Библиографическое описание:

Урунов Р. А. К вопросу становления политической элиты Республики Таджикистан и ее роли в урегулировании гражданской войны // Молодой ученый. — 2010. — №11. Т.2. — С. 37-39.

Совместное обеспечение устойчивости и прочности, целостности Таджикистана, национального единства, спокойствия, благосостояния народа – воистину эти цели могут объединить наших соотечественников. Только вместе мы можем усилить данный исторический процесс, достичь национальной независимости, суверенитета. Из истории мы знаем две перспективные дороги, которые устраняют противоречия и конфликты. Первая, силовой путь устранен противоречий между народами, нациями, классами путем войны и революций. Например, Октябрьская революция стала причиной построения социализма. В жизнь были реализованы лучшие и ценные идеи и мысли, построено гуманистическое общество. К сожалению, с развалом Советской власти, эти вселяющие надежду, явления исчезли. Однако их до сих пор открыто использует капитализм.

Второй путь, ведущий общество к цели, это мирный путь. Если раньше решения проблем, противоречий происходили силовыми путями, то сейчас и в будущем единственной дорогой решения задач и конфликтов является мирный процесс.

В современных условиях изучение процессов общественного развития невозможно без обращения к проблемам политических элит, так как именно им принадлежит важная роль в процессе перехода от авторитаризма к демократии.

Теория элиты – это совокупность социально политических концепций, утверждающих, что необходимыми составными частями любой социальной структуры являются высшие, привилегированные слои, правящее меньшинство, господствующее над остальным населением.

Политическая элита обычно трактуется как составляющая меньшинство общества самостоятельная, высшая, относительно привилегированная группа (или совокупность групп), в большей или меньшей мере обладающая высокими психологическими, социальными и политическими качествами и непосредственно участвующая в принятии и осуществлении решений, связанных с использованием государственной власти или воздействием на нее. Это политически господствующая группа, претендующая на представительство народа и в демократическом обществе в той или иной мере подконтрольная массам, относительная открытая для вхождения в ее состав любых граждан, обладающих необходимой квалификацией и политической активностью. Исторически предопределенная специфика и характерные особенности политической элиты в той или иной стране в значительной степени обусловили и особенности переходного процесса в целом. Именно общественная трансформация является тем контекстом, в котором главным образом развиваются исследования политической элиты Запада, а также Таджикистана. Внимание элитологов привлекают проблемы генезиса политической элиты, соотношения «старой» и «новой» элиты, кристаллизация интересов политической элиты как самостоятельной социальной группы, ее типология и т.п. Все эти проблемы в каждой стране имеют свою специфику. Однако их полное и всестороннее исследование невозможно без обращения в истории элитизма в социолого-политической мысли.

Элиты имеют тенденцию к упадку, а контрэлиты – к производству потенциально элитарных элементов. Когда контрэлите удается с помощью масс вытеснить старую элиту, то этот процесс может быть назван «массовой циркуляцией элиты и просто революцией». Парето приходит к выводу, что главным результатом революционных перемен становится появление новой элиты с некоторой примесью старой. Циркуляция элит и составляет подлинное содержание исторического процесса, а новое общество, с его точки зрения, может быть построено лишь новой элитой.

Необходимость систематического изучения истории таджикской политической мысли диктуется настоятельными идеологическими и религиозными потребностями, связанными с задачами объективной оценки места и роли ислама и мусульманских мыслителей в развитии общечеловеческих ценностей и в общем политике государства. Политические взгляды древних отечественных лидеров давно стали объектом анализа и интерпретации в современной западной политике.

В историко-социально-философской литературе имеется прочная традиция исследования политической этики элиты представителей таджикских мыслителей X-XI вв. Основу этой традиции заложили труды С.Айни [1], А.Э. Бертельса [2], А.М.Богоутдинова [3], Б.Г.Гафурова [4], С.Н.Григоряна[5] и др. Что же касается анализа собственно политической элиты в трудах мусульманских мыслителей, особенно X-XI вв., то рассмотрению этого вопроса посвящены, в первую очередь, работы аль-Фахури [6], И.Гольдциера [7], П.А.Денисовой [8], А.А.Игнатенко [9], И.М. Фильштинского [10] и др.

Каждый из перечисленных исследователей, предлагая в своих работах индивидуальное понимание проблемы политической элиты и этики в целом, и «поучений владыкам» в частности, а также, рассматривая труды представителя той или иной эпохи, анализирует какой-то ее конкретный аспект на выбранном им материале. Во многом они сходятся во мнениях – в убежденности в рационалистическом характере политической элиты, в подходе к ней как к восприемнику античной и средневековой политико-этической мысли и в признании несомненной самостоятельности данной этико-политической доктрины.

Общественное сознание в Республике Таджикистан прочно связало понятие независимость с понятием нравственности, морали. И в этом заключен глубокий смысл. Административно–командная система, существовавшая в период Советской власти, и в Таджикистане выработала идеологию, которая культивировала сознание советской исключительности, классовую «чистоту», предрекала нам судьбу избранников истории, ориентировало на отрицание всех общественных идеалов, даже тех, которые были связаны с историей нравственности нашего народа.

Политическая государственная независимость в Республике Таджикистан отказалась от узкосектантского мышления. Она ориентировалась не только на национально-этические ценности, но и на общечеловеческие ценности, на терпимость по отношение к другим мировоззрениям и культурам, заинтересованный диалог с иными культурами. Наш народ как бы вновь обращает свое человеческое измерение.

Постсоветский кризис власти привел Таджикистан к трагическим событиям 1992 года. В условиях «внезапной» независимости и выбора моделей развития государства власть оказалась неспособной адаптироваться к новым условиям, не проявила даже минимальную волю к выживанию.

В то время в политическую лексику Таджикистана вошел термин «внутренняя оппозиция», которая однако очень скоро наполнится реальным содержанием.

Миротворчество не выносит полутонов. Опыт урегулирования практически любых конфликтов демонстрирует обязательность участия в них всех сторон, причем все стороны должны быть удовлетворены. Иначе полного мира достичь невозможно. Сделав первый шаг на пути к миру, президент Рахмон обязан сделать и второй и, найдя компромисс с последним из своих оппонентов, использовать его широкие возможности для будущего развития страны [11].

Таджикский конфликт преподал несколько поучительных уроков для политических лидеров, которые в сжатой форме можно было бы изложить следующим образом:

  1. продолжение конфликта грозит полной дезинтеграцией государства и разрушением государственного аппарата;
  2. ни одна региональная или политическая группа не может полностью доминировать в системе государственной власти. Стабильность и порядок можно обеспечить только при условии участия всех регионов и элит в управлении страной;
  3. полная и окончательная победа одной из сторон над оппонентом мало реальна. Необходим компромисс;
  4. все регионы страны взаимозависимы не только с точки зрения экономической и хозяйственной кооперации, единой финансово-бюджетной системы. В условиях самостоятельности - и с позиции необходимости коллективной защиты, обеспечения безопасности перед вызовом со стороны экстремистских, террористических и наркопреступных организаций [12].

Исходя из всего вышесказанного, можно прийти к следующему заключению – изменение удельного веса различных элитных групп может рассматриваться как трансформация элит (если доля элитных групп кардинально не изменяется) или как смена элит (если соотношение элитных групп претерпело революционные изменения). Причем, связь между социальным портретом политической элиты и проводимой ею политикой многовариантна, так как выделяемые элитные группы имеют внутреннюю стратификацию, и их поведение в силу этого может быть различно. Демократический состав политической элиты еще не гарантия демократичности ее решений. Важный момент здесь – режим взаимодействия элиты и граждан. Для демократического государства имеет первостепенную значимость не борьба с элитарностью, а формирование наиболее результативной, полезной для общества элиты, обеспечение ее социальной представительности, своевременное качественное обновление, предотвращение тенденции олигархизации, превращения в замкнутую господствующую привилегированную касту.

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle