Библиографическое описание:

Фаворисов Е. В. Учет нижних чинов запаса в России (1870-е – 1912 гг.) // Молодой ученый. — 2010. — №9. — С. 202-209.

Введение в 1874 году личной общеобязательной воинской повинности не могло не повлечь реформы системы образования запаса, которая всегда находилась в тесной связи с организацией комплектования армии и флота в мирное время, и, вместе с тем, изменений в порядке учета нижних чинов запаса на местах. Предмет исследования настоящей статьи – деятельность местных государственных органов и должностных лиц по учету запасных нижних чинов. Обозначенная проблема тем более актуальна, если учесть, что до сих пор она не получила должного внимания историков.

Уволенные на основании Положения об увольнении нижних чинов в запас армии [1] (которое чуть позже стало распространяться и на морское ведомство) [2], нижние чины, снабжались от частей войск увольнительными билетами, которые, однако, не признавались видами на жительство во время состояния в запасе и не освобождали нижних чинов от получения паспортов и видов в требуемых законом случаях. Увольнительные билеты, послужные списки с приемными формулярами и иные сведения на увольняемых в запас из войск нижних чинов заблаговременно высылались почтой Уездным Воинским Начальникам по местам постоянного жительства увольняемых. Сами нижние чины следовали к тем же Уездным Воинским Начальникам, после явки к которым, зачислялись в списки запаса и отправлялись на места жительства через местные Полицейские Управления. При этом, Уездный Воинский Начальник объяснял каждому нижнему чину, как содержание увольнительного билета, так и обязанности запасного нижнего чина, - в особенности, в случае объявления о призыве.

Вплоть до роспуска на места жительства, нижние чины считались на действительной службе и за все преступления и проступки, ими совершенные, как в пути следования, так и во время пребывания в распоряжении Уездных Воинских Начальников, подлежали ответственности на основании Военно-Уголовного и Дисциплинарного Уставов [3].

Что касалось увольнения нижних чинов по расстроенному здоровью в отпуск и вовсе от службы [4], то на увольняемых в отпуск нижних чинов части войск готовили увольнительные билеты и послужные списки, а на увольняемых вовсе от службы – свидетельства о выполнении воинской повинности. Назначенные к увольнению в отпуск и вовсе от службы исключались из списков своих частей и отправлялись непосредственно из частей войск одиночным порядком в места жительства, или сдавались местным Уездным Воинским Начальникам для последующего отправления этапным порядком в распоряжение тех Уездных Воинских Начальников, в уездах которых увольняемые проживали. Отправленные одиночным порядком, по прибытии в свой уезд, обязывались, прежде всего, явиться к Уездному Воинскому Начальнику с представлением ему своих проходных свидетельств, взамен которых получали отпускные билеты [5] или свидетельства о выполнении воинской повинности [6]. Отпускные нижние чины, с окончанием срока отпуска, являлись к Уездным Воинским Начальникам, в ведении которых состояли, прикомандировывались к местным командам и в назначенные дни представлялись для освидетельствования в Уездные по воинской повинности Присутствия. В случае неявки отпускных в Управления Уездных Воинских Начальников, они требовались через полицию. После освидетельствования, те из нижних чинов, которые признавались способными к продолжению службы, зачислялись распоряжением Уездных Воинских Начальников на службу в подведомственные им местные и конвойные команды для пополнения некомплекта. Нижние чины, признанные после освидетельствования вновь нуждавшимися в отпуске для поправления здоровья, зачислялись Уездными Воинскими Начальниками в запас, с выдачей вида, установленного для запасных нижних чинов [7]. Одержимые неизлечимыми болезнями, в силу которых нижние чины утратили способность как к строевой, так и к нестроевой службе, вовсе увольнялись от службы [8], с выдачей им Уездными Воинскими Начальниками свидетельств о выполнении воинской повинности [9].

Существовавшие при Управлениях Губернских Воинских Начальников особые Комиссии для проверки правильности освидетельствования нижних чинов и назначения их в неспособные с 1875 года упразднялись. Освидетельствование и назначение нижних чинов к увольнению, по болезням и увечьям, в отпуск или вовсе от службы производилось особыми Комиссиями, в тех госпиталях, больницах и лазаретах, в которых нижние чины находились на лечении. Поэтому, если по прибытии нижних чинов на место жительства, со стороны местного Уездного Воинского Начальника возникало сомнение в правильности увольнения их по болезни в отпуск или вовсе от службы, то он представлял таких нижних чинов для переосвидетельствования в Уездное по воинской повинности Присутствие, которое, при назначении к увольнению вовсе от службы, определяло способность увольняемого нижнего чина, по состоянию здоровья, снискивать себе пропитание собственным трудом, а в случае неспособности к тому – нуждался ли он в постороннем за собой уходе [10]. Если признавалось неправильным первоначальное заключение свидетельствовавших лиц, Воинский Начальник доносил об этом по команде Окружному Штабу [11].

С 1911 года все уволенные из частей войск, учреждений и заведений военного ведомства нижние чины, относительно которых со стороны местного Уездного Воинского Начальника возникало сомнение в правильности увольнения их, по болезни, вовсе от службы или в отпуск, представлялись для переосвидетельствования в постоянное военно-лечебное заведение, – госпиталь или местный лазарет, - за исключением тех из них, в которых опротестовываемые Воинскими Начальниками нижние чины были уже освидетельствованы и признаны негодными к службе. Переосвидетельствование это, как действие контрольного характера, производилось в военно-врачебных заведениях не ниже классом и не на меньшее число мест, по сравнению с теми, которые перед этим признали нижнего чина подлежавшим увольнению из войск, вне зависимости от расстояния такого лечебного заведения от места нахождения Воинского Начальника. Решение Комиссии при упомянутых военно-врачебных заведениях считалось окончательным и не подлежало новому протесту [12].

Согласно Правилам об учете и призыве на действительную службу нижних чинов запаса армии и флота от 16 июня 1884 года, зачисление нижних воинских чинов в запас армии и флота, исключение из него, учет их во время состояния в запасе, а также призыв этих чинов из запаса на действительную службу или в учебные боры, - возлагались на обязанность Уездных Воинских Начальников. Нижние чины зачислялись в запас на основании сведений, доставляемых о них начальниками соответствующих частей войск. Лица, поступившие на военную службу по Уставу о воинской повинности, после увольнения в запас, также как и семейства таких лиц, не исключенные из прежних своих обществ, подлежали действию общих законов и пользовались всеми правами, принадлежавшими им по состоянию, на общем основании [13], а те из них, которые принадлежали к сельскому и мещанскому состояниям, с возвращением в состав своих обществ, пользовались в них, в случае болезни или неспособности к труду, всеми средствами призрения, наравне с прочими членами [14].

Учет нижних чинов запаса армии и флота велся в каждом уезде отдельно местным Уездным Воинским Начальником, при содействии полиции и Волостных Правлений, а именно, алфавитные списки нижним чинам запаса велись:

а) проживавшим в пределах волостей чинам из сельских обывателей разных наименований, мещан, посадских, ремесленников и цеховых, - Волостными Правлениями. Волостные Правления, на счету которых прежде находились не принадлежавшие к крестьянскому сословию, но проживавшие в волости, запасные нижние чины, исключали их из своих алфавитных списков, а Становые Приставы принимали их на учет. О таких изменениях Волостные Правления, с представлением именных списков, доносили своим Полицейским Управлениям, а последние, по исправлении своих алфавитов, копии с именных списков сообщали местным Уездным Воинским Начальникам [15];

б) чинам, постоянно проживавшим в городах (имевших общее с уездом Полицейское Управление), в посадах, местечках, заштатных городах и в других, не входивших в состав волостей, местностях, имевших свою особую полицию (в том числе горнозаводскую и фабрично-заводскую), - старшими чиновниками полиции исполнительной, а с 1907 года – одним из полицейских чинов, по назначению Губернатора;

в) чинам, проживавшим в городах, имевших отдельное Городское Полицейское Управление, не подведомственное Уездному Полицейскому Управлению, - Городскими Полицейскими Управлениями;

г) чинам, проживавшим в станах (за исключением лиц из сельских обывателей разных наименований, мещан, посадских, ремесленников и цеховых, а также проживавших в городах, имевших общее с уездом Полицейское Управление), в посадах, местечках, заштатных городах и в других, не входивших в состав волостей, местностях, имевших свою особую полицию – Становыми Приставами;

д) чинам, постоянно проживавшим как в городе, так и в уезде (с городом, не имевшим отдельной городской полиции) и проживавшим в уезде, вне города (в уезде с городом, имевшим отдельное Полицейское Управление), - Уездными Полицейскими Управлениями. С 1901 года в Уездных Полицейских Управлениях прекращалось ведение алфавитных списков и книг временно-проживавших и временно-отлучившихся чинов запаса [16]. Волостные Правления, старшие чиновники полиции исполнительной и Становые Приставы, ведущие алфавитные списки чинов запаса, во всех тех случаях, когда, они, согласно прежнему порядку, взаимодействовали с Уездными Полицейскими Управлениями, обращались уже непосредственно к Уездным Воинским Начальникам. Одновременно с тем, Уездные Полицейские Управления прекращали надзор за учетом нижних чинов запаса в Волостных Правлениях, сохраняя за собой лишь производство ревизии учета запаса подведомственными им чинами полиции. К обязанностям по наблюдению за состоянием этой отчетности в Волостных Правлениях приступали Участковые Земские Начальники [17];

е) всем нижним чинам запаса, которые постоянно проживали в уезде, - Уездными Воинскими Начальниками

Относительно нижних чинов запаса, состоявших на службе по железным дорогам, на коммерческих судах и в казенных учреждениях и заведениях военного и морского ведомств в должностях, указываемых в особых списках, соблюдались правила особого учета, устанавливаемые соглашением между соответствующими министерствами. О поступлении нижних чинов запаса на указанные должности, учреждения и лица, принимавшие этих чинов на особый учет, делали отметки в их увольнительных билетах и в двухнедельный срок, со дня принятия их на службу, сообщали об этом Уездному Воинскому Начальнику по месту состояния их на учете. После увольнения с этих должностей, сами нижние чины обязывались без замедления информировать учреждениям и лицам, ведущим учет по месту жительства [18].

Расходы по снабжению местных учетных учреждений необходимыми для ведения учета нижних чинов запаса армии и флота книгами и бланками (учетными листами для запасных, алфавитами, обложками к ним и квитанциями) относились на средства Государственного Казначейства. Все прочие бланки печатались за счет местных учреждений [19].

Все места и лица, ведущие алфавитные списки нижним чинам запаса, содержали также сведения о тех из них, которые находились во временных отлучках или прибывали на временное жительство из других мест. С изданием закона 17 августа 1907 года «Об изменении некоторых узаконений, касавшихся учета и призыва нижних чинов запаса армии и флота и ратников Государственного ополчения первого разряда», учет нижних чинов запаса армии и флота велся только по месту действительного проживания запасных.

Волостные Правления, старшие чиновники полиции исполнительной, Становые Приставы, Городские и Уездные Полицейские Управления, Уездные Воинские Начальники, каждое в кругу своего ведомства, обязывались производить ревизии делопроизводства по учету запаса. Уездные Воинские Начальники сличали имевшиеся у них сведения о нижних чинах запаса со сведениями, содержавшимися в Полицейских Управлениях и Волостных Правлениях, причем и те и другие учреждения оказывали полное, каждое со своей стороны, содействие этой проверке. Проверка Уездными Воинскими Начальниками учета запасных нижних чинов в Волостных Правлениях проводилась в том числе и для того, чтобы снять с учета Воинского Начальника тех нижних чинов запаса, которые перешли на место жительство в другие губернии или были сосланы по приговорам на поселение в Сибирь, и о перемене места жительства которых, в свое время, Полицейскими Управлениями не было сообщено [20]. С 1907 года ближайший на местах надзор за правильным ведением учета нижних чинов запаса полицейскими чинами, назначенными для того Губернатором и Становыми Приставами, возлагался на Уездных Исправников; а Городскими Полицейскими Управлениями – на Полицмейстеров. Наблюдение за исполнением нижними чинами запаса правил учета возлагалось, наряду с Уездными Воинскими Начальниками и полицией, на учреждения и должностных лиц гражданского ведомства, которые вели запасным учет.

Нижние чины запаса имели право сменить место постоянного жительства. Местом постоянного жительства нижних чинов запаса сельского и мещанского состояний признавалась та волость или город, где они состояли приписанными. Поэтому нижние чины запаса, проживавшие вне места их приписки числились: в месте приписки – временно-отлучившимися, а в месте их действительного нахождения – временно проживавшими. При переходе нижнего чина запаса на новые места постоянного жительства, Городское Полицейское Управление и Волостное Правление (Становой Пристав или чиновник полиции в незначительном городе), относительно лиц податного сословия, предварительно удостоверялись, чтобы переходящий нижний чин запаса имел разрешение общества на перемену постоянного места жительства, и только тогда, взамен увольнительного билета, выдавали ему проходное свидетельство [21]. При таком порядке перечисление запасных нижних чинов из одного места в другое было возможно только в том случае, когда на перечисляющегося имелся подлинный билет, удостоверявший увольнение его в запас армии. При отсутствии такого билета, нижние чины запаса могли переходить с места жительства только по временному свидетельству (сроком до 11 месяцев), а затем, во всякое время перечисляться на новое жительство, когда увольнение их в запас армии определиться билетом. При таком перечислении нижних чинов, все они в течение нескольких месяцев не числились по отчетности ни в местах прежнего своего жительства, ни в тех местах, куда перешли, а потому, в случае мобилизации армии, не могли призываться на действительную службу. Кроме того, и розыск их билетов вызывал совершенно излишнюю переписку [22]. Нижние чины запаса, желавшие переменить место жительства внутри империи, обязывались заявлением об этом без замедления подлежащему учреждению или лицу, ведущему учет, в месте как прежнего, так и нового жительства. При перемене места жительства, нижние чины запаса исключались с учета соответствующими учреждениями и лицами тех местностей, где они проживали и принимались на учет в тех местностях, куда они перешли [23]. Эти же правила распространялись и на нижних чинов запаса, состоявших на государственной и общественной службе, при назначениях, переводах или перемещениях их из одних местностей в другие.

Для устранения всякого стеснения и замедления нижних чинов запаса армии и флота они могли отлучаться по своим надобностям из мест жительства без всякого разрешения полицейских властей, но с заявлением только о таких отлучках в городах – полицейским Приставам, а в деревнях и селах – Волостным Правлениям, которые делали на их увольнительных билетах отметку об отлучках [24]. Во временные отлучки свыше 15 дней запасные нижние чины, увольнялись с разрешения Городских и Уездных Полицейских Управлений, которые выдавали им особые свидетельства на жительство в том или другом месте, а подлинные билеты переходящих нижних чинов с положенной отметкой пересылали по почте в соответствующие Полицейские Управления [25], чуть позже этот порядок был изменен и увольнительные билеты оставались для хранения в Управлениях до явки нижних чинов из отлучек [26]. Полицейские Управления в свидетельствах, выдаваемых запасным чинам на временные отлучки, включали сведения не только о том, из каких частей войск чины были уволены, но и к каким именно обществам или сословиям они принадлежали [27]. Принадлежавшие к мещанскому и крестьянскому сословиям, не освобождались от обязанности брать установленные паспорта при отлучках, и только для лиц прочих сословий, увольнительные из войск билеты заменяли собой паспорта, определенные для лиц податных сословий [28]. Выдача разрешений на временную отлучку приостанавливалось по получении Высочайшего повеления о приведении войск на военное положение [29].

С изданием Правил об учете нижних чинов запаса 1884 года, при временных отлучках в пределах того уезда, где нижний чин находился на учете, а также вне его пределов, когда, он, в случае призыва на действительную службу, мог явиться на сборный пункт в назначенный в билете срок, а в учебный сбор – своевременно, никакого заявления со стороны отлучавшегося не требовалось и при выдаче нижним чинам запаса паспортов на временные отлучки имевшиеся у них увольнительные из войск билеты не отбирались [30]. На увольнительных билетах нижних чинов запаса, Уездными Воинскими Начальниками, в районе которых каждый из них проживал, обозначался срок явки на сборный пункт в Управление Уездного Воинского Начальника, в случае объявления призыва на действительную службу. При назначении срока явки принимался в расчет, кроме одного дня, предоставляемого призываемому на устройство домашних дел, расстояние от места его жительства до уездного города, полагая по 50 верст на каждый сутки следования [31]. Некоторым нижним чинам запаса, впредь до составления на них увольнительных билетов, Уездными Воинскими Начальниками выдавались особые временные удостоверения, что не лишало их возможности получать виды на жительство по представлении подлежащему сословному учреждению или Полицейскому Управлению. При наличии временно-заменяющих увольнительные билеты удостоверений, нижним чинам выдавались свидетельства на срок, достаточный для получения увольнительных билетов и во всяком случае не далее, чем на 6 месяцев [32]. При временной же отлучке вне пределов уезда, в котором нижний чин запаса находился на учете, когда он, в случае призыва на действительную службу, не мог явиться на сборный пункт в назначенный срок или в учебный сбор своевременно, он заявлял об этом местному Волостному Правлению (Становому Приставу или чиновнику полиции в незначительном городе), посредством предъявления лично, или через посланного, своего увольнительного билета, с указанием того места, куда он мог отлучиться [33]. Учреждения, выдававшие запасным нижним чинам паспорта и билеты на жительство и на отлучки обозначали в этих документах, что предъявители таковых числились в запасе армии или флота, а принадлежавшие нижним чинам увольнительные из войск билеты, впоследствии стали выдаваться нижним чинам запаса на руки, для того, чтобы они имели их постоянно при себе и предъявляли при всяком требовании полиции или военного начальства [34]. Полицейские учреждения и Волостные Правления, ведущие учет нижних чинов запаса, в случае прибытия в их ведение на временное жительство запасных, не исполнивших правила о заявлениях, сообщали о таких людях краткие сведения, тем учреждениям, в ведении которых запасные нижние чины числились на постоянном или временном жительстве для показания их по отчетности как Полицейских Управлений, так и Уездных Воинских Начальников [35].

С 1898 года требования, предъявляемые законом нижним чинам относительно их временных отлучек конкретизировались. Так, при временных отлучках в пределах того уезда, где нижний чин запаса находился на учете, а также вне его пределов: а) на расстояние не далее 50 верст от постоянного места жительства и б) на более далекое, в пределах империи расстояние, на срок не долее 14 дней, - заявления со стороны отлучающегося не требовалось, но с обязательством, в случае призыва на действительную службу, явиться на сборный пункт в назначенный в билете срок, а в учебный сбор – своевременно. При отлучках вне пределов уезда, в котором нижний чин запаса находился на учете, свыше указанного расстояния, или на срок долее 14 дней, а также при всякой отлучке за границу империи, также как при каждом возвращении из таких отлучек, соблюдался порядок относительно перемены постоянного жительства.

Нижние чины запаса армии и флота, не сделавшие заявления при перемене места постоянного жительства или при временном оставлении пределов империи, а также при временной отлучке сроком 14 дней, отлучке вне своего уезда на расстояние далее 50 верст от места постоянного жительства, подвергались денежному взысканию не свыше 15 рублей. Судебное преследование возлагалось на Городские и Уездные Полицейские Управления как непосредственно, так и по сообщениям Уездных Воинских Начальников [36].

Отпускные нижние чины также могли отлучаться и переходить с места жительства в другие уезды или губернии [37], но не иначе, как с ведома местной полицейской власти и с разрешения Уездного Воинского Начальника, в ведении которого они состояли [38]. Выдача Полицейскими Управлениями дозволений на временные отлучки отпускным нижним чинам сельского состояния производилась по представлении последними удостоверений Волостных Правлений об отсутствии со стороны сельских обществ препятствий к их отпуску. Подобный порядок применялся и к нижним чинам, числившимся в мещанском сословии – по представлении удостоверений от мещанского управления [39]. В случае отлучки Уездные Начальники делали отметку на билете отпускного, куда именно и на какое время он увольнялся. При переходе на другое место жительства Уездные Воинские Начальники выдавали нижним чинам проходные свидетельства, а отпускные их билеты пересылали соответствующему Уездному Воинскому Начальнику, в то же время сами исключали у себя подобных людей из списков [40].

Нижним чинам, числившимся в запасе, а также находившимся в бессрочном и временном отпусках, разрешалось отлучаться за границу по общим правилам, но с тем, чтобы о каждом отправлявшемся за границу, Полицейские Управления сообщали соответствующему Уездному Воинскому Начальнику, как и о других отлучках запасных нижних чинов с мест жительства [41]. При отлучках за границу, нижние чины: 1) заявляли об этом учреждению или лицу, ведущему им учет, и 2) уведомляли учреждения, выдавшие им заграничные паспорта, о всяких переменах места жительства за границей, а также о том, на какой сборный пункт они явились бы в случае призыва на действительную службу или в учебный сбор [42].

Наблюдение за исполнением нижними чинами запаса правил учета составляло обязанность Городских и Уездных Полицейских Управлений, Уездных Воинских Начальников. Последние представляли на распоряжение Губернатора свои отчеты о результатах  проверки ими учетных учреждений для принятия мер к устранению замеченных при ревизиях огрешностей [43].

Наблюдение за действиями ведущих учет нижних чинов запаса мест и лиц гражданского ведомства лежало на обязанности Губернаторов. Наблюдение же за исполнением обязанностей по учету запаса Уездными Воинскими Начальниками возлагалось на Начальников местных бригад и Главных Начальников в военных округах [44].

Мобилизационная готовность армии, кроме прочего, зависела и от правильности ведения в мирное время учреждениями и должностными лицами гражданского ведомства учета нижних чинов запаса, в связи с чем, по соглашению Военно-Окружных Штабов с Губернаторами, проводились проверки гражданских учетных учреждений посредством особых поверочных комиссий [45].

Нижние чины запаса, утратившие способность к личному труду после зачисления в запас, свидетельствовались:

1. пришедшие в такое состояние вследствие ран, увечий или болезней, понесенных ими во время состояния на действительной службе и могущие воспользоваться, согласно статьи 33 Устава о воинской повинности, денежным от казны пособием – порядком, установленным для призрения нижних чинов, утративших способность к личному труду по увольнении в запас. Однако, с 1882 года, войсковые комиссии, свидетельствовавшие нижних чинов в неспособности к службе, определяли, в том числе, и возможность подлежавших увольнению лиц, по свойству болезни, снискивать себе пропитание трудом и нуждались ли признанные не могущими снискивать себе пропитание трудом в постороннем за собой уходе. Все эти сведения помещались в свидетельствах о болезни, составляемых комиссиями на каждого освидетельствованного нижнего чина. С 1887 года, для большего удобства, воинские чины, уволенные от службы по болезни, и уволенные по выслуге обязательных сроков, снабжались одинаковыми свидетельствами, в которых помещались сведения о неспособности к труду [46]. В то же время комиссии определяли, кто из увольняемых подлежал зачислению в ратники ополчения второго разряда, а кто вовсе не подлежал зачислению в ополчение, о чем указывалось в свидетельствах об исполнении воинской повинности, выдаваемых увольняемым нижним чинам [47]. Те свидетельства о выполнении воинской повинности, которые уже были выданы к тому времени, и требовалось внесение в помянутые свидетельства сведений о неспособности нижних чинов к личному труду, то такое требование удовлетворялось Уездным Воинским Начальником на основании полученного удостоверения подлежащего Уездного по воинской повинности Присутствия о неспособности нижнего чина к личному труду [48].

2. все прочие нижние чины – свидетельствовались только при призыве их на службу, в учебные или поверочные сборы. При этом, освидетельствование для удостоверения неспособности к службе проводилось на общем основании в Уездных Присутствиях по воинской повинности [49]. При освидетельствовании в Присутствиях по воинской повинности запасные нижние чины, по свойству болезни оказавшиеся негодными к строевой службе, но способными к нестроевой, перечислялись в категорию нестроевых [50]. Нижние чины запаса, совершенно неспособные к строевой и нестроевой службе, исключались из запаса с выдачей свидетельства о выполнении воинской повинности и зачислением в ратники ополчения второго разряда. Те из них, которые по наружному виду признавались вовсе неспособными носить оружие, не зачислялись в ополчение. Идентичный порядок соблюдался и в отношении нижних чинов, уволенных из войск совсем от службы по совершенной неспособности [51].

С 1907 года на Уездные Присутствия по воинской повинности возлагалось освидетельствование в назначенные ими дни, помимо учебных и поверочных сборов, всех тех нижних чинов запаса, которые считали себя вовсе негодными к военной службе. В данном отношении устанавливался нижеследующий порядок: Воинский Начальник по освидетельствовании нижнего чина на предмет составления на него инвалидного списка для последующего представления в Александровский Комитет о раненых, копию этого списка передавал в местное Присутствие по воинской повинности. Присутствие, не ожидая получения объявления Александровского Комитета о причислении нижнего чина к одному из классов раненых, в ближайшее заседание входило в обсуждение вопроса о том, мог ли нижний чин, по имевшимся в инвалидном списке данным, подлежать увольнению из запаса без освидетельствования его Присутствием или представлялось необходимым подвергнуть его особому освидетельствованию. В первом случае Присутствие признавало такого нижнего чина к военной службе негодным, а во втором – делало постановление о вызове его к освидетельствованию. Постановления Присутствия о признании нижних чинов неспособными к службе в войсках, на которых были получены копии инвалидных списков, сообщались Уездному Воинскому Начальнику [52].

Из запаса исключались нижние чины:

1) умершие; Для устранения медленности в исключении умерших нижних чинов запаса из алфавитных списков, вследствие несвоевременного доставления лицам и учреждениям, ведущим упомянутые списки, сведений об их смерти, духовенство сообщало соответствующим учетным учреждениям выписки из метрических книг о смерти нижних чинов, в тех случаях, когда при их погребении духовенству не предъявлялись на них увольнительные билеты. [53] После смерти нижних чинов, уволенных от службы по выслуге установленного срока, их родственники, или местное начальство, представляли указы об отставке, со всеми бывшими у умерших знаками отличия и медалями, вместе со свидетельствами о выполнении воинской повинности [54], в ближайшую местную полицию для доставления Губернскому Воинскому Начальнику, а с упразднением этих должностей, Уездным Воинским Начальникам [55].

2) выслужившие общий срок службы; Нижние чины запаса армии и флота, выслужившие установленные общие сроки, ежегодно, 1 января, исключались из запаса и перечислялись в ратники ополчения первого разряда, до 40–го, а с 1888 года – до 43-го летнего возраста [56]. Уездные Воинские Начальники исключали у себя всех людей запаса соответствующего срока, числившихся у них в местах постоянной приписки, и тех, которые находились во временной отлучке (приняты на учет наличности в других уездах). Точно также поступали, в отношении этих людей полицейские учреждения и Волостные Правления. Для достижения большей правильности в счислении таких людей, Уездные Воинские Начальники, исключив из своих сведений, запасных нижних чинов из учета запаса и перенеся их на учет ратников, составляли по уездам краткие именные списки тем из них, которые находились во временных отлучках, и отсылали эти списки Уездным Воинским Начальникам, где люди эти состояли на временном жительстве. Уездные Воинские Начальники, получив именные списки о временно-проживавших запасных людях, исключенных в своих уездах за выслугой лет из запаса в ратники, исполняли это самое и у себя, - и по сделании надлежащих перечислений, передавали эти же списки, для той же надобности, в местные Городские или Уездные Полицейские Управления [57].

3) поступившие вновь на действительную военную службу как добровольно, так и по призыву;

4) признанные совершенно негодными к военной службе;

5) приговоренные судом к лишению всех прав состояния или всех особенных прав и преимуществ, лично и по состоянию присвоенных;

6) исключенные из среды общества, в котором числились, с представлением в распоряжение правительства, а с 1907 года и:

7) рукоположенные в сан священнослужителей всех христианских вероисповеданий или постриженные в монашество;

8) избранные общинами старообрядцев и сектантов настоятели и наставники;

9) принятые на действительную службу за оставлением должностей или занятий, освобождавших от призыва; и

10) произведенные в офицерские или классные чины, а также перечисленные в офицерский запас или в запас чиновников военного или морского ведомств [58].

Безвестно-отсутствовавшие нижние чины не исключались из алфавитных списков до окончания  срока состояния в запасе или до получения уведомления от гражданского начальства о том, что лица эти не разысканы. Безвестно-отсутствовавшими считались такие лица, которые, отлучась с места жительства, не являлись в свой участок в течение трех лет со дня заявления об отлучке местному полицейскому начальству, и притом, если о вызове этих лиц была сделана публикация в губернских ведомостях [59].

Послужные списки с приемными формулярами, принадлежавшие исключенным из запаса нижним чинам, кроме поступивших вновь на действительную военную службу добровольно, передавались Уездными Воинскими Начальниками в те Уездные по воинской повинности Присутствия, где они избрали место постоянного жительства и приписались к обществу, для хранения [60]. Если же пунктами постоянного своего жительства были избраны не те местности, к обществам которых исключаемые из запаса люди были приписаны, упомянутые документы отсылались в те Присутствия по воинской повинности, в которых они были приняты на службу. Послужные же списки на нижних чинов, исключенных из запаса, которые не принимались в Присутствиях по воинской повинности (например, вольноопределяющиеся) высылались в те Присутствия по воинской повинности, по распоряжению которых они были приписаны к призывным участкам [61]. Подобный порядок распространялся и на тех людей, которые, по разным случаям, исключались из войск в первобытное состояние, без причисления к запасу армии, но с зачислением в ратники ополчения, которым воинскими Присутствиями выдавались свидетельства о явке к исполнению воинской повинности [62]. Начальники частей войск и управлений, отсылая упомянутые списки в Присутствия по воинской повинности, на предмет дополнения составленных свидетельств о явке к исполнению воинской повинности, необходимыми сведениями о прохождении ими службы, - самих людей отправляли одиночным порядком к подлежащим Уездным Воинским Начальникам, для препровождения их в Присутствия по воинской повинности.

Изложенное позволяет нам сделать вывод о том, что система учета нижних чинов запаса в рассматриваемый период предусматривала ведение отчетности на местах как органами и должностными лицами гражданского ведомства, так и Уездными Воинскими Начальниками, что призвано было обеспечить большее соответствие между численным составом нижних чинов, наблюдавшимся по отчетности, и действительным наличным их числом в уезде.

 

Литература:

1. Государственный архив Ульяновской области (далее - ГАУО) Ф. 76 Оп. 8 Д. 282 Л. 17

2. Полное собрание Законов Российской Империи (далее – ПСЗРИ) Собр. II, Т. LI, Отд. II. С. 445 – 449

3. ПСЗРИ Собр. II, Т. LI, Отд. II. С. 64 – 68

4. ПСЗРИ Собр. II, Т. LI, Отд. II. С. 497 – 502

5. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXVI, Отд. I. С. 537 – 540

6. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXVI. Отд. I. С. 540 – 542

7. ПСЗРИ Собр. III, Т. L, Отд. I. С. 525 – 530

8. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 1282 Л. 5 Об

9. ПСЗРИ Собр. II, Т. LI, Отд. I. С. 25

10. Государственный архив Самарской области (далее – ГАСамО) Ф. 677 Оп. 1 Д. 39 Л. 156

11. ПСЗРИ Собр. III, Т. L, Отд. I. С. 525 – 530

12. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXXI, Отд. I. С. 952 – 953

13. ГАУО Ф. 76 Оп. 2 Д. 462 Л. 68

14. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 1277 Л. 51

15. ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 62 Л. 34

16. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXI, Отд. I. С. 235 – 236; ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 112 Л. 221

17. ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 112 Л. 236 – 236 Об

18. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXVII. С. 530 – 534

19. ГАУО Ф. 78 Оп. 1 Д. 46 Л. 86

20. ГАСамО Ф. 3 Оп. 33 Д. 15 Л. 51 Об

21. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 158 Л. 3

22. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 201 Л. 120

23. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXXI, Отд. I. С. 1322 – 1326

24. ГАУО Ф.76 Оп. 8 Д. 289 Л. 1 Об

25. ГАУО Ф.76 Оп. 8 Д. 282 Л. 31

26. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 289 Л. 4

27. ГАСамО Ф. 3 Оп. 27 Д. 43 Л. 11

28. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 289 Л. 6

29. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 282 Л. 31

30. ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 62 Л. 15

31. ГАСамО Ф. 3 Оп. 33 Д. 15 Л. 13

32. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 882 Л. 4

33. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 593 Л. 22

34. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 601 Л. 32 Об

35. ГАУО Ф. 76 Оп. 8 Д. 593 Л. 22

36. ПСЗРИ, Собр. III, Т. XVIII, Отд. I. С. 546; Собр. II, Т. LI, Отд. I. С. 199

37. ГАСамО  Ф. 3 Оп. 26 Д. 45 Л. 1

38. ПСЗРИ Собр. III, Т. L, Отд. I. С. 525 – 530

39. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 201 Л. 2; Ф. 76 Оп. 8 Д. 282 Л. 11

40. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 158 Л. 26

41. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 158 Л. 70; Ф. 76 Оп. 8 Д. 282 Л. 9

42. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXXI, Отд. I. С. 1322 – 1326

43. ПСЗРИ Собр. III, Т. IV. С. 378 – 385; ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 598 Л. 1, 2, 4 – 36, 37, 38 – 71

44. ГАУО Ф. 78 Оп. 1 Д. 46 Л. 26

45. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 493 Л. 18 Об; Ф. 78 Оп. 2 Д. 598 Л. 74, 77

46. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 120 Л. 90

47. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 151 Л. 236

48. ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 39 Л. 158

49. ГАСамО Ф. 78 Оп. 2 Д. 1277 Л. 51

50. ПСЗРИ Собр. III, Т. XIX. Отд. I. С. 1234

51. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 151 Л. 222

52. ГАСамО Ф. 679 Оп. 1 Д. 41 Л. 9 – 9 Об

53. ГАСамО Ф. 3 Оп. 112 Д. 1 Л. 11 – 11 Об

54. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 120 Л. 95

55. ГАСамО Ф. 3 Оп. 98 Д. 2 Л. 14

56. ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 72 Л. 38; ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 158 Л. 15 А

57. ГАУО Ф. 78 Оп. 2 Д. 120 Л. 8 – 8 Об

58. ПСЗРИ Собр. III, Т. IV. С. 378 – 385

59. ГАУО Ф. 76 Оп. 2 Д. 767 Л. 11 Об

60. ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 151 Л. 203; Ф. 78 Оп. 2 Д. 120 Л. 11, 97

61. ПСЗРИ Собр. III, Т. XXVII. С. 530 – 534; ГАСамО Ф. 677 Оп. 1 Д. 6 Л. 41; ГАУО Ф. 76 Оп. 1 Д. 151 Л. 204 – 204 Об

62. ГАУО Ф. 76 Оп. 2 Д. 770 Л. 226

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle