и передача различных знаний потомкам.

В своей книге [11] Закиев М.З. пишет о существовании древнего тюркского ареала в Передней Азии. Этот вывод основан на изучении азербайджанским языковедом Джалиловым Ф.А. шумерских, аккадских, ассирийских и урартских источников. Наличие древнего тюркского пребывания в Передней Азии непременно должно было оставить свои следы в традициях и обычаях потомков этого народа. Известно, и об этом пишет Потапенко А.И. [2] – “Изображения лоз еще в древности встречались на войлочных кибитках степных кочевников…”. По-моему, рисунки на войлочных кибитках являются элементами древнейшей традиции, восходящие в прошлое древнего тюркского народа, и они подтверждают, что в далеком прошлом этот народ был знаком с виноградарством, но впоследствии, с изменением образа жизни, утерял свои виноградарские знания. Возможно, одной из причин изменения образа жизни древнего тюркского народа и переселения его из Передней Азии стало изобретение колеса. Ведь появление дома на колесах создавало явные преимущества для развития скотоводства и кочевого образа жизни. Так же этому процессу должно предшествовать еще какое-то чрезвычайное событие древней истории, а может и не одно. Конечно, переселение древнего тюркского народа затронуло не все население, а только его часть. Вероятно, оставшаяся земледельческая часть древнего тюркского народа приняла участие в этногенезе других народов этого региона. Подтверждением этому является название святой для иудеев книги – Тора, имеющей также древние тюркские корни. На современном татарском языке слово тору означает “жить”. Встречается это слово и в древних тюркских рунических письменных памятниках Монголии [18] в значении – “закон, установления, быть созданным, сотворенным”. Все выше изложенное и обилие тюркских заимствований в шумерском языке подтверждает утверждение, что язык Шумер сформировался под влиянием древнего тюркского языка.

Следовательно, можно считать найденным язык или, по крайней мере, близкий по словарному составу язык, принадлежащий древнехазарскому народу, от которого тюркоязычные кочевники приобрели навыки виноградарства. Из-за близости языка местного – оседлого и пришлого – кочевого, метисация народов прошла стремительно и молниеносно за один – два столетия. Навыки виноградарства стали навыками кочевых тюркоязычных народов. Пришедшие из Восточной Азии тюркоязычные кочевники в большинстве своем смешались с местным населением Кавказа и образовали два родственных народа – хазар и булгар. Одни из них располагались в горной местности Северного Кавказа и в Прикаспийской низменности, а другие вдоль побережья Черного и Азовского морей. В соперничестве хазар и булгар, часть последних была вынуждена переселиться на другие земли Дуная и возможно Среднего Поволжья.

В известном именнике болгарских ханов[11] упоминается имя наместника Гостун. Имена среди язычников давались на основе прозвищ, как правило, это связано с родом деятельности. Имя Гостун не что иное как искаженное диалектными особенностями и записанное на кириллице шумерское слово ĝeštin – “виноград”. Принимая во внимание развитость среди хазар виноградарства и основываясь на родовом принципе передачи знаний о виноградарстве, можно сделать вывод, что имя Гостун могло принадлежать только хазарскому наместнику.

На территории государства Хазарии следы древнего виноградарства прослеживаются у цитадели Нарын-кала в Дербенте, в ущельях Аварского и Андийского Койсу, в плодородных долинах горных рек: Сулака, Акташа, Терека и далее на север. Особенно величественны горные террасы у селения Гимры. Виноградники Хазарии своим расположением указывают дорогу с севера на юг в древние земледельческие цивилизации. По-нашему мнению, Дербентский проход является одним из тех мест, откуда расселились многие народы – наследники древних народов из Передней Азии. Одними из них были древние хазары и булгары – народы земледельцы. Отметим, что еще раньше часть булгар переселилась на восток. Поэтому существует теория о приходе булгар из Северо-восточного Ирана. Это отметил в своей книге[19] историк Новосельцев А.П., и этим объясняется многодиалектность языка наследников древних булгар[11].

Мы ранее рассмотрели шумерское название винограда как куста, как виноградной лозы. Переселение части древнего населения из междуречья Тигра и Евфрата в горные районы Кавказа вызвало изменение агротехники выращивания винограда. И оно приобрело черты горного террасного земледелия.

В своей книге [5] Потапенко А.И. пишет о горном земледелии: “Террасное земледелие горного Дагестана имеет древнейшие традиции. Сколько им лет на самом деле, никто сказать не может. Оно переживало расцвет еще в античные времена. По общему объему выполненных каменных и земляных работ террасы можно сравнить разве что с египетскими пирамидами. От вражеских набегов земледельцев надежно защищали горы, а недостаток земли компенсировался единственно невероятным трудолюбием.

Террасное земледелие Дагестана – замечательный пример бережного отношения к земле. Прежде чем приступить к выращиванию растений, необходимо соорудить каменные стенки, затем наносить землю, найденную где-то очень не близко. Закончив насыпку земли, надо предусмотреть всякую возможность ее смыва. На все это уходят месяцы и годы”.

Именно поэтому, горные наносные плодородные участки особенно ценны, и выращивание здесь винограда на деревьях – непозволительная расточительность, а это в свою очередь привело к утрате старого названия и укреплению другого существующего понятия винограда. Винограда как ягоды.

На шумерском языке виноградная ягода представлена, словом šugur. Данное слово состоит из двух составных слов šu в значении “рука” и gur в значении “крутить”. Эти составные слова несут описание действия, результатом которого является появление ягоды в руках совершающего это действие. По-другому это действие называется – “срываю, собираю”, и оно является первым смыслом шумерского слова šugur. В понятии же, как сладкая виноградная ягода, смысл этого слова является уже вторым. Наличие двух смыслов подтверждает и словарь шумерского языка[14].

В тюркских языках слово šugur созвучно нескольким словам, и поэтому воспринято тюрками изначально как знакомое. На татарском языке одним из таких слов является шикәр – сахар. Мало кому придется сомневаться в смысле слов, если ты слышишь знакомое созвучное слово и видишь глазами подтверждение в виде ягод с сахаром. Несомненно, ягоды винограда – кусочки сахара. Это соответствует второму смыслу шумерского слова šugur. Другими смысловыми дополнениями на татарском языке являются слова җыю и өзү, которые означают “собирать и сорвать”, и совпадают с первым смыслом слова šugur. По-видимому, второе слово более точно соответствовало первому смыслу из шумерского языка и стало использоваться тюрко-хазарами в первом лице мин өзәм – “я срываю”. Это слово обозначает также действие, результатом которого, является появление ягоды в руках, совершающего действие. Появилось слово өзем применительно к винограду во время, когда оба языка были одинаково понятны тюрко-хазарскому населению. На тюркском языке слово шикәр совместно со словом өзәм стали смысловым эквивалентом в полном понимании шумерского слова šugur. Слово өзәм и явилось проформой современного слова изюм. В закреплении проформы өзәм оказали сильное влияние созвучные слова үсәм, изәм, означающие в переводе на русский язык “росту, мну” соответственно, и дополнившее ассоциативно-смысловое восприятие слова изюм как виноградного растения, и винограда как ягоды для приготовления сока и вина. Впоследствии на слово өзәм распространился и второй смысл слова šugur как виноградной ягоды. Дополнение смысла выразилось в изменении первого гласного звука. Слово өзәм стало словом йөзем, на русском языке изюм.

Таким образом, слово изюм, обозначающее на тюркских языках виноград, произошло от слова өзәм – срываю. О наличии этого слова в древнехазарском языке можно предполагать по косвенным данным, во-первых, основываясь на наличие тюркских слов в шумерском языке. В словаре шумерского языка имеется праздник ezem, предположительно праздник сбора урожая. Следовательно, в древнехазарском языке, близком своими тюркскими заимствованиями к шумерскому языку, высока вероятность наличия слова ezem – срываю. Во-вторых, по словам у ближайшего родственного древнеболгарского языка, наследниками которого являются дунайские болгары. Виноград на языке болгар грозде. Это слово состоит из нескольких лингвистических единиц, прежде всего гроз и де. В современном татарском языке имеется слово ди – “назови”. Есть основание считать, что на древнем языке оно обозначало понятие “имя, имя его”. Это татарское слово ди соответствует древнеболгарскому слову де. В свою очередь, лингвистическая единица гроз состоит так же из двух частей гр и оз. Для определения их значений рассмотрим слова татарского языка бор и өз. На древнетюркском языке слово бор обозначало виноград[17]. Имя героя шумерского эпоса Гильгамеша в переводе “всезнающий”. В этом имени корень гильга и слово бильга в тюркских языках означает “знающий”, и отличаются эти слова лишь изменением одного согласного звука [г] на [б]. Учитывая эту закономерность и чисто условную разницу в тюркских языках между звуками [о] и [у], можно считать, что слово татарского языка бор является диалектным звучанием шумерского слова gur. Другой диалектной формой является древнеболгарское слово гр, где краткий гласный звук не произносится, напоминая при этом произношение слова бр на западном диалекте татарского языка. Древнеболгарское слово оз соответствует татарскому слову өз. Поэтому слово гроз соответствует словам татарского языка бор и өз, дословно крути и сорви т.е. виноград. А все слово грозде дословно “виноград имя его”. Следовательно, обнаруженный в слове грозде корень оз подтверждает наличие в древнеболгарском и древнехазарском языках слова өз, от которого произошло слово өзәм.

В 552г. хан Тумын, одержав победу над жужанями, создал Великий тюркютский каганат. Первое знакомство тюркоязычных народов с местным оседлым народом Прикаспийской низменности произошло при младшем брате хана Тумына, хане Истеми, который был поставлен во главе войска, имевшего задачу подчинения западных народов. Истеми дошел до Дона и берегов Черного моря. В 567 – 571 г. под его влияние попали хазары и булгары. Гумилев Л.Н. пишет: “инкубационный период хазарского этногенеза уложился в три поколения – около 70 лет, после чего с 627 г. становится уместным название “тюрко-хазары”, теряющее смысл после 650 г., когда хазарами называют именно метисов тюрко-хазарского происхождения”[9]. Период от появления в Прикаспийской низменности хана Истеми до 650 г. можно считать тем временем, когда произошла метисация тюрков и местного оседлого населения. При этом традиционные земледельцы и садоводы – виноградари передали навыки возделывания винограда потомкам тюркского народа. Теперь хазары, метисы тюрко-хазарского происхождения, и носители тюркского языка, явились обладателями древнейшей земледельческой традиции.

История происхождения названия бессемянных сортов винограда на русском языке возвращает нас также в прошлое тюркских народов. Бессемянный виноград называют кишмиш. В отношении происхождения слова кишмиш двойственности мнения не было. Слово произошло из двух слов тюркского языка кош җимеш, на западном диалекте татарского языка кеш емеш, означающее “птичья ягода”. Действительно кишмиш очень любят птицы, это излюбленное их лакомство. Дословный перевод слова кишмиш - это “фрукт птицы”. Однако в переводе этот вариант менее соответствует русскому понятию и более предпочтительно переводить на русский язык как птичья ягода. Слово фрукт в тюркском языке более точно отражает понятие сушенной виноградной ягоды, так как большинство обезвоженных продуктов растительного происхождения все же фрукты (урюк, курага, чернослив, сушеные яблоки, груши и т.д.).

Все древние сорта винограда являются сплошь мелкоягодные по типу винных сортов. Один из лучших столовых сортов Шасла белая имеет также некрупный размер гроздей и ягод.

В появлении крупноягодных сортов видны следы селекции винограда с участием тюркских народов. Дело в том, что прямой отбор среди мелкоягодных сортов винограда, образцов с более крупными ягодами, непременно приводил к увеличению числа семян в ягоде. Мало пользы от увеличения самой ягоды, если значительный объем ягоды занимают семена[20]. Само увеличение ягоды являлся только следствием увеличения содержания ростовых веществ – ауксинов, которые напрямую зависят от количества семян. Другое дело, если изменится соотношение объема семян к объему мякоти. Наивыгоднейшее это соотношение у бессемянных сортов. Мы полагаем, что приход ислама в Среднюю Азию привел к развитию селекции бессемянных сортов – кишмишей. Произошло это после VIII века. Уровень ауксинов в кишмишных ягодах не зависит от объема семян. При скрещивании обычных мелкоягодных сортов с отборными кишмишными сортами последние передают свойство ослабления ауксин-семянной зависимости гибридному потомству, что проявляется первоначально в незначительном увеличении ягод у гибридов первого поколения. И далее, селекция в потомстве последующих поколений от гибридов, полученных с использованием отборных кишмишей, приводит к появлению крупноягодных сортов. Наиболее сильно выражено ослабление ауксин – семенной зависимости – в потомстве с участием самых крупноягодных – отборных кишмишных сортов. Этот способ получения крупноягодных сортов винограда может быть использован как метод селекции винограда.

Крупноягодные сорта винограда впервые появились в Средней Азии. Скорее всего возникли они на одном винограднике, где по соседству произрастали семясодержащие и бессемянные сорта. Бессемянные сорта, судя по названию, принадлежали в основном тюркским народам, поэтому можно сказать тюрские народы имеют прямое отношение к происхождению крупноягодных сортов винограда.

Садоводсво и земледелие было сильно развито в Волжской Булгарии и Казанском ханстве. Ярлык Сагиб-Гирея[21] заключает в себе ряд названий различных должностных лиц и чиновников, существовавших в Казанском ханстве. На девятом месте бакчачи – чиновники, “имевшие наблюдение за садами и огородами”. Наличие целого сословия говорит о развитости и древних традициях садоводства и земледелия, а до настоящего времени сохранившийся праздник плуга - Сабантуй яркое и наглядное подтверждение этому. Не являются ли остатки садов вдоль берегов реки Волги наследием Волжской Булгарии и Казанского ханства? Откуда пришли к нам морозостойкие яблони и вишни? Ведь их родина явно не северная страна. Да и культурные растения путешествуют не сами по себе, а с народами. Многое могут сказать сами сохранившиеся названия сортов. Нужно только правильно их прочесть. Наверное, были и виноградники, к сожалению, несохранившиеся до наших времен. После падения Казанского ханства не осталось виноградарей, проживающих вдоль тепло обеспеченных склонов реки Волги. Без ухода и укладки на зиму виноград в нашей зоне погибает. Напоминание о былом прошлом сорт Цимлянский черный – наследство Хазарии свободно произрастает у нас в саду.

Наследниками древних цивилизаций из Передней Азии являются многие народы. Однако, по-видимому, нет народов, кроме тюркоязычных, история которых, с самого зарождения, так переплеталась бы с историей виноградарства. Происхождение слова изюм раскрывает нам скрытую до сегодняшнего дня историю тюркских народов и побуждает нас к поиску новых корней оседлых древнетюркских, или возможно, близких по языку народов. Оценить значение слова изюм сейчас попросту невозможно. Оно может оказаться тем малым толчком в новом понимании истории, которое поможет раскрыть и многие исторические тайны прошлого.

 

Литература:

1.    Потапенко А.И. Сколько лет донскому виноградарству? // Виноделие и виноградарство СССР. – 1964. - № 7. С. 38 – 39.

2.    Потапенко А.И. Старожил земли русской. Очерки о русском винограде. – Ростов: Ростовское кн. изд-во. – 1976. – 96 с.

3.    Гумилев Л.Н. Века и виноградники: Рец. на книгу: А. Потапенко. Старожил земли русской: очерки о русском винограде. – Ростов. – 1976. /// Природа. – 1977. - № 6. С. 147 – 149.

4.    Алиев А.М., Кравченко Л.В., Наумова Л.Т. Происхождение донских сортов винограда. // Виноделие и виноградарство. – 2005. - № 3. С. 36 – 37.

5.    Потапенко А.И. Русь и Хазария. В свете истории виноградарства и садоводства. – Волгоград: Искатель. – 2006. – 206 с.

6.    Артамонов М.И. История хазар. – СПб.: Издательство “Лань”. – 2001. – 688 с.

7.    Гумилев Л.Н. Древняя Русь и Великая Степь. М.: Айрис – пресс. – 2004. – 768 с.

8.    Гумилев Л.Н. Тысячелетие вокруг Каспия. М.: Айрис – пресс. – 2004. – 384 с.

9.    Гумилев Л.Н. Открытие Хазарии. – М.: АСТ. – 2005. – 329 с.

10.    Плетнева С.А. Хазары. – М.: Наука. – 1976. – 96 с.

11.    Закиев М.З. История татарского народа (Этнические корни, формирование и развитие). – М.: Инсан. – 2008. -560 с.

12.    Каримуллин А.Г. Прототюрки и индейцы Америки. По следам одной гипотезы. М.: Инсан. – 1995. – 80 с.

13.    Сулейменов О. Аз и Я. Книга благонамеренного читателя. – М.: Грифон М. – 2005. – 272 с.

14.    http://psd.museum.upenn.edu/epsd/index.html

15.    Мухамадиев А.Г. Древние монеты Казани. – Казань: Татарское книжное издательство. – 2005. – 200 с.

16.    Трошин Л.П., Радчевский П.П., Мисливский А.И. Сорта винограда юга России / Под ред. проф. Л.П.Трошина. – Краснодар: РИЦ “Вольные мастера”. – 2001. – 192 с.

17.    Максуди С. Тюркская история и право. – Казань: Фэн. – 2002. – 412 с.

18.    Тугушева Л.Ю. Тюркские рунические письменные памятники из Монголии. – М.: Инсан. – 2008. – 192 с.

19.    Новосельцев А.П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. – М.: Наука. – 1990. – 264 с.

20.    Потапенко А.И. Русский зимостойкий виноград. – Смоленск: Универсум. – 2007. – 160 с.

21.    Худяков М.Г. Очерки по истории Казанского ханства. М.: Инсан. – 1991. – 320 с.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle