Библиографическое описание:

Савосин М. В. Стратегия национальной безопасности США: антисоветский и антироссийский аспект // Молодой ученый. — 2010. — №9. — С. 199-202.

В первое десятилетие после Второй мировой войны руководство США пришло к выводу, что основной угрозой для национальной безопасности этой страны стал Советский Союз. К концу войны Советский Союз располагал самой крупной в мире сухопутной армией и огромным промышленным потенциалом, превосходящим потенциал любой другой страны, за исключением США. Вооруженные силы СССР находились в ряде стран Центральной и Восточной Европы, в Восточной Германии (потом ГДР), в Северной Корее (до 1947 г.). Советский Союз влиял на положение в странах Восточной Европы и пользовался их полной поддержкой, а также поддержкой Северной Кореи (КНДР) и Китая (КНР) – самой многонаселенной страны мира.

Советский Союз безоговорочно поддерживали коммунисты и значительная часть мирового общественного мнения, видевшие в СССР не только победителя фашизма, но и страну, прокладывающую путь в будущее, в социализм и коммунизм.

Важным компонентом обеспечения «национальной безопасности» США стала проведенная в 1947 г. для более эффективного утверждения американских интересов разработка планов войны против СССР и реорганизация высшего государственного управления с нацеленностью на внешний мир. В июле 1947 г. конгресс США принял Закон о национальной безопасности, в соответствии с которым в стране были созданы Центральное разведывательное управление (ЦРУ) и Совет национальной безопасности (СНБ) как главный координирующий политику орган при президенте [1, с. 87]. Для руководства и координации деятельностью военного, военно-морского и военно-воздушных сил министерств было создано министерство обороны.

Началась реализация политики «сдерживания» с позиции силы в отношении СССР. В соответствии с принятым СНБ 17 декабря 1947 г. документом под кодовым обозначением СНБ-4-А ЦРУ была дана инструкция начать секретные операции против СССР. И это была не только разведка, но и, как обозначил меморандум СНБ – 10/2 от 18 июня 1948 г. ведение таких тайных операций, как политические подрывные действия и экономическая война [3, с. 108]. Разумеется, действия против СССР со стороны ЦРУ были лишь частью политики «сдерживания».

Директивы Совета национальной безопасности изначально были направлены на борьбу с СССР. Детально разработанную стратегию в отношении СССР представлял анализ совета планирования политики, озаглавленный «Цели США в отношении России», утвержденный 18 августа 1948 года как совершенно секретная директива СНБ 20/1.

Основными целями США в отношении СССР, согласно директиве СНБ 20/1 были: «свести до минимума мощь и влияние Москвы» и «провести коренные изменения в теории и практике внешней политики, которых придерживается правительство, стоящее у власти в России» [5, с. 47].

Документ намечал действия в условиях мира и в условиях войны. В первом случае все имеющиеся у США и их союзников возможности должны быть направлены на то «чтобы сделать и держать Советский Союз слабым в политическом, военном и психологической отношениях по сравнению с внешними силами, находящимися вне пределов его контроля» [5, с. 49].

Однако речь в этом обширнейшем документе шла не только о давлении США на СССР с позиции силы или об использовании экономического давления. В нем прямо рассматривался вопрос о войне с Советским Союзом и политика в отношении него после победы. В случае сохранения Советской власти на всей или большей части территории СССР выдвигались требования:

«а) выполнения чисто военных условий (сдача вооружения, эвакуация ключевых районов и т.д.), с тем чтобы надолго обеспечить военную беспомощность;

б) выполнение условий с целью обеспечить значительную экономическую зависимость от внешнего мира» [5, с. 50]. Кроме того: «Все условия должны быть жесткими и явно унизительными для этого коммунистического режима. Они могут примерно напоминать Брест-Литовский мир 1918 г., который заслуживает самого пристального изучения в этой связи» [5, с. 50].

В случае же полной победы США и исчезновения советской власти «подробно рассмотрены вопросы об оккупации СССР, изменении советских границ и уничтожения влияния коммунистической партии, «выбора новой правящей группировки, которая заменит советское правление», и т.д. [2, с. 283]

Любопытно отношение составителей директивы СНБ 20/1 к России после планировавшегося падения советской власти:

«Так какие цели мы должны искать в отношении любой некоммунистической власти, которая может возникнуть на части или всей русской территории в результате событий войны? Следует со всей силой подчеркнуть, что независимо от идеологической основы любого такого некоммунистического режима и независимо от того, в какой мере он будет готов на словах воздавать хвалу демократии и либерализму, мы должны добиться осуществления наших целей, вытекающих из уже упомянутых требований. Другими словами, мы должны создавать автоматические гарантии, обеспечивающие, чтобы даже некоммунистический и национально-дружественный к нам режим:

а) не имел большой военной мощи;

б) в экономическом отношении сильно зависел от внешнего мира;

в) не имел серьезной власти над главными национальными меньшинствами;

г) не установил ничего похожего на «железный занавес».

В случае если такой режим будет выражать враждебность к коммунистам и дружбу к нам, мы должны позаботиться, чтобы эти условия были навязаны не оскорбительным или унизительным образом. Но мы обязаны не мытьем, так катаньем навязать их для защиты наших интересов» [5, с. 50-51].

Следовательно, Соединенные Штаты не устраивало не только существование Советского Союза (в силу различия идеологий и общественных систем, «угрозы советского экспансионизма западным демократиям»), но и любой великой державы на его территории, как способной проводить самостоятельную внешнюю и внутреннюю политику.

Аналогичные цели ставились и документом СНБ 20/4, одобренном президентом Трумэном 23 ноября 1948 г. Документ был несколько более сдержанным по тону, чем СНБ 20/1. Тем не менее, и в нем подчеркивалась необходимость «создать максимум напряженности для советской структуры власти и проводить подготовку к войне против СССР. Хотя документ допускал, что США могут в случае военных операций против СССР достигнуть поставленных целей «без предрешенного требования о безусловной капитуляции»(!). В нем, по сути дела, излагалась та же цель ликвидации советской власти в СССР, что в СНБ 20/1. Реализация указанной цели представлялась его авторам наиболее эффективным способом «обеспечения безопасности США» и «успешного развития эффективной мировой организации, основанной на целях и принципах ООН» [2, с. 284].

Очевидно, что не позднее 1948 г. в администрации Трумэна пришли к выводу о несовместимости существования СССР или другого сильного государства на его территории с национальными интересами США, выражавшимися в экспансии и развитии эффективной мировой организации, во главе которой, несомненно, стоят Соединенные Штаты. Мировое лидерство Америки в  это время рассматривалось как главный залог обеспечения национальной безопасности.

Советский Союз, в первые послевоенные годы энергично восстанавливающий свою экономику и укрепляющий сферу своего влияния в мире (Восточная Европа, Северная Корея, Китай), был главным препятствием в осуществлении этих планов, а в будущем, с усилением своего и союзников военного и экономического потенциала и обретения ядерного оружия он мог бросить вызов мировому лидерству Америки. Доказательством того, что сохранение и упрочение этого лидерства, а не опасность мирового коммунизма, являлись причиной борьбы с СССР, служат директивы СНБ 20/1 и СНБ 20/4.

При таких планах важнейшей задачей для США было сохранение атомной монополии. Однако, для американского руководства и особенно для специалистов, осведомленных о научно-техническом потенциале СССР, было ясно, что такое положение не может быть длительным. Именно поэтому они считали необходимым использовать создавшуюся ситуацию для формирования проамериканской мировой системы и максимального ослабления, а в крайнем варианте и уничтожения потенциального противника – СССР, что было отражено в военном планировании:

«За период до 1948 г. различными американскими ведомствами было подготовлено свыше десяти развернутых планов превентивного военного нападения на СССР с использованием ядерного оружия. Среди них – план войны против СССР в Европе (под кодовым названием «Тоталити»), составленный в конце 1945 г. генералом Эйзенхауэром, занимавшим в то время пост главнокомандующего войсками США в Европе, исследование «Стратегическая уязвимость России для ограниченного нападения», которое было подготовлено по заказу руководству Пентагона его Совместным разведывательным штабом, планы нападения на СССР под кодовыми названиями «Чариотир», «Когвил», «Панпаудер», «Хафмун» (переименованный в процессе его разработки и детализации сначала в «Флитвуд», а затем в «Даблстар»), «АВС 101», «Даулизм» и т.д. Все эти планы основывались в первую очередь на «атомных возможностях» Соединенных Штатов…» [2, с. 283]

Сдерживающим фактором применения этих планов являлась возможность Советского Союза в ответ на нападение США в порядке самообороны ликвидировать американский плацдарм в Западной Европе. Для достижения полного военного превосходства над СССР США продолжали наращивать ядерный арсенал.

После создания и испытания Советским Союзом собственного атомного оружия в 1949 г., ликвидировавшего атомную монополию Соединенных Штатов, был срочно разработан план воздушного наступления против СССР под кодовым названием «Тройан», в котором «датой начала войны было установлено 1 января 1950 г. С ее началом в течение трех месяцев предстояло сбросить примерно 300 атомных бомб и 20 тысяч тонн обычных бомб на объекты в 100 советских городах…» [4, с. 69]. Однако расчеты показали, что стратегическая авиация США, нанеся удар по СССР, выходила из строя в результате действий советских ПВО и авиации, а советские армии в первые месяцы войны занимали Европу, Ближний и Дальний Восток [6, с. 64]. Поэтому от данного плана отказались и стали готовить коалиционную войну на 1 января 1957 года.

По плану «Дропшот», разработанному комитетом начальников штабов с 1949 года планировалось, что совместно с США выступят все страны НАТО и, возможно, к ним присоединятся Ирландия, Испания, Швейцария, Швеция, Египет, Сирия, Ливия, Ирак, Саудовская Аравия, Йемен, Израиль, Иран, Индия и Пакистан.

Война против Советского Союза делилась на четыре периода. В первый период, в ходе воздушного наступления планировалось сбросить на СССР свыше 300 атомных и 250 тысяч тонн обычных бомб, уничтожив до 85 процентов советской промышленности. Во втором периоде устанавливается контроль над морскими и океанскими коммуникациями. В третьем периоде с запада переходят в наступление 114 дивизий НАТО, с юга 50 дивизий, которые уничтожают советские войска в Центральной Европе. Эти действия вместе с продолжающимися массированными бомбардировками советских городов принуждают СССР и его союзников к капитуляции, после чего в последний, четвертый период, происходит их оккупация. В довершение, после разгрома СССР и его союзников в Европе, должно было начаться наступление на Дальнем Востоке, против стран с коммунистическими режимами, если они откажутся капитулировать [6, с. 65-66, 70].

Данный план наглядно показывает истинную цель американской внешней политики в отношении Советского Союза – не сдерживание, а оккупация и уничтожение СССР и остальных социалистических стран, в результате чего их территория становилась американской сферой влияния, а США превратились в единственную мировую сверхдержаву.

         Тезис о советской угрозе использовался для сплочения западных союзников вокруг США, для борьбы в них с коммунистическим движением и создания военно-политического Североатлантического альянса.

         Одновременно наращивалось вооружение с целью сохранения военного превосходства над СССР и его союзниками. Оно существовало, но не давало гарантии военной победы из-за большого потенциала СССР  и служило скорее средством политического и экономического (гонка вооружений) давления на СССР и его союзников.

         В конце 60-х – начале 70-х гг. достигнуто относительное равенство в ракетно-ядерных потенциалах. Внешнеполитический курс США претерпел существенные изменения вследствие неудачной войны во Вьетнаме, вызвавшей широкое недовольство в мире. Никсон пошёл на заключение ряда важных договоров с СССР, согласившись на разрядку  в Европе. Но «холодная война» не прекратилась. В Конгрессе ежегодно рассматривались доклады о национальной безопасности и сохранялись задачи борьбы с коммунизмом. При Рейгане начался новый виток гонки вооружений.

В послевоенный период руководство США вкладывало в понятие национальной безопасности главным образом военно-политический смысл. В связи с этим важно понять соотношение антисоветско-антироссийского и антикоммунистического аспектов.

У Кеннана в 1945 – 1946 гг. и у Черчилля в фултонской речи на первом плане выступал антисоветско-антиросийский аспект. Существование мощного Советского Союза (России по западной терминологии), авторитет и влияние которого неимоверно выросли в результате разгрома нацистской Германии и милитаристской Японии, само по себе стало рассматриваться как угроза национальной безопасности  и национальным интересам США, тем более что эти последние начали трактоваться весьма широко. К тому же СССР приписывались экспансионистские притязания.

Поэтому в центре внимания, особенно  1945 – начале 50-х гг., оказались планы военного противостояния с СССР и его союзниками, а также практические действия в плане политической и дипломатической борьбы.

Но в подходах руководства США и их западных союзников с самого начала присутствовал и антикоммунистический ракурс, хотя не он был вначале главным. Считалось, что СССР и его восточноевропейские союзники (а позднее КНДР, КНР и  ДРВ), где компартии были правящим, представляют угрозу «свободному миру», его строю, идеалам и ценностям. А коммунистические партии в странах Западной Европы, особенно сильные в Италии и Франции, рассматривались как угроза существовавшим в этих странах режимам и агенты Москвы.

По мере нарастания освободительных движений в колониях и зависимых странах Азии и Африки антикоммунистический политико-идеологический аспект стал играть всё большую роль в деятельности правящих кругов США и их союзников. При этом он всё больше превращался, с одной стороны, в международное пропагандистское пугало, а с другой, в фактор, якобы угрожающий национальным интересам и безопасности США.

«Угроза» СССР-России, таким образом, рассматривалась в следующих проявлениях:

1. Военная, выражающаяся в способности противостоять США;

2. Геополитическая, заключающаяся в создании своей сферы влияния и закрытия для американского военно-политического и экономического проникновения своей территории и Восточной Европы;

3. Идеологическая, заключающаяся в коммунистической идеологии, располагающей приверженцами в странах Запада и ряде освободившихся стран и выдвигающей другой путь развития общества.

То, что национальная безопасность в ситуации противоборства двух сверхдержав понималась как обоснование «сдерживания и отбрасывания» противника - СССР за пределами США – подчеркивает наступательный характер внешней политики Соединённых Штатов являющейся залогом их процветания.

 

Литература:

  1. Системная история международных отношений в четырёх томах. 1918-2000. Т.3. События 1945–2003. М., 2003.
  2. Трофименко Г.А. Современная внешняя политика США. М., 1984.
  3. Уткин А.И. Единственная сверхдержава. М.: Алгоритм, 2003.
  4. Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 2003.
  5. Containment. Documents on American Policy and Strategy 1945 – 1959. Цит. по: Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 2003.
  6. Drop Shot. The United States Plan for War with the Soviet Union in 1957. Edby A. Brown. N.Y. 1978. Цит. по: Яковлев Н.Н. ЦРУ против СССР. М., 2003.

 

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle