Библиографическое описание:

Артеменко Н. Н. Охрана института собственности на Западе // Молодой ученый. — 2009. — №2. — С. 206-208.

В последнее время в экономически развитых странах снижается доля различных форм частной собственности в экономике: падает значение индивидуальной (частной), собственности и, напротив, возрастает роль государственной собственности. Во многих ведущих западноевропейских странах государство выступает как крупнейший собственник в национальной экономике, как вкладчик капитала и даже как предприниматель[1].

Как пишет М.В. Власова, «Законодательство западных стран особо охраняет государственную (публичную) собственность»[2]. К ней относятся территориальные и некоторые иные воды, морские берега, наиболее ценные полезные ископаемые и т.д. Все перечисленные объекты являются исключительной собственностью государства и не могут быть предметом гражданского оборота[3]. Государственная (публичная) собственность может быть использована, согласно законодательству западных государств, только на общее благо. В этих странах в публичных (общественных) интересах может быть произведена национализация частного имущества. Собственнику в таком случае выплачивается «справедливая» компенсация за это имущество.

Право собственности в настоящее время теряет свой абсолютный характер и всю полноту власти над вещью. Само право превращается в так называемую «связку прав». Увеличение числа ограничений права собственности, расщепление его на частичные права, существующие самостоятельно, а также научно-технический прогресс, новые экономические условия обнаруживают некоторую узость содержания права собственности как совокупности прав по владению, пользованию и распоряжению. Западные юристы стали критически относиться к известной еще римскому праву триаде полномочий собственника. Правомочия собственника, по мнению зарубежных ученых, должны быть расширены. К триаде правомочий добавляются от одного (правомочие управления) до одиннадцати других элементов (каталог правомочий А. Оноре). По подсчетам американского юриста Л.Беккера, возможно существование около 1500 вариантов прав собственности из каталога А. Оноре. При этом право собственности, из скольких бы правомочий оно не состояло, должно быть гарантировано государством[4].

С расширением государственного регулирования в сфере отношений собственности связано также появление понятия культурной собственности как правовой категории. В ряде стран приняты специальные законы об охране культурной собственности (например, в США, Канаде, Японии, Швейцарии, Китае, Камбодже). В них используется термин «культурная собственность», но нет общего определения, содержащего признаки культурной собственности. Как правило, законодатели ограничиваются перечислением объектов такой собственности. При этом перечни объектов разнообразны[5].

Например, в Кодексе законов штата Северная Каролина под культурной собственностью понимается любое произведение искусства, включая среди прочих произведения живописи, рисунки, печатные издания, декоративные произведения, произведения ремесленников, фотографии, документы, костюмы, оружие, игрушки, археологические и геологические находки, зоологические и ботанические находки, исторические предметы и объекты, ассоциирующиеся с историческими личностями и событиями.

Необходимо отметить, что из этого определения не следует четкого разграничения между интеллектуальной и культурной собственностью, поскольку в качестве обобщающего понятия использовано «произведение искусства». Во многих законах о культурной собственности в качестве охраняемых объектов указываются объекты интеллектуальной собственности, в том числе фотографии, аудиовизуальные произведения, рисунки.

Вместе с тем, как пишет В. Талимончик, интеллектуальную и культурную собственность необходимо различать[6]. Если законодательство об интеллектуальной собственности основано на защите прав частного лица - автора, создавшего произведение, и защите его интересов, то законодательство о культурной собственности прежде всего преследует общественный интерес. Не все произведения авторов становятся культурной собственностью, они могут просто не иметь значения для всего общества. Однако в случае признания произведения культурной собственностью автор и его правопреемники должны соблюдать законодательство о культурной собственности. Например, наследники автора не смогут вывезти его картины за рубеж без соответствующего разрешения, а должны будут либо получить такое разрешение, либо продать картины на родине автора.

В российском законодательстве понятие культурной собственности отсутствует. Но это не означает, что ее объекты не находятся под особой охраной. Ч. 1 ст. 164 УК РФ «Хищение предметов, имеющих особую ценность» в числе таких предметов полагает предметы или документы, имеющие особую историческую, научную, художественную или культурную ценность. Но сами эти понятия в законе не раскрываются. А, например, законодатели канадского штата Квебек подробно перечисляют объекты культурной собственности: произведение искусства, историческая собственность, исторический памятник или место, археологическая собственность или место, а также кинематографические, аудиовизуальные, фотографические, радио- и телевизионные произведения, а также раскрывают их понятия в законе. Например, под исторической собственностью понимаются манускрипты, печатные тексты, аудиовизуальные документы или сделанные вручную объекты, представляющие исторический интерес, за исключением недвижимости[7]. С другой стороны, объекты, имеющие научную ценность, не подпадающие под действие данных положений, защищаются иными статьями.

В научной литературе высказано мнение, что культурная собственность – объект коллективных прав, поскольку она правомерно приобретается коллективом либо его членами и играет важную роль в религиозной, культурной и политической жизни, служа символом коллективных идеалов, источником единства членов коллектива, свидетельством истории и выражением достижений. По мнению В. Талимончика, культурная собственность – особый вид собственности.[8] По нашему мнению, появление понятия культурной собственности – еще одно доказательство того, что в настоящее время доктрина права отказывается от института абсолютной собственности.

При всем этом следует помнить, что охрана собственности, охрана прав собственника остается действительно одной из основ западной цивилизации. В начале марта 2007 г. американская организация «Альянс прав собственности» опубликовала первый Индекс защиты прав собственности (ИЗПС) - International Property Rights Index.[9] Авторы рейтинга доказывают, что защищенность прав собственности – необходимое условие благосостояния: чем больше у страны баллов по индексу IPRI, тем выше у нее и уровень ВВП на душу населения. Правда, среди критериев отсутствует уровень уголовно-правовой охраны собственности, но само существование такого рейтинга доказывает, что уровень защищенности права собственности, прежде всего частной, по-прежнему остается в глазах западных специалистов важнейшим показателем «цивилизованности» и успешности государства.

 



[1] Власова М.В. Право собственности в России: возникновение, юридическое содержание, пути развития. - М.: М3-Пресс, 2002 – С. 74.

[2] Власова М.В. Право собственности в России: возникновение, юридическое содержание, пути развития. - М.:М3-Пресс, 2002 – С. 77.

[3] Конституционное (государственное право) зарубежных стран. Учебник. С. 174.

[4] Лазар Ян. Собственность в буржуазной правовой теории. – М., 1985. – С. 54-55.

[5] Талимончик В. О культурной собственности // Законность. - 2005. - № 10. – С. 15.

[6] Талимончик В. О культурной собственности // Законность. - 2005. - № 10. – С. 16.

[7] Жандро И., Пронина О. Интеграция авторского права Канады //Интеллектуальная собственность : Авторское право и смежные права. -2001. - № 10. - С. 62.

[8] Талимончик В. О культурной собственности // Законность. - 2005. - № 10. – С. 18.

[9] Несобственность // Ведомости. – 2007. – № 40 (07.03.07).

Обсуждение

Социальные комментарии Cackle